Блаженный федор иванович: Федор I | Читать биографии известных личностей РФ для школьников и студентов

Разное

Царь Федор Иоаннович. Когда на троне блаженный

Нередко люди полагают, будто высшая государственная власть и глубокая христианская вера несовместимы, что правитель просто не может поступать по Евангелию — ему неизбежно приходится быть циником, нарушать заповеди «ради государственных интересов». Примеров тому действительно немало. Но есть и противоположные примеры, о которых, к сожалению, мало кто знает. Историк Дмитрий Володихин рассказывает о царе Федоре Иоанновиче, сыне Ивана Грозного.

Синдром раздвоения

У некоторых исторических личностей, вошедших и в наши учебники, и в русскую классическую традицию, и в массовое сознание, как будто два лица. Поколение за поколением интеллектуалы пытаются доказать, что одно из этих лиц истинно, а другое — не более чем маска, и даже не маска, а случайная ужимка.

В России знают двух Иванов Грозных — мудрого государственного деятеля и кровавого маньяка; двух Петров Первых — реформатора и тирана; двух Николаев Первых — жандарма Европы и просвещенного охранителя; двух Георгиев Жуковых — самодура, бездумно расходующего солдатские жизни, и талантливого полководца… Да разве только эти фигуры двоятся? О нет, прозвучали только самые громкие примеры.

Попытки отыскать золотую середину, пройти между Сциллой одного мифа и Харибдой другого приводят лишь к тому, что вместо цельной личности вырастает бесконечное: «с одной стороны, нельзя не заметить, зато с другой — нельзя не признать». В таких случаях мудрая на первый взгляд умеренность приводит к пустоте, к расплывчатости. И споры разгораются с новой силой.

Наверное, самое разумное в таких случаях — выложить все основные аргументы, а потом честно и открыто высказаться в пользу одной из двух принципиально различных точек зрения: «Я считаю, что аргументы в пользу вот этой позиции перевешивают».

Государь Федор Иванович (1584–1598), или, по церковной традиции, Феодор Иоаннович, — именно такая «двоящаяся» персона в русской истории. Любопытно, что главная суть обоих образов этого государя лаконично сформулирована для образованной публики одним человеком — Алексеем Константиновичем Толстым.

В сатирическом стихотворении «История государства Российского от Гостомысла до Тимашева» он одним четверостишием вывел силуэт расхожего мнения о Федоре Ивановиче:

За ним царить стал Федор,
Отцу живой контраст;
Был разумом не бодор,
Трезвонить лишь горазд.

Какой облик придают последнему государю-Рюриковичу эти строки? Дурачок, блаженненький, возможно, слабоумный…

Но тот же А. К. Толстой посвятил государю знаменитую, многократно ставившуюся пьесу «Царь Федор Иоаннович». И там царь предстает в совершенно ином свете. Это трагическая фигура, не лишенная обаяния, к тому залитая светом благодати. Не блаженненький — блаженный! Не дурачок, но по-настоящему добрый, бескорыстный, глубоко верующий человек.

Что он такое — видно из собственной реплики царя, произнесенной в споре с Годуновым:

Какой я царь? Меня во всех делах
И с толку сбить, и обмануть нетрудно.
В одном лишь только я не обманусь:
Когда меж тем, что бело иль черно,
Избрать я должен — я не обманусь.
Тут мудрости не нужно, шурин, тут
По совести приходится лишь делать.

По ходу пьесы князь Иван Петрович Шуйский, враг монарха, весьма низко оценивающий его человеческие качества, вынужден признать свою ошибку:

Нет, он святой!
Бог не велит подняться на него —
Бог не велит! Я вижу, простота
Твоя от Бога, Федор Иоанныч, —
Я не могу подняться на тебя!

«Двоение» Федора Ивановича продолжается до наших дней. Для Русской Православной Церкви — это прежде всего святой, человек высокой нравственности и большого благочестия. Еще в первой половине XVII века он попал в святцы как «московский чудотворец».

