Европа это россия или нет: Россия — это Европа

Разное

Содержание

ЯВЛЯЕТСЯ ЛИ РОССИЯ В ИСТОРИЧЕСКОМ СМЫСЛЕ ЧАСТЬЮ ЕВРОПЫ?

Под таким названием недавно прошло на новом сайте журнала «Наука и жизнь» (www.nkj.ru) Интернет-интервью. На вопросы наших читателей и посетителей сайта отвечал историк А. С. Алексеев, давний и постоянный автор журнала. С небольшими сокращениями предлагаем это интервью читателям журнала. (Впервые рубрика «Интернет-интервью» появилась в предыдущем номере «Науки и жизни», где о ней подробно рассказано.) Александр Сергеевич Алексеев — выпускник Московского государственного историко-архивного института. В 2001 году он завершил свой тридцатилетний труд над «Всемирными хрониками» — всеобщей историей человечества от возникновения ранних цивилизаций до середины XVII века. В этой работе сделана попытка изложить в хронологи ческой последовательности взаимосвязанную историю цивилизаций. Начальная часть «Хроник», посвященная древнейшей эпохе, — «От первых фараонов до Конфуция и Сократа» — вышла в 2005 году в издательстве «Вузовская книга». Следующие части, «От Кира Младшего до Феодосия Великого» (поздняя древность) и «От Иоанна Златоуста до Харальда Прекрасноволосого» (раннее Средневековье), готовятся к изданию. Помимо того А. С. Алексееву принадлежит монография «Эпоха Рождества» (готовится к изданию в «Вузовской книге»), посвященная зарождению христианства и превращению его из иудаистской секты в одну из мировых религий. В последнее время Александр Сергеевич работает над авантюрным романом на материале российской истории 1860-1870-х годов.

Наука и жизнь // Иллюстрации

Карта Московского государства, составленная в 1562 году Антонием Дженкинсоном.

А. Олеарий. Московский Кремль и торжище перед ним.

Зигмунд Герберштейн. Дворянская конница.

Зигмунд Герберштейн. Рисунок, показывающий вооружение всадника XVI века.

Миниатюра из Лицевого летописного свода XVI века. Златокузнецы за работой.

Миниатюра из Лицевого летописного свода XVI века. Пахота, сев и жатва.

Миниатюра из Лицевого летописного свода XVI века. В правой части миниатюры изображен помол зерна на ручном жернове, слева — пленение и ослепление Василия II, прозванного затем Темным.

Адам Олеарий оставил множество зарисовок — виды городов, типы горожан, крестьян. Вот некоторые из них. Великий Новгород, Софийская сторона.

Адам Олеарий . Русский боярин.

Адам Олеарий. Посольский двор.

Семен Ремезов (1662-1716) — русский историк и картограф. Вместе с сыновьями составил «Чертеж всей Сибири». Предлагаем две его зарисовки. Сибирские племена.

Семен Ремезов. Поход Ермака в Сибирь.

А. С. Алексеев со своим керриблютерьером Анютой.


— Скажите пожалуйста, менялись ли границы Европы, как части света, на протяжении веков? То есть всегда ли восточная граница Европы проходила по Уральским горам? Если границы менялись, то когда?


— Географическая граница между Европой и Азией, по сути, условна: Евразия — единый
континент, а Западная Европа — всего лишь очень большой полуостров. Что касается
восточной границы Европы, то в древности ее просто не существовало.


Термин «Европа» ввели древние греки-эллины, для которых Скифия (Северное Причерноморье) была краем света. Известный им мир эллины делили на Европу, Азию и Ливию (Африку). О том, что находится за этими пределами, они знали очень мало. «Смешно видеть, — писал Геродот, — как многие люди уже начертили карты земли, хотя никто из них даже не может правильно объяснить очертания земли. Они изображают океан обтекающим землю, которая кругла, словно вычерчена циркулем. А Азию они считают по величине равной Европе… Омывается ли Европа морем с востока и с севера, никому достоверно не известно. Мы знаем лишь, что по длине она равна двум другим сторонам света… Непонятно также мне, почему Нил и Фасис в Колхиде (по другим, река Танаис, впадающая в Меотийское озеро, и киммерийский город Портмеи) образуют границу между ними».


Иными словами, границу между Европой и Азией греки проводили то по Танаису (Дон и Северский Донец), то по Фасису (Риони в Грузии).


В период Средневековья европейцы имели смутное представление о землях, лежащих к северо-востоку от Средиземноморья. Еще в середине XVI века англичане полагали, что если обогнуть на кораблях Скандинавию, то попадешь в Китай, и были очень удивлены, обнаружив там подданных московского государя. Представления европейцев о географии Восточной Европы уточнялись по мере того, как русские люди продвигались на восток, а контакты между Московской Русью и Европой становились более тесными. Так что граница по Уралу — детище совсем недавнего времени.


— А сегодня Россия разве считается европейским государством?


— С точки зрения современной географии, Россия — европейское государство. На этом основании мы участвуем в общеевропейских оргнизациях, в том числе в такой специфической, как Совет Европы.


— Ранее, до 90-х годов ХХ века, на картах, изданных в США и некоторых европейских странах, граница между Европой и Азией проходила по западной границе СССР. Сейчас эта граница проходит по восточной границе Украины и северной границе Грузии. Турция часто целиком включается в состав Европы. Не является ли формальное деление на Европу и Азию основой для текущих политических позиций западной геополитики?


— То, что западнохристианские страны проводят границу между Европой и не-Европой, исходя из зоны российского влияния, как раз подтверждает устойчивость разрыва, заложенного на уровне массового сознания (об этом речь чуть позже). Да, Турция — член НАТО, но НАТО формировалось по соображениям скорее стратегическим, причем в условиях военного противостояния с СССР — тут было не до деталей. А посмотрите, какой шум поднялся, когда встал вопрос о приеме Турции в Евросоюз.


— Согласны ли вы с утверждением, что Россия — это своеобразный естественный фильтр между Европой и Азией, вмещающий в себя качества и той и другой цивилизации и психологии? И что эту роль она будет выполнять всегда?


— Единой «азиатской цивилизации» не существует. Есть индуистский мир, китаецентристский мир, исламский мир. Кое-что общее у них имеется (об этом чуть ниже), но каждый мир представляет цивилизацию со своими уникальными особенностями. Между цивилизациями не всегда можно провести четкую историческую или географическую границу — например, ряд стран Юго-Восточной Азии развивались под влиянием как Индии, так и Китая. Иногда цивилизации похожи на матрешки: внутри исламского мира существует арабский, в который не входят Турция, Иран и др. Но то же самое можно сказать о нациях. Например, жители Западной Грузии считают себя грузинами, оставаясь при этом мингрелами, сванами и аджарцами.


Россия представляет собой самостоятельную цивилизацию, качественно отличную и от всех азиатских, и от западноевропейской.


Западное общество состоит из отдельных семей, а скрепляет его воедино способность к сотрудничеству. Кто видел, например, фильмы о жизни английской глубинки, наверняка обратил внимание на собрания, которые местная община проводит по разным поводам. Ходить на эти собрания жителей никто не принуждает — они сами собираются, чтобы совместно решить судьбу какого-нибудь угодья, школы, церкви, договориться об устройстве праздника и т. п. То же самое, но в других формах происходит и на национальном уровне.


Азиатские общества устроены по клановому признаку: ячейка общества там не семья, а клан — множество семей, связанных родственными узами. Клан сдерживает активность индивида, но клан же его и защищает. Политика представляет собой систему взаимоотношений между кланами.


Россияне, на мой взгляд, совершенно лишены инстинкта сотрудничества, но и кланов у нас нет: наши семьи распадаются в лучшем случае в третьем поколении. Воедино нас связывает только государство. По этой причине, например, у нас почти теряют смысл всенародные выборы. На Западе люди постоянно контролируют своих избранников, направляют, поддерживают или одергивают. Наш же избранник сразу после выборов попадает в совершенно изолированную сферу, именуемую «власть»; он лишен народной поддержки и в то же время свободен от всякого контроля снизу.


— А когда Европа осознала себя Европой? И о какой России идет речь — Российской империи, Древней Руси?


— Редко кто, будь то отдельная личность, страна или цивилизация, имеет четко выраженное понятие о себе. Социальное мышление строится на оппозиции «свой — чужой». Западная Европа начиная со Средневековья осознавала себя через противостояние чужакам — сарацинам -мусульманам, язычникам-викингам и Византии.


Что касается России, то, с одной стороны, от Олегова Киева к современной Москве
тянется сквозь столетия нить, сплетенная из родственных связей между княжескими
домами, из населения, перемещавшегося с юга на север и на восток, а главное —
определенной культурно-религиозной традиции. С другой стороны, представление о
Руси как о чем-то вечном и едином принадлежит мифологии. Еще в первой половине
XV века на русских землях существовали три крайне враждебных друг другу государственных
образования. Европейцам был хорошо известен Киев, входивший в состав Великого
княжества Литовского. Они знали Новгородскую республику, занимавшую всю северную
часть современной Европейской России. А вот Московию, выросшую сначала под покровительством
татар, а позже в борьбе с ними, европейцы открыли почти одновременно с Америкой.
Контактам Московии с Европой способствовало подчинение Москвой Новгородской земли,
но по-настоящему тесными они стали при Петре I. В ходе истории Московское царство
превратилось сперва в Российскую империю, затем в СССР, а ныне в Российскую Федерацию.
Однако три столетия близкого общения так и не привели к исчезновению того раскола,
который образовался в предшествующее тысячелетие.


— Каждое государство уникально, и тогда деление и классификация государств условны и бессмысленны. Российские правители придерживались разных точек зрения по вопросу принадлежности России к Европе. Спор западников и славянофилов начался давно и не скоро закончится, и это не тот случай, когда истина рождается в споре, потому что в этом вопросе не может быть истины. .. Вы согласны с этим?


— Относительно спора западников со славянофилами согласен только наполовину. В споре славянофилов с западниками можно выделить следующие главные вопросы:


1. Похожи ли мы на европейцев или в чем-то существенно от них отличаемся? Действуют ли в России те же исторические закономерности, что и в Европе?


2. Если мы совсем особенные, то в чем это выражается и хорошо это или плохо?


3. Можем ли мы в принципе стать похожими на европейцев и нужно ли это делать? А если не нужно, то что вообще надо делать?


Все эти вопросы сегодня не менее актуальны, чем полтораста лет назад, и по крайней мере на первый из них ответ ясен. Однако в любых вопросах, кроме чисто академических (а таких крайне мало), спор не заканчивается с рождением истины. Напротив, обычно он становится более ожесточенным, поскольку новорожденную истину стремятся изгваздать грязью до неузнаваемости. Ведь в споре, помимо поисков истины, замешаны наши «гордость и предубеждения», наши субъективные оценки («хорошо» или «плохо»), а на таком плацдарме людям никогда не договориться — слишком они разные.


Теперь о «бессмысленности классификаций». Каждое государство в самом деле уникально; но каждый человек тоже уникален, что не мешает классифицировать людей по признакам расы, национальности, политическим взглядам, вероисповеданию и т.д. В историческом процессе сосуществуют разные цивилизации, и контакты между ними строились по-разному. В свое время даже такие географически близкие, по современным меркам, цивилизации, как египетская и шумеро-вавилонская, практически не общались одна с другой. Китай на протяжении двух тысячелетий развивался обособленно от Индии и в течение трех тысячелетий — от Запада.


Людям кажется, что они свободны в своих поступках: захотели — сделали так, захотели — иначе. Они редко задумываются над тем, что сами являются звеном в чрезвычайно длинной цепи, тянущейся сквозь миллионы лет биологической эволюции и сотни или тысячи лет определенной культурной традиции. Нам кажется, что мы совсем не похожи на предков, потому что пользуемся Интернетом и говорим по мобильнику. На самом деле в нашем сознании господствуют стереотипы, существовавшие сотни, а то и тысячи лет назад. Простой пример. В древнем Вавилоне (современный Ирак), центре одной из самых блестящих цивилизаций, приличная женщина не могла выйти из дому, не закрыв лицо покрывалом. Три тысячи лет спустя вопрос о хиджабе (платке на голове) по-прежнему актуален для всех носителей этой культурной традиции — но только для них.


Западноевропейские народы, несмотря на различия между ними, прошли общий исторический путь — сначала в составе Западной Римской империи, потом в ходе ее завоевания германцами и слияния пришельцев с местным населением. Их объединило многое. Единая церковь во главе с римским папой, со службой на латыни, с одинаково пробритой тонзурой монахов и общим днем празднования Пасхи. Наличие единственной империи — германо-итальянской. Противостояние мусульманам и Византии. Наконец, борьба за освобождение от власти римской церкви… Эти явления принадлежат истории всех стран Западной Европы. В то же время для России они ничего не значат: нас просто не было на той вечеринке. Тысяча лет раздельного развития не могла не создать различий в менталитете и образе жизни среднего европейца и среднего россиянина. Даже сегодня, в век беспроводной телефонии и Интернета, главные темы в наших и в европейских газетах, как правило, не совпадают. Разумеется, европейцы воевали между собой гораздо чаще, чем, например, с нами. Но война часто не столько мешает, сколько способствует сближению: Россия, Франция и Англия сложились в ходе непрерывных войн, склеивавших мелкие княжества и королевства в единые нации.


— Не правильнее было бы ставить вопрос о типе национальной психологии? Им в огромной степени определяются пути развития. Европа тяготеет к либерализму, Азия — к патернализму. Вряд ли в этом аспекте Россия — где, кажется, даже хорошей погоды ждут от начальства — европейская страна.


— Различия исторического пути — в самом деле лишь одна сторона медали. Другой стороной является национальная психология, психологические стереотипы. Цивилизации отличаются одна от другой ментальностью среднего человека, его представлениями о мире. Образ жизни, обычаи — внешнее выражение этих представлений. Правда, я бы не стал приписывать Европе такую уж тягу к либерализму: там полно социалистов и консерваторов, а за либеральные партии голосуют 5-10 процентов населения. Либералами европейцев можно назвать разве что в сравнении с нами.


Отличается ли средний россиянин по психологии от среднего европейца? Дискуссии
на эту тему ведутся чаще всего на уровне клише, а нужна конкретика. Попробую сформулировать
различия, которые мне кажутся наиболее существенными. При этом, говоря о Европе,
я буду иметь в виду преимущественно протестантские страны — к католическим кое-что
из сказанного ниже применимо лишь с оговорками.


Первое. Самые глубокие различия ментальности проявляются в языке. Смысл слов, которые мы числим синонимами, в разных языках весьма различен. П. Флоренский отмечал, что греческий термин для обозначения вселенной — «космос» — подразумевает художественное единство мироздания. Латинское «мундус», от которого произведено французское «ле монд», значит, собственно, «украшение». А вот в русском языке слово «мир» (и как «вселенная», и как «согласие») подразумевает единство нравственного начала, то есть внутреннее единообразие. Мы верим, что жизнь во всем мире должна строиться по единым правилам.


Филолог М. Голованивская, сравнивая смысловые оттенки русских слов и их французских эквивалентов, указывает, что в русском языке человек мыслится как пассивная категория: его судят, ему выделяют долю. Во французском языке подчеркивается активная роль самого человека в определении его судьбы. Поэтому, столкнувшись с общей проблемой, европейцы сбиваются в коллектив и стараются ее решить, мы же ругаем судьбу и начальство и пытаемся выкрутиться поодиночке.


В европейских языках термины для обозначения организованного общества (state, etat, estado) восходят к латинскому status, означавшему нечто незыблемое, данность, от которой никуда не денешься. Первоначально этими словами обозначались сословия, образующие костяк сообщества, с присущими им неотъемлемыми правами. Позже они были перенесены на все сообщество в целом.


Мы же без зазрения совести переводим эти термины словом «государство». Но откроем словарь Даля, изданный полтора века назад, в историческом плане — вчера. Слово «государство» приведено там в числе производных от «государь» и имеет два значения: старинное — «государствование, власть, сан и управление государя» и более новое — «царство, империя, королевство, земля, страна под управлением государя». То есть для русского человека «государство» — это, во-первых, всегда монархия, во-вторых, нечто, относящееся исключительно к компетенции монарха. И хотя новейшие русские словари дают иные толкования, реально мы относимся к государству именно так.


Различие второе. Автор византийского сочинения, приписываемого императору Маврикию, писал о славянах: «Так как между ними нет единомыслия, то они не собираются вместе, а если собираются, то решенное ими тотчас нарушается другими, так как все они враждебны друг другу и при этом никто не хочет уступить другому». Что изменилось за тысячу четыреста лет? Наши эмигранты (и до революции 1917 года, и после нее), едва вырвавшись из-под власти Российского государства, затевали грызню. В. И. Ленин описывает изумление английского социал-демократа, попавшего на заседание российских товарищей: «У нас, — сказал он, — спор редко когда заканчивается такими выражениями, с каких вы, русские, сразу начинаете». Эту задиристость Ленин считал российским достоинством: «прежде чем объединяться, надо сперва размежеваться». Впрочем, размежеванием обычно у нас все и заканчивается. Мы чуть ли не все сплошь — лидеры, никто не желает признать лидерство другого. Одинокие, постоянно враждующие друг с другом, мы обречены терпеть иго государства. Примерно раз в сто лет, когда становится совсем уж невмоготу, мы находим себе вожака (Болотников, Разин, Пугачев, Ленин, Ельцин) и под его руководством либо пытаемся снести, либо сносим все до основания. Затем все начинается заново, мы в ужасе озираемся вокруг и оплевываем недавнего кумира.


Различие третье. В сознании «бездуховных» западных христиан глубоко укоренено понятие о справедливости как норме жизни. Справедливость может нарушаться, но при этом не перестает быть нормой. Эту позицию сформулировал в XIII веке немецкий рыцарь-правовед Эйке фон Репков: «Век господства несправедливого обычая ни на миг не может создать права». Средний россиянин, напротив, глубоко убежден, что нормальны всеобщее воровство, ложь и беззаконие, а справедливость существует как редкое исключение. Недавно в теленовостях таксист из Абакана, перемежая свои слова матом, выразил суть такого миропонимания: «Я верю только в себя и в наличные».


В нашем сознании напрочь отсутствует понятие прa’ ва, одинакового для всех. Правa, другого человека интересуют нас лишь в том случае, если он нам симпатичен. А не нравится или оставляет равнодушным — пусть делают с ним что угодно, это нас не волнует. Миллионы россиян почитают Сталина не потому, что не верят в репрессии, а потому, что им наплевать на миллионы убитых соотечественников. Многие вполне средние люди, не садисты и не маньяки, оправдывают детоубийство — не на войне, не от случайной бомбы, а сознательное убийство детей (например, маленьких Романовых или девятилетней таджички) на том основании, что их родители вели себя неправильно.


Четвертое различие. В западном обществе (главным образом в протестантском) ложь рассматривается как тяжкий грех. Если в Англии и США старшеклассник, студент колледжа попался на списывании, — это пятно на всю жизнь (на факте списывания строится, к примеру, сюжет детективного романа Джозефины Тэй «Мисс Пим расставляет точки»). Для нас же ложь — нечто совершенно безобидное, а списывание вообще милая шалость.


И, наконец, последнее. В отличие от европейцев, мы предпочитаем любое дело делать «в принципе», «в основных чертах». Отделывать, шлифовать детали нам «в лом». Поэтому нам так трудно дается выпуск конкурентоспособной продукции. Говорят, что наших программистов на Западе берут в основном в разноязычные коллективы: их вклад — креатив, а доделывают другие.


Незаметно, чтобы разрыв между менталитетом европейцев и россиян сокращался. Революционные перемены, начавшиеся на Западе в 1960-х годах, нас никак не коснулись. Большинство европейцев сейчас осуждают любое применение силы, используется ли она оголтелыми фанатиками или, напротив, для борьбы с такими фанатиками. Мы же склонны любой вопрос решать силой. В этом отношении мы ближе к американцам.


— Куда бы вы отнесли Россию с точки зрения культурного развития страны?


— Термин «культурное развитие» может иметь как минимум два значения: принадлежность к определенной культурной традиции и уровень культуры. Например, еще в начале XX века масса очень образованных китайцев, знатоков китайской классики, понятия не имела о мировой истории, географии и литературе. Кроме того, надо отдельно говорить о культуре элитарной и массовой.


Элитарная культура создается узким кругом людей, а поскольку в России этот круг
в течение последних трех столетий находится в постоянном контакте с Западом, наша
культура очень тесно связана с западной. Собственно, она представляет собой самый
западный элемент российского менталитета. Писатель Людмила Улицкая сказала недавно
в интервью: «Чем больше человек осведомлен о состоянии культуры конца XVIII —
начала XIX века во Франции и Германии, тем очевиднее роль Пушкина как гениального
интерпретатора и переводчика на язык русской культуры мировых идей того времени».
Однако в рамках единого с Западом культурного поля русская культура сохраняет
известную обособленность. Достоевский и Толстой изобразили крайности, которых
европейцы не знали; интерес к ним определяется именно их экзотичностью. В английской
экранизации «Дяди Вани» действие происходит не в Англии, а в Уэльсе — представить
подобных персонажей англичанами постановщики (и, видимо, зрители) не в состоянии.
Литературу XX века (а она у нас прекрасная) на Западе знают очень плохо — их жизненный
уклад слишком отличался от советского, почти не было точек соприкосновения. Единственное
исключение — Солженицын, опять же в силу экзотической тематики.


— А может быть, и не нужно стремиться быть в историческом плане Европой, достаточно иметь географическую часть Европы на своей территории? А для усовершенствования политической и экономической сторон государственности достаточно перенимать опыт других стран, и не только Европы, и подгонять его под существующую ситуацию, естественно, с дальнейшим усовершенствованием. И вообще, как вы относитесь к влиянию факторов биогеоценоза на этногенез, а значит, и на развитие государства? Ведь отсюда и своеобразие России — быть между Европой и Азией.


— С наличием части Европы на нашей территории (или скорее наоборот — с нашим присутствием в географической Европе), кажется, проблем не возникает, и я не вижу здесь темы для обсуждения. Стать в историческом плане Европой нам тоже не грозит, поскольку прошлое не изменишь. На практике есть только один вопрос: нужно ли нам двигаться в сторону Европы? А чтобы перенимать чей бы то ни было опыт и «подгонять его под существующую ситуацию», надо как минимум понимать, что это за ситуация , то есть что представляем собой мы сами и чего мы хотим.


Что касается факторов этногенеза, то, по моему мнению, невозможно выделить какой-то один из них в качестве основного. Огромную роль, безусловно, играет география. Различия исторических путей Западной Европы и Руси в немалой степени детерминированы тем, что германцы двигались на запад, в сторону Рима, а славяне — на северо-восток, где никакой цивилизацией не пахло. Но сразу возникает вопрос: а почему славяне ушли в глушь? Это случайность или определенный выбор?


Говорят, каждый народ приспосабливается к окружающей среде, к ландшафту. Так ведь вопрос в том, как приспосабливается. Сейчас африканцы массами вымирают в не самых тяжелых климатических условиях, а древние шумеры или нынешние японцы создали передовую экономику при крайней скудости ресурсов.


Теория этногенеза Л. Н. Гумилева внутренне противоречива. Автор ставит во главу угла энергетику организма, меняющуюся якобы по причине мутаций, но в то же время признает, что энергии на фазах упадка тратится не меньше, чем на подъеме.


Судьба любого народа, государства, цивилизации представляет собой переплетение разных факторов, при том, что важнейшую роль играет характер самого субъекта, его умение справляться с проблемами. Рим сложился из шаек разноплеменных поселенцев, а в империю вырос благодаря способности втягивать в себя и перемалывать различные этносы (впрочем, по этой же причине Римская империя и погибла). Примерно таким же путем движутся ныне США. У китайцев культурная традиция скрепляла нацию в периоды бесконечных распадов государства и чужеземных завоеваний. Евреи две тысячи лет вообще обходились без собственного государства и единого языка, но сохранили национальный менталитет благодаря опоре на Библию. Наследственность, среда и пройденный путь — вот что в совокупности делает и отдельного человека, и нацию.


— Александр Сергеевич! Все, о чем вы пишете, относится к Западной Европе. А что же Восточная? Как будто ее и нет. Похоже, вы ее в полной мере к Европе не относите. То есть все сравнения России вы делаете по отношению только к Западной Европе. Может, нас можно отнести к Восточной Европе все же?


— Я действительно сравниваю Россию исключительно с Западной Европой, более того — в основном с протестантской ее частью, которую считаю сердцевиной современного Запада. Причина в том, что на пространстве «от Атлантики до Урала» существуют только две ярко выраженные цивилизации — западнохристианская и российская. Восточная же Европа веками играла роль межцивилизационного перекрестка.


Для того чтобы несколько народов слепились, склеились, сплавились в единую цивилизацию, их контакты друг с другом (мирные или немирные — не столь важно) на протяжении длительного времени должны быть намного более тесными, нежели с остальными, «внешними» народами. Такая ситуация существовала в V-XV веках в западной и восточной частях географической Европы, но не в ее центре.


В Средние века на Балканах существовала византийская цивилизация. Но большая часть Восточной Европы и тогда, и после падения Византии оставалась ареной борьбы за сферы влияния. Именно восточноевропейские народы, а не россияне, совмещают в себе, в разных пропорциях и сочетаниях, качества разных цивилизаций.


Границы между цивилизациями подвижны и не всегда поддаются однозначному определению. Болгария, к примеру, больше тяготела к Византии, позже к России. Чехия же находилась в сфере влияния Германской империи (некоторые утверждают, что чехи в трудных ситуациях совмещают немецкую любовь к пиву со славянской привычкой жаловаться на судьбу и начальство). Сербохорваты, говорящие на одном языке, под давлением внешних сил раскололись на католиков -хорватов, православных сербов и мусульман-боснийцев, что и привело к недавней кровавой драме.


