О встрече антоний сурожский: О встрече — митрополит Антоний Су́рожский (Блум)

Разное

Содержание

Читать «О встрече» — Сурожский Антоний — Страница 1

Митрополит Антоний Сурожский

О встрече

Множество прекрасных отзывов и безусловное уважение, с которым относятся к слову митрополита Антония православные люди, побудили нас возобновить издание этого сборника бесед.

© Митрополит Антоний Сурожский, 1994

© Издательство «Сатисъ», оригинал-макет, оформление, 2002

От издателей

Книга представляет собой сборник бесед и интервью, опубликованных большей частью в периодике последних лет. Однако многие из этих изданий малотиражны («Церковь и время», «Литератор») или практически недоступны читателю в России («Вестник Русского Западно-Европейского Патриаршего экзархата»). При таком составе сборника неизбежны некоторые повторы: есть темы, к которым Владыка Антоний обращается часто; мы намеренно предпочли однако дать тексты без сокращений, в их первоначальном виде.

Несколько слов о «жанре» публикуемых текстов. Владыка никогда не пишет, не готовит свои выступления заранее. Такой подготовкой является вся его жизнь, целиком направленная к единственной цели: нести людям Евангелие Христово. Все вопросы и жизненные ситуации сегодняшнего дня вплетаются в евангельскую канву и возвращаются к слушателям живым словом, убедительным именно цельностью слова и жизни. Тексты печатаются с минимальной редакторской правкой ради того, что бы сохранить это звучание живого слова, обращенного не к безличной аудитории, а к каждому отдельному человеку.

Книга открывается пространным автобиографическим рассказом о ранних годах жизни Владыки. Для тех читателей, у которых эта книга – первая встреча с митрополитом Антонием, дополняем его краткой справкой о внешних вехах его жизни.

Митрополит Антоний Сурожский (в миру – Андрей Борисович Блум) родился в 1914 г. в семье сотрудника русской дипломатической службы (мать – сестра композитора А. Н. Скрябина). Раннее детство Владыка провел в Персии, где его отец был российским консулом. В 1920 году семья с трудом добралась до Европы и после нескольких лет скитаний осела в Париже. Будущий митрополит окончил здесь среднюю школу, затем биологический и медицинский факультеты университета. В 1939 г., перед уходом на фронт хирургом французской армии, тайно принес монашеские обеты, в 1943 году был пострижен в мантию с именем Антония. В годы немецкой оккупации – врач в антифашистском движении Сопротивления. После войны продолжал медицинскую практику до 1948 года, когда был призван к священству, рукоположен и направлен на пастырское служение в Англию. Епископ с 1957 г., а в 1966 г. возведен в сан митрополита и утвержден в должности Патриаршего Экзарха в Западной Европе (обязанности которого исполнял уже с 1963 г.)., Освобожден от должности по собственному прошению в 1974 г.; с тех пор полностью посвятил себя пастырскому окормлению все увеличивающейся паствы своей епархии и всех, кто обращается к нему за советом и помощью. Его книги о молитве, о духовной жизни, вышедшие на английском переведены на многие языки мира. Митрополит Антоний – почетный доктор богословия Абердинского университета, этого звания он был удостоин «за проповедь слова Божия и обновление духовной жизни в стране», а Московской Духовной Академии – за совокупность научно-богословских, пастырских и проповеднических трудов.

Без записок

Расскажите, пожалуйста, о Вашем детстве…

У меня очень мало воспоминаний детства; у меня почему-то не задерживаются воспоминания. Отчасти потому, что очень многое наслоилось одно на другое, как на иконах: за пятым слоем не всегда разберешь первый; а отчасти потому, что я очень рано научился – или меня научили – что, в общем, твоя жизнь не представляет никакого интереса; интерес представляет то, для чего ты живешь. И поэтому я никогда не старался запоминать ни события, ни их последовательность – раз это никакого отношения ни к чему не имеет! Прав я или не прав – это дело другое, но так меня прошколили очень рано. И поэтому у меня очень много пробелов.