Но если речь об этом монархе заходит в светской публицистике, то в большинстве случаев звучат пренебрежительные отзывы. За примерами далеко ходить не надо. Так, в свежей книге Петра Романова «Преемники: от Ивана III до Дмитрия Медведева» (2008) обнаруживается именно такой пассаж: «Везло ли русским на преемников? Иногда да. Чаще не очень. Бывало, что России от преемника приходилось избавляться “хирургическим путем”. А бывало, страна десятилетиями терпела такое, о чем и вспоминать стыдно. Обычно подобное случалось, когда на вершине властной пирамиды начинали доминировать интересы свиты. Тогда вопросы ума, профессионализма и порядочности преемника, не говоря уже об интересах государства и народа, отходили на задний план… Так и появлялись во главе страны юродивые (Федор Иоаннович), бывшие прачки (Екатерина I), не самые образованные правители (Анна Иоанновна)…» и т. п. Преемник Ивана Грозного назван здесь «юродивым», но не в смысле юродства Христа ради, а как живой позор для страны.

Что ближе к истине?

Стоит выслушать обе стороны.

Свидетельства очевидцев

Корни высокомерного, уничижительного мнения относительно умственных способностей государя уходят в XVI столетие.

Английский торговый агент Джером Горсей писал о Федоре Ивановиче, что тот «прост умом». Французский наемник на русской службе Жак Маржерет писал несколько резче: «…власть унаследовал Федор, государь весьма простоватый, который часто забавлялся, звоня в колокола, или бóльшую часть времени проводил в церкви». Наиболее развернутая характеристика русского государя принадлежит перу Джильса Флетчера, английского дипломата. В частности, он пишет: «Теперешний царь (по имени Феодор Иванович) относительно своей наружности: росту малого, приземист и толстоват, телосложения слабого и склонен к водяной; нос у него ястребиный, поступь нетвердая от некоторой расслабленности в членах; он тяжел и недеятелен, но всегда улыбается, так что почти смеется. Что касается до других свойств его, то он прост и слабоумен, но весьма любезен и хорош в обращении, тих, милостив, не имеет склонности к войне, мало способен к делам политическим и до крайности суеверен. Кроме того, что он молится дома, ходит он обыкновенно каждую неделю на богомолье в какой-нибудь из ближних монастырей».

Эти три высказывания сделаны иностранцами, у которых не было оснований относиться к Федору Ивановичу с особенной приязнью или, напротив, с ненавистью. Из их слов видно общее мнение: русский монарх «прост» и не блещет интеллектом, но это добрый, спокойный и благочестивый человек.

К сожалению, вот уже несколько поколений отечественных историков и публицистов большей частью опираются в своих выводах не на эти свидетельства, а на другие, гораздо более радикальные. Их цитируют намного чаще — и с каким-то странным, «артистическим» пафосом. Так, без конца приводится фраза из шведского источника, согласно которой Федор Иванович — помешанный, а собственные подданные величают его русским словом durak. Кто, когда и за что обозвал так государя, остается за пределами этого высказывания, то есть оно бесконтекстно. Однако его очень любят люди с тягой к обличительным суждениям… Другая излюбленная фраза из того же ряда принадлежит польскому посланнику Сапеге, который счел, что у Федора Ивановича вовсе нет рассудка. Наверное, не имеет смысла лишний раз подчеркивать, что и польско-литовское государство, и шведская корона находились тогда в натянутых отношениях с Россией, а конфликт со шведами в конечном итоге был решен силой русского оружия. Ни у тех, ни у других не было ни малейших причин испытывать сколько-нибудь добрые чувства к вражескому правителю.

