Краткий конспект о радищеве: Радищев биография кратко – самое главное и интересные факты из жизни поэта Александра Николаевича

Разное

Содержание

Радищев – краткая биография — Русская историческая библиотека

Важнейший политический толчок, наблюдавшийся Россией в царствование Екатерины II – французская революция – нашел свое отражение в знаменитой политической инвективе Александра Николаевича Радищева (1749–1802) Путешествие из Петербурга в Москву (см. его полный текст и анализ).

 

Радищев. Краткая биография. Слушать аудиокнигу

 

Сын богатейшего саратовского помещика, воспитанник Пажеского корпуса, Радищев молодым человеком был послан для завершения образования в Лейпцигский университет, где подпал под влияние самых крайних французских философов – Гельвеция, Рейналя и Руссо. По возвращении он спокойно служил на государственной службе, в Коммерц-коллегии, пользовался покровительством её президента – влиятельнейшего вельможи-либерала графа А. Р. Воронцова (родного брата Е. Р. Дашковой), и ничто не предсказывало его дальнейшую судьбу.

К моменту публикации Путешествия Радищев не был политическим отщепенцем, а напротив, только что вступил в должность управляющего Петербургской таможней. Законным порядком он провёл своё сочинение через цензуру Управы благочиния: цензор Н. И. Рылеев доверился невинному «географическому» названию рукописи и, почти не заглядывая в неё, подмахнул разрешение в печать. Издатель, которому была передана книга, увидел в ней много дерзкого и печатать побоялся. Тогда Радищев приобрёл в долг печатный станок и организовал у себя на дому типографию (по указу 1783 года заводить «вольные» типографии разрешено было всем желающим, и этот закон оставался в силе даже в разгар Французской революции). В мае 1790 года был изготовлен тираж Путешествия в 650 экземпляров, несколько книг розданы друзьям, одна послана Державину в знак уважения, а 25 отправлены книготорговцу Зотову в Гостиный двор для свободной продажи и вскоре распроданы.

Стиль Путешествия – настойчивая и однообразная риторика; его русский язык необыкновенно неуклюж и тяжел. Содержание – яростные нападки на все существующие социальные и политические установления. Главный удар был направлен против крепостного права, но в книге выражались и антимонар­хиче­ские чувства, и материалистические взгляды. Екатерина II увидела в Путешествии «рассеивание французской заразы», а в авторе – «бунтовщика хуже Пугачева». (См. Философия Радищева и Идеи Радищева.)

Книга была реквизирована, а Радищев арестован, помещён в каземат Петропавловской крепости и подвергся двухнедельному следствию, которое вёл знаменитый тогда мастер сыскных дел Шешковский. Меры физического воздействия к писателю не применялись, однако он отрекся от своего произведения, признав, что оно наполнено «гнусными, дерзкими и развратными выражениями». Суд вынес вердикт об уничтожении крамольного сочинения – и смертный приговор автору через отсечение головы, однако императрица заменила его десятилетней ссылкой в Сибирь.

Путь Радищева в Илимский острог, длившийся год и четыре месяца, выглядел по меркам позднейших советских арестантов ошеломительно. Покровитель писателя, граф Воронцов, добился, чтобы вслед за Радищевым, был отправлен курьер с приказом освободить арестанта от оков и снабдить его всем необходимым. «Если бы несносная сердцу моему печаль разлучения моего от детей моих не была толико отяготительна, то верьте, что опричь сего мне кажется, что я нахожусь в обыкновенном каком-либо путешествии», – писал Радищев Воронцову из Нижнего Новгорода.

Ко всем губернаторам местностей, через которые должен был следовать ссыльный писатель, Воронцов обратился с просьбой – предоставлять проезжающему всяческое содействие. И ему действительно везде был оказан хороший прием. У губернатора Тобольска Радищев даже прожил гостем семь месяцев.

В Тобольск к писателю приехала свояченица, вскоре ставшая его женой. Она привезла двух младших детей Александра Николаевича от первого брака и пробыла с ним всё годы ссылки. В Илимске Радищев жил весьма неплохо. Воронцов посылал ему деньги, книги, инструменты для занятий естественными науками, лечебные средства. Для Радищева был выстроен дом, и он занялся сельским хозяйством. Воронцов позаботился о старших сыновьях Радищева, оставшихся в Европейской России, и о его брате, который пострадал по службе после приговора автору Путешествия.