Мы росли в мире, где существуют восточноевропейские государства, хотя бы формально
независимые и от Запада, и от России. Но с точки зрения истории эти государства
— почти однодневки. Еще в середине XIX века Восточная Европа была полностью поделена
между тремя империями — Австро-Венгерской, Российской и Османской — и королевством
Пруссия. Более-менее привычная для нас Восточная Европа — с Польшей, прибалтийскими
республиками, Венгрией, Чехословакией — возникла лишь после Первой мировой войны,
и в течение всего XX века новые государства оставались полем противоборства их
великих соседей. Впрочем, цивилизационные проблемы существуют даже внутри той
Европы, которую традиционно считают Западной. Южная часть Италии изначально развивалась
под сильным влиянием Греции, позже — исламского мира; и сегодня на итальянском
Севере многие видят перспективу в обособлении от слаборазвитого Юга.


Если бы восточноевропейские народы представляли собой особую цивилизацию, они, выйдя из-под влияния России (СССР), попытались бы создать собственные структуры наподобие Европейского союза. Вместо этого они дружно маршируют на Запад. Похоже, западноевропейская цивилизация разрастается в общеевропейскую. Граница между ней и цивилизацией российской устанавливается по Днепру, чем и вызваны текущие события на Украине. А вот подавляющее большинство белорусов, кажется, ощущают свою принадлежность к российской цивилизации.


Наибольший интерес представляет положение Греции и Турции — осколков Византии (а если заглянуть в историю глубже, то эгейского мира). Грецию на словах все признают частью Европы. Куда денешься — родина демократии! Но к Западной Европе она, безусловно, не относится: другой алфавит, другая религия, другие человеческие типы. Население Турции исповедует ислам. Однако эта страна, как и Россия, уже давно проводит реформы по западному образцу, и сейчас западническое течение в ней если не шире, то по крайней мере энергичнее, чем в России. Турция начинает переговоры о вступлении в Евросоюз, хотя многие турки этому не рады, а западноевропейцы считают Турцию более чуждой, чем Румынию или Словакию.


— Как вы считаете, выбор в пользу православия сыграл одну из ключевых ролей в том, что Россия не смогла стать частью единого европейского пространства? Ведь Римская католическая церковь во многом была той организацией, которая способствовала единению Европы?


— Римская церковь в самом деле выпестовала Западную Европу у себя на коленях. Потом Европа выросла, и ей стало тесно в пеленках — произошла Реформация.


На землях будущей России задолго до образования Киевской Руси образ жизни и государственность резко отличались от западноевропейских (этой теме посвящены мои статьи в «Науке и жизни»: «Дрейфующий континент» — №№ 6, 7, 2004 г., «Наперегонки с цивилизацией» — №№ 9, 10, 2004 г., «Русь и Европа: несостоявшаяся встреча» — № 11, 2005 г.). В православии русская элита обрела идейное обоснование этим различиям. Так что данный выбор стал скорее симптомом, чем причиной нашей нестыковки с Европой. Он не был единовременным актом: Русь подтверждала его неоднократно на протяжении тысячелетия, подтверждает и сегодня.


К 1054 году, когда церкви Рима и Константинополя окончательно разделились, связи Киева с Константинополем еще больше окрепли, а пропасть между Русью и Западной Европой увеличилась. Кельтско-германский Запад в это время завершал тысячелетний процесс освоения античной культуры и выходил на новый уровень развития. Именно со второй половины XI века изменения в Западной Европе приобретают взрывной характер: возрождается римское право, возникает поэзия трубадуров и вагантов, школяры кочуют из одного училища в другое; а в XII веке появляются университеты. И все это не имело никакого отношения к Руси. Чисто теоретически Киев мог в 1054 году встать на сторону Рима. Для этого требовалась «самая малость»: чтобы русские князья и высшие иерархи русской церкви, не имевшие никакого представления о европейских культуре и образе жизни, вдруг почувствовали тягу к ним. Если бы это произошло, Русь начала бы перенимать европейский опыт на шесть столетий раньше. Но было так, как было. Более того: когда в 1439 году константинопольская патриархия в надежде на помощь Запада против турок-османов заключила унию с Римом, окрепшая Москва отвернулась и от Константинополя. Понадобились еще два с половиной столетия и взрывная энергия Петра Великого, чтобы реформы наконец начались.


Петр, однако, не намеревался делать из России точное подобие Европы. Поэтому православную церковь он сохранил в неприкосновенности, но превратил в послушное орудие самодержавия.


— В свете фазового перехода цивилизации, открытого С. П. Капицей, все нации переплавятся в единый сияющий солнечный слиток после середины XXI века. В свете всех процессов глобализации и надо рассматривать все локальные процессы. Вы не находите?


— Ваш вопрос выходит за рамки объявленной темы. Наше будущее — гигантская проблема,
обсуждать ее походя мне бы не хотелось. Скажу только, что происходящее сегодня
напоминает две эпохи. Во-первых, падение Римской империи (мы на стороне «варваров»,
хотя и с «Римом» стараемся не поссориться). Во-вторых, VIII-X века, когда арабы
захватили Испанию, воевали в Италии и во Франции. Отличие же в том, что в те времена
Китай был изолирован на другом конце света. Теперь он рядом, и в случае падения
«Рима» станет бесспорным мировым лидером. Что касается «солнечного слитка», то
он если и появится, то скорее в XXXI веке, чем в XXI.

Россия — это Европа?

ВЕДУЩИЙ: Добрый вечер, в эфире программа «Времена». Я – Владимир Познер. Вот знаете, когда различные политические или иные деятели говорят о том, какое положение сегодня в нашей стране, они говорят, что это переходный период. И мне все время хочется спросить: переход от чего к чему? Вот как-то можете мне определить? И очень боюсь, что получу какой-то не очень вразумительный ответ. И это подтверждается, вот это отсутствие вразумительного ответа, целым рядом публикаций и выступлений, которые произошли на этой неделе.

Вот в начале недели «Российская газета» опубликовала статью Александра Солженицына. Статья была написана аж в 1984 году, то есть более 20 лет тому назад, — статья, посвященная февральской революции 1917 года. Ну, в преамбуле к этой публикации автор, то есть Солженицын, замечает, что, я его цитирую, «часть выводов приложима к нашей сегодняшней тревожной неустроенности». Вот в возникшей затем довольно активной дискуссии по поводу этой статьи было много разных мнений, но в одном, вроде, все эксперты сошлись, согласились, — что да, неустроенность и неопределенность довольно характерны для сегодняшнего дня. И вообще, куда идет Россия и каково место России в истории — здесь масса разных споров.

Хочу вам напомнить, что всего лишь 15 лет тому назад казалось, что выбор сделан. То есть, что мы будем строить рыночную экономику, то есть капитализм, если это называть своими именами, и демократию в государственном устройстве. Таковы наши цели. Казалось, что Россия наконец-то принимает, что ли, базовые ценности в сложившихся демократиях, которые были отвергнуты в октябре 1917 года. Вот мы идем по этому пути.

И вот в среду газета «Ведомости» публикует результаты опроса, который провел «Левада-центр» по заказу центра, который называется так… «Евросоюз — Россия». То есть, вроде бы, европейские страны захотели узнать, что думают сами россияне о том, куда они идут, кто они, что за страна и так далее, и так далее. И цифры по многим вопросам, на мой взгляд, совершенно поразительные. И, конечно, мы о них еще будем говорить в программе. Но вот главное, вот посмотрите. 71% опрошенных (а это репрезентативный опрос) считают… вернее, не считают себя европейцами. Причем, этот процент стабильно держится в любой возрастной категории — от 18-летних до пожилых людей, и у женщин, и у мужчин, и вне зависимости от, скажем, образовательного уровня и так далее.

На этой неделе спикер Совета Федерации Сергей Миронов во время съезда возглавляемой им партии заявил: «Лично я строить капитализм не собираюсь». Ну, можно называть это предвыборной риторикой, но когда политический деятель во время предвыборной кампании говорит такие вещи, совершенно очевидно, что он убежден в том, что есть большая часть населения, которая это будет приветствовать и будет за него голосовать. Это очевидная вещь. Называется это популизм, вообще говоря, — ну, не важно.

Далее, среди 71% россиян, которые не считают себя европейцами, три четверти, то есть 75%, считают Россию особым государством со своим особым путем развития. Но вместе с тем никто не может сколько-нибудь внятно сказать, а что это за особый путь. Сформулировать — никак. Вот мы ставили эти вопросы не раз и не два, и в нравственной плоскости, и в экономике, и во внешней политике. А вопрос-то ведь архиважный, потому что если не ответить на него, получается так: иди туда, не знаю, куда, купи то, не знаю, что. А надо как-то что-то решать.

Вот сегодня за нашим столом собрались люди, которые претендуют на то, что они-то знают, чего хочет народ России и что ему нужно. Но, вместе с тем, их мнения настолько различных по этому поводу, что иногда думаешь: они говорят об одном и том же народе или они имеют в виду совершенно разное? Это я вам говорю совершенно искренне.

Я их вам представлю с огромным удовольствием. Как всегда, от меня справа и против часовой стрелки — Олег Викторович Морозов, первый заместитель председателя Государственной Думы Российской Федерации, первый заместитель руководителя фракции «Единая Россия» в Госдуме. Добрый вечер. Рядом с ним — семикратный дедушка России, как я недавно выяснил, Геннадий Андреевич Зюганов, он же председатель ЦК КПРФ, здравствуйте. Напротив меня — Наталия Алексеевна Нарочницкая, заместитель председателя комитета Государственной Думы по международным делам, здравствуйте вам. Далее — давно не бывшая в нашей программе Ирина Муцуовна Хакамада, заместитель председателя «Народно-демократического союза», и рядом со мной — мой коллега, журналист Леонид Александрович Радзиховский.

Всем вам добрый вечер. И для начала позвольте я спрошу каждого из вас, и принимается ответ только «да» или «нет», Вот заранее вам говорю: да и нет. Вы себя считаете европейцами?

[spoiler]Олег МОРОЗОВ: Да.

ВЕДУЩИЙ: Вы?

Геннадий ЗЮГАНОВ: Я считаю себя…

ВЕДУЩИЙ: Да, нет?

Геннадий ЗЮГАНОВ: Нет.

ВЕДУЩИЙ: Вы?

Наталия НАРОЧНИЦКАЯ: Да. Но не той Европы, что сейчас.

ВЕДУЩИЙ: Вы?

Ирина ХАКАМАДА: Да.

ВЕДУЩИЙ: Вы?

Леонид РАДЗИХОВСКИЙ: Да.

ВЕДУЩИЙ: Так. Вы не подходите для этого опроса совершенно. Теперь давайте так. Вот ваша реакция на эти 71%, которые не считают себя европейцами. Как вы к этому относитесь? Любой из вас может начать. Как вы к этому относитесь?

Олег МОРОЗОВ: Нормально. Народ всегда прав.

ВЕДУЩИЙ: То есть? Это тоже популизм, вы ж понимаете, да?

Олег МОРОЗОВ: Нет, это не популизм. Потому что если народ говорит, что по каким-то мотивам, и их нужно поискать и объяснить, что большинство не считают себя европейцами, надо над этим задуматься. И здесь есть несколько вариантов ответа.

Ответ первый: что понимается людьми под этим словом? Потому что рядом, если вы посмотрите эти же опросы, 71% говорят, что они не считают себя европейцами, в то же время, к примеру, почти 50%, я на этот же опрос ссылаюсь, там 46, по-моему, процентов, говорят, что они — приверженцы частной собственности, что они приверженцы свободы личности, и права гражданина они ставят на один из приоритетов как ценность, а это ценность европейская.

ВЕДУЩИЙ: Но значит, в голове у них путаница?

Олег МОРОЗОВ: Путаница. Значит, вот это и нужно объяснять, с этим нужно разбираться.

Геннадий ЗЮГАНОВ: Можно?

ВЕДУЩИЙ: Да, конечно.

Геннадий ЗЮГАНОВ: Мы живем в стране, которая занимает шестую часть суши, это целая цивилизация.

ВЕДУЩИЙ: Уже меньше.

Геннадий ЗЮГАНОВ: Ну, седьмую. Целая цивилизация — 130 народов и народностей, все мировые религии и конфессии, 11 часовых поясов. Поэтому сопоставлять с небольшой Европой — я был почти во всех странах — мы не можем. С другой стороны, мы контактируем со всеми центрами силы — США, объединенной Европой, миллиардным Китаем, огромным арабским миром. Это тоже накладывает на нас особые качества. Есть еще четыре вещи, на которых стоит наша тысячелетняя страна, — это сильная государственность, коллективизм, справедливость и высокая духовность. Это качества, которые нас отличают во многом, в том числе от европейцев. Я 14 лет проработал в Совете Европы, встречался со всеми парламентариями, — там особый мир, который во многом нам полезен, но мы имеем и существенные отличия.

ВЕДУЩИЙ: Прошу. Вас удивляет эта цифра?

Наталия НАРОЧНИЦКАЯ: Никакой путаницы в головах у наших людей нет. Даже самый необразованный интуитивно чувствует, что он не хочет быть частью той Европы, во что она выродилась.

ВЕДУЩИЙ: Сегодня?

Наталия НАРОЧНИЦКАЯ: И, выстояв перед мощным натиском католицизма, который обладал бесспорным культурным обаянием, выстояв дважды против сумрачного германского гения, сейчас капитулировать морально перед попсой, цивилизацией пепси — вот что отторгает нас, а не европейские великие ценности.

ВЕДУЩИЙ: Но пепси — это американцы, а не Европа.

Наталия НАРОЧНИЦКАЯ: Мы принадлежим, безусловно, к одному христианскому наследию, но мы выстроили несколько иной свой исторический опыт, и мы слишком велики, чтобы растворяться в чем-то — вот и все.

ВЕДУЩИЙ: Ну, уж «растворяться». Никто об этом не говорит. Просто ваше самоощущение — вы кто по самоощущению? Вы европеец или вы кто-то другой? 70% и 71% говорят — «нет, по самоощущению я не европеец».

Наталия НАРОЧНИЦКАЯ: Но потому что для нас почему-то внушили нам, что Европа — это идейный багаж Французской революции, это протестантская этика мотивации к труду и богатства…

ВЕДУЩИЙ: И католицизм тоже.

Наталия НАРОЧНИЦКАЯ: Нет. А Европа — это «Отче наш», прежде всего. Вы понимаете? Вот что нас объединяет. И Нагорная проповедь. Что человек действительно ценен. Это вытекает, извините, не из гражданского общества ХХ века, а из христианского учения.

ВЕДУЩИЙ: Хорошо. Мы иногда с вами спорим по поводу религии — не будем этого делать сегодня, оставим эту тему. Пожалуйста.

Ирина ХАКАМАДА: Я сказала «да» — почему я считаю себя европейцем? Потому что для меня европеизм — это понятие, не связанное, во-первых, с национальностью, во-вторых, с географией. Для меня европеизм — это понятие, связанное с универсальными ценностями.

ВЕДУЩИЙ: Тогда как вы истолковываете вот этот 71%?

Ирина ХАКАМАДА: Все наши доморощенные изоляционисты, включая и средства массовой информации, сделали все для того, чтобы российский человек под европеизмом, Европой подразумевал, прежде всего, свое географическое положение и свои этнические корни.

ВЕДУЩИЙ: Это внушаемое, вы считаете?

Ирина ХАКАМАДА: Конечно, абсолютно. Потому что, если спросить потом русского человека: «Ты хотел бы, будучи инвалидом, жить как в Европе, или ты хотел бы, будучи инвалидом, жить, как в России?» — он скажет: «Как в Европе. Потому что там есть подиум. Потому что я там могу участвовать в жизни. А здесь я выброшен». Если спросить многодетную мать: «Ты хотела бы, имея детей, получать пособие как в России, или все-таки как во Франции?» и объяснить ей, что происходит во Франции, то русская мама скажет: «Я хочу получать, как во Франции». Поэтому на самом деле у народа-то нет путаницы, но его очень сильно путают.

Геннадий ЗЮГАНОВ: Одна маленькая реплика. В современной Франции в сто раз больше социализма, чем в современной России. Там социализирована абсолютно жизнь, и, конечно, там многие вещи весьма привлекательны.

ВЕДУЩИЙ: Прошу вас.

Леонид РАДЗИХОВСКИЙ: Ну, вы знаете, это напоминает немножко старый анекдот: «Ты помидор любишь?» — «Кушать — да, а так — ненавижу». Вот это отношение к Европе. Всеми благами европейскими — техническими, социальными, как правильно сказал Геннадий Андреевич, люди с огромным удовольствием пользуются. Нет дураков, которые бы сегодня отказывались от прав человека, — даже в том минимальном виде, который есть в России. От выборов, хотя бы в усеченном виде, и так далее. Да вообще, о чем говорить — если русские люди живут в Европе, они идеально там акклиматизируются, нет там отдельных русских кварталов, они себя совершенно там не чувствуют чужеродным телом.

Ну, запугали их, конечно, заморочили, перепутали в головах всякую ерунду. С одной стороны, реальный образ жизни Европы, и все политические партии, будь то «Единая Россия», КПРФ, «Справедливая Россия», — они в своих предвыборных лозунгах фактически, не говоря этого, говорят: «Мы вас дотянем до Европы — и по уровню жизни, и по продолжительности жизни, и по гарантиям, и по правам человека». То есть, де-факто они все равно говорят это. А с другой стороны, заморочили, что там какие-то враги, ракеты, «першинги», что они нас ненавидят, что они нас презирают, что они какие-то не такие, что они на нас смотрят сверху вниз. Но в головах у людей, естественно, путаница получается.

Наталия НАРОЧНИЦКАЯ: Вы знаете, вы немножко лукавите.

ВЕДУЩИЙ: Одну минуточку! Одну секундочку! Вот есть люди, которые не занимаются такой уж пропагандой, не средства массовой информации — тот же Солженицын. Все-таки можно соглашаться, не соглашаться, но подозревать его в неискренности и так далее, я думаю, не приходится. Вот в этой статье, в которой он вспоминает февраль 1917 года, он пишет: «Произошел как бы национальный обморок, полная потеря национального сознания. Через наших высших представителей мы как нация потерпели духовный крах. У русского духа не хватило стойкости к испытаниям». Он так оценивает буржуазно-демократическую Февральскую революцию 1917 года. Соглашаться, не соглашаться, но это точка зрения. И вот мой вопрос: считаете ли вы, что этот вывод действительно можно приложить к сегодняшнему дню? То есть, что ориентация страны изначальная, когда все изменения начались, на западную демократию, на ценности те, привела к тому, что, как очень образно сказал Солженицын «привела к национальному обмороку и потере национального сознания»? Что вы скажете?

Леонид РАДЗИХОВСКИЙ: Да не так это совершенно. Вот смотрите. Николай II не больно-то на Европу ориентировался, так сказать: самодержавие, которое в Европе ненавидели. Ну и развалилась эта лавочка. Парламентская республика в России — действительно, экспериментальный факт, — плохо приживается. В 1917 году не прижилась, в 1991-1993 — не прижилась. Здесь, в России нужна сильная исполнительная власть, сильная. Это факт, нравится кому-то или не нравится, это так. Европа, действительно, — политический строй там — парламентские республики, — у нас плохо приживаются. В этом Солженицын прав. Но ориентация на базовые европейские ценности великолепно приживается в России. Хотят люди в России иметь и частную собственность, и права человека, и гарантии своей личной независимости, и так далее.

Наталия НАРОЧНИЦКАЯ: Если адвокаты Европы, как вы, Леонид, будете называть всю русскую историю «лавочкой», тогда не удивляйтесь, что нация, которую объявляют неудачницей мировой истории, отвечает на это и демографической катастрофой, и отторжением тех, кто их презирает.

Леонид РАДЗИХОВСКИЙ: Ну, кто кого презирает? Ну, при чем тут это?

Олег МОРОЗОВ: Можно, я отреагирую? Вы знаете, конечно, никто не собирается называть русскую историю «лавочкой», — я думаю, что Леонид это не имел в виду.

Леонид РАДЗИХОВСКИЙ: Ничего подобного я не говорил. Николая II…

Олег МОРОЗОВ: Я хочу сказать о другом: конечно, был национальный обморок. Что такое начало 90-х годов в России? Это национальный обморок. Это потеря ориентиров, это крах иллюзий, это крах государства, Советского Союза, и от этого очень многое происходило в сознании людей. Опросы 1993, 1995, 1996 годов показывали совершенно другую картину. Нам тогда действительно казалось, что то, что за границей, в Европе, это тот образ, позитивный образ, к которому нужно стремиться.

Там были совсем другие цифры. Что произошло потом? 90-е годы — это крах иллюзий. То, что эта западная цивилизация, которая манила, оказалась в России, — коррумпированная власть, гигантское расслоение, ваучерная приватизация, потеря вкладов, олигархическое давление на жизнь гражданина и на власть, — конечно, все это перестало нравиться. Это первый ответ, почему это происходит. И второе: вот здесь я хочу поспорить с Леонидом. Я не склонен говорить о том, что Запад, Западная Европа относится к нам всегда как к партнерам и, всегда готова с нами строить равноправные отношения. В последние годы мы почувствовали, что с нами говорят менторским тоном, нас поучают, нам говорят: «Вот в этом учебнике демократии написано совсем не то, как вы делаете». Соответственно, наш гражданин очень хорошо чувствует это. Он говорит: «Постойте, вы там бросьте меня учить, я сам разберусь, как мне строить свою жизнь».

Ирина ХАКАМАДА: Я бы хотела сказать, что на самом деле я прочитала очень внимательно всю статью Александра Исаевича Солженицына. И вывод у меня другой. Весь пафос его серьезной работы, где он выступил как очень глубокий мыслитель и очень искренний, по государственному переживающий те события, а вывод следующий: обморок произошел с элитой, которая не смогла справиться с Россией, которая катилась в пропасть и вовремя не предприняла никаких мер, и которая фактически отдала и сдала власть маргиналам, которые не обладали настоящей поддержкой в стране и в народе, и в три дня империя рухнула. И всю ответственность за то, что в три дня огромная, богатейшая русская империя рухнула, Солженицын возлагает фактически на властную элиту.

Олег МОРОЗОВ: Это правда, это правильно.

Ирина ХАКАМАДА: Это его главный пафос. И вывод у меня был следующий: аккуратнее с империями и с авторитарными режимами. Они могут быть стабильными и великими до тех пор, пока или гений попадается и повезет, или ресурсы огромные, которые снимают ошибки гения. Но если вдруг попадается слабый царь — Николай II, или берем Михаила Горбачева, и дальше еще пропадают ресурсы, — берем распад коммунистической империи в считанные дни, потому что обрушились цены на нефть, и берем демократические государства, влезшие в дефолт, — оказывается, что все рухнет в одну секунду. Поэтому — почему я за европеизм? Потому что это длительная история формирования общества, которое саморегулируется, которое не зависит от двух-трех человек, находящихся у верховной власти.

Наталия НАРОЧНИЦКАЯ: Ресурсы сами не пропадают! Ресурсы та самая элита отдает в обмен на свое мнимое место в мировой олигархии.

Геннадий ЗЮГАНОВ: Я в Совете Европы 14 лет присутствовал и видел, как голосовали все европейские парламентарии — их 45 стран там. Они нас обвиняли за все — за Прибалтику, за Балканы, за Ближний Восток, за Грузию, за Белоруссию, за Украину. Мы там были виноваты по всем статьям — за Чечню и так далее. У них всегда есть две мерки: одна — к своим интересам, другая — к нам.

Причем, самое любопытное, восточноевропейские, от Таллинна до Украины, как правило, голосовали против резолюций, которые мы вносили.

ВЕДУЩИЙ: Ну, это понятно.

Геннадий ЗЮГАНОВ: Самое любопытное: в январе прошлого года был внесен вопрос о том, что СССР — преступная страна, и решили ее судить. Если б вы видели это судилище… Я не представлял, что цивилизованная Европа может судить страну, которая 27 миллионов лучших своих сыновей и дочерей положила на алтарь борьбы с фашизмом и на их освобождение. Что касается в целом нашей державы, — не Ленин развалил ее. Она сгорела в Первой мировой войне, как и четыре империи — Германская, Австро-Венгерская, Оттоманская и Российская. За 7 лет мы тогда провели четыре варианта политики — от военного коммунизма до НЭПа, от керенок, которые метрами мерили, до золотого рубля, и возродили Союзное государство. Вот тогда мы вернулись к традиционным российским ценностям, усилению вертикали власти, к коллективизму, справедливости, уважению к человеку труда.

ВЕДУЩИЙ: Ну конечно. Конечно! Марксизм… Я ведь напомню вам, Маркс был не русским человеком, и марксизм — это западное учение, которое принесли в Россию. И тут уж это было, так сказать… Вы меня извините, конечно.

Геннадий ЗЮГАНОВ: Вот спросите Олега Викторовича, почему его правящая партия за пять лет не построила ни одного современного завода, а марксисты перед войной построили 9 тысяч заводов и спасли мир от фашизма.

ВЕДУЩИЙ: Я буду спрашивать не Олега Викторовича, а я буду спрашивать Наталью Алексеевну. Позвольте. Одну секунду. Я хочу задать вопрос вам. «Вот все говорят, что марксизм изуродовал Россию, говорите вы. А вот я как историк скажу: как же Россия изуродовала марксизм! Россия — она перемалывает, она заимствует очень много, но она изменяет это, как мне кажется, просто до неузнаваемости», — ваши слова. И еще – «либо она все-таки будет Россией, будет нужна миру как Россия, либо ее не будет вовсе». Объяснитесь, пожалуйста.

Наталия НАРОЧНИЦКАЯ: Да. Я считаю, что Россия никогда не будет одномерной, как нынешняя Европа, утратившая все черты самобытной культуры, и там Родина — там, где ниже налоги, и главная ценность — выбор зубной пасты.

ВЕДУЩИЙ: Что же вы так говорите, ну…

Наталия НАРОЧНИЦКАЯ: Это не та Европа, которой восторгались наши развитые либералы XIX века. А поэтому наши нынешние западники взяли вообще все худшие черты российского западничества прошлого. Но русский интеллигент прошлого, вот XIX века, который пал на колени перед улыбкой Джоконды, перед жаждой познания Гете, перед декартовым рационализмом, — они бы сегодня не увидели бы в Европе, куда они раньше ездили за идеями, кроме каббалистических, знаете, вот этих значков «Интернет» и следов банковского процента — этого подлинного хозяина liberte… Они не любят это именно, а не Европу. Вы понимаете…

ВЕДУЩИЙ: Я вынужден вас прервать. Я как подданный европеец сейчас пойду почищу зубы пастой, а в этой время пойдет западная реклама.