Впрочем, существуют и явно доброжелательные отзывы иностранцев, где акцент перенесен с «простоты ума» Федора Ивановича на его религиозность. Так, голландский купец и торговый агент в Москве Исаак Масса со всей определенностью говорит о русском царе: «очень добр, набожен и весьма кроток». И далее: «он был столь благочестив, что часто желал променять свое царство на монастырь, ежели бы только это было возможно». О слабоумии — ни слова. Конрад Буссов (немецкий ландскнехт, написавший в соавторстве с лютеранским пастором Мартином Бэром «Хронику событий 1584–1613 годов») с крайней неприязнью относился к Православию в целом. Но все-таки он признавал Федора Ивановича человеком «весьма благочестивым» и «на их московский лад» богобоязненным, отмечая, что царь больше интересовался делами веры, чем делами правления.

Итак, если пользоваться одними иностранными источниками, то картина получается неровная, лишенная цельности. Допустим, никто не отрицает благочестия Федора Ивановича. Совершенно так же никто не говорит о его способности самостоятельно решать государственные вопросы. А вот уровень его умственного развития оценивается по-разному. Кто-то считает его помешанным, а кто-то не видит никакой интеллектуальной недостаточности или, в худшем случае, отмечает «простоту ума».

Русские источники рисуют царя Федора Ивановича в другом свете. Знаменитый публицист XVII века Иван Тимофеев, автор историко-философского трактата «Временник», писал о сыне Ивана Грозного с восхищением, в тонах превосходной степени. Самому Ивану Васильевичу не досталось и трети таких похвал — с ним Тимофеев обошелся без особого пиетета.

Для того чтобы понять, как далеко простирался восторг Ивана Тимофеева, стоит привести обширную цитату из его произведения: «Своими молитвами царь мой сохранил землю невредимой от вражеских козней. Он был по природе кроток, ко всем очень милостив и непорочен и, подобно Иову, на всех путях своих охранял себя от всякой злой вещи, более всего любя благочестие, церковное благолепие и, после священных иереев, монашеский чин и даже меньших во Христе братьев, ублажаемых в Евангелии самим Господом. Просто сказать — он всего себя предал Христу и все время своего святого и преподобного царствования; не любя крови, как инок, проводил в посте, в молитвах и мольбах с коленопреклонением — днем и ночью, всю жизнь изнуряя себя духовными подвигами… Монашество, соединенное с царством, не разделяясь, взаимно украшали друг друга; он рассуждал, что для будущей (жизни) одно имеет значение не меньше другого, [являясь] нераспрягаемой колесницей, возводящей к небесам. И то и другое было видимо только одним верным, которые были привязаны к нему любовью. Извне все легко могли видеть в нем царя, внутри же подвигами иночества он оказывался монахом; видом он был венценосцем, а своими стремлениями — монах».

В государственной летописи сохранилось описание начальных дней царствования этого государя. Нигде не видно никаких признаков слабоумного поведения — напротив, когда проходил обряд венчания на царство, Федор Иванович дважды публично выступал с речами, утверждая свое желание повторить эту церемонию, впервые введенную при его отце. Конечно, сейчас трудно судить, сколь точно передано летописцем содержание монарших речей. Но сам факт их произнесения никаких сомнений не вызывает: англичанин Горсей, беспристрастный свидетель происходящего, тоже пишет о том, что царь прилюдно держал речь.

Можно ли представить себе слабоумного в роли оратора?



 

Царь Федор Иоаннович (слева) и царь Иоанн IV (Грозный) (справа).

Несмотря на очевидное внешнее сходство, эти правители оказались очень разными.