Из десяти лет Радищев провёл в Сибири всего пять, до января 1797 года. Он сам воспитывал и учил своих детей, охотился, лечил крестьян. По поручению Воронцова, Радищев изучал природу, быт и экономику Сибири. В Илимске он написал обширный философский трактат О человеке, его смертности и бессмертии. «Я наслаждаюсь здесь спокойной жизнью, – писал Радищев своему покровителю. – Я не могу достаточно нахвалиться обращением со мной со стороны местных властей, особенно генерал-губернатора».

Едва умерла Екатерина II, новый государь, Павел, вернул Радищева из ссылки и разрешил поселиться в наследственном калужском имении безвыездно. Но вскоре поднадзорный смог съездить к родителям в Саратовскую губернию и прожить там целый год. Переворот 11 марта 1801 года и восшествие на престол Александра I вернули к государственным делам графа А. Р. Воронцова. Теперь его протеже Радищев не только получил полную амнистию с возвращением дворянства и чинов (секунд-майора, асессора), но и был принят на службу в Комиссию по составлению законов.

Однако вскоре последовала кончина писателя. Её обстоятельства Пушкин излагает так: «Бедный Радищев, увлечённый предметом, некогда близким к его умозрительным занятиям, вспомнил старину и в проекте [«О законоположении»], представленном начальству, предался своим прежним мечтаниям. Граф Завадовский удивился молодости его седин и сказал ему с дружеским упреком: «Ах, Александр Николаевич, охота тебе пустословить по-прежнему! или мало тебе было Сибири?» В этих словах Радищев увидел угрозу. Огорчённый и испуганный, он возвратился домой, вспомнил о друге своей молодости, об лейпцигском студенте [Ф. В. Ушакове], подавшем ему некогда первую мысль о самоубийстве, и… отравился. Конец, им давно предвиденный и который он сам себе напророчил!»

Радикальная интеллигенция России провозгласила Радищева своим предтечей и мучеником, хотя искренность его Путешествия подвергалась сомнению как первыми его защитниками, так и более поздними обвинителями. Судя по всему, он написал эту книгу просто из литературного тщеславия, и она – не более чем риторическое упражнение на тему, подсказанную Рейналем. Как бы то ни было, литературных достоинств Путешествие лишено.

Но Радищев был и поэтом – и немалого таланта. Взгляды его были парадоксальны: он Тредиаковского предпочитал Ломоносову и пытался ввести в русское стихосложение греческие метры. Его короткое любовное стихотворение, написанное сапфическим размером, принадлежит к числу прелестнейших лирических стихов столетия, а его элегия (в двустишиях) Восьмнадцатое столетие сильна и поэтически, и выраженными в ней мыслями.

 

Тексты источников

  • Радищев, А.Н. Записки путешествия в Сибирь.

    Радищев, А.Н. Записки путешествия в Сибирь / А.Н. Радищев // Радищев, А.Н. Полное собрание сочинений : в 2 т. / А.Н. Радищев ; под ред. А.К. Бороздина, И.И. Лапшина и П.Е. Щеголева. – СПб., 1909. – Т. 2. – С. 355-365.

  • Радищев, А.Н. Дневник путешествия из Сибири

    Радищев, А.Н. Дневник путешествия из Сибири / А.Н. Радищев // Радищев, А.Н. Полное собрание сочинений : в 2 т. / А.Н. Радищев ; под ред. А.К. Бороздина, И.И. Лапшина и П.Е. Щеголева. – СПб., 1909. – Т. 2. – С. 366-393.

  • Радищев, А.Н. Письмо № 49. А.Р. Воронцову (Из Томска).

    Радищев, А.Н. Письмо № 49. А.Р. Воронцову (Из Томска) / А.Н. Радищев // Радищев, А.Н. Полное собрание сочинений : в 3 т. / А.Н. Радищев ; [под ред. Н.К. Пиксанова и др.] ; АН СССР, Ин-т рус. лит. (Пушкин. Дом). – М. ; Л., 1952. – Т. 3. – С. 388-393. – На фр. и рус. яз. (с. 388-391, с. 391-393).

  • Радищев, А.Н. Описание Тобольского наместничества.