Наталия НАРОЧНИЦКАЯ: Семь из семи: «Какая у вас паста?»! Вы знаете, Леонид Радзиховский…

ВЕДУЩИЙ: Реклама.

Наталия НАРОЧНИЦКАЯ: Все.

ВЕДУЩИЙ: Во время перерыва там были желания… Прошу, вы хотели чего-то возразить…

Наталия НАРОЧНИЦКАЯ: Вы меня оборвали на полуслове. Одну фразу разрешите только, честно, скажу.

ВЕДУЩИЙ: Одну.

Наталия НАРОЧНИЦКАЯ: Вот Леонид не прав, сказавши, что все здесь партии предлагают догонять в чем-то Европу. Вот как раз на съезде «Справедливой России» было сказано, что ни в коем случае никого не надо догонять, — это-то, наоборот, обрекает на прогрессирующую отсталость. Это аксиома сегодняшней глобализации.

ВЕДУЩИЙ: Хорошо.

Леонид РАДЗИХОВСКИЙ: Два слова сказал бы. Вот, Геннадий Андреевичу, по поводу Евросовета Европы и Европы. Понимаете, если бы вопрос задавался так гражданам России: считаете ли вы себя членами Совета Европы, то, действительно, они не считают себя членами Совета Европы. Но есть разница между политической текучкой, и, действительно, много несправедливого по отношению к России говорится в Европе, и обидно, когда получают, справедливо — не справедливо — обидно. Все люди взрослые, неприятно. Но это политическая текучка. И совсем другое дело — базовые ценности социальной системы, которые есть в Европе. Вы правы, там очень много социализма. Мне, например, это активно не нравится, но европейцам это нравится. У них много социализма, у них много прав человека, это нравится всем людям. Все люди хотят прав. Можно не говорить, что мы «догоняем» Европу — обидные слова, вроде, «мы отсталые, мы их догоняем». Но по факту, когда вы говорите: «увеличение продолжительности жизни», — а там до 80 лет; «повышение ВВП на душу населения», — а там выше; «гарантии прав личности», — а там они есть; «демократия» — а там все это есть, — по факту, говорите вы, что догоняете, не говорите, по факту — вы их догоняете. Поэтому отделять политическую текучку от реальной европейской ситуации, — это вот люди тут-то и путаются. Они видят политическую текучку: «Вот, они нас критикуют, они такие-сякие, плохие». А по базовым ценностям — да, мы европейцы. Вот в чем штука.

Наталия НАРОЧНИЦКАЯ: Если бы только по материальным критериям люди судили о смысле жизни, то тогда все бы только и следили, где лучше жизнь, и немедленно туда переселялись.

ВЕДУЩИЙ: Права человека — это не материальная вещь. Права человека.

Наталия НАРОЧНИЦКАЯ: Но есть ценности смысла жизни.

ВЕДУЩИЙ: Конечно.

Олег МОРОЗОВ: Я хотел бы активно поддержать Ирину — вот в каком тезисе. Она, мне кажется, правильно подметила главную мысль Солженицына. Но мысль эта не нова. На мой взгляд, вообще ошибка, в том числе марксистской теории, состояла вот в этой знаменитой формуле — «низы» и «верхи».

Вообще говоря, вот такие процессы, как в феврале, как в 1991 году, когда развалился Советский Союз, показывают другую закономерность: падают великие державы, падают системы, происходят вот эти революции тогда, когда гниет правящий класс, когда правящая элита не в состоянии что-либо делать. Это урок не только февраля, — это урок 1991 года, это урок Французской революции и так далее. Я хочу от этого оттолкнуться. Геннадий Андреевич, когда вы упрекаете сегодняшнюю — вашими словами — «правящую партию», мне не хотелось бы переходить на эту риторику, но, тем не менее, когда 70 лет другая правящая партия в итоге выпустила вожжи, развалила державу, потом другая правящая партия — кстати, когда вы были в парламентском большинстве — 10 лет не могла ничего с этим хаосом сделать, — так давайте хотя бы запустим те заводы, которые вы, ваша партия построила. Мы сегодня их запустили. И уже в этом поставьте нам, пожалуйста, первый плюс. Дальше уже построим новые.

Ирина ХАКАМАДА: Я хотела бы сказать по поводу зубной пасты. Когда я приезжаю в Италию, Наталия, то это Италия, а не выровненная в результате мотивации к прибыли какая-то безкультурная, потерявшаяся Европа. Когда я приезжаю во Францию, это Франция. И спутать ее с Италией невозможно.

Олег МОРОЗОВ: И Германия — это тоже особый мир.

Ирина ХАКАМАДА: Да. То же самое — Великобритания. Нельзя спутать ничего — ни архитектуру, ни живопись, ни стиль жизни, ни даже стиль, как они едят, как они общаются и так далее. Это абсолютно сохраненные национальные культуры. Но люди свободно передвигаются из страны в страну и даже — да, правильно, — ищут работу, где им выгоднее. Но при этом в голландских деревнях крестьяне выращивают своих коров и довольны жизнью, во французских деревнях и в итальянских, и в испанских люди — на земле. А у нас, что произошло с вашей демагогией? У нас все рванули в Москву, потому что во всей провинции ни одного рабочего места.

Геннадий ЗЮГАНОВ: Я что хочу сказать? Вот я сколько раз пересекал германо-французскую границу, у меня ни разу не спросили паспорт. Мы выступали и выступаем за укрепление союза России, Белоруссии и Украины, — это все-таки один народ с одной историей, верой, одной Победой. И на Украину езжу к своим родственникам — обязательно тебя обыщут. Вот мы считаем, что одна из главных задача на сегодня — это укрепление Союза России, Белоруссии и Украины. И плюс, мы не можем себя рассматривать просто как европейская страна. Мы — евразийская. Я в прошлом году был на двух крупнейших конференциях — в Пекине и в Сеуле.

ВЕДУЩИЙ: Это ж география. Это география!

Геннадий ЗЮГАНОВ: Одну минуточку. У нас огромные просторы там, которые обезлюжены. С Дальнего Востока сбежало уже 16%, и так далее. И если мы туда не повернемся, и не будем работать, — а в Азии сегодня самые высокие темпы, самые мощные финансовые потоки. Азия сегодня начинает диктовать весь мировой порядок…

Олег МОРОЗОВ: Головой надо крутить по всем азимутам.

Геннадий ЗЮГАНОВ: Нам надо работать, глядя в Европу, опираясь на ее лучшие ценности, но помнить, что будущее во многом наше зависит от того, как мы будем работать в Сибири, на Дальнем Востоке и в Азии. В противном случае мы окажемся на пустой Европейской равнине, где нет природных ресурсов.

ВЕДУЩИЙ: Давайте признаемся, что эти азиатские страны, о которых вы говорите, начиная с Японии и далее везде, методы работы восприняли западные. Западные!» А не азиатские.

Геннадий ЗЮГАНОВ: Но не отказались от своих коллективистских…

ВЕДУЩИЙ: Это другое дело! Но, вы понимаете, Китай, пока строил свой сугубый коммунизм, он был экономически, бог знает где. Когда он воспринял очень много западного….

Геннадий ЗЮГАНОВ: Но все сохранил свое. Все свое сохранил.

Наталия НАРОЧНИЦКАЯ: Как раз Китай и Индия демонстрируют банкротство тезиса, что модернизация и развитие возможны только при тотальной вестернизации. Они являются как раз государствами и цивилизациями, которые очень разумно вбирают в себя все, что достигается другими, но, тем не менее, не наносят удара в смыслообразующее ядро своей жизни.

Геннадий ЗЮГАНОВ: Опираются на свою тысячелетнюю историю.

Олег МОРОЗОВ: Мне кажется, что любая цивилизация может быть успешной только тогда, когда опирается на свои ценности.

Наталия НАРОЧНИЦКАЯ: Но вот у нас был вопрос — почему люди, 71%, действительно, не считают себя европейцами. Но, вы понимаете, речь идет о той Европе, которая в их представлении.

ВЕДУЩИЙ: Конечно! Конечно! Очень точно!

Наталия НАРОЧНИЦКАЯ: Да, но эту Европу отторгают и консервативные европейцы.

Ирина ХАКАМАДА: Именно поэтому они не считают себя европейцами! Потому что хорошо знают, как живут в Европе.

Наталия НАРОЧНИЦКАЯ: Если вы посмотрите вот эту европейскую Конституцию, то это же скучнейший образчик либерального Госплана. Там нет ни одной ценности, за которую великие европейцы прошлого всходили на эшафот. И Европа явила миру великие державы и великую культуру, когда она готова была всходить на эшафот за эти идеалы, и то, что вы видите красивое и прекрасное в Италии и Франции, создано как раз именно теми европейцами, самобытными, христианами и так далее.

Геннадий ЗЮГАНОВ: Владимир Владимирович.

Леонид РАДЗИХОВСКИЙ: Наталья Алексеевна, но они и нашу-то Конституцию не читали.

Ирина ХАКАМАДА: Во-первых, наша еще скучнее, а во-вторых, сейчас проходит Миллениум современного искусства, и там представлены молодые европейцы и молодые русские. Прекрасное искусство.

Геннадий ЗЮГАНОВ: В этом году будет Год Китая в России. В прошлом году было наоборот — все высшее руководство России там побывало. 65 губернаторов, они приехали вот с такими глазами: давайте мы изучать опыт не только Европы, а тех стран, которые 28 лет подряд показывают самые высокие темпы экономического развития.

ВЕДУЩИЙ: Дай Бог, чтобы был только Год Китая в России.

Геннадий ЗЮГАНОВ: А то еще придется язык учить.

ВЕДУЩИЙ: Я хочу вот что вам сказать, что по этим данным, 65% россиян не смогли дать определение, что такое демократия. 65% вообще не смогли дать.

Подавляющее большинство уверены — это 56%, что и судебная, и законодательная власть – 54%, — должны контролироваться исполнительной. То есть, основа основ демократии — управление страной через законы и независимый суд — отвергается. Далее авторы опроса делают такой вывод: «В XXI веке, как и в XVIII (при Петре) российская правящая элита оказывается несравненно более европеизированной. Все эти инициативы сверху встречают и продолжают встречать если не пассивное сопротивление масс, то возрастающую инертность и равнодушие». И в доказательство этого приводят совершенно, на мой взгляд, убийственные цифры. Посмотрите вот эту таблицу. «Какое влияние вы можете оказывать на то, что происходит в стране?». 62% говорят: «Никакого». И 31% говорят: «Крайне малое влияние». Итого, 93% говорят, что вообще влиять на развитие страны они не могут. При этом они хотят идти особым своим путем. Но это же абсолютный абсурд — «я могу, я хочу» — нет, я ничего не могу, но вот… Это первое. И еще одна таблица: «Чувствуете ли вы свою ответственность за то, что происходит в стране?». Посмотрите: 82% не чувствуют. «Нет у меня никакой ответственности». Естественно, если я не могу влиять, какая ответственность?». Понятно! Вот меня эти цифры вообще, на самом деле, очень просто настораживают.

Геннадий ЗЮГАНОВ: Владимир Владимирович, абсолютно закономерные цифры. Абсолютно закономерные!

ВЕДУЩИЙ: Да? Давайте! Почему?

Геннадий ЗЮГАНОВ: Вот сидит мой коллега рядом.

ВЕДУЩИЙ: Вижу.

Геннадий ЗЮГАНОВ: Четыре года назад были выборы. Ни слова не говорилось, что будет автогражданка. Вообще монетизации вы нигде не найдете — ни в одном их документов. Не заикались о том, что введут автономные учреждения — это, по сути дела, ликвидация бесплатного образования, и так далее. Ничего не говорилось. И все это ввели на голову избирателей, и они, конечно, говорят: «Что от нас зависит? Мы проголосовали, а нас даже и слушать не хотят!».

ВЕДУЩИЙ: Геннадий Андреевич, они вышли на улицу, — люди, которые были против монетизации, и пришлось изменить немножко этот закон.

Геннадий ЗЮГАНОВ: Очень… Не просто вышли. Мы вчера выходили — 5-6 тысяч. Но квартплата-то подпрыгнула опять на 40% вместо обещанных 10-11! Поэтому люди не верят такой власти, которая, имея большинство в Думе и исполнительную власть, не прислушивается ни к какому их мнению. Вот это главная причина.

Наталия НАРОЧНИЦКАЯ: А вы забыли, как в течение 10 лет, особенно все 90-е годы, нам внушали совершенно, и людям, которые сейчас чувствуют себя несопричастными, внушали ложный идеал демократа и либерала? Говорили, что гражданское общество — это совокупность индивидов исключительно с частными интересами, объединенными только… — я, конечно, схематизирую, — отметкой в паспорте. Вместо того, чтобы все-таки иначе, после действительно тоталитаризма, поставить вопрос о гармонии и взаимодействии категорий «я» и «мы». Потому что гражданское общество именно в этом.

«Мы» — это не простая совокупность «я». Но они живут неслиянно и нераздельно. И подлинное гражданское общество и нация — это единый преемственно живущий организм, с общими целями, ценностями, общими историческими переживаниями. И когда в течение 10 лет внушали идеалом демократа и либерала, не сопричастность к делам собственного отечества, то потом не удивляйтесь. И еще: все видят, как СМИ являются главным инструментом политики, манипулируя общественным сознанием, поэтому люди и равнодушны становятся.

ВЕДУЩИЙ: Знаете что, это, по-моему, здесь…

Наталия НАРОЧНИЦКАЯ: Но это вообще черта современного мира — в информационном обществе…

ВЕДУЩИЙ: Какие либералы «внушали несопричастность»…

Леонид РАДЗИХОВСКИЙ: Нет, ну вот Олег Викторович…

Олег МОРОЗОВ: Я вот что хочу сказать. Вы знаете, я тоже с уважением отношусь к этим цифрам, и это повод к серьезному размышлению. Вместе с тем я прошу обратить внимание на нашу политическую практику. Четыре раза выбирался российский парламент, четырежды более 50% граждан приходили к урнам, а в 1999 году этот показатель был более 60%. И каждый раз — обратите внимание, — каждый раз накануне выборов нам показывают некую подбойную статистику и говорят: «Люди не верят, люди не пойдут, люди не придут к урнам, не будет волеизъявления граждан». Вот мне кажется, что есть некое противоречие между тем, что человек думает в каждый конкретный момент, и когда наступает момент выбора, он, тем не менее, приходит и свой голос отдает, и тем самым занимает свою активную позицию. Геннадий Андреевич, я отвечаю на ваш вопрос. Знаете, когда вы упрекаете кого-то, что говорилось и что произошло потом, смотрите результаты выборов. Они не в вашу пользу.

ВЕДУЩИЙ: Я ничего с рекламой не могу сделать, это сильнее меня. Единственное, что я хочу сказать, — что если вы так уверены, что приходят, зачем надо было отменить этот самый порог, что даже если придет один человек… Это очень странно. Очень странно.

Олег МОРОЗОВ: Это европейская традиция. Это европейская традиция, которую вы поддерживаете!

ВЕДУЩИЙ: А, вот тут мы европейцы, да?

Олег МОРОЗОВ: Да, тут мы европейцы.

ВЕДУЩИЙ: Реклама.

ВЕДУЩИЙ: Так, пожалуйста, вы хотели, Ирина.

Ирина ХАКАМАДА: Да, я вот хотела прокомментировать эти страшные цифры. На самом деле, они для меня не страшные. Это означает, что люди очень мудрые и очень умные. Потому что они говорят: «Сделано все для того, чтобы мы не влияли на принятие решений, поэтому нас ничего и не трогает». Когда человек чувствует себя субъектом, и ответственен он не только за свою частную жизнь, но и за свою страну в целом? То есть, он чувствует, что он участвует и имеет обратную связь в построении государства, нации? Когда он голосует, прежде всего, за парламент. Он не очень понимает, что там с министрами, в администрации президента, — он голосует за президента, и он голосует за парламент.

Так вот, сколько лет прошло с момента модернизации, 1991 года, сколько наш человек, думая, что он гражданин, и он влияет на принятие решений, голосовал за парламент, столько он понимал, что парламент ничего не решает. Что это все — играют спектакль. Сейчас, за последние 5-8 лет это превратилось уже в такую откровенную картинку, что это поняли все. Именно поэтому порог явки-то сняли. Чтобы хоть кто-то пришел, потому что боятся. Поэтому я не согласна с господином Радзиховским. России нужна парламентская страна, где парламент будет формировать правительство, и тогда простой человек поймет, какая связь между его голосованием и той пенсией, которую он получает.

Олег МОРОЗОВ: Я внес такой закон, Ира.

Леонид РАДЗИХОВСКИЙ: Но я бы сказал, Ир, дело в том, что… Просто экспериментальный факт: два раза в России была попытка сделать действительно парламентскую республику, — это был 1917 год, когда не было ни царя, ни президента…

ВЕДУЩИЙ: Февраль, вы имеете в виду?

Леонид РАДЗИХОВСКИЙ: Февраль тире октябрь. Это был 1991-1993 год, когда был влиятельный парламент и колеблющийся президент, и оба раза мы знаем, чем это кончалось.

Ирина ХАКАМАДА: Не корректно! 1917 год — не было еще традиции, сегодня она возникла. Второе: парламент 1993 года…

Леонид РАДЗИХОВСКИЙ: 1991-1993.

Ирина ХАКАМАДА: 1991-1993 — это был уже кризис, это еще не была модернизация. А парламент 1993 года — уже все, ни на что не влиял. Ельцин назначал министров, они делали, что хотели, а парламент…

Наталия НАРОЧНИЦКАЯ: Я согласна, что у нас парламент мало что решает, и это большая беда. Но это не значит, что он бесполезен. Потому что трибуна, которая снимает, знаете, вот это напряжение общественное с баррикад и улиц, и переносит это в стены, где облеченные ответственностью люди должны, по идее, искать социальное и некое какое-то мировоззренческое решение, — это тоже очень важно. Но вспомните проект Сперанского замечательный. Почему мы сейчас, когда эти элементы пытаются, ну, конечно, по-новому ввести, все встали на дыбы и кричали о назначении губернаторов и так далее? Сперанского проект говорил о том, что в такой гигантски протяженной, многоукладной, многоверной стране, где невозможно для двух губерний одинаковую доктрину вообще применить, чтобы…

Олег МОРОЗОВ: Демократия с российской спецификой…

Наталия НАРОЧНИЦКАЯ: Поэтому исполнительная власть должна строиться единой вертикалью сверху донизу, а законодательная власть, представительная, — снизу доверху. Вот поэтому у нас местного самоуправления нет, а оно нужно.

Геннадий ЗЮГАНОВ: Владимир Владимирович, советское народовластие было в этом отношении самым эффективным.

Наталия НАРОЧНИЦКАЯ: О, идеалом, да!

Геннадий ЗЮГАНОВ: Я не говорю, идеалом. Оно было… Наташа, мы вас выслушали. Оно было самым эффективным.

Олег МОРОЗОВ: Эффективным — да, но это не имеет никакого отношения к парламентаризму.

Геннадий ЗЮГАНОВ: Оно сумело создать мощную промышленность, оно сумело создать великолепную науку, оно сумело победить, оно сумело прорваться в космос, оно сумело каждому гарантировать прекрасное образование. Оно заставило весь мир считаться с нашей страной. Одни боялись, вторые любили, но все знали, что это великая страна. А сегодня нас заталкивают на задворки истории под общие разговоры о демократии, которой реально нет. И вы и ваши таблицы это показали.

Леонид РАДЗИХОВСКИЙ: Про таблицы я бы два слова и сказал. Вот смотрите, действительно, 93%, которые говорят, что они ни на что не могут повлиять, — они меньше всего думают о парламенте. Они знают, что они не могут повлиять на своего мента, они не могут повлиять на ближнего чиновника, — они ни на что повлиять не могут. Нормальные люди, — они так пишут, и я бы так написал. «Ни на что я, — вот я журналист, тра-та-та, тра-та-та, — ни на что абсолютно я повлиять не могу», — это факт. Я удивляюсь, откуда взялись 7 процентов, которые считают, что они на что-то влияют.

Геннадий ЗЮГАНОВ: Они и влияют как раз.

Ирина ХАКАМАДА: Это те самые 7%, владеющие 70% национального дохода.

Леонид РАДЗИХОВСКИЙ: Это первое. И второе: особый путь. Вот это более интересно. Значит, «ни на что не можем повлиять, но должны идти особым путем». Правильно. Потому что эти люди привыкли, что обратной связи от народа к власти нет, считают это нормой и говорят: «Так было, так и будет, — вот это и есть наш особый путь. Ни на что повлиять не можем». Конечно.

Олег МОРОЗОВ: Нет, конечно. Я не согласен.

Наталия НАРОЧНИЦКАЯ: Нет. Я тоже не согласна. Народ не это под особым путем понимает, конечно.

Олег МОРОЗОВ: Особый пут — это вообще нормальный атрибут любой цивилизации. И российской в том числе. Я считаю, что ориентация на базовые демократические ценности, в том числе европейские, все равно лежит в основе нашего выбранного пути. Кстати, высокий рейтинг Путина — это ответ на этот вопрос, косвенный. Люди не называют себя европейцами, люди отвергают так называемые западные ценности, но поддерживают Путина, который на сто процентов европеец. Он, кстати, этого не скрывает. И он говорит: «Да, я строю в России как президент демократическое просвещенное общество, основанное на базовых ценностях, на базовых демократических ценностях». Но тот же Путин в Мюнхене говорит Западу: «Уважаемые господа, у нас Россия. Мы — не Европа в чистом виде, мы не Азия, мы — не Германия, не Франция. Мы — Россия. Позвольте нам самим отвечать на вопрос, как мы будем строить свою избирательную систему, как мы будем избирать губернаторов, и многое другое, что будет обязательно базовыми европейскими ценностями, но с российской спецификой».

ВЕДУЩИЙ: Я не слышал никогда, чтобы он отвечал на этот вопрос, что он европеец или нет, — я просто не слышал. Может быть, он и говорил… Я же не все слышу, что он говорит.

Леонид РАДЗИХОВСКИЙ: И он не все слышит, что говорят, так что это естественно.

Геннадий ЗЮГАНОВ: Я его четырежды убеждал подготовить специальную программу по развитию Дальнего Востока и Сибири, где 90% всех наших ресурсов…

ВЕДУЩИЙ: И ничего не удалось, да?

Геннадий ЗЮГАНОВ: Нет, в последнее время дали поручение, и, мне кажется…

ВЕДУЩИЙ: Вы дали поручение?

Геннадий ЗЮГАНОВ: Нет, правительство, может быть, зашевелится немножко.

ВЕДУЩИЙ: Скажите мне, пожалуйста, а поскольку по опросу 40% россиян негативно воспринимают капитализм, — по крайней мере, слыша это слово, они негативно на это реагируют. В этом же вопросе – 44% поддерживают частную собственность и считают ее главной ценностью западной демократии.

Олег МОРОЗОВ: Геннадий Андреевич ответил на этот вопрос.

Геннадий ЗЮГАНОВ: Нет, нет.

ВЕДУЩИЙ: Я спрашиваю: опять тут какая-то шизофрения. С одной стороны…

Ирина ХАКАМАДА: Владимир Владимирович, никакой шизофрении нет.

Олег МОРОЗОВ: Социализм во Франции, в Германии, конечно. Как сказал Зюганов.

Ирина ХАКАМАДА: Капитализм не поддерживается, потому что, во-первых, его, действительно, его уже нигде нет. То, что есть на Западе, это не капитализм.

Наталия НАРОЧНИЦКАЯ: Конечно.

ВЕДУЩИЙ: Но это и не социализм.

Ирина ХАКАМАДА: Во-вторых, это не социализм. Капитализм не поддерживают, потому что он ассоциируется с диким периодом рыночных реформ с 1993 по 1999 год и со страшной бедностью.

Наталия НАРОЧНИЦКАЯ: Конечно.

Ирина ХАКАМАДА: И при этом люди, конечно, уважают институт частной собственности, потому что он обеспечивает им собственное материальное выживание.

Наталия НАРОЧНИЦКАЯ: Вы знаете, те, кто отторгает частную собственность, отторгает ее не как таковую, а исключительно ростовщический способ ее использования в первый период реформ, действительно. И это отторжение. Потому что не надо обвинять русский народ в том, что он не любит богатых и так далее только. Понимаете…

Олег МОРОЗОВ: Я хотел сказать, что представление о капитализме и социализме, к большому сожалению, у нас идет еще с традиций «Краткого курса ВКП(б)». И, увы, многие именно так, как черно-белым, пользуются этими категориями. На самом деле, жизнь уже давно по-другому Эстонии категории расставила в истории, и в чистом виде они сегодня не существуют. Но Геннадий Андреевич сам ответил на этот вопрос. Он сказал: людям нравится то, что на Западе, потому что там гораздо больше социализма, чем сегодня. И в этом смысле нам нужно ориентироваться на эти ценности — на демократию, на свободу и так далее. И вместе с тем, понятно, что какие-то вещи мы совершенно иначе толкуем. Смотрите, американцы — владение оружием — для них это базовая ценность демократии. Для нас это вопрос, может быть, сотый.

ВЕДУЩИЙ: Это вторая поправка к Конституции.

Геннадий ЗЮГАНОВ: Владимир Владимирович, одну справку, одну короткую.

Наталия НАРОЧНИЦКАЯ: Вы знаете, почему она произошла, потому что только англичане имели право…

Геннадий ЗЮГАНОВ: Вот, товарищу Морозову. Господину Морозову. На Западе нет меньше 34% государственной собственности, в европейских странах.

Это позволяет им обеспечить и гарантировать бесплатное образование, хорошую страховку медицинскую, многое другое. Сегодня эта партия власти довела до того, что 10% всего в России государственной собственности. И ни одного социального вопроса не в состоянии решить.

Олег МОРОЗОВ: Это вы натворили! Вы! Вы натворили!

Наталия НАРОЧНИЦКАЯ: Мне так не хочется кого-то обвинять…

ВЕДУЩИЙ: Осталось 45 секунд. Не займите все.