Итоги тихого жития

Исключительно важно свидетельство неофициального, иными словами, частного исторического памятника — «Пискарёвского летописца». От неподконтрольного правительству летописного повествования естественно ждать оценок, радикально расходящихся с теми, которые «спущены сверху». И действительно, «Пискарёвский летописец» заполнен разоблачительными высказываниями. Так, об опричнине там написано немало горьких слов. Ее введение ставится Ивану IV в укор. Да и сам этот государь предстает, мягко говоря, небезупречной фигурой: летописец не забыл перечислить шесть (!) его жен. А православному человеку больше трех раз вступать в брак не полагается…

Что же сообщает «Пискарёвский летописец» о Федоре Ивановиче? О нем сказано столько доброго, сколько не досталось никому из русских правителей. Его называют «благочестивым», «милостивым», «благоверным», на страницах летописи приводится длинный список его трудов на благо Церкви. Кончина его воспринимается как настоящая катастрофа, как предвестие худших бед России: «Солнце померче и преста от течения своего, и луна не даст света своего, и звезды с небеси спадоша: за многи грехи християнския преставися последнее светило, собратель и облагодатель всея Руския земли государь царь и великий князь Федор Иванович…» Обращаясь к прежнему царствованию, летописец вещает с необыкновенной нежностью: «А царьствовал благоверный и христолюбивый царь и великий князь Феодор Иванович… тихо и праведно, и милостивно, безметежно. И все люди в покое и в любви, и в тишине, и во благоденстве пребыша в та лета. Ни в которые лета, ни при котором царе в Руской земли, кроме великого князя Ивана Даниловича Калиты, такие тишины и благоденства не бысть, что при нем, благоверном царе и великом князе Феодоре Ивановиче всеа Русии».

Вот такой был durak!

Похоже, слабоумным Федор Иванович представлялся только тем, кто привык к язвительной, глумливой премудрости и беспощадной жестокости его отца. Конечно, после «грозы», присущей царствованию Ивана Васильевича, его сын мог выглядеть в глазах служилой аристократии слабым правителем… Но при его «слабости», «простоте» и «благочестии» дела государства устроились лучше, чем при неистовом родителе.

Именно при Федоре Ивановиче на Руси было введено патриаршество.

За все годы его правления крымцы не сумели пробить брешь в русской обороне, а вот Иван Васильевич в 1571 году позволил им сжечь столицу.

На Урале и в Западной Сибири подданным русского царя удалось закрепиться лишь при Федоре Ивановиче. Атаман Ермак, начавший войну с Крымским ханством еще при Иване Васильевиче, как известно, был убит, а войско его разгромлено. Зато служилые люди с именами не столь знаменитыми несколько лет спустя сумели успешно продвинуться в том же направлении.

Наконец, Иван Грозный проиграл главную войну своей жизни — Ливонскую. Он не только утратил все завоеванное неимоверными усилиями, но и отдал врагу часть Новгородчины. При Федоре Ивановиче грянула новая война. Царь лично отправился в поход и участвовал в боевых действиях. Отпустили бы правителя с полками, если бы он был беспомощным идиотом? И кого могла бы вдохновить в войсках подобная фигура? Очевидно, что государь в глазах десятков тысяч военных людей не выглядел ни «юродивым», ни «помешанным». В результате ожесточенной борьбы Россия отбила тогда у шведов Ям, Копорье, Ивангород и Корелу. Москве удалось добиться частичного реванша за прежнее поражение в Ливонии.

Карта Руссии, составленная Гесселем Герритсом по оригиналу царевича Федора Борисовича.

Гравюра по меди, 1613-14 г. Из атласа Блау, Амстердам, 1640-70 г.

* * *

Остается подвести итоги. Федор Иванович был человеком необыкновенно чистой, нравственной жизни, а в благочестии равнялся инокам из дальних обителей. Иностранцы, особенно те, кто имел причины к вражде с русским государством, порой отзывались о царе как о сумасшедшем или о сущем простаке. Но факты свидетельствуют об ином. Государь не был ни помешанным, ни слабоумным. «Простота» его, вернее всего, была простотой не умственно отсталого, а блаженного, «Божьего человека».

Православный журнал «Фома»

Федор Иоаннович: почему его прозвали Блаженным

21 октября 2018

Кириллица

Государя Федора Иоанновича называли на Руси «Блаженным». Казалось, он не жаждал власти и устранился от управления страной.