    Радищев, А.Н. [Описание Тобольского наместничества] / А.Н. Радищев // Радищев, А.Н. Полное собрание сочинений : в 3 т. / А.Н. Радищев ; [под ред. Н.К. Пиксанова и др.] ; АН СССР, Ин-т рус. лит. (Пушкин. Дом). – М. ; Л., 1952. – Т. 3. – С. 133-142.

  • Бабушкин, Н.Ф. Выдающийся русский писатель-революционер А.Н. Радищев.

    Бабушкин, Н.Ф. Выдающийся русский писатель-революционер А.Н. Радищев : стеногр. публич. лекции, прочит. в г. Томске в 1949 г. / Н.Ф. Бабушкин ; Всесоюз. о-во по распространению полит. и науч. знаний. – Томск : [б. и.], 1949. – 21 с.

  • Деревцов, И.А. А.Н. Радищев – пламенный борец против самодержавно-крепостнического строя.

    Деревцов, И.А. А.Н. Радищев – пламенный борец против самодержавно-крепостнического строя : к 150-летию со дня смерти (1802-1952 гг.) : стеногр. публич. лекции, прочит. в г. Томске в 1952 г. / И.А. Деревцов. – Томск : [б. и.], 1952. – 30 с.

  • Заплавный, С. А. Путь в небо.

    Заплавный, С.А. Путь в небо // Заплавный, С.А. Рассказы о Томске / Сергей Заплавный. – Новосибирск, 1984. – С. 287-312 : ил.

  • Климычев, Б.Н. Радищев в Томске.

    Климычев, Б.Н. Радищев в Томске : [стихотворение] / Б.Н. Климычев // Былое и новь : краевед. альм. – Томск, 1992. – С. 156-157.

  • Лебедева, О.Б. А.Н. Радищев : путешествие из Петербурга в Илимск.

    Лебедева, О.Б. А.Н. Радищев : путешествие из Петербурга в Илимск / О.Б. Лебедева // Русские писатели в Томске / [рук. авт. кол. А.С. Янушкевич]. – Томск, 1996. – С. 14-29. – Библиогр. : с. 29 (11 назв.).

  • Лебедева, О.Б. Монгольфьеров шар.

    Лебедева, О.Б. Монгольфьеров шар / О.Б. Лебедева // Сибирская старина : краевед. альм. – 2001. – № 17. – С. 6-9 : ил.

  • Наумова-Широких, В.Н. Радищев в Томске

    Наумова-Широких, В.Н. Радищев в Томске / В.Н. Наумова-Широких // Томск : альм. – Томск, 1945. – Вып. 2 (Сент.). – С. 4-5.

  • Филимонов, М. Куплена в Тайной канцелярии.

    Филимонов, М. Куплена в Тайной канцелярии / М. Филимонов // Красное знамя. – 1974. – 1 июня.

  • Ханевич, В.А. Французский маркиз на государевой службе в Томске.

    Ханевич, В.А. Французский маркиз на государевой службе в Томске / В.А. Ханевич // Сибирская старина : краевед. альм. – 2001. – № 17. – С. 10-12 : ил.

  • «Путешествие из Петербурга в Москву» за 9 минут. Краткое содержание романа Радищева

    Отправившись в Москву после ужина с друзьями, герой проснулся только на следующей почтовой станции — София. С трудом разбудив смотрителя, он потребовал лошадей, но получил отказ ввиду ночного времени. Пришлось дать на водку ямщикам, они запрягли, и путешествие продолжилось.

    В Тосне герой знакомится со стряпчим, который занимался тем, что сочинял древние родословные молодым дворянам. На пути из Тосны в Любань путешественник видит крестьянина, который пахал «с великим тщанием», несмотря на то что было воскресенье. Пахарь рассказал, что шесть дней в неделю его семья обрабатывает барскую землю и, чтобы не умереть с голоду, он вынужден работать в праздник, хоть это и грех. Герой размышляет о жестокости помещиков и в то же время упрекает себя в том, что и у него есть слуга, над которым он имеет власть.