Наталия НАРОЧНИЦКАЯ: Идея социального государства, которая вытекает отнюдь не из марксизма, а вообще-то, из христианского чувства солидарности — обул, накормил ближнего, значит — сделал Господу, — это имманентно присуще нашему народу. Поэтому социальное государство, а не капитализм, — вот что такое мы должны строить, со всеми элементами достижений.

ВЕДУЩИЙ: У вас есть 15 секунд. Хотите что-нибудь сказать?

Ирина ХАКАМАДА: В следующий раз, когда людей спросят: «Вы хотели бы быть европейцами?», вспомните наш спор и сделайте правильный выбор.

ВЕДУЩИЙ: А вы бы, что хотели сказать?

Леонид РАДЗИХОВСКИЙ: А я бы хотел сказать, чтоб из этих 70% хоть половина в Европе хоть раз в жизни побывала и тогда говорила, хотят, быть европейцами, или нет.

ВЕДУЩИЙ: Я вас всех благодарю. Вообще, тема важнейшая, и мы будем ее обсуждать еще.

[/spoiler]

Что ближе России: Европа или Азия?

7 декабря в ИИФиСМИ Кабардино-Балкарского государственного университета им. Х. М. Бербекова состоялось очередное заседание клуба «По тропам КЛИО» по теме «Россия между Европой и Азией: поиск идентичности».
В качестве почетных гостей на круглом столе присутствовали председатель Регионального отделения Русского географического общества в КБР Мухамед Кожоков, ученый секретарь РО РГО в КБР и руководитель молодежного клуба РО РГО в КБР Алексей Абазов, заведующий кафедрой всеобщей истории КБГУ Хамидби Мамсиров.  
Россия ближе к Европе или Азии, надо ли нам всегда быть европейцами, влияет ли Россия на развитие европейской или даже мировой цивилизации, на эти вопросы пытались найти ответы участники дискуссии – студенты направления «История» 2–4-х курсов.
Свою точку зрения аргументированно отстаивала Гергова Карина, отмечая, что географическое положение нашей страны играет важную роль в разрешении этого вопроса и каждый гражданин России сам должен выбрать, что ему ближе: Европа или Азия. Аслан Темукуев считает, что «мы европейская страна, но находимся между Европой и Азией». Кантемир Карданов также думает, что Россия держит равнение на Запад. Его мысль продолжил Алим Кушхов, приводя убедительные доводы в пользу своего мнения: «Россия всегда ориентировалась на Европу. Русские мыслители контактировали с европейскими, стремились перенимать европейские традиции. Достаточно вспомнить, что российские императоры стремились породниться с западными. Сейчас процесс европеизации России продолжается».
Оппоненты Мадина Кучукова и Рашид Гулиев, напротив, говорили о том, что Россия – особенная страна. Она отличается своей самобытностью, гуманностью и поэтому не похожа на Европу. Рашид рассказал о преимуществах азиатской цивилизации, о первых университетах, образованных на базе медресе, о восточных мудрецах, чьи имена известны всему миру. 
«Примирил» всех руководитель «КЛИО» профессор кафедры истории России Петр Кузьминов: «Мы, россияне, – особый социум с уникальными традициями, которые формировались на основе достижений культур многих народов, населяющих нашу страну. Останемся ли мы такими, неизвестно. Но все-таки мы другие».
Впечатлениями о встрече с будущими историками поделился Мухамед Кожоков, который выразил слова благодарности участникам клуба за интересную дискуссию. Он также рассказал студентам о работе Регионального отделения Русского географического общества и пригласил их стать членами молодежного клуба РГО и поучаствовать в их мероприятиях.
В следующий раз любители истории порассуждают на тему «Глобализация: за и против».

Материалы страницы КБГУ в facebook.

Европа не может считаться «полноценной» без России — Российская газета

Известный русский ученый Данилевский Николай Яковлевич, который являлся одним из теоретиков славянофильства, в своем труде «Россия и Европа», изданном в 1871 году, подробно изложил теорию, в соответствии с которой «Европа признает Россию чем-то для себя чуждым, и не только чуждым, но и враждебным», а коренным интересам России отвечает «быть противовесом Европе».

Игорь Иванов, президент Российского совета по международным делам (РСМД), министр иностранных дел России (1998-2004 гг.): «При всех известных разногласиях между Россией и Европейским союзом диалог — это единственный путь, который может позволить преодолеть недопонимания и нащупать возможности для движения вперед. В этом отношении, что бы там ни говорили, но недавний визит верховного представителя Евросоюза Жозепа Борреля в Москву был нужен.» Фото: Александр Натрускин/ РИА Новости

Полтора века прошло со времени появления на свет этой работы. Мир стал иным. Что бы ни говорили антиглобалисты, бурное развитие современных технологий, их внедрение в жизнь буквально каждого человека заставляют пересматривать многие представления об отношениях между государствами, между людьми. Обмен информацией, научными открытиями и знаниями, культурным богатством сближают людей и государства, открывают невиданные ранее возможности для развития. Искусственный интеллект не знает границ и не различает пользователей по национальному или гендерному признаку. Наряду с новыми возможностями мир сталкивается и с новыми проблемами, которые все больше носят наднациональный характер и требуют объединения усилий для их решения. Пандемия — последний тому пример.

На фоне этих бурных перемен, которые по понятным причинам не могут протекать безболезненно, время от времени слышится все тот же тезис «Европа враждебна России». Правда, доводы, которые в наши дни приводятся в оправдание этого тезиса, выглядят намного более упрощенными, чем у Данилевского.

И тем не менее от ответа на этот вопрос уходить нельзя, так как без этого будет сложно выстраивать серьезную долгосрочную внешнюю политику, учитывая роль и место Европы в мировых делах.

Прежде всего несколько слов по формулировке самого вопроса. А почему, собственно, Европа должна любить или не любить Россию? Разве можно сказать, что Россия, например, кого-то любит, а кого-то знать не хочет. Подобные определения, которые заранее предопределяют характер отношений между государствами в современном взаимозависимом мире, вряд ли приемлемы. Во всех внешнеполитических концепциях России во главу угла внешней политики ставятся обеспечение безопасности страны, ее суверенитета и территориальной целостности, создание благоприятных внешних условий для поступательного развития страны. У России с Европой — многовековая история. На этом пути были и войны, и годы взаимовыгодного сотрудничества. Что бы кто ни говорил, но Россия неотделима от Европы, как Европа не может считаться «полноценной» без России. Поэтому важно направить интеллектуальный потенциал не на разрушение, а на формирование отношений нового типа, соответствующих современным реалиям.

В начале XXI века в России и в Европе было ясное понимание того, что Россия не сможет в силу объективных причин стать полноправным членом существующих в Европе объединений, как военно-политических, так и экономических. Это касалось и Европейского союза и НАТО. Поэтому были согласованы механизмы, которые должны были позволить сторонам развивать отношения и сотрудничать в различных областях. Такое решение позволило за несколько лет придать серьезный импульс двустороннему сотрудничеству. Европейский союз стал ведущим внешнеполитическим партнером России, были выстроены каналы взаимовыгодного сотрудничества во многих областях.

В последние годы динамика развития отношений между Россией и ЕС была утеряна. Сейчас мы наблюдаем быстрый откат и потерю многих позиций. Происходит это не потому, что кто-то кого-то любит или не любит, а в силу утраты сторонами стратегического видения будущего двусторонних отношений в условиях быстро меняющегося мира. Президент России Владимир Путин, выступая на форуме в Давосе, говорил о том, что Россия есть часть Европы, а в культурном смысле, по сути, одна цивилизация. Этот базовый тезис, а не надуманные эмоции, и должен лежать в основе российской политики в отношениях с Европой.

При всех известных разногласиях между Россией и Европейским союзом диалог — это единственный путь, который может позволить преодолеть недопонимания и нащупать возможности для движения вперед. В этом отношении, что бы там ни говорили, но недавний визит верховного представителя ЕС в Москву был нужен. Никто от этого визита и не мог ожидать каких-либо «прорывов». Слишком далеко зашли противоречия и недопонимания между сторонами. И тем не менее такие визиты и контакты должны стать регулярными. Без этого не будет и положительных результатов.

Помимо вопросов, которые стоят в повестке дня сторон, необходимо главное внимание уделить выработке стратегического видения будущего отношений между Россией и ЕС, сфер взаимных интересов. Например, нельзя откладывать серьезный разговор о совместимости энергетических стратегий, о последствиях внедрения в Европе «зеленой энергетики» для экономического сотрудничества с Россией. Иначе будет поздно. И вместо еще одной сферы для взаимовыгодного сотрудничества мы получим новую неразрешимую проблему. Данилевский в работе «Россия и Европа», признавая заслуги Петра I, в укор ему ставил то, что он «захотел во что бы то стало сделать Россию Европой». Никто сегодня не ставит таким образом вопрос. Россия была, есть и будет самостоятельным игроком на международной арене с национальными интересами и приоритетами. Но реализовать их в полной мере можно только при условии активной внешней политики. И одним из приоритетов являются отношения с Европой.

«Реакция будет жестче, чем в 2014-м» Европа боится вторжения России на Украину. Чем ответит ЕС на обострение конфликта?: Политика: Мир: Lenta.ru

С первых полос западных СМИ не сходят заголовки о планируемом Россией вторжении на Украину: некоторые материалы поражают степенью детализации — в них приводятся и ориентировочные даты российской агрессии, и даже предположительный сценарий ведения боевых действий. Из Москвы же звучат опасения о возможных провокациях на востоке Украины и попытке Киева решить проблему Донбасса силовым путем. Озабоченность из-за возможного конфликта звучит на самом высоком уровне: 7 декабря этот вопрос обсудят и президенты России и США на запланированной онлайн-встрече. О том, как видится из Европы ситуация на ее восточных границах и каким может быть ответ Евросоюза в случае вооруженного конфликта между Россией и Украиной, в интервью «Ленте.ру» рассказал официальный представитель внешнеполитической службы ЕС Петер Стано.

«Лента.ру»: Ситуация на Востоке Украины очевидно обостряется, стороны все чаще обвиняют друг друга в провокациях и вынашивании агрессивных планов. Что собирается сделать Евросоюз для предотвращения конфликта?

Петер Стано

Петер Стано: Дипломатия — единственный способ предотвратить катастрофу, которая может произойти в случае вторжения, агрессии или конфронтации, это лучшее средство для предотвращения кризисов.

В частности, на прошлой неделе верховный представитель ЕС по иностранным делам Жозеп Боррель в Стокгольме встретился с главой МИД России Сергеем Лавровым. Он рассказал ему о том, что мы знаем, чего опасаемся и что хотим предотвратить. Состоялось немало обменов и по линии НАТО.

Мы поднимали этот вопрос как в публичном поле, так и по дипломатическим каналам. Наша позиция предельно ясна: ЕС не приемлет никакой агрессии. Мы займем сторону Украины и будем поддерживать ее перед лицом любой агрессии.

Жозеп Боррель и Сергей Лавров

Фото: пресс-служба МИД РФ / РИА Новости

Никто не заинтересован в эскалации, потому что в конечном итоге кто от нее выиграет? Никто, по крайней мере в нашей части Европы, не хочет создавать большие трудности для рядовых жителей восточной Украины, которые и без того находятся в тяжелом положении.

Ведь в конечном итоге пострадает не Брюссель, не политики в Киеве или в Москве. Жертвами станут обычные жители Донбасса, которым придется платить высокую цену за неправильные решения политиков

По вашим словам, Боррель заявил Лаврову о том, что в ЕС осведомлены о планах России. Что он имел в виду?

Украина — наш непосредственный сосед, наш стратегический партнер, поэтому, конечно, мы следим за тем, что происходит на Украине и вокруг нее. Мы знаем об угрозах, с которыми сталкивается эта страна.

Вооруженные силы Украины проводят учения в Херсонской области

Фото: Press Service of General Staff of the Armed Forces of Ukraine / Reuters

Давайте не будем забывать, что ЕС — это 27 стран-членов, и у всех есть свои спецслужбы, которые собирают разведданные. Более того, большинство стран-членов ЕС входят в НАТО, которое также располагает большим объемом информации. Один из крупнейших членов НАТО — США, мы с ними также плотно взаимодействуем на двусторонней основе. У нас также много контактов с другими партнерами, такими как Великобритания и Канада. Так что если объединить все эти коллективные знания и всю информацию, которая доступна из всех источников и ресурсов, которыми располагают эти страны, можно получить картину того, что происходит.

Нынешние технологии позволяют следить чуть ли не за передвижением муравьев в лесу. Поэтому, конечно, мы можем отслеживать передвижение военной техники и войск. И та информация, которую мы получили, вызывает серьезные опасения

Вот почему мы уделяем этому вопросу так много внимания и почему мы проводим такую большую разъяснительную работу среди партнеров, а также в отношении России, чтобы не допустить ухудшения ситуации.

Какие шаги ЕС предпримет, если, допустим, военный конфликт на Украине произойдет?

В Брюсселе есть золотое правило — никогда не рассуждать с позиций «а что если». Но если вы внимательно следите за заявлениями, исходящими от ЕС и НАТО, то понимаете, что нечто вроде вторжения на Украину для нас абсолютно неприемлемо, и это будет иметь серьезные последствия.

И мы, Европейский Союз, как крупный и сильный блок, будем стоять на защите Украины, мы будем ее поддерживать. Мы не допустим никакой агрессии или нарушения ее прав, ее суверенитета, ее территориальной целостности. В противном случае ЕС и все международное сообщество будут вынуждены отреагировать. И я смею утверждать, что наша реакция по своему масштабу и силе будет существеннее, чем в 2014 году

Российские власти в свою очередь выражают опасения, что провокации, как со стороны Украины, так и со стороны Запада, как раз и могут привести к конфликту.

В этих заявлениях нет ничего нового, это один из излюбленных инструментов российской дезинформации, попытка отвлечь внимание: дескать, а как же, посмотрите, что они делают.

Но ответьте на логический вопрос: что получит Евросоюз или Украина в случае нападения или провокаций в отношении России? Ничего. Не в нашем менталитете, не в нашей ДНК создавать конфликты, мы, напротив, пытаемся их разрешить. Потому что понимаем, что конфликты приносят людям только страдания, а сотрудничество — благополучие.

Никто не пойдет на конфронтацию с Россией, потому что все знают, что это будет бессмысленной потерей людских жизней и средств. Зачем нам это делать? Ради чего?

Посмотрите на то, чем сейчас занимается ЕС: восстановлением после пандемии, смягчением последствий изменений климата. Мы хотим восстановить нашу экономику, сделать ее более «зеленой». Это то, что волнует наших граждан. А не агрессия против России.

Так что я полностью отвергаю подобные обвинения. Они абсолютно беспочвенны и необоснованы. Мы в Европе понимаем, что любая конфронтация с Россией, не говоря уже, упаси бог, о военном конфликте, не в интересах наших граждан. Поэтому все эти разговоры о том, что НАТО или ЕС пытаются вторгнуться в Россию, причинить ей вред — это полный нонсенс, потому что это просто не имеет смысла и ничего нам не принесет.

В последнее время возросла напряженность и в Черном море. Рассматривает ли ЕС какие-либо шаги, которые могли бы помочь сохранить стабильность в этом регионе?

Подобный механизм некогда существовал, Россия и НАТО вели относительно нормальный диалог по оперативным вопросам, но из-за действий России [в отношении своего представительства при НАТО и офиса миссии альянса в Москве] он перестал быть эффективным.

Нет необходимости изобретать что-то новое: у нас уже есть набор правил, есть переговорные площадки. Организация по безопасности и сотрудничеству в Европе, ОБСЕ. Давайте просто придерживаться тех обязательств, которые мы взяли на себя, и использовать существующие механизмы для решения любых проблем и разногласий, которые у нас возникают.

Учения Sea Breeze 2021 в Черном море

Фото: Efrem Lukatsky / AP

Видит ли ЕС угрозу для себя из-за непростой ситуации в Черноморском регионе?

Происходящее в этом регионе лишь дополняет длинный список провокаций и инцидентов, которые происходят между военными России и НАТО. Безусловно, это вызывает у нас обеспокоенность, потому что ситуация может обостриться и выйти из-под контроля без ведома и желания сторон, и мы можем внезапно оказаться втянуты в конфликт, которого никто из нас не хотел.

Если вместо того, чтобы сократить количество подобных инцидентов, Россия будет увеличивать их количество и охват, будь то воздушное пространство Польши, стран Балтии или Черного моря, риски только возрастут. Заинтересованы ли мы как Европейский Союз в создании этой напряженности? Нет. Перед нами стоят более серьезные проблемы, которые мы должны решить ради блага наших граждан.

Поэтому мы призываем Россию — пожалуйста, прекратите это. Это не принесет ничего, кроме проблем, нестабильности и напряженности, которые могут быстро перерасти в то, в чем ваше население не заинтересовано — в конфронтацию или, не дай бог, в вооруженный конфликт

Можно ли кратко сформулировать позицию Евросоюза в отношении России?

Отношения между ЕС и Россией сегодня не самые хорошие, и они, конечно, не такие, какими мы хотели бы их видеть. Но мы хотим донести до наших российских партнеров, что Европейский Союз ориентирован на сотрудничество. Так давайте сотрудничать: у вас есть ресурсы — у нас есть рынок; мы производим товары — у вас есть рынок. Давайте наладим обмен между нашей молодежью. У вас прекрасный язык, прекрасная литература, прекрасная культура — так давайте сотрудничать в этой области.

По каким направлениям возможно взаимодействие в политической плоскости?

Например, в Совете Безопасности ООН: Россия имеет право вето, поэтому если мы хотим добиться чего-то на глобальном уровне, придется говорить с Россией. В области изменения климата — Россия является крупным производителем выбросов, поэтому с ней нужно вести диалог по этой теме. Проблема иранской ядерной сделки — здесь без России тоже не обойтись. В этом вопросе Россия ведет себя очень конструктивно. Очевидно, что мы можем чего-то добиться, работая вместе. Еще один пример — палестино-израильский мирный процесс. Здесь Россия также предпринимает усилия, которые совпадают с тем, чего пытается добиться ЕС. Что касается Ливии и Сирии, у нас есть разногласия, но опять же без России мы не сможем достичь существенного прогресса. Нам нужно взаимодействовать, когда это в наших общих интересах, когда мы можем добиться чего-то для глобальной стабильности.

Фото: United Nations / Reuters

Еще одно направление нашей деятельности — это взаимодействие с гражданским обществом, но оно крайне затруднено из-за законов об иностранных агентах и нежелательных организациях. Мы хотели бы поддерживать независимые СМИ и правозащитников. Это очень сложно, но мы ищем способы, как это сделать. Мы также заинтересованы в том, чтобы стимулировать сотрудничество в сфере научных исследований и инноваций, наладить межуниверситетские обмены, давая молодым людям возможность приехать в Европу, учиться здесь, набираться опыта.

Мы хотим, чтобы россияне собственными глазами увидели, что ЕС — это не империя зла, которая хочет напасть на Россию, сделать всех геями, отнять у них детей и отдать педофилам. Мы — нормальные люди, которые просто хотят наслаждаться жизнью

Мы заинтересованы в сотрудничестве с Россией, мы считаем ее частью Европы с точки зрения общей культуры, общих принципов и ценностей.

С середины XX века в Европе обсуждается концепция «общеевропейского дома» и построения «Большой Европы от Лиссабона до Владивостока». Уместно ли обсуждение этих идей в нынешних условиях?

Мы бы этого очень хотели, это соответствует нашему видению Европы как пространства для сотрудничества. Мы действительно заинтересованы в сотрудничестве. Наше соглашение об ассоциации с Украиной, Молдовой и Грузией не направлено против Евразийского экономического союза или России. Если у России есть иная модель для взаимодействия со своими соседями, мы можем их объединить, они не должны быть взаимоисключающими.

Мы можем наладить свободный товарообмен, это выгодно для всех. Только подумайте, сколько преимуществ получат наши граждане от свободы передвижения: у многих россиян есть друзья и родственники в Европе; мы бы тоже были рады возможности просто сесть на поезд и без всяких виз поехать в Россию. Мы могли бы совместно установить единые стандарты, чтобы португальский бизнесмен, приехав в Россию, точно знал, что ему нужны те же документы, что и в Португалии, что правила те же, что судебная система работает так же. Тогда он может инвестировать в Россию и создавать там рабочие места. Так почему бы не избавиться от всех этих препятствий?

Материалы по теме:

Эта идея все еще очень хороша. Было бы очень хорошо продолжать работать над ней, но, к сожалению, несмотря на наше желание, сейчас эта идея кажется утопией.

Евросоюз обвинил Белоруссию в искусственном создании кризиса на польской границе. Есть ли у вас свидетельства, подтверждающие, что за происходящим действительно стоят белорусские власти и лично Лукашенко, а не отдельные бизнесмены, решившие заработать на мигрантах?

Я думаю, что и в Москве понимают, что Белоруссия не самая либеральная и свободная страна. Трудно представить, чтобы что-то происходило в Белоруссии без ведома властей, особенно, если речь о внезапном наплыве тысяч людей из третьих стран, с которыми установлен визовый режим.

Мы знаем, что в этих странах была развернута целая рекламная кампания при содействии белорусских властей. И все это делалось через посольства, консульства, туристические агентства, которые, очевидно, связаны с белорусскими властями или контролируются ими.

Для нас никогда не стоял вопрос о том, является ли происходящее делом рук белорусских властей: вся наша информация и понимание того, как устроена страна, указывают на то, что этого не случилось бы без одобрения со стороны руководства

Лукашенко борется за выживание. Он знает, что, если произойдут перемены, ему не удержаться у власти. Конечно, он делает все возможное, чтобы предотвратить или отсрочить это, но история беспощадна: посмотрите на судьбу всех диктаторов, что с ними случилось. Ну, разве что за исключением Башара Асада, но он в итоге полностью разрушил свою страну. Не думаю, что это образец для подражания.

Так или иначе, мы не сомневаемся, что это (миграционный кризис на границе прим. «Ленты.ру») было организовано белорусским государством. Видят это и наши партнеры, включая пострадавшие страны, такие как Ирак. Ведь Лукашенко использовал их граждан в своих целях и поставил их в бедственное положение. Их привезли в Белоруссию, дав ложные обещания, введя в заблуждение, соврав, что оттуда они смогут попасть в Евросоюз.

Фото: Jakub Wlodek / Agencja Gazeta / Reuters

Их свозили автобусами к границе, под присмотром местных военных, их выталкивали к забору с колючей проволокой, а затем блокировали путь назад, вынуждая их пересекать границу нелегально. Это так неправильно, бесчеловечно и незаконно со многих точек зрения.

У нас достаточно доказательств, что за этим стоит Лукашенко, и поэтому мы отреагировали так, как отреагировали. И вы видите, что большинство международного сообщества согласилось с Евросоюзом — что это неправильно и бесчеловечно, что это необходимо остановить.

Евросоюз принял новый пакет санкций против Белоруссии, который коснулся не только турагентств и авиакомпаний, причастных к кризису, но и, например, производителя удобрений «Гродно Азот» и «Белоруснефти». В этой связи Лукашенко обвинил ЕС в нечестной борьбе с конкурентами. Как вы прокомментируете эти заявления?

Обычно мы не комментируем то, что говорит Лукашенко, потому что во многих случаях это нонсенс. Замечательное свойство Евросоюза в том, что у нас все прозрачно, можно изучить все документы. В санкциях против Белоруссии четко указано, из-за чего они вводятся. Санкционный режим предусматривает ограничения в отношении людей, ответственных за манипулирование выборами, нарушение прав и свобод человека, злоупотребление судебной системой для политических преследований и с недавних пор — за инструментализацию миграции. Пятый пакет санкций, таким образом, направлен не только против лиц и организаций, вовлеченных в кризис на границе, но и причастных к политическим преследованиям.

Что касается компаний, попавших в список, мы вводим против них санкции для того, чтобы наказать режим, потому что в основном это компании, контролируемые государством, или компании, от которых оно получает ресурсы.

Александр Лукашенко

Фото: Kacper Pempel / Reuters

Этот миграционный кризис был создан для того, чтобы отвлечь внимание от продолжающихся репрессий. Лукашенко не хотел, чтобы мы говорили об этом, не хотел, чтобы мы вводили против него санкции, поэтому он создал этот кризис, думая, что он может добиться чего-то подобного миграционному кризису 2015 года и дестабилизировать обстановку. Но граница с Польшей и Литвой отличается от греческой, она сухопутная, там заборы и камеры. Так что он поступил глупо во многих отношениях.

А что до слов Лукашенко о сделке по мигрантам, которую он якобы заключил с Меркель. С ним никогда не было заключено никакой сделки. Каждый раз, когда кто-то общался с ним или его людьми, мы говорили: вы сами устроили этот бардак, вы должны позаботиться об этих людях, вы должны их вернуть на родину. Мы готовы работать с международными организациями и агентствами ООН, чтобы содействовать репатриации этих людей, но никто не пересечет границы без нашего ведома или без нашего согласия.

Если кризис не разрешится в ближайшее время или даже обострится, какие шаги предпримет ЕС?

Мы надеемся, что Лукашенко образумится. Он понимает, что проиграл, он это знает, поэтому ему нужно оправдать себя в своих собственных глазах и в глазах своих сторонников, может быть, в глазах населения, но я не думаю, что населению есть до него дело: сейчас почти каждая семья в Белоруссии так или иначе пострадала. Лукашенко еще больше дискредитировал себя в глазах международного сообщества, включая те страны, которые довольно дружелюбно относились к Белоруссии.

Для нас пик кризиса уже позади. Это никогда не было миграционным кризисом, это был кризис, искусственно созданный государством-изгоем. Как мы понимаем, продолжается репатриация, большинству людей дали возможность вернуться, а тем, кто остался, предоставили какое-то жилье и продовольствие. Мы тоже выделили гуманитарную помощь, как мы всегда делаем в случаях, когда люди оказываются в затруднительном положении. Поэтому мы будем следить за тем, чтобы им помогали. Но, конечно, мы не будем посылать деньги властям в Минске, а будем оказывать помощь напрямую этим людям или через агентства ООН или независимые НПО.