Родился я случайно в Лозанне, в Швейцарии[1]; мой дед по материнской линии, Скрябин, был русским консулом на Востоке, в тогдашней Оттоманской империи, сначала в Турции, в Анатолии, а затем в той части, которая теперь Греция. Мой отец встретился с этой семьей, потому что тоже шел по дипломатической линии, был в Эрзеруме секретарем у моего будущего деда, познакомился там с моей матерью, и в свое время они поженились. Дед мой тогда уже вышел в отставку и проводил время— 1912–1913 годы— в Лозанне; отец же в этот период был назначен искусственно консулом в Коломбо: это было назначение, но туда никто не ездил, потому что там ничего не происходило, и человека употребляли на что-нибудь полезное – но он числился. И вот, чтобы отдохнуть от своих коломбских трудов, они с моей матерью поехали в Швейцарию к ее отцу и моей бабушке.

Бабушка моя, мать моей матери, родилась в Италии, в Триесте; но Триеста в то время входила в Австро-Венгерскую империю; про ее отца я знал только, что его звали Илья, потому что бабушка была Ильинична; они были итальянцы… Мать моей бабушки позже стала православной с именем Ксения; когда бабушка вышла замуж, ее мать уже была вдова и уехала с ними в Россию.

Было их три сестры; старшая (впоследствии она была замужем за австрийцем) была умная, живая, энергичная и до поздней старости осталась такой же; и жертвенная была до конца. Она болела диабетом, напоследок у нее случилась гангрена; хотели оперировать (ей тогда было лет под восемьдесят), она сказала «нет»: ей всё равно умирать, операция будет стоить денег, а эти деньги она может оставить сестре, – так она и умерла. Так это мужественно и красиво. Младшая сестра была замужем за хорватом и крайне несчастна.

Мой дед Скрябин был в Триесте русским консулом и познакомился с этой семьей, и решил жениться на бабушке, к большому негодованию ее семьи, потому что замуж следовало сначала выдавать, конечно, старшую сестру – а бабушка была средняя. И вот семнадцати лет она вышла замуж. Она была, наверное, удивительно чистосердечной и наивной, потому что и в девяносто пять лет она была удивительно наивна и чистосердечна. Она, например, не могла себе представить, чтобы ей соврали; вы могли ей рассказать самую невозможную вещь – она на вас смотрела такими детскими, теплыми, доверчивыми глазами и говорила: «Это правда?..»

Вы пробовали? В каких случаях? При необходимости?

Конечно, пробовал. Без необходимости, а просто ей расскажешь что-нибудь несосветимое, чтобы рассмешить ее, как анекдот рассказывают. Она и я никогда не умели вовремя рассмеяться; когда нам рассказывали что-нибудь смешное, мы всегда сидели и думали. Когда мама нам рассказывала что-нибудь смешное, она нас сажала рядом на диван и говорила: я вам сейчас расскажу что-то смешное, когда я вам подам знак, вы смейтесь, а потом будете думать…

Дедушка решил учить ее русскому языку; дал ей грамматику и полное собрание сочинений Тургенева и сказал: Теперь читай и учись… И бабушка действительно до конца своей жизни говорила тургеневским языком. Она никогда очень хорошо не говорила, но говорила языком Тургенева, и подбор слов был такой.

Вы, значит, еще и итальянец?

Очень мало, я думаю; у меня реакция такая антиитальянская, они мне по характеру совершенно не подходят. Вот страна, где я ни за что не хотел бы жить; когда я был экзархом, я ездил в Италию, и всегда с таким чувством: Боже мой! Надо в Италию!.. У меня всегда было чувство, что Италия— это опера в жизни: ничего реального. Мне не нравится итальянский язык, мне не нравится их вечная возбужденность, драматичность, так что Италия, из всех стран, которые я знаю, пожалуй – последняя, где я бы поселился.

Патриарх: митрополит Антоний Сурожский обладал совершенно особой харизмой

Патриарх вспомнил о своей первой встрече с митрополитом в 1965 году в Санкт-Петербурге. «И был поражен всему тому, что я услышал от владыки Антония, который тихим голосом произнес пронизывающую сознание проповедь, которая несла в себе не только мудрые мысли, но и, несомненно, духовную силу. Уже тогда и умом, и сердцем почувствовал, что это совершено особый человек, богоодаренный, обладавший совершенно особой харизмой», — сказал патриарх.

Он рассказал, что с митрополитом его всегда связывали очень добрые и искренние отношения. «Мы всегда очень откровенно говорили даже о самых деликатных вещах, связанных с положением Церкви в Советском Союзе, — сказал патриарх. — По многим вопросам мы были очень единомысленны». Патриарх отметил, что «годы после смерти владыки были непростыми, но все устроилось».