    Продолжение после рекламы:

    В Чудове героя нагоняет его приятель Ч. и рассказывает, почему он должен был спешно покинуть Петербург. Ч., развлечения ради, поплыл на двенадцативесельной лодке из Кронштадта в Систербек. По пути разыгралась буря, и бушующими волнами шлюпку зажало между двумя камнями. Она наполнялась водой, и, казалось, гибель была неизбежна. Но двое отважных гребцов сделали попытку по камням и вплавь добраться до берега, который был в полутора верстах. Одному это удалось, и, выбравшись на берег, он побежал в дом местного начальника, чтобы тот срочно отрядил лодки для спасения оставшихся. Но начальник изволил почивать, и сержант, его подчинённый, не посмел будить его. Когда же, стараниями других, несчастные были все же спасены, Ч. пытался усовестить начальника, но тот сказал: «Не моя то должность». Возмутившись, Ч. «плюнул почти что ему в рожу и вышел вон». Не найдя сочувствия своему поступку у петербургских знакомых, он решил навсегда покинуть этот город.

    По дороге из Чудова в Спасскую Полесть к герою подсаживается попутчик и рассказывает ему свою печальную повесть. Доверившись компаньону в делах по откупу, он оказался обманутым, лишился всего состояния и был подведён под уголовный суд. Жена его, переживая случившееся, родила раньше срока и через три дня умерла, умер и недоношенный ребёнок. Друзья, увидев, что его пришли брать под стражу, усадили несчастного в кибитку и велели ехать «куда глаза глядят». Героя тронуло рассказанное попутчиком, и он размышляет о том, как бы довести этот случай до слуха верховной власти, «ибо она лишь может быть беспристрастна». Понимая, что ничем не в силах помочь несчастному, герой воображает себя верховным правителем, государство которого как будто бы процветает, и ему все поют хвалу. Но вот странница Прямо-взора снимает бельма с глаз правителя, и он видит, что царствование его было неправедно, что щедроты изливались на богатых, льстецов, предателей, людей недостойных. Он понимает, что власть есть обязанность блюсти закон и право. Но все это оказалось только сном.

    Брифли существует благодаря рекламе:

    На станции Подберезье герой знакомится с семинаристом, который жалуется на современное обучение. Герой размышляет о науке и труде писателя, задачей которого видит просвещение и восхваление добродетели.

    Прибыв в Новгород, герой вспоминает, что этот город в древности имел народное правление, и подвергает сомнению право Ивана Грозного присоединить Новгород. «Но на что право, когда действует сила?» — вопрошает он. Отвлёкшись от размышлений, герой идёт обедать к приятелю Карпу Дементьевичу, прежде купцу, а ныне именитому гражданину. Заходит разговор о торговых делах, и путешественник понимает, что введённая вексельная система не гарантирует честности, а, наоборот, способствует лёгкому обогащению и воровству.

    В Зайцеве на почтовом дворе герой встречает давнишнего приятеля г. Крестьянкина, служившего в уголовной палате. Он вышел в отставку, поняв, что в этой должности не может принести пользы отечеству. Он видел лишь жестокость, мздоимство, несправедливость. Крестьянкин рассказал историю о жестоком помещике, сын которого изнасиловал молодую крестьянку. Жених девушки, защищая невесту, проломил насильнику голову. Вместе с женихом были ещё несколько крестьян, и всех их по уложению уголовной палаты рассказчик должен был приговорить к смертной казни или пожизненной каторге. Он пытался оправдать крестьян, но никто из местных дворян не поддержал его, и он был вынужден подать в отставку.

    Продолжение после рекламы:

    В Крестцах герой становится свидетелем расставания отца с детьми, отправляющимися в службу. Отец читает им наставление о жизненных правилах, призывает быть добродетельными, выполнять предписания закона, сдерживать страсти, ни перед кем не раболепствовать. Герой разделяет мысли отца о том, что власть родителей над детьми ничтожна, что союз между родителями и детьми должен быть «на нежных чувствованиях сердца основан» и нельзя отцу видеть в сыне раба своего.

    В Яжелбицах, проезжая мимо кладбища, герой видит, что там совершается погребение. У могилы рыдает отец покойника, говоря, что он — убийца своего сына, так как «излил яд в начало его». Герою кажется, что он слышит своё осуждение. Он, в молодости предаваясь любострастию, переболел «смрадной болезнью» и боится,

    не перейдёт ли она на его детей. Размышляя о том, кто является причиной распространения «смрадной болезни», путешественник обвиняет в этом государство, которое открывает путь порокам, защищает публичных женщин.

    В Валдае герой вспоминает легенду о монахе Иверского монастыря, влюбившемся в дочь одного валдайского жителя. Как Леандр переплывал Геллеспонт, так этот монах переплывал Валдайское озеро для встречи со своей возлюбленной. Но однажды поднялся ветер, разбушевались волны, и утром тело монаха нашли на отдалённом берегу.