Фото: КириллицаКириллица

Последний из рода

Видео дня

19 марта 1584 года третий сын Ивана Грозного вступил на престол. По мнению большинства историков, Федор Иоаннович в силу своих умственных способностей и слабого здоровья не был готов решать насущные проблемы страны. Своим обликом и деяниями царь, казалось, олицетворял «предсмертные конвульсии» старейшей московской династии Ивана Калиты. По мнению Ключевского, Калитино племя «страдало избытком заботливости о земном»; Федор Иоаннович же, напротив, «избегал мирской суеты и докуки, помышляя о небесном». Отсюда его отрешенность и неизменная блуждающая улыбка, которую многие списывали на слабоумие; отсюда и ревностные ежедневные молитвы. На первых этапах царю будет «помогать» совет вельмож, но с 1587 года фактическим правителем страны станет Борис Годунов. Подобное положение дел будет устраивать и царствующего, и правящего.

Загадочная улыбка

По описаниям многих современников с лица царя не сходила странная улыбка. Федор Иоаннович имел обыкновение скучать во время посольских приемов и «любоваться своим скипетром и державой». Но была ли та улыбка проявлением слабости его ума? Возможно, это была маска, за которой царю было удобно прятаться и наносить удары тогда, когда этого меньше всего ждут. Существует версия, что неизменной улыбкой царь «обзавелся» еще в раннем детстве. Выросший в Александровской слободе царевич Федор изо дня в день наблюдал перед собой ужасы опричнины и лютовавшего отца. Своей грустной, заискивающей улыбкой Федор молил о пощаде и жалости к себе, «оборонялся от капризного отцовского гнева». «Автоматическая гримаса» со временем стала привычкой, с которой царь и вступил на престол.

Пономарство

Современники обращали внимание, что царь находил удовольствие в жизни духовной, «часто бегал по церквам трезвонить в колокола и слушать обедню». Ему больше подходило, как замечал позднее Карамзин, келья или пещера, нежели престол. Да и сам Иван Васильевич нередко журил отрыска, говоря, что тот больше походит на сына пономарского, нежели царского. В «пономарстве» царя Федора со временем, несомненно, появилась немалая доля преувеличения, карикатуризма. Однако его «монашество» было тесно сплетено с царствием, «одно служило украшением другому». Федора Иоанновича называли «освятованным царем» — святость и небесный венец были предначертаны ему свыше. Во «Временнике» Ивана Тимофеева Федор Иоаннович показан как молитвенник за русскую землю, которому суждено отмаливать грехи русского народа.

Юродство ради Христа

Образ лишенного рассудка, которым царя иногда «награждали» иностранные подданные, был, как известно, одним из самых почитаемых на Руси. Юродивые, божьи люди, являли собой совесть мирскую, им дозволялось то, что было недоступно остальным: смело, без оглядки говорить «неподобные речи», презирать общепринятые нормы и приличия, бранить любого. Юродивый часто становился образцом отречения от земных благ и грязных помыслов. Им прощалось всё, и были гарантированы безграничная любовь и почитание простых смертных. Царь не пытался разрушить созданный образ, напротив, усердно «подыгрывал». Придумать более удобную позицию вряд ли возможно, а в случае чего всегда можно сказать: что с него взять, с юродивого?!