«Долг нашей православной общины и долг Сурожской епархии хранить память о владыке Антонии бережно с великим благочестием, с любовью. Он создал вот эту русскую православную общину, открытую к англичанам и людям разных национальностей», — подчеркнул патриарх. Он возложил букет белых роз на надгробие могилы митрополита.

На заупокойное богослужение собралось более 100 человек, многие пришли с цветами. После литии люди выстроились в очередь, чтобы приложиться к надгробию митрополита Антония. Многие вспоминали проникновенные проповеди покойного владыки, а также яркие страницы его биографии.

В 1939 году выпускник биологического и медицинского факультетов Сорбонны (Франция), Андрей Блум, тайно принял монашеские обеты и отправился на фронт хирургом. Во время оккупации Франции он был врачом антифашистского подполья. На Поместном соборе РПЦ 1990 года митрополит Антоний был выдвинут в качестве дополнительного кандидата на патриарший престол. Но из-за отсутствия советского гражданства его кандидатура была отведена председательствовавшим в первый день Собора митрополитом Филаретом (Денисенко), ныне анафематствованным РПЦ главой так называемого Киевского патриархата.

Митрополит Антоний Сурожский. Из книги «Уверенность в вещах невидимых»

Джотто ди Бондоне. Поцелуй Иуды. 1305-1306. Фреска в Капелле Скровеньи, Падуя

О том, что слишком легко назвать Фому неверующим, а Иуду предателем, и о состоянии поиска

18 июня 2014

Беседа восьмая


Бог приходит на помощь


 


Как вы уже знаете, содержание этих бесед ― вопрошание. Наша цель в этом году ― ставить перед собой вопросы, которые мы обычно обходим стороной, потому что боимся, что они могут поколебать или ослабить нашу веру в жизнь, в Бога, в Церковь. И я намерен продолжать в том же ключе.


Те из вас, кто был на прошлой беседе, возможно, помнят, как, опираясь на отрывок из святого Иринея Лионского, я отметил тот факт, что Бог определил нам два пути: путь жизни, который состоит в приобщении к Нему безраздельно, абсолютно, в вере и в жизни; и путь познания, который не ведет к погибели, но к пониманию Божьего произволения через сотворенный Им мир, к открытию для себя Творца через Его творение. Первый путь ― путь святых, но он открыт для каждого из нас, и каждый из нас в свою меру, с большей или меньшей полнотой, с большей или меньшей цельностью, более или менее успешно открывает для себя Бога через молитву, через приобщение к Нему, через исполнение Его воли, через общую с Ним жизнь. Но многим людям, миллионам людей по той или другой причине недоступно такое непосредственное приобщение к Богу. И среди христиан не все обладают цельностью устремлений, мужеством, неразделенностью веры, которые позволяют встретиться с Богом лицом к лицу, постоянно предстоять перед Ним и познавать Его в непосредственном молитвенном общении, когда Бог открывается нам по мере того, как мы открываемся Ему.



Я уже обращал ваше внимание на то, что нам необходимо приучить себя: прежде чем приступить к чтению утренних или вечерних молитв, мы должны стать перед лицом Божьим и, помолчав, сказать Ему и себе: «Господи, я еще не ощущаю Твоего присутствия, но знаю, что Ты здесь, и благодарю Тебя за то, что Ты в Своем смирении, в сострадании ко мне и ко всем людям позволяешь находиться в Твоем присутствии. Если будет на то Твоя воля, дай мне его почувствовать, ощутить его, но и без того я знаю наверняка: Ты здесь». И потом немного помолчать в Его присутствии, в уверенности, что Он рядом.


Я уже приводил вам отрывок из жития одного из западных святых XIX века, Арского кюре37, который был подлинным святым Божьим. Он был священником в крохотной деревушке около Лиона во Франции. И каждый раз, когда он приходил в свою церковь, он видел там старика, который сидел неподвижно и ничего не делал. И однажды кюре спросил его: «Дедушка, что ты делаешь часами в церкви? Губы твои в молитве не шевелятся, четки ты не перебираешь. Что ты здесь делаешь?» И старик взглянул на него и сказал: «Он смотрит на меня, я смотрю на Него, и нам так хорошо вместе». Это ― прямой путь, которым мы можем приобщаться к Богу и узнавать о Нем: по мере того, как Его жизнь вливается в нас, мы получаем о Нем не умственное, а простое, непосредственное знание. На другом уровне такого рода знание у нас имеется о любимых или любящих нас людях, с которыми мы можем сидеть молча и ощущать себя счастливыми, общаясь во взаимной открытости и любви.