Мы не ожидаем, что Лукашенко попытается провернуть подобное снова или обострить ситуацию. Я думаю, ему ясно дали понять, что это не очень хорошая идея, и что он должен отступить. Но если он все же решится, то он понимает, какой будет наша реакция

Мы надеемся, что эти люди постепенно вернутся домой. Конечно, если Лукашенко захочет оставить их в Белоруссии, то мы не имеем ничего против. Я думаю, что Белоруссия со всеми своими проблемами все же лучше Йемена, для иностранцев, которые действительно нуждаются в международной защите, это более безопасная страна. Они могут оставаться там, если власти будут честны с ними, ведь в ЕС они, к сожалению, не попадут.

Среди людей, оказавшихся на границе, немало желающих получить статус беженцев в ЕС. Будут ли как-то рассмотрены их заявки?

Существуют правила. Для получения убежища в ЕС необходимо оказаться в ЕС. Для этого есть законные методы, а не штурм границы и перелезание через заборы. Что сделает Россия или любая другая страна, если группа из 10 человек в масках под покровом ночи попытается штурмовать вашу границу? Они будут остановлены.

Официальный представитель российского МИД Мария Захарова неоднократно заявляла, что ЕС также несет ответственность за происходящее на границе, что к этой ситуации привели действия западных стран на Ближнем Востоке. Не считаете ли вы, что она в чем-то права?

Мы не комментируем каждый вздор, который говорят о Европейском Союзе. Но опять же, если использовать здравый смысл: если ЕС создает проблемы на Ближнем Востоке, то как люди попадают в Белоруссию из этого региона? Зачем им делать такой крюк?

Мигранты на границе Белоруссии и Польши

Фото: Leonid Scheglov / BelTA / Reuters

В ЕС немало сирийских беженцев, но я категорически не согласен с нарративом о том, что мы создали проблемы в Сирии. Проблемы в Сирии созданы авторитарным режимом. Или возьмем Ирак. Ирак на данный момент — стабильная страна, и у иракцев нет причин уезжать. Собственно, иракское правительство возвращает их из Белоруссии на родину. И они прилетели в Минск регулярными рейсами, они не были беженцами, бегущими из зоны военных действий.

Так что я не понимаю, каким образом в этом виноват ЕС. Разве ЕС организовывал поездки в Минск и привозил людей на автобусах к границе?

После августовских выборов в Белоруссии и последовавших протестов Евросоюз отказался признавать Лукашенко легитимным президентом Белоруссии. Может ли это решение быть пересмотрено и при каких условиях?

Конечно. Главное условие — это свободные и честные выборы, на которых народ Белоруссии сможет свободно выразить свое мнение и решить, кто возглавит страну. И эти выборы, конечно, должны быть организованы на основе международных стандартов и под международным наблюдением. Прошедшие выборы таковыми не являлись, они, очевидно, были сфальсифицированы. Мы не признаем и Светлану Тихановскую в качестве президента, мы с ней проводим дискуссии, но не считаем президентом, потому что в стране не было свободных и честных выборов.

Мы признаем любого президента, которого изберет белорусский народ в ходе демократических выборов, отвечающих международным нормам и проведенных под международным наблюдением. Мы просто хотим, чтобы народ получил такую возможность.

В последнее время ЕС наращивает сотрудничество со странами Центральной Азии. Так, в ноябре Боррель посетил регион и встретился с главами МИД центральноазиатских стран. Какие цели преследует ЕС?

В Центральной Азии у нас точно такие же цели, как и в любом другом регионе мира — это расширение сотрудничества. В наше время мир становится все более взаимозависимым, мы сталкиваемся с одними и теми же проблемами. В Центральной Азии у нас есть две очень важные общие проблемы. Первая — это изменение климата, поскольку на этом регионе оно сильно сказывается. А вторая — это безопасность и стабильность в Афганистане.

Фото: Didor Sadulloev / Reuters

Мы хотим развивать наше сотрудничество с центральноазиатскими странами, потому что мы думаем, что нам есть что предложить. Я думаю, что этим повышенным интересом мы также отвечаем на их желание иметь прозрачного и предсказуемого партнера, который готов работать с ними на равных. Они видят, что мы можем помочь и нашими ноу-хау, и, если необходимо, финансово, когда речь идет об изменении климата, выстраивании более экологичной и устойчивой экономики.

После фиаско в Афганистане в августе этого года стало очевидно, что нам необходимо взаимодействовать с этими странами, потому что, если обстановка в Афганистане ухудшится, то они пострадают первыми. Они сталкиваются с теми же угрозами безопасности в регионе, с радикализацией. Мы хотим помочь этим странам, потому что чем более стойкими и стабильными они будут, тем лучше мы сами будем защищены.

Так что речь не о том, чтобы лишить кого-то влияния в регионе. Это не должно происходить за счет Китая или за счет России. Центральная Азия всегда будет там, где она есть, с теми же соседями, и мы не хотим, чтобы они разрывали свои связи и сотрудничество с сопредельными государствами.

Рассматривают ли в ЕС расширение Восточного партнерства на страны Центральной Азии?

Нет, Восточное партнерство охватывает страны, с которыми у нас есть граница. Но даже не будучи соседями, мы можем развивать сотрудничество, потому что всегда есть вопросы, в которых наши интересы пересекаются и в которых мы можем работать сообща, для общей выгоды.

Дайджест: Европа ужесточает антиковидные правила, США обещают поддержку Украине в случае российского вторжения

Автор фото, Anadolu Agency

Новые антиковидные ограничения в Европе

Греция вводит дополнительные меры по борьбе с коронавирусом для сдерживания распространения варианта «Омикрон». С сегодняшнего дня в супермаркетах и общественном транспорте обязательны респираторы или двойные медицинские маски. Развлекательные заведения будут пускать лишь вакцинированных посетителей и работать только до полуночи, за одним столом может сидеть не более шести человек.

На футбольных стадионах сможет присутствовать только 10% от максимального числа зрителей, посетители больниц и домов престарелых должны предоставить отрицательный ПЦР-тест, сделанный не позже, чем за 48 часов до посещения.

50% персонала как в государственном, так и в частном секторе должны перейти на работу из дома. Эти меры будут действовать как минимум до 16 января.

Во Франции с сегодняшнего дня вступает в силу обязательная работа из дома по меньшей мере три дня в неделю для тех, кто может работать удаленно. Сокращается количество зрителей, которые могут присутствовать на общественных мероприятиях как на открытых, так и на закрытых площадках.

Запрещается употребление еды и напитков в общественном транспорте, а также в кинотеатрах, театрах и на спортивных объектах. Еду можно употреблять только сидя внутри баров и ресторанов. Ожидается, что новые правила будут действовать не менее трех недель.

В Британии на этой неделе заканчиваются школьные каникулы, в Англии уже объявлено об обязательных масках на уроках для учащихся средних школ и тестировании перед возвращением в классы. Обязательные маски на уроках вводятся до 26 января. В то же время в воскресенье правительство заявило, что пока статистика по ситуации с коронавирусом не подтверждает неоходимости вводить дополнительные ограничения.

Байден и Зеленский обсудили угрозу российского вторжения

Президент США Джо Байден в воскресенье вечером провел телефонный разговор с Владимиром Зеленским, в ходе которого пообещал дать решительный ответ в случае нападения России на Украину.

«Президент Байден ясно дал понять, что США вместе с союзникам и партнерами дадут решительный ответ, если Россия снова будет вторгаться на Украину», — говорится в заявлении администрации президента США.

Байден также высказался в поддержку дипломатических усилий по реализации Минских соглашений, сообщает Белый дом, и пообещал, что Вашингтон не будет принимать касающихся партнеров решений без их ведома.

Президент Украины после разговора с Байденом сказал, что ценит «непоколебимую поддержку» Украины.

На прошлой неделе Байден в телефонном разговоре с Владимиром Путиным пригрозил жесткими санкциями и усилением помощи Украине, если Россия совершит агрессию. Байден призвал к разрешению конфликта путем переговоров, которые начнутся в январе по трем линиям: двусторонние переговоры США и России в Женеве, Совет НАТО-Россия и переговоры в рамках ОБСЕ, но подчеркнул, что прогресс на этих переговорах может быть достигнут только в случае деэскалации обстановки вокруг Украины.

Израиль может достичь коллективного иммунитета — но не за счет вакцинации

Резкий скачок числа заболевших вариантом коронавируса «Омикрон» в Израиле может привести к тому, что страна достигнет коллективного иммунитета. Правда, произойдет это не благодаря успешной программе вакцинации, а в результате появления все большего количества людей, переболевших коронавирусом. По оценкам, к концу января заразиться «Омикроном» в Израиле может около четырех миллионов человек.

Морковь против ковида, НЛО и жизнь без секса

Автор фото, Valter Jacinto/Getty images

Подпись к фото,

Смертноносная ворсинчатая морковь Thapsia villosa

Мы решили подвести некоторые итоги научных открытий 2021 года и выбрать если не самые значимые, то самые (с нашей точки зрения) любопытные истории, не оставившие читателей равнодушными и давшие пищу для будущих научных размышлений.

Как «Морозко» покорил Восточную Европу

Автор фото, TASS

Подпись к фото,

Над советской Бабой Ягой (ее сыграл Георгий Милляр) уже более полувека смеются чешские и словацкие дети

Советский фильм «Морозко» уже много лет является неизбежным атрибутом Рождества и Нового года в Чехии и Словакии. На этой сказке выросли поколения детей. В СССР фильм таким культовым не стал, хоть и был популярен после выхода. Мария Евстафьева рассказывает о причинах феноменального успеха «Морозко» в странах Восточной Европы.

Что рассказала о нас новая «Матрица»

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

Первая «Матрица» вышла на экраны в 1999 году

В декабре в прокат вышел фильм «Матрица. Воскрешение» — четвертая часть культовой франшизы. Спустя более 20 лет после выхода первого фильма изменились наши представления о ключевой для «Матрицы» проблематике, связанной с развитием технологий и информационного контроля. Анастасия Голубева поговорила с экспертами о том, как новая «Матрица» изображает новую технологическую реальность.

Times: закрытие «Мемориала»* — страшный сигнал всему миру

Автор фото, Reuters

Попытка Путина заставить замолчать критиков советского режима — это атака как на прошлое, так и на будущее, пишет обозреватель Times Эдвард Лукас и вспоминает свои первые визиты в офис «Мемориала» в Москве в 1998 году.

Тесные комнаты были завалены исписанными детским почерком страничками — плодами недавнего обращения к школьникам с просьбой попросить дедушек и бабушек вспомнить о Большом терроре сталинской эпохи, вспоминает Лукас. Тщательно документируя истории узников ГУЛАГа, «Мемориал» был больше, чем организация, занимающаяся историческими исследованиями. Он представлял значительную часть того, что осталось от гражданского сознания России.

Советский режим табуировал тему репрессий — рассказы о доносах, показательных процессах, допросах и депортациях, пытках и массовых казнях передавались шепотом или вообще не передавались, пишет Эдвард Лукас.

Ведя хронику преступлений, «Мемориал» разоблачал ложь и олицетворял надежды конца 1980-х и 1990-х годов на страну, которая будет жить в мире не только со своим мучительным прошлым, но и со своими соседями.

Теперь эти надежды мертвы, пишет обозреватель Times. Легитимность президента Путина все больше зиждется на ностальгическом нарративе о славном прошлом Советского Союза, очевидным слабым местом в котором являются преступления сталинского режима. Ликвидация «Мемориала» восстанавливает табу на эту тему, легитимируя таким образом режим Путина, пишет Эдвард Лукас.

Прокуратура заявила, что «Мемориал» создавал «лживый образ СССР как террористического государства». Обеление преступлений советской власти — страшный сигнал для людей во всех странах, которые от них пострадали. Путин по существу говорит — мы не сожалеем о том, что мы с вами сделали, мы можем сделать это снова, заключает обозреватель Times.

*Правозащитный центр «Мемориал» и «Международный Мемориал» внесены властями России в реестр иностранных агентов и ликвидированы.

Борьба за корону Уэльса: продолжение

Автор фото, Getty Images

Все еще ждете, когда же Джордж Мартин закончит два последних романа серии «Игра престолов»? Почитайте пока продолжение рассказа Яны Литвиновой о настоящей игре престолов на британских островах. Эта серия посвящена средневековой борьбе за корону Уэльса, а эта часть — деду и внуку Хлуэллинам: один из них был прозван Великим, второй же стал Последним, и оба сыграли немаловажную роль в истории Уэльса.

Послание миру от шаманов

В Перу шаманы провели ритуал и попросили мира и прекращения пандемии коронавируса в 2022 году, а также предсказали возможность военного конфликта между Россией и Украиной.

Для просмотра этого контента вам надо включить JavaScript или использовать другой браузер

Подпись к видео,

Шаманы послали позитив Путину и другим мировым лидерам

«Северный поток»

Северный поток — 2

«Северный поток» — экспортный газопровод из России в Европу через Балтийское море. Он напрямую связывает «Газпром» и европейских потребителей, минуя транзитные государства. «Северный поток» обеспечивает высокую надежность поставок российского газа в Европу.

Мощность двух ниток — 55 млрд куб. м газа в год.

Протяженность — 1224 км.

Оператор «Северного потока» — компания Nord Stream AG.

Реализация проекта

«Северный поток» — это высокотехнологичный сверхнадежный маршрут поставки российского газа в ЕС.

2000–2006

В декабре 2000 года решением Европейской комиссии проекту «Северный поток» был присвоен статус TEN (Трансъевропейские сети), который был подтвержден в 2006 году. Это означает, что «Северный поток» имеет ключевое значение для обеспечения устойчивого развития и энергобезопасности Европы.

2010–2012

В апреле 2010 года в Балтийском море началось строительство газопровода «Северный поток». В ноябре 2011 года состоялся ввод в эксплуатацию первой нитки «Северного потока», в октябре 2012 года — второй нитки.

Закачку газа в «Северный поток» осуществляет компрессорная станция (КС) «Портовая». Это уникальный объект мировой газовой отрасли по суммарной мощности (366 МВт).

В «Северном потоке» использованы трубы диаметром 1220 мм, давление в газопроводе на выходе из расположенной на российском берегу компрессорной станции «Портовая» составляет 220 бар (220 кг на 1 кв. см), при выходе трубы на сушу в Германии — 106 бар.

До «Северного потока» никто в мире не строил газопроводов, по которым в бескомпрессорном режиме можно было бы транспортировать газ на расстояние 1224 км.

Еще некоторый запас по давлению создан на немецком берегу, ведь в Грайфсвальде КС тоже нет. Таким образом, энергии хватает не только, чтобы поставлять газ через Балтийское море без дополнительных компрессорных станций, но и чтобы транспортировать его еще на 100 км по суше.

Сталь, которая выбрана в рамках проекта для изготовления труб, — уникальна. Металлургам далеко не сразу удалось создать материал с таким запасом прочности и эластичности. Кроме того, внутреннюю поверхность трубы обработали таким образом, что шероховатость металла стала ниже шести микрон. Один микрон — тысячная часть миллиметра. Чтобы добиться такого показателя, сначала труба полируется механически, а затем на металл наносится специальное полимерное гладкостное покрытие.

Применяемые в проекте материалы, технологии и решения позволяют рассчитывать на безотказную работу газопровода в течение как минимум 50 лет.

Морской газопровод не требует больших затрат на обслуживание. Его состояние контролируется при помощи специальных диагностических устройств, которые запускают по трубе из России в Германию. Это так называемые интеллектуальные поршни — каждый из них представляет собой большой вычислительный комплекс. Конструкция газопровода как раз такова, чтобы по нему мог беспрепятственно проходить диагностический поршень — на всем протяжении трассы внутренний диаметр, исчисляемый с точностью до одного миллиметра, составляет 1153 мм.

В то же время внешний диаметр по ходу удаления от российского берега постепенно уменьшается в соответствии с падением давления газа. Первые 300 км труба должна выдерживать давление 220 бар, следующие почти 500 км — 200 бар, а затем — 170 бар. На каждом из этих участков стенка газопровода имеет различную толщину — от 34 до 27 мм. Такое сегментирование позволило сэкономить расходы на производство труб без ущерба для надежности.

На трубу нанесено специальное внешнее антикоррозийное и бетонное покрытие. Бетонное покрытие производится из высокоплотной железной руды, которая измельчается, смешивается с цементом и наносится на трубу. В результате труба оказывается в армированной спиральной оболочке, залитой бетоном, и затем в течение суток обрабатывается паром в специальных тоннелях. Обетонирование решает сразу несколько задач. Во-первых, удерживает газопровод на морском дне и фиксирует трубу, чтобы ее не сносило течением. Во-вторых, играет роль изоляции, защищающей магистраль от внешних механических повреждений.

Реализация проекта «Северный поток» способствовала развитию российской трубной отрасли. Производством труб большого диаметра для первой нитки газопровода занимался «Выксунский металлургический завод» (25%) и немецкий концерн Europipe (75%). Для второй нитки трубы произвели: ОМК (25%), Europipe (65%) и японская Sumitomo (10%).

«Северный поток» является транснациональным проектом. Процесс его строительства регулировался международными конвенциями и национальным законодательством каждого государства, через территориальные воды и/или исключительную экономическую зону которого проходит газопровод.

Акватория Балтийского моря по маршруту «Северного потока» была тщательно исследована до начала прокладки. Маршрут газопровода был намечен, насколько это возможно, по прямой линии и при этом скорректирован с учетом важных навигационных маршрутов, экологически чувствительных и других особых зон.

Строительство «Северного потока» осуществлялось с соблюдением самых строгих экологических норм и не нарушило экосистему Балтийского моря. В частности, для минимизации воздействия на окружающую среду строительные работы не велись во время нереста сельди, а также во время остановки перелетных птиц в этих местах.

В общей сложности исследовательские суда прошли свыше 40 тыс. км морского дна с целью изучения его рельефа и придонных отложений, поиска боеприпасов и объектов культурного наследия. Эксперты подробно исследовали химический состав воды по маршруту газопровода, морскую флору и фауну. Полученные результаты проанализировали и обобщили в материалах оценки воздействия на окружающую среду (ОВОС), которые были представлены национальным государственным органам всех стран Балтийского моря вместе с заявочной документацией в процессе получения разрешений.

Часть Европы или отдельно от Европы? на JSTOR

Абстрактный

Спорные рамки взаимодействия между Россией и Европой определяются некоторыми устойчивыми параметрами — географическими реалиями, историческим опытом, религиозными убеждениями, нормативными ценностями, психологическими характеристиками, моделями поведения, культурными ориентациями. Несоответствие культурной / цивилизационной и геополитической идентичностей еще больше усложняет восприятие Россией Европы и отношение к ней.Первоначальный прозападный энтузиазм России в ранний период после холодной войны вскоре был омрачен серьезными трудностями в ее адаптации к ослабленным позициям в Европе, а также многочисленными недовольствами по отношению к Западу. В результате попытки России разработать «общеевропейскую архитектуру», а также ее политика в отношении многосторонних структур, действующих в континентальной Европе, были отмечены глубоко противоречивыми моделями поощрения открытости по отношению к Европе, с одной стороны, и сохранения определенное расстояние от него с другой. Расширение НАТО и особенно недавние военные операции НАТО на Балканах воспринимаются в России не только как конфронтация, но и как отводящие ее в сторону от европейских событий. Хотя долгожданный переход России к постельцинской эпохе и ее новая европейская перспектива были подорваны войной в Чечне, неожиданный прозападничество президента Путина (несмотря на его прагматизм) является многообещающим признаком сближения с Европой.

Информация о журнале

International Affairs — ведущий британский международный журнал
связи.Основан и отредактирован Королевским институтом международных отношений.
в Лондоне он не только дал очень ценный взгляд на европейскую политику.
дебаты, но также стал известен своим освещением вопросов глобальной политики.
Он обеспечивает стимулирующее и международное сочетание авторов и опирается на
лучшие дебаты как на английском, так и на иностранном языке. Статьи, все полностью
рецензируются, заказываются из широкого круга авторитетных и интересных
писатели, которые могут сказать что-то новое и оригинальное на важные темы. Кроме того, в журнале «Международная жизнь» есть обширные книжные обзоры.
раздел, содержащий до 100 обзоров ежеквартально, написанных экспертами
поле.
JSTOR предоставляет цифровой архив печатной версии журнала International
Дела. Электронная версия журнала «Международная жизнь»
доступно на http://www.interscience.wiley.com.
Авторизованные пользователи могут иметь доступ к полному тексту статей на этом сайте.

Информация об издателе

Oxford University Press — это отделение Оксфордского университета.Издание во всем мире способствует достижению цели университета в области исследований, стипендий и образования. OUP — крупнейшая в мире университетская пресса с самым широким глобальным присутствием. В настоящее время он издает более 6000 новых публикаций в год, имеет офисы примерно в пятидесяти странах и насчитывает более 5 500 сотрудников по всему миру. Он стал известен миллионам людей благодаря разнообразной издательской программе, которая включает научные работы по всем академическим дисциплинам, библии, музыку, школьные и университетские учебники, книги по бизнесу, словари и справочники, а также академические журналы.

Почему Россия не является частью Европы? (Оп-ред)

Не секрет, что многие западные европейцы не считают Россию частью Европы. И они правы. Иногда они сопровождают это заявление атавистической идеей о том, что Россия — это страна, которую нужно и презирать, и бояться. Какими бы оправданными или спорными ни были эти идеи сегодня, они полностью абсурдны с исторической точки зрения.

Но так устроены люди: они склонны видеть только то, что происходит прямо сейчас.Они забывают прошлое и не могут предсказать будущее. И, конечно же, многие идеи, получившие распространение, позже отправляются на свалку истории.

Кто может сказать, почему и когда Россия перестала быть частью Европы, или по какой случайности западные европейцы не стали евразийцами, как русские? Я скажу вам, когда это было: 13 век. Это началось с нашествия монголов на Древнюю Русь, затем Восточную Европу и, наконец, Западную Европу.

И Русь, и Европа были в похожем состоянии. Хотя Русь когда-то была единым государством, к тому времени она распалась на враждующие княжества и была неспособна оказать сопротивление лучшей в то время армии в мире. Монголы провели военные реформы. У них были талантливые командиры, строгая дисциплина, блестящая кавалерия, невероятные лучники и самая совершенная в мире осадная техника, которую они позаимствовали у китайцев.

То же самое происходило и в остальной Европе. Централизованные государства распадались.Папа и немецкий император, главные центры власти в Европе, враждебно относились друг к другу.

А тяжелая и плохо дисциплинированная европейская армия была не лучше русских. Фактически, несмотря на свои многочисленные недостатки, русская армия, по крайней мере, могла регулярно отбивать тевтонских рыцарей.

Зная, что Европа неспособна оказать серьезное сопротивление, монгольский вождь Батый-хан, покорив Русь, разделил свою армию, отправившись в Венгрию, отправив Байдар в Польшу.Венгерское королевство пало после единственного сражения. Та же участь постигла польско-немецкую армию.

После успешного завершения первой фазы кампании монголы устроились отдыхать. Их план состоял в том, чтобы за один год превратить всю Европу в расширение Азии.

Судя по тому, что все призывы к объединению европейских сил не дали ощутимых результатов, как это было раньше на Руси, Западная Европа, несомненно, стала бы Евразией, если бы не одно случайное событие.Далеко на востоке умер Великий Угэдэй-хан, начав борьбу за престол. Только по этой причине Батый-хан прервал свой европейский поход и забрал свою армию домой. Западным европейцам просто повезло.

Кстати, Новгороду и Пскову на севере Руси тоже повезло, потому что местная весенняя оттепель, леса и болота не подпускали монголов. Зимой по таким местам монголы предпочитали путешествовать по замерзшим рекам.

Тот факт, что монголы так и не достигли этого региона, можно увидеть по местному генофонду и по лицам людей, которые отличаются от людей из других частей страны.

Фактически, Русь, которую монголы завоевали рано и которая была географически ближе к их родине, долгое время оставалась частью Азиатской империи, постепенно превращаясь в полукровку во всех смыслах: от генетического до культурного.

И эта тенденция продолжилась только тогда, когда Русь расширилась на восток после восстановления сильного государства и отказа от своей зависимости от монголов. Таким образом, Россия развила свое своеобразное европейское мировоззрение с азиатским уклоном.

Однако это смешение народов дало и много преимуществ.По словам либерального писателя Бориса Акунина: «Было бы ошибкой считать« азиатский »компонент неизлечимой болезнью или родовой травмой для России. С исторической точки зрения эта наша генетическая характеристика не только создает проблемы, но и дает бонусы сша.

» Во-первых, без этого «азиатского» компонента в России не было бы тех многих оттенков культуры и духовности, которые у нее есть. Во-вторых, примат «государства» и это «общинное» массовое сознание неоднократно помогали России пережить серьезные потрясения, которые чисто европейские государства не смогли и не пережили.

». Так было и позже, когда Россия оказалась сильнее двух самых мощных военных империй — сначала Наполеона, а затем Гитлера. Эта прочность, способность объединяться во время испытаний, эти огромные резервы силы, готовность жертвовать, знаменитая готовность «платить цену» — все это азиатское, а не европейское ».

Из сегодняшнего постоянного потока иногда появляются полезные кусочки информации. Эксперты прогнозируют, что к 2034 году белые люди станут меньшинством в США.

Вопрос только в том, займут ли чернокожие или латиноамериканцы их место в качестве большинства. В какой-то момент Китай также внесет свой весомый вклад в эту формирующуюся картину мира.

Лорд использует время, историю и саму жизнь, чтобы добавить и смешать новые ингредиенты в гибкое «тесто» человечества.

Петр Романов — журналист, историк.

Россия требует отступления НАТО из Восточной Европы и держаться подальше от Украины

  • Предложения, переданные Соединенным Штатам на этой неделе
  • Напряженность высокая на фоне наращивания российских войск возле Украины
  • U. С. говорит, что будет говорить, но некоторые требования неприемлемы.

МОСКВА, 17 декабря (Рейтер) — Россия заявила в пятницу, что хочет получить юридически обязывающую гарантию того, что НАТО откажется от любой военной деятельности в Восточной Европе и Украине, что является частью своего желания. список гарантий безопасности, которые он хочет согласовать с Западом.