Яблоко от яблоньки

Царь, казалось, ничем не напоминал своего грозного родителя: простодушное лицо, тихий, почти подобострастный голос. Он с внешним равнодушием взирал на горячую битву, разгоревшуюся под стенами Москвы, и ожидал: кто же выйдет из нее победителем – Борис Годунов или крымский хан Казы-Гирей? А по случаю победы повелел построить на месте сражения Донской монастырь. «Бездеятельный» царь между тем «подружился» с персидским шахом Аббасом и принял присягу от грузинского царя Александра, который подвел его во время похода в Дагестан, заложил каменный Смоленск и Белый город. В его царствование было начато строительство Архангельска, а Сибирь получила столицу – новый город Тобольск. Считается, что «сесть на боевого коня» в войне со шведами безынициативного царя заставил Годунов – одним своим видом Федор Иоаннович, якобы, помогал справиться с упрямством знатных князей, возглавлявших русские полки. Мог ли «помешанный» вдохновлять на победы и одержать хоть и частичный, но реванш – вернуть Копорье, Ям, Ивангород и Корелу? Сын не сумел победить в себе отцовскую страсть к кровавым «забавам»: он мог часами наблюдать за кулачными боями или следить за поединками охотников с медведями, зачастую заканчивающихся трагически для двуногих «гладиаторов».

Welcome!

В то время как крестьяне ненадолго получили возможность в Юрьев день сменить хозяина, а страна – первого патриарха Московского и всея Руси святителя Иова, англичанам в 1587 году было даровано право повсеместной торговли без уплаты сборов и пошлин, что стало продолжением политики, начатой Иваном Грозным. Интересно, что русские «завернули» «пожелание» королевы Елисаветы предоставить лондонским купцам монополию. Были установлены определенные правила: не привозить чужих товаров, осуществлять торговлю только лично и продавать товары только оптом, не отправлять своих людей сухим путем в Англию без ведома Государя и в тяжбах с россиянами «зависеть от царских казначеев и Дьяка Посольского». В результате введения беспошлинной торговли русская казна лишилась существенного ежегодного «вливания».

Последняя помощь

17 января 1598 года блаженный царь тихо скончался, «как бы заснул». В последние годы еще не старый сорокалетний царь постепенно, якобы, начал терять слух и зрение. Перед смертью он написал духовную грамоту, в которой передавал державу в руки своей жены Ирины, назначая советниками трона патриарха Иова и своего шурина Бориса Годунова. В житие царя, которое было написано Иовом, передана искренняя атмосфера всеобщей скорби по ушедшему правителю. Во время царствования Федора Иоанновича страна получила небольшую передышку между буйством Грозного и новой смутой. Существует версия, что Борис Годунов стал «помощником» и в последнем «деле» царя: много позднее в костях Федора Иоанновича был обнаружен мышьяк, которым, вполне вероятно, его могли методично травить. Увлеченные собственными заботами бояре не потрудились исправить досадную допущенную ошибку: на саркофаге царя вместо «благочестивый» мастер вырезал «глагочестивый».

Прочее,Иван Калита,Иван Тимофеев,Иван Грозный,Борис Годунов,

1584-98 AD Россия при царе Федоре Ивановиче Антиквариат

Etsy больше не поддерживает старые версии вашего веб-браузера, чтобы обеспечить безопасность пользовательских данных. Пожалуйста, обновите до последней версии.

Воспользуйтесь всеми преимуществами нашего сайта, включив JavaScript.

  • Нажмите, чтобы увеличить

Звездный продавец

Star Sellers имеют выдающийся послужной список в обеспечении отличного обслуживания клиентов — они постоянно получали 5-звездочные отзывы, вовремя отправляли заказы и быстро отвечали на любые полученные сообщения.

|

1178 продаж
|

5 из 5 звезд

Редкая находка

2 147,58 шведских крон

Загрузка

Доступен только 1

Включены местные налоги (где применимо) плюс стоимость доставки

Продавец звезд. Этот продавец неизменно получал 5-звездочные отзывы, вовремя отправлял товары и быстро отвечал на все полученные сообщения.

Возможна подарочная упаковка

Внесен в список 23 декабря 2022 г.

6 избранных

Сообщить об этом элементе в Etsy

Выберите причину… С моим заказом возникла проблемаОн использует мою интеллектуальную собственность без разрешенияЯ не думаю, что это соответствует политике EtsyВыберите причину…

Первое, что вы должны сделать, это связаться с продавцом напрямую.

Если вы уже это сделали, ваш товар не прибыл или не соответствует описанию, вы можете сообщить об этом Etsy, открыв кейс.