Другой путь, путь познания, который состоит в том, чтобы всматриваться в творение Божие, в пути Божии в жизни и в истории, ― в некотором смысле кружной, но он тоже может привести нас к глубокому пониманию Бога. Я привел вам пример, как мы опознаем руку иконописца, глядя на икону. Мы не только видим, что на ней изображен Христос, но можем сказать: эта икона была написана таким-то или таким-то художником. То же самое относится ко всем формам художественного или другого творческого опыта. И, продолжая эту мысль, я обратил ваше внимание на то, как читая начало Ветхого Завета, можно обнаружить, что путь, который отдалил часть человеческого рода от Бога, еще не был окончательной погибелью. К этому я вернусь, но вначале мне хотелось бы еще раз отметить нечто, как мне кажется, для нас чрезвычайно важное.


После того, как Каин убил своего брата, ему было приказано покинуть область Божественного Присутствия (Быт 4:11-12), потому что невозможно сочетать в себе радость приобщения к Богу с ненавистью, которая толкнула его на убийство. И он ушел. Но в книге Бытия написано (и это мы зачастую забываем), что ушел он вместе со своей семьей, и что именно они построили первые города и изобрели ремесла (Быт 4:17-22), поэтому здесь говорится не об окончательном разрушении. Этим людям пришлось искать свой путь мучительно, в отсутствии Бога, будучи как бы отвергнутыми Богом, Который запретил им воображать себя Его народом, раз они избрали поступать наперекор всему тому, что есть Бог. Это важный момент. К нему я вернусь в другом контексте, но сейчас хочу подчеркнуть: сама возможность открывать для себя Бога через красоту, через науку, через все человеческое (а человеческое не равнозначно разрыву с Богом, потому что ничто человеческое не чуждо Ему по своей сущности), указывает на то, что Бог не сажал наряду с деревом жизни дерево, несущее смерть. И тот факт, что человеческий род преимущественно выбирает путь дерева познания, означает не погибель для него, не отчуждение от Бога, а означает вступление на длинную, кружную дорогу человеческой истории, как мы это видим в Ветхом Завете и истории всего мира. К этому я еще вернусь, но мне хотелось бы подчеркнуть, что раз так, то не Бог причина нашего разрушения. Если бы Бог посадил дерево жизни и привлекательное, соблазнительное дерево, несущее смерть, то Он бы нес ответственность за падение Адама и Евы. В контексте слов святого Иринея Лионского мы можем взглянуть на историю человеческого рода с надеждой.


Но есть еще один момент, столь же трагичный. На него мне указали много лет назад, а после прошлой беседы он снова пришел мне на ум. Это ситуация с Иудой.


В случае с Иудой мы видим, как Христос призывает двенадцать учеников с тем, чтобы они были с Ним рядом, слушали бы Его наставления, сопровождали Его повсюду, созерцали Его дела и стали бы неотъемлемой частью спасительного действия Божьего. И среди них был один, который в конце концов предал Христа в руки Его врагов на смерть. Это так ужасно и так трагично. Нам известно, что ученикам не всегда удавалось устоять в своей верности Христу. Временами их одолевал страх. Вспомним, как Христос, покинув Иерусалим после конфликта с законоучителями, обратился к ним и сказал: «Мы должны вернуться». Ученики возразили: «Но иудеи хотели убить Тебя!» И Он ответил: «Да, но Лазарь умер». И все молчали, кроме одного, который сказал: «Пойдем с Ним и умрем с Ним» (Ин 11:7-16). Это был Фома, которого мы часто называем «неверующий», потому что после Воскресения, когда ученики возвестили ему, что встретили Христа и что Он воскрес, Фома не смог им поверить. Мы видим только эту сторону его жизни, но есть еще и другое измерение. Фомы не было, когда Христос явился десяти ученикам (Иуда к тому времени повесился). Ученики исполнились радости и захотели поделиться этой радостью с Фомой. Он посмотрел на них и увидел их ликование, но не увидел перемены, они оставались теми же, какими он знал их всегда, за исключением того, что изменилось их настроение: страх сменился радостью, потерянность сменилась уверенностью в себе. И он сказал: «Если не увижу Его воскресшим, не поверю» (Ин 20:25).