Москва впервые подробно изложила требования, которые, по ее словам, необходимы для снижения напряженности в Европе и разрядки кризиса вокруг Украины, которую западные страны обвинили в том, что Россия оценила возможное вторжение после наращивания войск у границы.Россия отрицала планирование вторжения.

Требования содержат элементы, такие как эффективное вето России на будущее членство Украины в НАТО, которые Запад уже исключил.

Зарегистрируйтесь сейчас и получите БЕСПЛАТНЫЙ неограниченный доступ к Reuters.com

Зарегистрируйтесь

Другие предполагают вывоз ядерного оружия США из Европы и вывод многонациональных батальонов НАТО из Польши и из балтийских государств Эстонии, Латвии и Литвы, которые были когда-то в СССР.

В Вашингтоне высокопоставленный чиновник администрации сказал, что Соединенные Штаты готовы обсудить предложения, но добавил: «Тем не менее, в этих документах есть некоторые вещи, которые, как русские знают, неприемлемы».

Чиновник сказал, что Вашингтон ответит на следующей неделе с более конкретными предложениями по формату любых переговоров.

Пресс-секретарь Белого дома Джен Псаки заявила, что Вашингтон будет разговаривать со своими союзниками. «Мы не пойдем на компромисс с ключевыми принципами, на которых строится европейская безопасность, включая то, что все страны имеют право определять свое собственное будущее и внешнюю политику без вмешательства извне», — сказала она.

Дипломаты НАТО заявили Рейтер, что у России не может быть вето на дальнейшее расширение альянса, а НАТО имеет право определять свою военную позицию.

«Россия не является членом НАТО и не решает вопросы, связанные с НАТО», — заявил официальный представитель МИД Польши Лукаш Ясина.

Министерство иностранных дел Украины заявило, что Киев имеет «исключительное суверенное право» проводить собственную внешнюю политику, и только он и НАТО могут определять отношения между ними, включая вопрос о членстве Украины.

Он призвал Москву возобновить мирный процесс на востоке Украины, где около 15 000 человек были убиты в ходе семилетнего конфликта между украинскими правительственными войсками и поддерживаемыми Россией сепаратистами.

‘SMOKESCREEN’

Некоторые западные политологи предположили, что Россия сознательно выдвигала нереалистичные требования, которые, как она знала, не будут выполнены, чтобы отвлечь внимание дипломатии при одновременном оказании военного давления на Украину.

«Что-то не так с этой картинкой, политическая сторона кажется дымовой завесой», — написал в Twitter Майкл Кофман, специалист по России из исследовательской организации CNA в Вирджинии.

Сэм Грин, профессор российской политики в Королевском колледже Лондона, сказал, что президент Владимир Путин «подводит черту на постсоветском пространстве и ставит знак« держись подальше »».

«Это не должно быть договором: это декларация», — сказал он. «Но это не обязательно означает, что это прелюдия к войне. Это оправдание для сохранения агрессивной позиции Москвы, чтобы вывести Вашингтон и другие страны из равновесия».

Представляя требования Москвы, заместитель министра иностранных дел Сергей Рябков сказал, что Россия и Запад должны начать с чистого листа в восстановлении отношений.

«Линия, проводимая Соединенными Штатами и НАТО в последние годы по агрессивной эскалации ситуации с безопасностью, абсолютно неприемлема и чрезвычайно опасна», — заявил он репортерам.

Рябков заявил, что Россия не желает больше мириться с нынешней ситуацией, и призвал Вашингтон как можно скорее дать конструктивный ответ.

Он сказал, что Россия готова начать переговоры уже в субботу, возможно, в Женеве, но российское информационное агентство ТАСС процитировало его слова, которые позже заявили, что Москва крайне разочарована сигналами, исходящими из Вашингтона и НАТО.

СОСТАВ ВОЙС

Москва передала свои предложения Соединенным Штатам на этой неделе в связи с ростом напряженности в связи с наращиванием российских войск возле Украины.

Он заявляет, что реагирует на то, что он считает угрозой своей безопасности из-за все более тесных отношений Украины с НАТО и стремления стать членом альянса, даже несмотря на то, что в ближайшей перспективе Киеву не разрешат присоединиться.

Российские предложения были изложены в двух документах — проекте соглашения со странами НАТО и проекте договора с США, оба опубликованных министерством иностранных дел.

Первое, среди прочего, потребует от России и НАТО не размещать дополнительные войска и оружие за пределами стран, в которых они находились в мае 1997 года — до вступления в НАТО любого из бывших коммунистических государств Восточной Европы, которые десятилетиями были преобладает Москва. Это означало бы отказ НАТО от любых военных действий на Украине, в Восточной Европе, на Кавказе и в Средней Азии.

Договор с США не позволит Москве и Вашингтону разместить ядерное оружие за пределами своих национальных территорий.Это означало бы конец так называемым договоренностям НАТО о разделении ядерного оружия, когда европейские члены НАТО предоставляют самолеты, способные доставлять ядерное оружие США.

Зарегистрируйтесь сейчас и получите БЕСПЛАТНЫЙ неограниченный доступ к Reuters.com

Зарегистрируйтесь

Дополнительные репортажи Эндрю Осборна, Владимира Солдаткина и Максима Родионова в Москве, Робина Эммотта в Брюсселе, Джоанны Плуцинской в ​​Варшаве, Натальи Зинец в Киеве, Стива Холланда в Вашингтоне и Тревор Ханникатт на борту Air Force One
По сценарию Марка Тревельяна
Под редакцией Тимоти Херитэдж и Фрэнсис Керри

Наши стандарты: принципы доверия Thomson Reuters.

Европейские цены на газ достигли рекордного уровня, поскольку российские потоки идут через Ямал реверс

Рабочий проверяет трубы на газокомпрессорной станции на газопроводе Ямал-Европа недалеко от Несвижа, примерно в 130 км (81 миле) к юго-западу от Минска 29 декабря 2006 г. REUTERS / Василий Федосенко / Фото из архива

Зарегистрируйтесь сейчас и получите БЕСПЛАТНЫЙ неограниченный доступ к Reuters.com

Зарегистрируйтесь

МОСКВА / ФРАНКФУРТ / ЛОНДОН, 21 декабря (Рейтер) — Европейские цены на газ во вторник достигли нового рекордного максимума после того, как трубопровод, по которому идет Россия Газ в Германию перешел на восток, что, по словам Кремля, не имело политических последствий, в то время как два крупных немецких заказчика заявили, что «Газпром» выполняет обязательства по поставкам.

Потоки газа в западном направлении по трубопроводу Ямал-Европа, одному из основных маршрутов для российского газа в Европу, с субботы падали и после остановки рано во вторник изменили направление, как показали данные сетевого оператора Gascade. подробнее

Некоторые западные политики и отраслевые эксперты обвинили Россию в приостановке поставок газа в Европу на фоне политической напряженности вокруг Украины, а также в задержках с сертификацией другого трубопровода, Nord Stream 2.

Зарегистрируйтесь сейчас и получите БЕСПЛАТНЫЙ неограниченный доступ к Reuters .com

Реестр

Россия запрещает подключение.

«Нет абсолютно никакой связи (с« Северным потоком-2 »), это чисто коммерческая ситуация», — заявил во вторник официальный представитель Кремля Дмитрий Песков во время конференц-звонка, задав вопрос о возможных связях между потоками Ямала и «Северным потоком 2».

Трейдеры заявили Обратные потоки добавили благоприятных факторов для газового рынка, таких как высокий спрос на электростанции, закрытие многих французских атомных станций и более холодная погода.

Оптовые цены на газ в Нидерландах на ближайшие месяцы, являющиеся эталоном для Европы, выросли более чем на 16% до рекордного уровня 171. 40 евро (193,46 доллара) за мегаватт-час во вторник, и эквивалентный британский газовый контракт также достиг нового пика — 4,29 фунта (5,68 доллара) за терм.

«Этой зимой в Европе очень мало буферов для хранения, и поэтому баланс Европы в гораздо большей степени зависит от импорта, чем в предыдущие годы», — сказал Джеймс Уодделл, глава отдела газа в Европе в Energy Aspect.

«Кроме того,« Газпром »традиционно поставлял около 20% своих поставок в Европу через Польшу, но в этом году эти потоки были непостоянными и усиливали неопределенность в отношении того, сколько газа Европа фактически получит от России.»

Reuters Graphics

ЗАПРОСИТ НЕТ

Рекордные цены на газ повлияли на европейские энергетические рынки, которые уже борются с сокращением французских ядерных мощностей. Немецкая базовая мощность на 2022 год, ставшая европейским ориентиром, установила новый контрактный максимум в 278,50 евро, что почти на 10%.

В ноябре потоки газа и их направление через Ямал менялись примерно в течение недели между потоками на восток в сторону Польши и на запад читать далее

«Газпром» заказывал на аукционах дополнительные мощности для доставки через Украину и в Германию через Ямал. route, когда видит запросы.На вторник компания не зарезервировала мощности для экспорта через Ямал.

Также не зарезервированы мощности для экспорта газа по газопроводу «Ямал» на среду.

«Газпром поставляет газ в соответствии с запросами потребителей и в полном соответствии с текущими договорными обязательствами», — сказал «Газпром», подтвердив свою обычную позицию.

«Газпром» покупает мощности у оператора польской трубопроводной системы «Газ-Систем» на краткосрочной основе, поскольку в прошлом году истек срок его долгосрочной транзитной сделки с Польшей.

Представители компаний RWE (RWEG. DE) и Uniper (UN01.DE), которые входят в число крупнейших покупателей газа «Газпрома» в Германии, заявили, что российская группа выполняет обязательства по поставкам.

Gascade, которая принимает газ из Ямальского газопровода, заявила во вторник, что транспортирует газ в соответствии с поступающими запросами. «В зависимости от ситуации мы получаем более высокие номинации за транспорт в том или ином направлении, что является причиной смены направления потока».

Ожидается, что потоки на Ямале останутся в реверсивном режиме в точке учета в Мальнове на немецко-польской границе с часовым объемом более 1 250 000 киловатт-часов (кВт-ч / ч) до конца вторника, как показывают данные Gascade.

Радослав Казимерский, пресс-секретарь польской газовой монополии PGNiG (PKN.WA), заявил во вторник, что получает от «Газпрома» все в полном объеме.

«Что касается обратного, это действительно происходит, но я не могу подтвердить, идет ли газ, возвращающийся из Германии, в PGNiG», — сказал он, сославшись на коммерческую конфиденциальность.

(1 доллар = 0,8860 евро)

(1 доллар = 0,7548 фунтов)

Зарегистрируйтесь сейчас и получите БЕСПЛАТНЫЙ неограниченный доступ к Reuters.com

Зарегистрироваться

Отчетность Кати Голубковой, Оксаны Кобзевой, Владимира Солдаткина и Глеба Столярова в Москве, Кристоф Стейтц во Франкфурте, Джейсон Ховет в Праге, Анна Влодарчак-Семчук в Варшаве и Сюзанна Твидейл в Лондоне
Под редакцией Джона Стонстрита, Джейн Мерриман и Марка Поттера

Наши стандарты: принципы доверия Thomson Reuters.

Непростые отношения России с Китаем — Европейский совет по международным отношениям

Сводка

  • Западные политики сейчас задаются вопросом, объединят ли Россия и Китай свои силы в альянсе автократий и есть ли у них шанс справиться с этой проблемой, оторвав Москву от Пекина.
  • Ни один из этих результатов маловероятен в краткосрочной перспективе: у России есть много причин поддерживать теплые отношения с Китаем, в то время как политики в Москве считают сближение с Западом невозможным или слишком дорогостоящим с политической точки зрения.
  • То, как Кремль думает о Китае, представляет собой смесь быстро развивающихся тенденций, которые будут определять положение России в мире, сформированном соперничеством США и Китая.
  • Хотя у Запада нет возможности спровоцировать разворот политики Москвы, который разделяет Россию и Китай, он может дать России возможность застраховаться от Китая в таких ключевых областях, как передовые технологии.

Введение

Западные политики иногда говорят о Китае и России, как если бы они были частями в наборе Lego: фиксированной формы и простыми в обращении.Они часто рассматривают эти две страны либо как фактический союз, который Запад должен сдерживать, либо как цель для «обратного Киссинджера» — попытки увести Россию от Китая. Некоторые аналитики считают, что они образуют «альянс автократий»; другие — как «плохой брак», от которого Россия отчаянно пытается избавиться. Но оба этих нарратива игнорируют большую часть мышления российских и китайских политиков, а также многие силы, которые формируют российско-китайские отношения.

В частности, во взглядах России на Китай за короткое время произошли заметные изменения — и они продолжают меняться.Причины этих сдвигов многогранны: они включают изменяющийся характер поведения Китая, отношения Запада с Россией и Китаем, экономические проблемы, личности лидеров, фундаментальные интересы безопасности, covid-19, глобальное стремление к зеленой энергии, смена поколений, и растущий интерес России к своему большому соседу (который долгое время почти не появлялся на ментальной карте российской политической элиты). На данный момент подход России к Китаю лучше всего описать как смесь множества различных тенденций, которые различаются по своему значению, продолжительности и жизнеспособности.

Российские политики и общество не боятся Китая так, как многие страны Запада и соседние с Китаем страны. Это могло быть благодаря все еще значительному военному превосходству России или наличию некоторых остаточных убеждений с советских времен, когда государственные СМИ обычно изображали Китай как «младшего брата» и менее развитую страну. В то же время доверие Москвы к Пекину не вызывает сомнений. Россия старается держать Китай на расстоянии вытянутой руки по чувствительным вопросам политики.И не случайно российские спецслужбы очень мало используют китайские технологии. В целом расслабленное отношение российских политиков теперь может медленно меняться, поскольку Китай разминает мускулы, и они узнают больше о своем соседе. Уже сейчас можно заметить, что молодые российские эксперты по Китаю гораздо бдительнее относятся к политике Пекина, чем некоторые из их старших коллег.

В этом документе описываются силы, которые формируют долгосрочное представление России о Китае. Он стремится определить, какие тенденции угасают или углубляются, а какие мимолетные или долгосрочные.И в нем исследуются их последствия для западной, особенно европейской, политики.

У Запада есть лишь ограниченная возможность изменить траекторию российско-китайских отношений, но он все же имеет на них определенное влияние. Действительно, Россия и Китай активизировали свое сотрудничество в годы, последовавшие за российской аннексией Крыма в 2014 году, что привело к резкому ухудшению отношений Москвы с западными столицами, но было бы неверно предполагать, что эти две страны подталкивал Запад. .Россия и Китай начали свое медленное сближение в 1980-х годах; они поддерживают теплые отношения друг с другом из-за взаимной стратегической потребности в этом. И взаимодополняемость их экономик только усиливает это — независимо от того, что Запад говорит или делает.

Поскольку Запад не объединил Россию и Китай, их отношения не могут быть разделены Западом. Западным лидерам вряд ли удастся добиться успеха с политикой, прямо направленной на разделение России и Китая: эти отношения формируются большими, долгосрочными тенденциями.Динамика и взаимодействие этих тенденций определят будущее положение Москвы в мире, сформированном соперничеством США и Китая. При этом Запад может повлиять на некоторые из этих долгосрочных тенденций: он может попытаться усилить одни и ослабить другие. Запад мог бы, если он пожелает, предоставить России некоторое пространство для защиты от Китая — если и когда Москва увидит в этом необходимость — и надеяться, что со временем расстояние между двумя проблемными державами увеличится.

Динамическая дека

Всего десять лет назад посетитель Москвы обнаружил бы, что Россия отворачивается от Запада на фоне протестов и репрессий, сопровождавших возвращение президента Владимира Путина в Кремль.Но эта Россия по-прежнему в значительной степени настороженно относилась к Китаю. В то время обеспокоенность элит по поводу демографической экспансии Китая на Дальний Восток и его возможности превзойти Россию в своих соседях по-прежнему влияла на политику России. Эти соображения помогают объяснить, почему Россия воздерживается от продажи Китаю своих новейших военных устройств, таких как система противоракетной обороны С-400 и истребитель Су-35.

Аннексия Крыма Россией в 2014 году все изменила. Серьезное ухудшение отношений страны с Западом заставило ее взглянуть на Китай по-новому — как на союзника и инвестора, а не только как на регионального конкурента и покупателя военной техники с раздражающей тенденцией копировать российские технологии.Кремль пересмотрел и полностью изменил свою политику в отношении Китая: он решил, что торговля оружием с Китаем помогает России удерживать позиции на расширяющемся рынке — долгосрочные выгоды от этого перевешивают неудобства от копирования Китаем некоторых технологий. Элиты пришли к выводу, что китайский захват Дальнего Востока России либо нереален, либо, по крайней мере, неминуем. А вопрос о региональной конкуренции был решен в мае 2015 года, когда президент Си Цзиньпин посетил Москву. Там он подписал с Путиным соглашение, устанавливающее сотрудничество между транснациональными политико-экономическими проектами их стран — китайской инициативой «Один пояс, один путь» и возглавляемым Россией Евразийским экономическим союзом, заявив, что эти две инициативы дополняют друг друга.Все оставшиеся опасения были отброшены и публично не высказаны.

Надежды разгорелись. Руководители в Москве ожидали, что Китай возьмет на себя финансирование некоторых мегапроектов, которые потеряли доступ к инвестициям ЕС из-за санкций, таких как высокоскоростная железная дорога Москва-Казань. Крупные российские компании присматривались к китайскому рынку. И даже некоторые из более мелких были убеждены, что «китайцы купят все», как выразился один из руководителей [1]. Несколько трогательная тенденция россиян переусердствовать с официальной дружбой затронула также сферы культуры и религии, что привело к таким курьезам, как российско-китайский хоровой фестиваль 2015 года в православном монастыре на севере России.

Однако российские лидеры и деловые круги были разочарованы. Китай не спешил нарушать санкции Запада в отношении России. И там, где он стремился инвестировать, он оказался трудным переговорщиком. Небольшим российским компаниям было труднее выйти на китайский рынок, чем они надеялись: владельцы пекарен узнали, что китайские покупатели считают их продукты слишком сладкими; Менеджеры кондитерских фабрик были удивлены, узнав, что на китайском рынке каждая конфета в коробке должна иметь свою целлофановую обертку.[2] И даже у крупных государственных компаний был неприятный опыт: одна энергетическая компания ожидала инвестиций из Китая, которые не были реализованы, поскольку китайские власти арестовали директора компании-партнера компании. «Российский партнер чувствовал себя разочарованным, хотя на самом деле он явно не проявил должной осмотрительности», — комментирует, пожимая плечами, один бизнесмен из Москвы [3].

Попутно российские фирмы почувствовали вкус жесткой китайской культуры ведения переговоров. «Китай не знает, что такое компромисс», — говорит другой московский бизнесмен.«Есть позиция Китая — и все». [4] И интересы и влияние Китая могут выходить за пределы его границ в ущерб российским компаниям: в августе 2020 года требования Пекина вынудили Роснефть отменить контракт на бурение в водах у побережья. побережье Вьетнама.

Эйфория рассеялась. Но благодаря почти идеальной взаимодополняемости экономик двух стран торговля между ними продолжала расти — если, возможно, больше на условиях Китая, чем в идеале хотелось бы российским лидерам.Сегодня энергетика и сельское хозяйство составляют основную часть этой торговли. Китай потребляет российский уголь и нефть; по недавно построенному трубопроводу «Сила Сибири» российский газ доставляется китайским компаниям. А после завершения «Сила Сибири 2» будет поставлять в Китай газ с месторождений в Западной Сибири — тех же, что и в Европу. Но сельское хозяйство могло бы стать еще более важной историей. «Сельское хозяйство — это новые информационные технологии», — говорит один китаевед из Москвы: [5] китайский рынок дал беспрецедентный импульс развитию сельского хозяйства на Дальнем Востоке России, в то время как российские компании теперь инвестируют в сельскохозяйственное производство в Китае.

Вопреки любым страхам, которые могли когда-то быть у российского руководства, это не ведет к демографическому захвату Дальнего Востока России. Китайские рабочие будут приходить с временными договоренностями, а не с переселением — до тех пор, пока COVID-19 не заставит закрыть российско-китайскую границу для передвижения людей, даже несмотря на то, что торговля товарами продолжалась. Это нанесло удар по таким городам, как Благовещенск, для которых поездки на выходные за границу были важным источником дохода. Недалеко от города не используется новопостроенный мост через реку Амур — его открытие неоднократно откладывалось.Китайские рабочие с Дальнего Востока разошлись по домам. Их заменили российские рабочие, которые менее квалифицированы и более требовательны, но при этом трудоустроены несколько дешевле.

Трудно предположить, в какой мере возобновится передвижение людей после пандемии. Например, китайские сезонные сельскохозяйственные рабочие вряд ли вернутся в Россию: экономика Китая предлагает им прибыльную работу дальше на юг, и, как уже упоминалось, русские уже заняли их места. Но некоторые из российских экспертов по Китаю (и, похоже, более молодые) предполагают, что COVID-19 спровоцировал или ускорил гораздо более фундаментальную изоляционистскую тенденцию в Китае.Они утверждают, что Китай, стремящийся к экономической и технологической самодостаточности, испытывает все меньшую потребность принимать иностранцев или позволять своему народу странствовать по миру. «Я думаю, что они использовали covid как хороший предлог, чтобы пойти домой и закрыть двери — так как им это нравится», — предположил один московский китаевед, [6] который рассматривает политику декарбонизации Китая как часть движения к импортозамещению и уверенность в своих силах. «Через пять-семь лет мы им больше не понадобимся», — был его прогноз, который несколько расходится с ожиданиями «Газпрома» и McKinsey о том, что Китай будет крупным потребителем российского газа как минимум до 2035 года.

Эти американские горки отношений повлияли на мышление российских политиков — хотя, чтобы заметить изменения в их риторике, нужно уделять пристальное внимание и читать между строк, поскольку ни один из их соответствующих комментариев не попадает в основные СМИ. Присмотревшись, можно увидеть, что некоторые бывшие сторонники российско-китайского сближения сейчас занимают более осторожный подход. Например, Сергей Караганов — ранее безоговорочно поддерживавший «большую Евразию» — к 2020 году заявлял, что «Китаю необходимо раствориться в Евразии, как Германия растворилась в ЕС — иначе у нас будут проблемы.”[7]

Интересно, что российские службы безопасности начали более публично жаловаться на китайский шпионаж в России, что может быть сигналом для Китая — не столь тонким призывом к его сдержанности. Точно так же в последнее время российское правительство, похоже, уменьшило свое дипломатическое присутствие на некоторых мероприятиях, в которых участвует Китай. Например, Россия была представлена ​​послом, а не министром на встрече министров иностранных дел инициативы « Один пояс, один путь » в июне 2020 года, что некоторые аналитики интерпретировали как сигнал.Путин, который очень мало путешествовал во время пандемии, посетил Индию в рамках своей первой большой двусторонней поездки с начала кризиса, в то время как саммит с Си проводился онлайн.

Некоторые эксперты начали задаваться вопросом, не дошло ли до сближения России с Китаем своего пика. В недавней статье два видных российских китаеведа отмечают, что Китай стал более напористым по мере роста своей мощи, а Россия, его номинальный союзник, чувствует жар. Они изложили список претензий по поводу асимметричных договоренностей в отношениях: российские СМИ не могут работать в Китае так же, как китайские СМИ работают в России; а Китай иногда даже пытается подвергнуть цензуре российские СМИ в России; академическому сотрудничеству мешает идеология; Китай гораздо быстрее удаляет памятники советской войны, чем любая другая страна в Центральной Европе; а иногда Россия оказывается объектом дипломатии Китая «воина-волка».Соответственно, авторы статьи призывают Россию начать незаметно хеджировать против Китая: «на макроуровне Россия и Китай декларируют общие взгляды на эволюцию международной системы», но на практике «рост глобального влияния Китая может затруднить построение Россией отношений с Китаем на принципах, предусмотренных концепцией внешней политики Российской Федерации: независимость и суверенитет, прагматизм, прозрачность, многовекторность, предсказуемость и неконфронтационная защита национальных приоритетов » .

Эта статья, вероятно, не является санкционированным Кремлем сигналом Китаю. Но это показывает, что существует резкий контраст между беззаботным официальным тоном в отношении Китая и этими скрытыми подводными течениями: два долгосрочных наблюдателя за Китаем видят так много признаков проблем в отношениях, что они ответили набором довольно радикальных политических рекомендаций.

Стратегическое отсутствие выбора

Может показаться, что все это создает возможность для обратного Киссинджера. Но, увы, верить в это преждевременно.За перипетиями динамичного десятилетия в китайско-российских отношениях кроется более простая истина: мощь Китая будет только расти, а Китай — сосед России. Это означает, что теплые отношения с китайским правительством имеют первостепенное значение для Кремля, который просто не может позволить себе другого сценария.

Исторически сложилась беспрецедентная ситуация. Управляя огромной, но малонаселенной страной со слабыми связями, правительство Москвы всегда было чувствительно к угрозам территориальной целостности России. Вот почему он часто стремился защитить свои границы, установив контроль над соседними государствами, чтобы использовать их в качестве буферной зоны. Но Россия не может этого сделать с Китаем. У них одна из самых длинных сухопутных границ в мире. Кремль тихо поздравляет себя с разрешением своих пограничных споров с Пекином в начале 2000-х годов — в то время, когда Китай был гораздо менее могущественным и напористым, чем сегодня, и когда Россия, как более сильная военная держава, все еще имела преимущество.

Поразительно, что некоторые представители внешнеполитического истеблишмента России теперь говорят о мощи Китая так же, как они говорили о гегемонии США в 1990-е годы: как о геополитическом факте жизни, который, нравится вам это или нет, России необходимо принять и с которым нужно справиться. .Правда, у этой параллели есть свои пределы: господство США вызвало множество страстей (как положительных, так и отрицательных) и болезненных вопросов о статусе России. Москва хотела позиционировать себя как победившая держава, победившая коммунизм, но не могла избавиться от ощущения, что проиграла холодную войну. Ничего из этого не касается Китая. Тем не менее, дискуссии российских экспертов о Китае сводятся к поразительно похожему выводу: есть сила, с которой нужно считаться. Вот почему в 1990-е годы России просто нужно было вписаться в мир, ведомый Западом — то, как западные ценности смешались с мировой властью, не оставило ей другого выбора.Спустя три десятилетия Россия находится в аналогичном положении: ей просто нужно поддерживать теплые отношения с Китаем. Альтернатива — приграничный конфликт с Китаем или просто секьюритизация их отношений — слишком кошмарна, чтобы ее можно было представить, независимо от того, какую форму она может принять.