Сообщить о проблеме с заказом

Мы очень серьезно относимся к вопросам интеллектуальной собственности, но многие из этих проблем могут быть решены непосредственно заинтересованными сторонами. Мы рекомендуем связаться с продавцом напрямую, чтобы уважительно поделиться своими проблемами.

Если вы хотите подать заявление о нарушении прав, вам необходимо выполнить процедуру, описанную в нашей Политике в отношении авторских прав и интеллектуальной собственности.

Посмотрите, как мы определяем ручную работу, винтаж и расходные материалы

Посмотреть список запрещенных предметов и материалов

Ознакомьтесь с нашей политикой в ​​отношении контента для взрослых

Товар на продажу…

не ручной работы

не винтаж (20+ лет)

не ремесленные принадлежности

запрещены или используют запрещенные материалы

неправильно помечен как содержимое для взрослых

Пожалуйста, выберите причину

Расскажите нам больше о том, как этот элемент нарушает наши правила. Расскажите нам больше о том, как этот элемент нарушает наши правила.

Виктор Матрица В-29248. Пилигрим песня / Fyodor Ivanovich Chaliapin

Название Источник
Pilgrim’s Song (Primary Title) SEAL LAIBL ) Виктор ГК
Романсы, оп. 47. Благословляювас, лес (Единое заглавие)
Авторы и композиторы Notes
Peter Ilich Tchaikovsky ( composer )
Aleksey Konstantinovich Tolstoy ( author )
Fyodor Ivanovich Chaliapin ( translator )
Composer information source: Этикетка диска.
Примечания Скрыть дополнительные названия
Федор Иванович Шаляпин ( вокалист : бас-вокал )
Александр Шмидт ( инструменталист: скрипка )
Выпуски Berliner и Columbia.
«>Возьми дату и место
Возьми объяснение того, как интерпретировать проблемы Статуса Колумбии.
«>Status
Label Name/Number Format Note Hide Additional Titles
03.01.1924 Camden, New Jersey 1 Мастер Виктор 87389 (Не выдавался) 10 дюймов.
03.01.1924 Камден, Нью-Джерси 1 Мастер Граммофон 5-2951 10 дюймов.
03.01.1924 Камден, Нью-Джерси 1 Мастер Виктор 1004 10 дюймов.

Песня странника / Федор Иванович Шаляпин

/themes/h5bp/_audio/cusb_victor_1004_01_b29248_01/cusb_victor_1004_01_b29248_01d.mp3

0:00

0:00

Сброс шага

Сброс темпа

Embedded

Аудио этой записи из библиотеки UCSB

℗ © Sony Music Entertainment.

Встроенное аудио

Цитата

Стиль ЧикагоСтиль APAСтиль MLA

Дискография американских исторических записей , с.в. «Матрица Виктора B-29248. Песня пилигрима / Федор Иванович Шаляпин», режим доступа 5 января 2023 г., https://adp.library.ucsb.edu/index.php/matrix/detail/800003318/B-29248-Pilgrims_song.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

[an error occurred while processing the directive]

Related Posts

Разное

История одного колокола: История одного колокола – Православный журнал «Фома»

История одного колокола – Православный журнал «Фома»Приблизительное время чтения: 10 мин.-100%+Код для вставкиКод скопирован
(правдивая сказка)На одной очень высокой колокольне, которая вместе с храмом стояла

Разное

Что такое основы светской этики: Основы светской этики. Впечатления учителей / ФОМ

Основы светской этики. Впечатления учителей / ФОМНам удалось взять несколько интервью у учителей, которые ведут ОРКСЭ. И по стечению обстоятельств оказалось, что почти все они

Разное

Теории карл маркс: Марксизм как осмысление и практика современности – Новости – Научно-образовательный портал IQ – Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики»

Карл Маркс. Материализм и теория антропогенеза

Так называемое вульгарное представление