    Брифли существует благодаря рекламе:

    В Едрове герой знакомится с молодой крестьянской девушкой Анютой, разговаривает с ней о ее семье, женихе. Он удивляется, сколько благородства в образе мыслей сельских жителей. Желая помочь Анюте выйти замуж, он предлагает ее жениху деньги на обзаведение. Но Иван отказывается их взять, говоря: «У меня, барин, есть две руки, я ими дом и заведу». Герой размышляет о браке, осуждая существующие ещё обычаи, когда восемнадцатилетнюю девушку могли повенчать с десятилетним ребёнком. Равенство — вот основа семейной жизни, считает он.

    По дороге в Хотилово героя посещают мысли о несправедливости крепостного права. То, что один человек может порабощать другого, он называет «зверским обычаем»: «порабощение есть преступление», говорит он. Только тот, кто обрабатывает землю, имеет на неё права. И не может государство, где две трети граждан лишены гражданского звания, «называться блаженным». Герой Радищева понимает, что работа по принуждению даёт меньше плодов, а это препятствует «размножению народа». Перед почтовой станцией он поднимает бумагу, в которой выражены те же мысли, и узнает у почтальона, что последним из проезжавших был один из его друзей. Тот, видимо, забыл свои сочинения на почтовой станции, и герой за некоторое вознаграждение берет забытые бумаги. В них определена целая программа освобождения крестьян от крепостной зависимости, а также содержится положение об уничтожении придворных чинов.

    В Торжке герою встречается человек, отправляющий в Петербург прошение о дозволении завести в городе книгопечатание, свободное от цензуры. Они рассуждают о вредности цензуры, которая «словно нянька, водит ребёнка на помочах», и этот «ребёнок», то есть читатель, никогда не научится ходить (мыслить) самостоятельно. Цензурой должно служить само общество: оно либо признает писателя, либо отвергает, так же как театральному спектаклю признание обеспечивает публика, а не директор театра. Здесь же автор, ссылаясь на тетрадку, полученную героем от встреченного им человека, рассказывает об истории возникновения цензуры.

    По дороге в Медное путешественник продолжает читать бумаги своего знакомого. Там рассказывается о торгах, которые происходят, если разоряется какой-либо помещик. И среди прочего имущества с торгов идут люди. Старик семидесяти пяти лет, дядька молодого барина, старуха восьмидесяти, его жена, кормилица, вдова сорока лет, молодица восемнадцати, дочь ее и внучка стариков, ее младенец — все они не знают, какая судьба их ждёт, в чьи руки они попадут.

    Беседа о российском стихосложении, которую герой ведёт с приятелем за столом трактира, возвращает их к теме вольности. Приятель читает отрывки из своей оды с таким названием.

    В деревне Городня происходит рекрутский набор, ставший причиной рыданий толпящегося народа. Плачут матери, жены, невесты. Но не все рекруты недовольны своей судьбой. Один «господский человек», наоборот, рад избавиться от власти своих хозяев. Он был воспитан добрым барином вместе с его сыном, побывал с ним за границей. Но старый барин умер, а молодой женился, и новая барыня поставила холопа на место.

    В Пешках герой обозревает крестьянскую избу и удивляется бедности, здесь царящей. Хозяйка просит у него кусочек сахара для ребёнка. Автор в лирическом отступлении обращается к помещику с осуждающей речью: «Жестокосердый помещик! посмотри на детей крестьян, тебе подвластных. Они почти наги». Он сулит ему Божью кару, так как видит, что на земле праведного суда нет.

    Заканчивается «Путешествие из Петербурга в Москву» «Словом о Ломоносове». Герой ссылается на то, что эти записки дал ему «парнасский судья», с которым он обедал в Твери. Основное внимание автор уделяет роли Ломоносова в развитии русской литературы, называя его «первым в стезе российской словесности».