Это одна из причин, по которой российские лидеры соглашаются с поведением Пекина, против которого они возражали бы в других местах. «Стратегическая выгода от поддержания конструктивных отношений перевешивает выгоду от навязывания собственных интересов по отдельным вопросам», — пишут три российских академика в недавней статье об отношениях между Россией и Китаем. «В российско-китайских отношениях [обе стороны] стремятся получить выгоду не в каждом конкретном случае, а от отношений в целом». Опять же, это напоминает то, как Россия мирилась со многими действиями Запада, которые ей не нравились, начиная с расширения НАТО — потому что она либо чувствовала, что она заинтересована в общих отношениях, либо, по крайней мере, не могла позволить себе открытой вражды.

Но есть и другие причины, по которым Россия терпит растущую напористость Китая — и эти факторы имеют отношение к Западу.Западные лидеры иногда недооценивают то, в какой степени многие в России — особенно представители силовых структур — рассматривают Запад как угрозу. «Многие здесь считают, что США хотят ликвидировать Россию как государство», — говорит Василий Кашин, ведущий российский эксперт по Китаю и военным вопросам. «И, если США хотят смены режима и развала страны сейчас, но Китай может стать проблемой через десять лет, тогда не о чем думать» [8]

Это рассуждение с разной степенью паники разделяют многие российские эксперты в области политики. Даже те, кто не видит в Западе реальной угрозы сердцевине России, все еще считают обратный Киссинджер непривлекательным или невозможным вариантом. Отчасти это связано с тем, что, по их мнению, это повлечет за собой капитуляцию в вопросах, которые они считают не подлежащими обсуждению, такими как контроль России над Крымом, ее амбиции по соседству и ее право проводить внутреннюю политику так, как Кремль считает нужным (без особого учета Западные правила и нормы). Точно так же российское правительство просто не видит ничего хорошего в таком шаге.«Непонятно, почему Москва должна хотеть обострить отношения со своим главным соседом, растущую мощь которого никто не отрицает, и обратиться к стране, которая расположена далеко и [пытается мобилизовать других] для своей очень конкретной повестки дня», — пишет Федор Лукьянов. , редактор журнала Россия в глобальной политике , в своем ответе на недавнюю статью в США, предлагающую перевернуть Киссинджера.

Прагматическая неидеология

Западные лидеры также могут недооценивать степень, в которой их российские коллеги считают Запад идеологической силой, а коммунистический Китай — прагматичной силой, а также степень, в которой они ценят прагматизм над идеологией. Такое восприятие могло возникнуть из-за отказа Кремля от попыток Запада превратить Россию в либеральную демократию. Но сегодня дело обстоит гораздо глубже. Правительство в Москве рассматривает любую внешнюю политику, в основном направленную на распространение ценностей или идеологии, как контрпродуктивную и даже опасную. И в том же свете он переоценил историю России.

Хороший пример этого можно найти в выступлении Путина на заседании Валдайского дискуссионного клуба в октябре 2021 года, в котором он одним и тем же ударом осудил западное «пробуждение» и советский большевизм: «Некоторые люди на Западе считают, что агрессивное устранение целых страниц их собственной истории, «обратная дискриминация» большинства в интересах меньшинства и требование отказаться от традиционных представлений о матери, отце, семье и даже гендере, они считают, что все это вехи на пути к социальному обновлению… Для кого-то это может быть неожиданностью, но Россия уже была там.После революции 1917 года большевики, опираясь на догмы Маркса и Энгельса, также заявили, что они изменят существующие обычаи и обычаи, причем не только политические и экономические, но и само понятие человеческой морали и основы здорового общества.

Напротив, российские лидеры считают, что Китай не совершает греха, говоря другим, как жить. Игорь Истомин, преподаватель Московского государственного института международных отношений, сравнивает Китай с Соединенными Штатами в разгар «холодной войны»: «В то время США были идеологическими внутри страны, провозглашая либерализм и заботясь о коммунистах.Но внешне это была прагматичная сила, сотрудничавшая со всеми, кому приходилось — от Иосифа Броз Тито до Аугусто Пиночета ». Для современного Кремля это, похоже, выгодно контрастирует с поведением Советского Союза, который в то время выступал за идеологическую чистоту и преследовал идеологические цели, отвергая или отчуждая многих потенциальных союзников.

Российское правительство усвоило этот урок: в своей внешней политике Россия извлекает огромные выгоды из того, что является «неидеологической», «прагматичной» державой.Это то, что позволяет ему играть ведущую роль на Ближнем Востоке: в отличие от Советского Союза, он не скован идеологическими предпочтениями; в отличие от США, он не привязан к формальным или неформальным союзническим соглашениям; соответственно, он остается в отношениях со всеми. Точно так же Россия делает новые набеги на Африку, представляя себя прагматичным аутсайдером, на которого африканские страны — некоторые из которых рассматривают Европу как бывшего колонизатора, а Китай — как будущего колонизатора, — могли бы смело полагаться.

В этом контексте отношения России с Китаем напоминают отношения с Турцией: стороны терпят свои разногласия или столкновения интересов, потому что они видят, что эти споры происходят из «прагматических» геополитических интересов, а не из идеологии — и тем более идеология, которая угрожает их системам управления.Это встречается почти во всех связанных с Китаем интервью с российскими экспертами и политиками, которые рассматривают Китай как прагматичную державу, более понятную и менее опасную, чем Запад. «Мышление Китая нам известно», — говорит один деловой инсайдер в Москве. «Европа непредсказуема». Кашин утверждает, что «Китай может украсть технологии, но они не пытаются организовать падение правительства … В 1990-е годы Китай не давал денег коммунистам, в то время как Запад продолжает финансировать либеральную оппозицию». [9]

Это мировоззрение объясняет, почему ни один российский чиновник публично не оплакивал уход «Роснефти» из Вьетнама под давлением Китая: правительство в Москве понимает точку зрения Китая на спорные воды и признает, что инцидент был в основном связан с Китаем, а не с Россией. По той же причине 1,5 миллиона российских буддистов должны поехать в Индию или Латвию, чтобы послушать учение Далай-ламы — Кремль не позволит ему посетить Элисту или Улан-Удэ, не говоря уже о Москве.И именно поэтому российские официальные лица остро реагируют на многие безобидные — или даже беззубые — заявления западных лидеров, но интерпретируют гораздо более резкие комментарии китайских властей как «несистемные явления», симптомы «головокружения от внезапного подъема» [10] или даже признак того, что «они просто не умеют себя вести», как выразился известный российский эксперт, отвечая на вопрос о дипломатии «волк-воин».

Гибкое отсутствие союза

Сегодня Россию и Китай объединяет не идеология, а скорее ее избегание — и их совместное сопротивление западному либерализму. Их общие идеологические характеристики проистекают не столько из общего идеологического мировоззрения, сколько из обстоятельств, которые привели их в одно и то же место — пока. Например, многие эксперты в области политики в Москве признают (не обязательно с удовлетворением), что в последнее время социальный порядок в России приблизился к китайскому за счет подавления инакомыслия, усиления государственного контроля над большинством сфер жизни и вертикальных и персонализированных структур власти, которые делегировать управление, но не принятие решений на более низкие уровни.

В то время как Китай при Си может рассматривать авторитарную социальную модель как предпочтительный пункт назначения, это не относится к России — даже с Путиным в Кремле. Скорее, нынешний уровень авторитаризма в России — это отвлечение, крайняя мера политической системы, которая устала и переход к которой запоздал. Да, Россия традиционно была централизованной и авторитарной страной. Но большую часть времени его авторитаризм включал в себя очаги свободы; в нем сочетаются холопство с диссидентским, индивидуалистическим духом даже на высоких руководящих постах. Что касается путинской России, то расцвет ее политической модели, несомненно, пришелся на период более десяти лет назад, когда она могла контролировать политический дискурс так, чтобы относительно свободные выборы всегда давали желаемый результат, и когда политический ландшафт был управляемым без чрезмерного вмешательства. опора на аресты, запреты и репрессии.

Все это означает, что было бы неправильно предполагать, что России и Китаю суждено стать «союзом автократий» или действительно каким-либо политическим союзом.И когда в октябре 2020 года Путин отказался исключить военный союз между Россией и Китаем, он, вероятно, предупреждал Запад и осторожно троллил его, играя на его страхах — вероятно, в большей степени последних.

В конце концов, у Москвы и Пекина когда-то был союз, и он хорошо не закончился. Обязательства этого союза между Советским Союзом и Китаем требовали более совместных действий и взаимной поддержки, чем могла бы принять любая из сторон. Это быстро создало проблемы. Например, подход России к Индии, которую она надеялась победить социализмом, отличался от подхода Пекина, который рассматривал Нью-Дели как стратегического противника и был разочарован тем, что не получил поддержки со стороны Советов в споре о китайско-индийской границе 1959 года. .Точно так же заинтересованность Пекина в восстановлении контроля над Тайванем столкнулась с опасениями Москвы оказаться втянутыми в ядерный конфликт с США.

Сегодня Россия и Китай пришли к выводу, что их партнерство лучше всего работает в форме неформальной договоренности. Это оставляет обеим сторонам возможность не поддерживать другого партнера в его конфликтах: Китай не признает независимость Абхазии или Южной Осетии, а также российскую аннексию Крыма, а Россия не поддерживает территориальные претензии Китая в Южном Китае. Море.

Действительно, военное сотрудничество между двумя странами достигло уровня оперативной совместимости, который некоторые аналитики характеризуют как «на грани союза». Но вряд ли Москва и Пекин будут спешить с оформлением договоренности. Хотя Россия никогда не хотела делиться секретными военными секретами с Китаем, это не было бы препятствием для альянса, как показывает НАТО, в котором США избирательно делятся разведданными и технологиями. Основная причина, по которой Россия и Китай довольствуются тем, что остаются на пороге военного союза, заключается в том, что это наиболее удобный для них механизм: военная совместимость помогает им укреплять взаимное доверие и тем самым снижает риск того, что их отношения станут секьюритизированными; сигналы противникам, таким как США, о том, что они могут объединить силы в случае необходимости; и, благодаря отсутствию формальных союзнических обязательств, развеивает опасения других партнеров, таких как Украина в ее отношениях с Китаем, а также Индия и Вьетнам в их отношениях с Россией.

На этом фоне руководители в Москве с некоторым беспокойством наблюдают за ростом соперничества между США и Китаем, учитывая, что это может разрушить удобные и гибкие договоренности между Россией и Китаем. Они опасаются, что в случае военной конфронтации между США и Китаем из-за Тайваня Пекин потребует от Москвы полной лояльности. И они соглашаются (к сожалению), что в этом сценарии Россия окажется в лагере Китая, принимая его условия в гораздо большей степени, чем сейчас.

Однако в нынешнем виде соперничество США и Китая помогает Москве. Поскольку президент США Джо Байден рассматривает Китай как главного соперника своей страны, Пекин нуждается в Москве больше, чем в противном случае. По мнению Пекина, вдохновленные Китаем попытки Байдена поговорить с Путиным о стратегической стабильности показывают, что у русских есть и другие потенциальные партнеры [11]. Российские лидеры надеются, что это осознание побудит Пекин пересмотреть то, что они считают растущим высокомерием в своих заявлениях и поведении.

Со своей стороны Москва, вероятно, сделает все возможное, чтобы из-за соперничества США и Китая не образовался биполярный мир в стиле «холодной войны», в котором страны должны выбрать сторону. «Никто не хочет биполярности, — говорит Дмитрий Суслов, академик Высшей школы экономики. Он указывает, что длинный список стран, от Индии до государств Африки, пытается избежать этого. Опираясь на свой имидж прагматичного игрока, российское правительство хочет развивать отношения с такими странами, де-факто позиционируя себя как неформального лидера нового движения неприсоединения.

Terra incognita: место Китая во внешней политике России

Несмотря на всю шумиху вокруг Китая в Москве и беспокойство по поводу китайско-российских отношений на Западе, Китай все еще только всплывает — как огромный континент, затопленный на десятилетия — как важный фактор во внешней политике России.В своих отношениях с Китаем России еще предстоит выработать узнаваемые модели и способы выработки политики, которые очевидны в ее подходе ко многим другим странам.

Политика Кремля в различных регионах мира основывается на разных философиях, и она заметно меняется в зависимости от уровня его внутренней экспертизы. Этот опыт, вероятно, наиболее очевиден, когда дело доходит до Ближнего Востока: Россия имеет богатые научные традиции и большой пул экспертов по региону, и эти эксперты были разбросаны по политическому ландшафту, включая всех из Евгения Примакова, бывшего иностранного гражданина. и премьер-министр, который был арабистом по образованию, бывшему министру обороны Дмитрию Рогозину, имеющему такое же образование.Важно отметить, что Кремль также ищет и ценит такой опыт, поскольку он не предполагает, что он знает все, например, о суннитско-шиитских конфликтах или маргинализированных этнических группах в сложных странах Ближнего Востока.

Кремль также обладает обширными знаниями о Западе, но рассматривает большую их часть через призму идеологии. Это часто приводит к тому, что российские лидеры приходят к неправильным выводам, даже если их рассуждения основаны на точной информации: например, они часто видят в Европейском союзе болонку США и полагают, что более независимый союз будет гораздо более дружелюбным по отношению к ним. Россия.Хуже всего обстоят дела с постсоветскими государствами: российские политики очень увлечены этими странами, но мало разбираются в них. Отчасти это связано с тем, что до 1990-х годов (а в некоторых случаях и позже) российские университеты не относились к ним как к иностранным государствам.

Что касается Китая, то у российских политиков нет ни глубокого опыта, ни каких-либо подавляющих страстей или предрассудков. В 2015 году, когда Россия и Китай начали сближаться, этот пробел в российской экспертизе стал очевиден.Те немногие эксперты по Китаю, которые действительно были в России, сидели в своих институтах, а не общались с политическими элитами. Точно так же российский опыт по Китаю часто был скорее академическим, чем политическим. Когда в Китае происходили крупные события, российские политики редко знали, что с ними делать. Как заметил один российский эксперт по Китаю об этих политиках в 2016 году: «это были чистые доски; они приходили и спрашивали: «Что это значит?» [12]

Кроме того, многие из российских экспертов по Китаю получили образование в советских учреждениях, что иногда означало, что они все еще смотрели на Китай как на своего рода младшего брата, тем самым недооценивая его мощь. Другие, привыкшие думать о Китае с точки зрения дружбы, были слепы к угрозе, которую может представлять эта страна. «Российские китаеведы могут быть чем-то похожи на немецких атлантистов — воспитанные с верой в неизбежность близких отношений, они не видят опасности и интересы страны в целом», — с улыбкой прокомментировал московский внешнеполитический эксперт. 13]

Тем не менее, ситуация меняется. В российских университетах вдвое увеличилось количество студентов, изучающих китайский язык и мандаринский диалект — около 40 из них, как сообщается, заканчивают каждый год.Не все эти люди продолжают работать в академических кругах или аналитических центрах; многие из них перемещаются между разными типами работы и работодателями в государственном и частном секторах. Это дает им более разнообразный опыт, чем у большинства китаеведов старшего возраста, которые провели свою карьеру в академических кругах. Примерно через десять лет, когда эти выпускники достигнут оптимального трудоспособного возраста, Россия, вероятно, будет иметь гораздо больший опыт в Китае — опыту, которому Запад может позавидовать.

Модель нечетких отношений

Однако неясно, воспользуется ли российское государство своим растущим доступом к экспертным знаниям по Китаю так, как оно делает это на Ближнем Востоке, или как оно будет моделировать свой общий подход к урегулированию отношений с Пекином.На данный момент кажется, что, хотя российские эксперты могут рассматривать Китай так, как они видели США в 1990-х годах, кремлевская модель отношений сродни той, которую он принял в 1990-х годах для наращивания отношений с ЕС. . Как проницательно замечает аналитик Андрей Кортунов, «Кремль сосредоточил свое внимание на« важных вещах »- таких как встречи на высшем уровне, официальные визиты, консультации на высоком уровне между бюрократическими органами в Москве и Брюсселе и на общие политические декларации». По его словам, «очевидно было предположение, что политический импульс, генерируемый на высоких официальных уровнях, естественным образом трансформируется в конкретные достижения на более низких уровнях.

Точно так же отношения между Россией и Китаем вращаются вокруг саммитов и официальных встреч. Ему также не хватает последовательной стратегии — то, что сходит за одну, на самом деле представляет собой просто совокупность разрозненных интересов. Временами различные бизнес-группы и другие лобби, кажется, даже формируют отношения способами, которые чем-то напоминают доминирование олигархов ельцинской эпохи во внешней политике России. Как выразился один разочарованный российский внешнеполитический эксперт, «есть разные интересы лоббистских групп, но вы не можете использовать их для построения стратегии для России … У каждого свои собственные планы, и Путину не удается собрать их в единое целое.”[14]

Парадоксально, но то, что Китай стал официальным приоритетом, способствует бесполезности отношений. Поворот к Китаю «положил конец спросу на экспертизу в силу ее бескомпромиссности», — говорит эксперт Леонид Ковачич. «Нам дана команда: поворот [в сторону Китая] должен произойти независимо от обстоятельств». Поскольку Кремль считает, что опоре на Китай нет альтернативы, он не заинтересован в том, чтобы узнавать подробности, подводные камни и потенциальные опасности этих отношений.И не стремится сделать отношения более сложными. «Для увеличения экспорта пяти-шести основных товаров не требуется специальных знаний», — утверждает китаевед Михаил Коростиков. «Расширять отношения дальше этого не представляется возможным».

Остается только задаться вопросом, может ли это привести к разочарованию, которое московские элиты испытали в 2014 году, когда они осознали, что экономические связи с ЕС не застраховали Россию от политических последствий аннексии Крыма.Несмотря на интенсивные встречи на высшем уровне между сторонами, эти элиты не смогли понять динамику и нюансы позиции ЕС.

Да, есть и горизонтальные, и неформальные межличностные связи. По словам Кашина, некоторые российские и китайские чиновники установили неформальные связи и теперь общаются друг с другом (общаются на английском языке) «как в немецких и российских компаниях или муниципалитетах в начале 2000-х». Но неясно, будет ли этого достаточно, чтобы повлиять на работу двух политических систем и защитить двусторонние отношения от любых потрясений.Эти российско-немецкие связи определенно не помогли.

Заключение: что может сделать Запад

Благодаря этой смеси краткосрочных и долгосрочных тенденций взгляд Кремля на Китай постоянно меняется. Двум странам не суждено стать ближе — отчасти потому, что во многих сферах обе стороны считают свой нынешний уровень сотрудничества оптимальным. В военных вопросах, например, оставаться на пороге союза кажется более выгодным, чем его создание. Торговые связи между Россией и Китаем следуют своей собственной коммерческой логике — руководствуясь в первую очередь потребностями Китая (уравновешенными его опасениями по поводу пандемии, которые ограничивают импорт некоторых российских товаров).Приграничное передвижение между странами вряд ли значительно увеличится в ближайшем будущем из-за COVID-19, но они продолжат свои политические встречи на высоком уровне — с большой помпой, но и с ограниченным личным контактом между официальными лицами.

В этом контексте для западных политиков было бы неразумным либо рассматривать Россию и Китай как две части единой проблемы, либо выбирать «двойное сдерживание», рекомендованное несколькими аналитиками. Обе страны придерживаются одной и той же авторитарной практики, разделяют аспекты своих взглядов на мир и имеют схожие мотивы для поддержания сердечных двусторонних отношений.Но, по сути, у них очень разные политические траектории и руководящие принципы внешней политики. Западным лидерам следует помнить об этих различиях и использовать их.

Тем не менее, это не означает, что они должны быть разделены между собой с помощью великой сделки, которая вдохновляет Москву на разворот политики. Это невозможно. Но западные страны могут дать России пространство для защиты от Китая в определенных областях, таких как технологии, включая 5G (как только Москва урегулирует конфликты вокруг частот и решит действовать в этом вопросе).Если бы России было что выиграть и что потерять в отношениях с Западом, это увеличило бы влияние западных столиц на Москву и их глобальное пространство для маневра — хотя это также увеличило бы влияние Москвы на них, а это означало бы, что есть компромиссы, которые следует учитывать. .

На данный момент Кремль, похоже, считает, что налаживание предметного сотрудничества с Западом обойдется слишком дорого с политической точки зрения. Однако это могло измениться — по нескольким причинам.

Во-первых, нет никаких гарантий, что российское руководство и дальше будет рассматривать Китай как прагматичного глобального игрока.Китайская дипломатия «воина-волка», кажется, отражает растущее желание диктовать условия другим государствам по все более широкому кругу вопросов. Если так будет и дальше, то подход Китая в конечном итоге обязательно ударит по России. Некоторые московские аналитики уже видят в этом вероятное, если не неизбежное развитие событий в следующем десятилетии. «Давно объединенная империя должна разделиться, давно разделенная должна объединиться — так было всегда», — говорит один российский политолог, цитируя Роман о трех королевствах , китайский роман четырнадцатого века, чтобы проиллюстрировать циклическую природу сила.Если Китай поддастся искушению более решительно диктовать условия другим, это не пойдет на пользу Москве. Российские лидеры в целом гордятся тем, что они не «подчиняются приказам» Вашингтона — они больше не стремятся выполнять их из Пекина.

Во-вторых, по той же логике Запад неизбежно станет менее откровенно идеологизированным, чем был раньше. Момент униполярности ушел. И это ограничит способность западных демократий распространять свои правила, нормы и ценности по всему миру.США уже указали, что вместо того, чтобы руководствоваться универсальной нормативной повесткой дня, они теперь выбирают свои сражения и отказываются быть «мировым полицейским».

ЕС будет труднее адаптироваться. Хотя ЕС всегда был менее заинтересован в продвижении демократии посредством военного вмешательства, чем США, по своей природе ЕС является более нормативной силой, чем США: союз организован на основе общих правил, норм и ценностей. И усилия по распространению этих правил, норм и ценностей долгое время были не только его основной внешнеполитической целью, но и, что более важно, его основным инструментом внешней политики. Следовательно, если ЕС хочет стать более влиятельной силой в мире, сопротивляющемся его ценностям, ему нужно будет научиться более прагматично обращаться с другими державами — и найти другие инструменты торговли.

Это потребует серьезной адаптации. Но в случае успеха это могло бы позволить блоку, наконец, устранить некоторые дисфункции в его отношениях с Россией, которые все еще являются заложником несбывшихся ожиданий 1990-х годов, и поставить новые, более ограниченные цели в соответствии с сегодняшними реалиями.Например, ЕС мог бы дать России некоторое пространство для защиты от Китая в технологическом развитии — хотя для этого ему пришлось бы решить, к каким технологиям он позволит российским компаниям получить доступ, учитывая его санкции в отношении России и растущее понимание того, что страна скорее конкурент, если не противник, чем друг. Эти решения будут нелегкими и потребуют компромисса между различными приоритетами. Это связано с тем, что санкционная политика ЕС, которую многие государства-члены считают важной, может вступить в противоречие с другими целями, такими как спасение планеты от изменения климата или предотвращение объединения усилий России с Китаем.

Наконец, Россия сама может пересмотреть некоторые из своих внешнеполитических приоритетов, как только Путин покинет свой пост. Это не означает, что он является источником всего зла в российской политике или что его уход вызовет возврат к прозападной позиции 1990-х годов. Это не так: российские лидеры вряд ли откажутся от проведенного в 2012 году ребрендинга своей страны как незападной державы, потому что это было вызвано как разочарованием в Западе, так и подъемом остальных.

Однако все еще есть основания полагать, что уход Путина улучшит отношения России с Европой.Во-первых, одержимость Москвы Украиной — источником такой напряженности между Россией и ЕС — кажется, исходит от лично Путина. Он категорически придерживается мнения, что русские и украинцы «являются одними и теми же людьми» и были искусственно разделены. Существует мало свидетельств того, что другие элиты или более широкие слои населения разделяют эту страсть, по крайней мере, в той же степени.

Точно так же Путин склонен недооценивать силу общества и переоценивать силу служб безопасности. Это наносит ущерб отношениям России с Европой, поскольку усложняет все дискуссии — в первую очередь об Украине, но также и в более широком смысле.

И справедливо или иначе, Путин стал анафемой для многих на Западе. Это говорит о том, что, как выразился один российский эксперт, некоторые формы сотрудничества, доступные России, могут быть недоступны Путину [15].

Наконец, имеет значение и собственная интеллектуальная траектория Путина. Придя к власти в 2000 году, он попытался сблизить Россию с Западом — хотя и по-своему (что не предполагало, например, демократических реформ внутри страны).К 2007 году он превратился в критика Запада, к 2012 году в сознательно незападного лидера и в президента, который к 2021 году рассматривал мир как опасно хаотическое поле битвы. Сближение с Европой, каким бы ограниченным оно ни было, потребовало бы нового поворота в этом поездка. Хотя Путин, несомненно, более гибок в своем уме, чем большинство лидеров, сколько из этих стратегических поворотов может совершить один человек за свою жизнь?

Короче говоря, хотя для Европы может быть хорошей идеей помочь России застраховаться от Китая, это будет намного проще с изменением подхода России к Западу. Не следует исключать это полностью, но, похоже, это мало перспектив, пока в Кремле не появится новый лидер.


Об авторе

Кадри Лийк — старший научный сотрудник Европейского совета по международным отношениям. Ее исследования сосредоточены на России, Восточной Европе и Балтийском регионе.


[1] Интервью с предпринимателем, Москва, май 2021 г.

[2] Интервью с предпринимателем, Москва, май 2021 г.

[3] Интервью с бизнесменом, Москва, май 2021 г.

[4] Интервью с предпринимателем, Москва, май 2021 г.

[5] Интервью с китаистом, Москва, май 2021 г.

[6] Интервью с китаистом, Москва, май 2021 г.

[7] Семинар в Москве, март 2020 г.

[8] Интервью с Василием Кашиным, Москва, май 2021 г.

[9] Интервью с Василием Кашиным, Москва, май 2021 г.

[10] Интервью с российскими экспертами и политиками, Сочи, октябрь 2021 г.

[11] Беседы в дискуссионном клубе «Валдай», октябрь 2021 г.

[12] Интервью с китаистом, ноябрь 2016 г.

[13] Интервью с экспертом по внешней политике, Москва, октябрь 2021 г.

[14] Zoom-интервью с экспертом по внешней политике, июль 2020 г.

[15] Встреча по правилам Chatham House, Москва, декабрь 2018 г.

Европейский совет по международным отношениям не занимает коллективных позиций. Публикации ECFR отражают только взгляды отдельных авторов.

У Европы нет оправдания, чтобы Россия снова ее удивила — POLITICO

Нажмите кнопку воспроизведения, чтобы прослушать эту статью

Кристоф Мейер — профессор Королевского колледжа Лондона и соавтор книги «Предупреждение о войне: конфликт, убеждение и внешняя политика.Его работа финансируется Европейским и британским исследовательскими советами (ERC и ESRC).

«Россия больше никого не сможет застать врасплох», — заявил недавно в Брюсселе министр иностранных дел Украины Дмитрий Кулеба.

Кубела, должно быть, оптимист. Фактически, многим европейским лидерам еще предстоит извлечь уроки из войны России в Грузии в 2008 году, ее необъявленной войны против Украины и аннексии Крыма в 2014 году.

Ввиду того, что риторика снова накаляется, и российские войска сосредоточиваются на границе с Украиной, остается высока вероятность того, что Москва снова застигнет Европу врасплох.Ущерб европейским интересам будет огромен. На этот раз у западных лидеров не будет оправдания заблуждению.

Сюрприз — это умножитель силы, и он необходим для стратегии Кремля. Экономика России не больше, чем у Италии, а ее номинальные военные расходы составляют лишь четверть от европейских вместе взятых. Хотя Москва с 2009 года инвестировала значительные средства в вооруженные силы, ей все еще нужно держать людей в догадках о ее планах.

Кремль продемонстрировал умение использовать информационную асимметрию между собой и Западом.Москве довольно легко собрать качественную информацию о ключевых европейских лидерах из открытых источников и предугадать, как они могут опираться в различных сценариях развития Украины. Российские официальные лица действуют в условиях гораздо более эффективной секретности и лучшей контрразведки. Принятие решений сосредоточено вокруг президента Владимира Путина и небольшого круга доверенных советников, в которых западной разведке трудно проникнуть.

В результате западные официальные лица часто не знают, кого слушать в России.Например, накануне войны России против Украины в 2014 году и аннексии Крыма советник Путина Сергей Глазьев сказал, что Россия больше не может гарантировать статус Украины как государства и, возможно, может вмешаться, если пророссийские регионы страны обратятся непосредственно к Москве.

Вместо того чтобы прислушаться к этому предупреждению, большинство европейских чиновников либо полностью пропустили, либо отклонили комментарии Глазьева как недостоверные. Вместо этого они приняли заверения министра иностранных дел России Сергея Лаврова.«Мы серьезные люди, мы не параноики», — сказал Лавров, пообещав «успокоить горячих голов».

Сегодня, когда российские войска концентрируются на границе с Украиной, другой кремлевский чиновник, Дмитрий Козак, заместитель главы администрации президента, заявил о «начале конца» Украины. Он предупредил, что любой, кто нацелен на этнических русских в Донбассе, будет «ранен не в ногу, а в лицо». На этот раз европейские лидеры поступили бы мудро, если бы не отклонили подобные комментарии как предназначенные только для внутренней российской аудитории — как будто подготовка российского мнения к войне не является достаточно серьезной.

Точно так же нельзя игнорировать передвижения российских войск. Накануне грузинской войны 2008 года европейские наблюдатели видели аналогичные перемещения войск и военные провокации в сепаратистских провинциях Южная Осетия и Абхазия, как они наблюдаются сегодня в России и Крыму. Тогда Москва маскировала свои надвигающиеся наступления, говоря, что просто проводит обычные «маневры». Сегодня он ссылается на неуказанную «боевую подготовку», чтобы оправдать наращивание войск на границе с Украиной.

В своих попытках удивить Москва может рассчитывать на постоянную помощь из маловероятного источника: многие западные эксперты и политики стремятся обмануть себя относительно намерений России.

Когда аналитикам не хватает надежной информации, они часто прибегают к тому, что Роберт Джервис называл зеркальным отображением: как мое правительство могло бы рационально отреагировать на эту ситуацию? Им труднее представить, чтобы лидеры осмелились открыто солгать или подорвать основные нормы международного права, включая нарушение границ суверенной страны и аннексию территории как своей собственной.

С западной точки зрения, российское вторжение кажется нерациональным. Опрос 905 экспертов по международным отношениям показал, что только 14 процентов предвидели российское военное вмешательство в Украину, всего за несколько дней до последнего.

Этот подход недооценивает внутреннее давление и стимулы, с которыми сталкиваются авторитарные лидеры, и неверно истолковывает, кто действительно держит власть. В случае с Грузией в 2008 году западные аналитики считали невозможным, чтобы президент Грузии Михаил Саакашвили был «достаточно безумным», чтобы начать превентивное военное нападение, учитывая вероятность подавляющего ответа России. Оказывается, по внутренним причинам — он обещал восстановить контроль над сепаратистскими государствами — да.

Общественное мнение часто ошибочно рассматривается как еще одно ограничение для Москвы, как это было много лет назад в преддверии советской интервенции в Чехословакии. В 2013 году западные аналитики ожидали некоторого наказания России в отношении Украины, но не рассматривали прямое военное вмешательство, не говоря уже об аннексии. Несколько предупреждений, сделанных министрами иностранных дел Польши и Швеции, не были приняты всерьез, поскольку некоторым они показались предвзятыми в отношении России, учитывая их известные взгляды.

Предупреждения легко игнорировать, если они обнаруживают недостатки в основных предположениях, лежащих в основе внешнеполитических подходов и экономических соглашений Европы. В случае с Грузией в 2008 году они разоблачили, как НАТО неправильно обращалось с членством страны на саммите в Бухаресте, что привело к пагубным и непредвиденным последствиям. В случае с Украиной-2014 он выявил геополитические слепые пятна в политике соседства ЕС и Восточном партнерстве. Сегодня это поставило бы под сомнение германский проект газопровода «Северный поток — 2» или стратегию дипломатической перезагрузки Франции.

Принятие предупреждений является психологическим стрессом для лиц, принимающих решения. Это ставит их перед трудным выбором в отношении ценностей и интересов. Однако, если судить по истории, бездействие только усложняет этот выбор. Это так же верно сегодня, как и в прошлый раз.

Следует ли западным лидерам согласиться на дипломатическое урегулирование, которое предоставило бы России де-факто право вето на будущий путь Украины? Или они готовы оказать ощутимую поддержку Украине и разработать надежные санкции для сдерживания России и предотвращения наихудшего сценария? На эти вопросы лучше ответить до, а не после вторжения.

Западных лидеров можно простить за то, что они были удивлены в 2008 и 2014 годах. У них не будет оправдания, если они позволят себя снова обмануть.

Тема: Отношения Россия-НАТО: факты

С тех пор, как Россия начала свои агрессивные действия против Украины, российские официальные лица обвинили НАТО в серии угроз и враждебных действий. На этой веб-странице изложены факты.

НАТО как «угроза»

Утверждение: присутствие НАТО в Балтийском регионе опасно

Факт : НАТО предприняло оборонительные и соразмерные шаги в ответ на изменившуюся обстановку в области безопасности.В ответ на использование Россией военной силы против своих соседей союзники потребовали увеличения присутствия НАТО в Балтийском регионе.

В 2016 году мы развернули четыре многонациональные боевые группы ─ или «усиленное передовое присутствие» ─ в Эстонии, Латвии, Литве и Польше. В 2017 году боевые группы вступили в полную боевую готовность. Более 4500 военнослужащих из Европы и Северной Америки тесно сотрудничают с силами обороны страны.

Присутствие НАТО в регионе осуществляется по просьбе принимающих стран, и силы союзников придерживаются самых высоких стандартов поведения как при исполнении служебных обязанностей, так и вне его.

В рамках приверженности союзников по НАТО принципам прозрачности Эстония, Латвия и Литва принимают российских инспекторов по контролю над вооружениями. В Эстонии, например, российские инспекторы недавно провели инспекцию Венского документа, наблюдая за частями учений «Весенний шторм» в мае и июне 2021 года.

Вернуться к началу

Утверждение: ПРО НАТО угрожает безопасности России

Факт : Противоракетная оборона НАТО не направлена ​​против России и не может подорвать возможности России по стратегическому сдерживанию.Он предназначен для защиты европейских союзников от ракетных угроз из-за пределов евроатлантического региона.

Площадка Aegis Ashore в Румынии носит исключительно оборонительный характер. Развернутые там ракеты-перехватчики не могут быть использованы в наступательных целях. В перехватчиках нет взрывчатки. Они не могут поражать объекты на поверхности Земли — только в воздухе. Кроме того, на площадке отсутствует программное обеспечение, оборудование и инфраструктура, необходимые для запуска наступательных ракет.

НАТО пригласило Россию к сотрудничеству в области противоракетной обороны, при этом приглашение не было направлено ни одному другому партнеру.К сожалению, Россия отказалась сотрудничать и отказалась от диалога по этому вопросу в 2013 году. Заявления России с угрозами нацелить на союзников из-за защиты НАТО от баллистических ракет являются неприемлемыми и контрпродуктивными.

Вернуться к началу

Утверждение: НАТО агрессивно и представляет угрозу для России

Факт : НАТО — это оборонительный союз, целью которого является защита наших государств-членов. Наши учения и военные операции не направлены против России или какой-либо другой страны.
Все союзники подтвердили на нашем саммите в Брюсселе, что «Североатлантический союз не стремится к конфронтации и не представляет угрозы для России».

НАТО связывалось с Россией последовательно, прозрачно и открыто на протяжении последних 30 лет. Мы поставили перед собой цель построить хорошие отношения и вместе работали над различными вопросами, от борьбы с наркотиками и терроризмом до спасения подводных лодок и гражданского чрезвычайного планирования.

Однако в марте 2014 г. в ответ на агрессивные действия России против Украины НАТО приостановило практическое сотрудничество с Россией.Мы не стремимся к конфронтации, но мы не можем игнорировать нарушение Россией международных правил, подрывающее нашу стабильность и безопасность.

В ответ на использование Россией военной силы против своих соседей в 2016 году НАТО развернула четыре многонациональные боевые группы в странах Балтии и Польше. Эти силы являются ротационными, оборонительными и пропорциональными. До незаконной аннексии Крыма Россией не было планов размещения войск союзников в восточной части Североатлантического союза. Наша цель — предотвратить конфликты, защитить наших союзников и сохранить мир.

НАТО остается открытым для конструктивного диалога с Россией. Вот почему НАТО предложило провести заседание Совета Россия-НАТО в феврале 2020 года, и это предложение остается в силе. Мяч за Россией.

Вернуться к началу

Утверждение: расширение НАТО угрожает России

Факт : НАТО — оборонительный союз. Наша цель — защитить государства-члены. Каждая страна, вступающая в НАТО, обязуется отстаивать ее принципы и политику.Это включает в себя обязательство о том, что «НАТО не стремится к конфронтации и не представляет угрозы для России», как было подтверждено на саммите в Брюсселе в этом году.

Расширение НАТО не направлено против России. Каждая суверенная нация имеет право выбирать свои собственные меры безопасности. Это основополагающий принцип европейской безопасности, который Россия также подписала и должна уважать. Фактически, после окончания холодной войны Россия взяла на себя обязательство построить инклюзивную архитектуру европейской безопасности, в том числе посредством Парижской хартии, создания ОБСЕ, создания Совета евроатлантического партнерства и Основания НАТО-Россия. Действовать.

Вернуться к началу

Обещания и обещания

Заявление: совместное использование ядерного оружия и ядерные учения НАТО нарушают Договор о нераспространении ядерного оружия

Факт : ядерные договоренности НАТО всегда соответствовали Договору о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО). ДНЯО является краеугольным камнем глобального режима нераспространения. Он играет важную роль в обеспечении международного мира и безопасности.

На протяжении десятилетий Соединенные Штаты располагали ядерным оружием на территории некоторых европейских членов НАТО как часть средств сдерживания и обороны НАТО. Это оружие всегда остается под опекой и контролем Соединенных Штатов. Более того, ядерные договоренности НАТО возникли еще до ДНЯО. Они были полностью рассмотрены при заключении договора.

Это Россия использует свое ядерное оружие как инструмент устрашения. Россия использует безответственную ядерную риторику и активизировала свои ядерные учения. Россия также расширяет свой ядерный потенциал, вкладывая средства в новое дестабилизирующее оружие. Эта деятельность и такая риторика не способствуют прозрачности и предсказуемости, особенно в контексте изменившейся среды безопасности.

Вернуться к началу

Утверждение: усиление передового присутствия НАТО нарушает Основополагающий акт Россия-НАТО?

Факт : НАТО полностью соблюдает Основополагающий акт Россия-НАТО. В ответ на незаконную и незаконную аннексию Крыма Россией и наращивание военной мощи вблизи границ Североатлантического союза НАТО развернула четыре многонациональные боевые группы — около 4500 военнослужащих — в Латвии, Литве, Эстонии и Польше.

Эти силы являются ротационными, оборонительными и намного ниже любого разумного определения «существенных боевых сил».«На территории восточных союзников не было постоянного размещения значительных боевых сил. Фактически, общая численность сил в Североатлантическом союзе существенно снизилась после окончания холодной войны.

Подписав Основополагающий акт Россия-НАТО, Россия обязалась не угрожать силой и не применять ее против союзников по НАТО и любого другого государства. Он нарушил это обязательство, незаконно и незаконно аннексировав Крым, территорию суверенного государства. Россия также продолжает поддерживать боевиков на востоке Украины.

Вернуться к началу

Утверждение: НАТО обещало России не расширяться после холодной войны

Факт : Союзники по НАТО принимают решения консенсусом, и они регистрируются. Нет никаких записей о таком решении, принятом НАТО. Личные заверения отдельных лидеров не могут заменить консенсуса Североатлантического союза и не являются формальным соглашением НАТО.

«Политика открытых дверей» НАТО основана на статье 10 учредительного документа Североатлантического союза, Североатлантического договора (1949 г.).В Договоре говорится, что членство в НАТО открыто для любого «европейского государства, которое в состоянии продвигать принципы этого Договора и вносить свой вклад в безопасность Североатлантического региона». В нем говорится, что любое решение о расширении должно приниматься «единогласно». НАТО никогда не отменяла статью 10 и не ограничивала возможности расширения. За последние 72 года 30 стран свободно и в соответствии со своими внутренними демократическими процессами выбрали вступление в НАТО. Это их суверенный выбор.

Кроме того, во время предполагаемого обещания еще существовал Варшавский договор. Его члены не соглашались с его роспуском до 1991 года. Идея их вступления в НАТО не стояла на повестке дня в 1989 году. Это подтвердил сам Михаил Горбачев в интервью Russia Beyond the Headlines:

«Тема« расширения НАТО »вообще не обсуждалась и не поднималась в те годы. Я говорю это со всей ответственностью. Ни одна восточноевропейская страна не подняла этот вопрос, даже после Варшавского договора прекратил свое существование в 1991 году.Западные лидеры тоже об этом не заговорили «.

Рассекреченные стенограммы Белого дома также показывают, что в 1997 году Билл Клинтон последовательно отклонял предложение Бориса Ельцина о «джентльменском соглашении» о том, что никакие бывшие советские республики не будут вступать в НАТО: «Я не могу брать на себя обязательства от имени НАТО, и я» Я сам не собираюсь налагать вето на расширение НАТО в отношении какой-либо страны, не говоря уже о том, чтобы позволить вам или кому-либо еще сделать это… НАТО действует на основе консенсуса ».

Вернуться к началу

Сотрудничество НАТО с Россией

Утверждение: прекращая практическое сотрудничество с Россией, НАТО подрывает безопасность

Факт : В 2014 году НАТО приостановило всякое практическое сотрудничество с Россией в ответ на ее агрессивные действия на Украине.Это сотрудничество включало проекты в Афганистане, по борьбе с терроризмом и научное сотрудничество. Эти проекты со временем принесли результаты, но их приостановка не подорвала безопасность Североатлантического союза или нашу способность противостоять таким вызовам, как терроризм.

Мы ясно дали понять, что продолжаем стремиться к конструктивным отношениям с Россией. Но улучшение отношений НАТО с Россией будет зависеть от четкого и конструктивного изменения действий России — такого, которое продемонстрирует соблюдение международного права и международных обязательств России.

Вернуться к началу

Расширение НАТО

Претензия: Россия имеет право потребовать гарантии того, что Украина и Грузия не вступят в НАТО

Факт : Каждая суверенная нация имеет право выбирать свои собственные меры безопасности. Это основополагающий принцип европейской безопасности, к которому присоединилась и Россия (см. Хельсинкский Заключительный акт здесь)

Когда Россия подписала Основополагающий акт Россия-НАТО, она также обязалась поддерживать « уважение суверенитета, независимости и территориальной целостности всех государств и их неотъемлемое право выбирать средства для обеспечения своей собственной безопасности ».

Украина и Грузия имеют право выбирать свои собственные союзы, а Россия по своему неоднократному соглашению не имеет права диктовать этот выбор. Мы отвергаем любую идею сфер влияния в Европе — они являются частью истории и должны оставаться частью истории.

Вернуться к началу

Утверждение: НАТО имеет базы по всему миру

Факт : Военная инфраструктура НАТО за пределами территории союзников ограничена районами, в которых Североатлантический союз проводит операции.У НАТО есть военные объекты в Косово, например, для миротворческой миссии KFOR.

НАТО также имеет гражданские офисы связи в странах-партнерах, таких как Грузия, Молдова, Украина и Россия. Их нельзя считать «военными базами».

Отдельные союзники имеют зарубежные базы на основе двусторонних соглашений и принципа согласия принимающей страны, в отличие от российских баз на территории Молдовы, Украины и Грузии.

Вернуться к началу

НАТО и его отношение к России

Утверждение: НАТО разжигает «истерию» по поводу учений России

Факт : Каждая страна имеет право проводить учения, но важно, чтобы они проводились прозрачно и в соответствии с международными обязательствами.

В целях повышения прозрачности члены ОБСЕ, включая Россию, обязуются соблюдать положения Венского документа. Если в учениях участвует не менее 9000 человек, они подлежат уведомлению, а если в учениях участвует 13000 человек или превышает их, для участия в учениях должны быть приглашены наблюдатели из стран ОБСЕ.

Обеспокоенность НАТО по поводу российских учений является прямым результатом отсутствия прозрачности в России. С момента окончания холодной войны Россия никогда не открывала возможности для обязательного соблюдения Венского документа.Россия также использовала масштабные внезапные учения, в том числе с участием десятков тысяч военнослужащих, для запугивания своих соседей. Такая практика вызывает напряжение и подрывает доверие. Вмешательство России в Грузию в 2008 году и незаконная аннексия Крыма в 2014 году были замаскированы внезапными учениями.

Вернуться к началу

Утверждение: НАТО — геополитический проект США

Факт : НАТО была основана в 1949 году двенадцатью суверенными государствами: Бельгией, Канадой, Данией, Францией, Исландией, Италией, Люксембургом, Нидерландами, Норвегией, Португалией, Соединенным Королевством и Соединенными Штатами.С тех пор он вырос до 30 союзников, каждый из которых принял индивидуальное и суверенное решение присоединиться к этому Альянсу.

Все решения в НАТО принимаются консенсусом, что означает, что решение может быть принято только в том случае, если его принимает каждый союзник.

Точно так же решение любой страны об участии в операциях под руководством НАТО остается за этой страной в соответствии с ее собственными юридическими процедурами. Ни один член Альянса не может принять решение о развертывании сил других союзников.

Вернуться к началу

Утверждение: НАТО пыталось изолировать или маргинализировать Россию

Факт : Более трех десятилетий НАТО последовательно работала над построением отношений сотрудничества с Россией.

НАТО начало выходить на контакт, предлагая диалог вместо конфронтации, на лондонском саммите НАТО в июле 1990 года (заявление здесь). В последующие годы Североатлантический союз продвигал диалог и сотрудничество, создав Партнерство ради мира (ПРМ) и Совет евроатлантического партнерства (СЕАП), открытый для всей Европы, включая Россию.

В 1997 году НАТО и Россия подписали Основополагающий акт о взаимных отношениях, сотрудничестве и безопасности, в результате чего был создан Совместный постоянный совет НАТО-Россия.В 2002 году он был модернизирован, в результате чего был создан Совет Россия-НАТО (СРН) (Основополагающий акт можно прочитать здесь)

Мы поставили перед собой цель построить хорошие отношения с Россией. Мы вместе работали над самыми разными вопросами: от борьбы с наркотиками и терроризмом до спасения подводных лодок и гражданского чрезвычайного планирования.
Однако в марте 2014 г. в ответ на агрессивные действия России против Украины НАТО приостановило практическое сотрудничество с Россией. В то же время НАТО оставило открытыми каналы связи с Россией.Совет Россия-НАТО остается важной площадкой для диалога. НАТО предложило провести заседание Совета Россия-НАТО в феврале 2020 года, и это предложение остается в силе. Мяч за Россией.

Вернуться к началу

Утверждение: НАТО следовало распустить в конце холодной войны

Факт: На саммите в Лондоне в 1990 году лидеры НАТО согласились с тем, что « нам нужно держаться вместе, чтобы продлить долгий мир, которым мы наслаждались последние четыре десятилетия ».Это был их суверенный выбор, полностью соответствующий их праву на коллективную оборону согласно Уставу Организации Объединенных Наций.

С тех пор еще шестнадцать стран решили присоединиться к НАТО. Североатлантический союз взял на себя новые задачи и адаптировался к новым вызовам, при этом придерживаясь своих фундаментальных принципов безопасности, коллективной защиты и принятия решений на основе консенсуса.

На Брюссельском саммите в июне 2021 года союзники по НАТО согласились сделать еще больше вместе для модернизации и адаптации Североатлантического союза, чтобы наметить его курс на следующее десятилетие и далее.Следующая Стратегическая концепция НАТО станет планом для этой адаптации. В период обострения глобальной конкуренции Европа и Северная Америка по-прежнему прочно объединяются в НАТО. Вызовы безопасности, с которыми сталкиваются союзники, слишком велики, чтобы любая страна или континент могла противостоять им в одиночку. Вместе в НАТО мы продолжим защищать более 1 миллиарда человек.

Вернуться к началу

Операции НАТО

Утверждение: операция НАТО в Афганистане провалилась

Факт : НАТО проводит честную и ясную оценку своего участия в Афганистане, анализируя, что сработало, а что нет.Есть также сложные вопросы, которые нужно задать более широкому международному сообществу.

НАТО много лет руководило военными усилиями в Афганистане, но это были не просто военные действия. Многие другие, в том числе правительства наших стран, Европейский Союз и Организация Объединенных Наций, также вложили значительные средства в попытки развития и построения лучшего Афганистана. У всех нас есть сложные вопросы, на которые нужно ответить.

В то же время мы должны признать значительный успех, которого мы добились вместе.Миссия НАТО не позволила Афганистану стать убежищем для международного терроризма. С 2001 года не было террористических атак из Афганистана против наших стран.

Международное сообщество, поддерживаемое нашим военным присутствием, также помогло создать условия для значительного социально-экономического прогресса. Эти достижения нельзя легко обратить вспять, и мы видим, что по той роли, которую сегодня играет молодое поколение, женщины и свободные СМИ. Хотя у нас больше нет войск на местах, международное сообщество по-прежнему имеет рычаги воздействия на Талибан, включая финансовые, экономические и дипломатические инструменты.Мы продолжим требовать от талибов ответственности за терроризм, свободный проход и права человека.

Вернуться к началу

Утверждение: операция НАТО над Ливией была незаконной

Факт : Операция под руководством НАТО была начата на основании двух Резолюций Совета Безопасности ООН (СБ ООН) 1970 и 1973 годов, в обеих цитируется глава VII Устава ООН, и ни одна из них не вызвала возражений со стороны России.

Резолюция 1973 СБ ООН уполномочила международное сообщество « принять все необходимые меры », чтобы « защитить гражданских лиц и районы, населенные гражданским населением, от угрозы нападения ».Именно это и сделала НАТО при политической и военной поддержке государств региона и членов Лиги арабских государств.

После конфликта НАТО сотрудничало с Международной комиссией ООН по расследованию событий в Ливии, которая не обнаружила нарушений резолюции 1973 СБ ООН или международного права, заключив вместо этого, что « НАТО провела очень точную кампанию с очевидной решимостью избежать жертв среди гражданского населения ».

Вернуться к началу

Утверждение: операция НАТО над Косово была незаконной

Факт : Операция НАТО в Косово последовала за более чем годом интенсивных усилий ООН и Контактной группы, в которую входила Россия, по поиску мирного решения.Совет Безопасности ООН несколько раз заклеймил этнические чистки в Косово и растущее число беженцев, изгнанных из своих домов, как угрозу международному миру и безопасности. Операция НАТО «Союзнические силы» была начата с целью предотвратить широкомасштабные и продолжительные нарушения прав человека и убийства мирных жителей.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

[an error occurred while processing the directive]

Related Posts

Разное

Сомневающийся апостол: Сомневающийся, апостол Андрей и прислушивающийся (группа). Сомневающийся (два варианта) — Иванов А. А. :: Артпоиск

СОБОРНОЕ ПОСЛАНИЕ СВЯТОГО АПОСТОЛА ИАКОВА
 



Соборное послание

святого апостола Иакова





1 Иаков, раб Бога и Господа Иисуса Христа, двенадцати коленам, находящимся в рассеянии, — радоваться. 2