    Радищев. О человеке, о его смертности и бессмертии (Статья А. И. Болдырева о трактате Радищева)

    «О ЧЕЛОВЕКЕ, О ЕГО СМЕРТНОСТИ И БЕССМЕРТИИ» — философский трактат Радищева. Написан в период илимской ссылки (1792-1796). Одно из наиболее сложных для понимания и историко-философской оценки произведение русской мысли, породившее разнообразные точки зрения среди исследователей. Трактат впервые увидел свет в 1809 году, через 7 лет после смерти автора, и, очевидно, не был окончательно подготовлен им для печати. Он написан своеобразным, архаичным для конца XVIII века языком, что создает дополнительные трудности, особенно для современного читателя. Эрудиция Радищева, его обращение к широкому кругу философской, художественной, естественнонаучной литературы отразились в тексте в виде обилия явных и скрытых цитат, суммирующего изложения автором полярных точек зрения, что затрудняет выявление его собственной позиции. Наконец, произведение Радищева принципиально адогматично, временами наполнено личностным эмоциональным пафосом и скорее приглашает читателя к размышлению, чем содержит набор окончательных и безусловных истин.

    В целом трактат представляет собой оригинальный, во многом уникальный для русской интеллектуальной традиции концептуально и художественно оформленный диалог (с элементами полифонизма) между конкурирующими течениями и школами философской мысли, сложившимися ко 2-й половине XVIII века. В нем затрагиваются вопросы онтологии, логики, эстетики, социальной философии, этики, проблемы сущности человека, соотношения физического и духовного, природы сознания, источников и механизмов познавательной деятельности и др. Энциклопедическое многообразие философских сюжетов концентрируется вокруг главной проблемы: бессмертна ли человеческая душа и если да, то каковы формы ее посмертного существования? Раскрывая всю сложность и гипотетичность («гадательность») решения этой проблемы, Радищев порой колеблется, порой сознательно избегает навязывать читателю свое мнение, чтобы показать в полной мере весомость аргументов всех оппонирующих сторон. И содержательно, и композиционно трактат может быть разделен на 2 части. В первой (это 1 -я и 2-я книги трактата) звучат голоса мыслителей преимущественно материалистической и деистической ориентации, доказывается естественное происхождение сознания, зависимость души от «органов телесных», воспроизводятся идеи сенсуалистов и утверждается тезис о неизбежной смерти души вместе с превращением жизни тела. Во второй (3-я и 4-я книги) на фоне изложения аргументов философского идеализма и рационализма содержится обоснование общего вывода о бессмертии души. Стремясь избежать крайностей вульгарного отождествления «мысленности» и «вещественности», а также абсолютного противопоставления их как двух различных субстанций, Радищев избрал для себя «третий» и наиболее трудный путь теоретического синтеза плодотворных, с его точки зрения, идей как материалистической, так и идеалистической философии, как сенсуализма, так и рационализма. При этом он опирался на представления мыслителей разных ориентации: К. А. Гельвеция и М. Мендельсона, Дж. Пристли, Дж. Локка и Г. В. Лейбница, Ж. Б. Робине, Ж. О. Ламетри, П. Гольбаха и X. Вольфа, И. Г. Гердера. Радищев склонен считать, что между царством минералов и стихий (земля, вода, воздух, огонь), растительным, животным миром, а также между ними и человеком существует не только универсальная связь и взаимодействие, но иногда явное, иногда скрытое генетическое единство. Возможность этого обусловлена наличием механизма самопорождения в рамках «организации» (т. е. целостного единства) новых (порой принципиально новых) свойств и качеств, которые не присущи исходным элементам — ни каждому в отдельности, ни механической их сумме. «Одно из главных средств природою на сложение стихий и их изменение употребляемое есть организация» (Радищев А. Н. Полн. собр. соч.: В 2 т. М.; Л., 1941. Т. 2. С. 91), Онтологическое единство в восходящем «шествии природы» от камня до человека, а возможно, считает Радищев, и в иных, неизвестных нам и более совершенных мирах дополняется представлением о функциональной и генетической целостности самого человека. Ибо человек не только «венец сложений вещественных», «царь земли», который как микрокосм есть «экстракт» всей Вселенной, ее «единоутробный сродственник», он обладает целостностью сам по себе. Исследуя взаимосвязь составных элементов его «сложения», Радищев приходит к выводу, что в человеке «качества, приписанные духу и вещественности… совокупны» (Там же. Т. 2. С. 73). Однако подобная констатация не освобождала Радищева от неизбежности рокового выбора между «физическим» и «нравственным» началами в человеке, особенно в главном вопросе: бессмертна ли душа? Необходимость однозначного на него ответа предопределила особую тщательность и всесторонность в выработке Радищевым программы изучения человека. В ней выделяются 3 аспекта: т. наз. предметный -рассмотрение человека как данности, уже сформированной, в отвлечении от изменчивости его реального бытия; функциональный, включающий в себя исследование его деятельности в природе и обществе; историко-генетический, т. е. анализ этапов жизни человека — «предрождественного», внутриутробного развития, рождения, становления во «взрослое состояние», старения — в целях прогноза его будущего (что будет после смерти?). Последовательная реализация данной программы составила единую логику изложения всех 4 кн. трактата. Особое место отводится изучению человеческого познания. Несмотря на ряд деклараций в духе агностицизма, встречающихся во 2-й части работы, Радищеву, несомненно, ближе принцип познаваемости мира, его прозрачности для чувств и разума. Он соглашается с Гельвецием в том, что отвлеченные понятия, суждения, умозаключения «корень влекут», т. е. в конечном счете происходят от первоначальных ощущений, вызванных воздействием на органы чувств предметов внешнего мира. Однако полностью свести мышление к ощущению невозможно. В доказательство приводятся примеры спонтанного действия души, усиления творческой активности на фоне «телесных недугов», рассматривается такое явление, как внимание, процесс формирования понятийной формы отражения мира как сверхчувственной активности «ума» и т.д. В рассмотрении вопросов индивидуального развития Радищев склоняется к теории эпигенеза, указывая, что в половых клетках человек «предживет», т; е. находится в промежуточном состоянии «полуничтожества». Его эмбриональное развитие носит противоречивый характер. Человек во всем многообразии своих свойств, в единстве сознания и телесной организации не может быть всецело преформирован в бесструктурном смешении половых клеток. Поскольку необходимое орудие мысли есть мозг, а мозг и нервная система формируются в зародыше постепенно, постольку и сознание постепенно возникает и развивается. Феномен человека предстает для Радищева в виде сложного единства противоположных начал. Человек, подобно всему живому, рождается и растет, питается и размножается. Даже в ряде своих отличительных признаков, напр. в том, что он есть существо «соучаствующее», он подобен некоторым животным и даже растениям. Специфику человека Радищев усматривает не только в обладании им «умственной силой», но и в способности к речевому общению, в вертикальной походке, отмечает орудийный характер его трудовой деятельности. На стадии человека достигают расцвета и мощи те природные силы, которые поддерживают в растениях жизнь, позволяют животным избирательно и тонко реагировать на внешнее воздействие. Радищев задается вопросом, могут ли эти силы исчезнуть в никуда со смертью каждого отдельного человека? Опираясь на «принцип непрерывности» Лейбница, сближающий разнокачественные состояния в процессе трансформации мира и человека, Радищев склоняется к мысли, что различие жизни и смерти не следует преувеличивать. Завершение земного пути трагично, но не безнадежно для человека. Ведь существует своего рода «закон сохранения духовной энергии», который дарит надежду на бессмертие, на то, что «вечность не есть мечта». Общий вывод 3-й и 4-й книг, как и всего трактата в целом, об индивидуальном бессмертии человеческого сознания не дает оснований однозначно причислить Радищева к спиритуалистам или мыслителям религиозной ориентации. В его понимании это скорее рационально допустимая возможность, «утешительная» естественнонаучная и метафизическая гипотеза, активизирующая человека в его реальной жизни, предающая ей нравственное содержание и смысл.

    А. И. Болдырев

    Русская философия. Энциклопедия. Изд. второе, доработанное и дополненное. Под общей редакцией М.А. Маслина. Сост. П.П. Апрышко, А.П. Поляков. – М., 2014, с. 432-433.

    Литература:

    Рогов И. М. Трактат «О человеке…» и философская позиция А, Н. Радищева // Вестник Ленинградского ун-та. 1957, № 17, Сер. экономики, философии и права; Филиппов Л. А., Шинкарук В. И., Спектор М. М. Философская позиция Радищева в трактате о человеке // Вопросы философии. 1958. № 5; Лузянина Л. Н, Литературно-философская проблематика трактата «О человеке…» //А. Н, Радищев и литература его времени. Л., 1977; Болдырев А, И. Проблема человека в русской философии XVIII века. М., 1986; Шкуринов П. С. А. Н. Радищев: Философия человека. М., 1988.

    Путешествие из Петербурга в Москву аудиокнига слушать онлайн knigiaudio.club