Позже, когда люди встречали учеников Христа, в подлинности их проповеди убеждали не слова, а само их присутствие: они говорили со властью исполнившего их Святого Духа, через них Бог провозглашал Свою истину. Но в момент встречи с Фомой Святой Дух еще не сошел, и Фома увидел десять человек, которые совсем недавно в страхе укрывались в доме Иоанна Марка, а теперь были обнадежены, даже больше ― торжествующе счастливы, что Наставник, Которого они любили превыше всех, жив. Но сами они еще не изменились. Фома был прав: слов, ликования не достаточно, и поэтому Христос явился ему и позволил воочию убедиться в Воскресении.


От Христа отрекся еще один ученик. Когда Христос стоял перед судом, служанка подошла к Петру и сказала: «Ты тоже один из них». И он испугался. Его Наставник арестован, на что ему было надеяться? Он испугался и сказал: «Я не знаю этого Человека». Так повторилось трижды. В конце концов он вышел вон со двора, потому что не смог больше этого выносить. И в этот момент Христос обернулся и посмотрел на него, и Петр разрыдался (Мф 26:75).


Христос и Петр снова встретились, когда воскресший Христос явился Своим ученикам. Они встретились снова, и Петр получил прощение, узнал, что он все еще любим безмерно и что у него есть право, да, право называться учеником, потому что теперь, после всего произошедшего, его вера стала тверже, чем раньше. У него появилась уверенность другого рода. Он был другом Христа, а теперь стал другом Сына Божьего, воскресшего из мертвых.


Но что стало с Иудой? Иуда повесился. Осталась ли для него какая-нибудь надежда? Существовала ли для него какая-нибудь надежда? А если нет, то как это трагично! Ведь Христос Сам призвал его в ряды Своих учеников. И на Тайной Вечере Он обратился к нему и сказал: «Иди и, что намериваешься сделать, делай быстро» (ср. Ин 13:27). А Иуда намеривался предать своего Наставника в руки врагов, на смерть. Но так ли это?


Я думаю, мы можем заново продумать эту ситуацию и поставить перед собой вопрос, который только что прозвучал: так ли это? Или, как предположил человек, которого я уважаю и ценю, произошло нечто другое? Может быть, Иуда почувствовал, что настал решающий, критический момент 38, и пришло время кризису разрешится? Может быть, он намеривался ускорить развязку, сделать так, чтобы люди прозрели во Христе побеждающего Спасителя? Иуда не собирался убивать Христа, его намерением было создать кризисную ситуацию, в которой Господь проявил бы Себя и показал бы всем, Кто Он: Господь побеждающий, Спаситель, Сын Божий, ставшим Сыном человеческим. Иуда не понимал путей Божиих, но он не думал помешать исполнению Божьей воли.


Примечательно, как об этом рассказывается в Евангелии: Иуда приходит с толпой в Гефсиманский сад, и ему велят показать преследователям, врагам Христа, кто из находящихся там людей ― Христос. По ветхозаветному закону для того, чтобы свидетельствовать против кого-то, нужно было возложить руки ему на голову и произнести обвинение. И в том случае, если свидетельство ошибочно или ложно, обвинителю приходилось нести наказание, которое человек, им обвиненный, заслуживал бы по закону. Иуда рук не возложил. Он указал толпе на Христа поцелуем, потому что не хотел обвинять Его, будто Он ― враг закона, изменник.


Христа взяли. Иуда ожидал Божьей победы, но вместо этого увидел поражение своего Наставника. Христос был взят, потом был суд перед Пилатом, суд перед Каиафой, крестный путь, распятие. Иуда намеревался спровоцировать решающее противостояние и ускорить победу Христа, но не достиг ничего, как ему показалось, кроме окончательного уничтожения своего Наставника. Наставника не стало, и Иуде не у кого было просить о прощении. И он повесился.


И здесь встает последний вопрос: означает ли это, что все для него кончено? Все ученики в тот или другой момент так или иначе поддавались страху, проявляли неверность, но у всех оставалась возможность вернуться к своему Наставнику, открыть Ему свое сердце, молить о прощении, признать свои ошибки. У Иуды такой возможности не было. Но так ли это?.. Этот вопрос я задал несколько лет назад епископу, которого ценю и уважаю. Он посмотрел на меня и сказал: «Все ученики встретили Христа и обрели мир в этой встрече. Почему вы думаете, что этого не произошло с Иудой?» — «Но когда?» — «После Своей смерти Христос сошел в ад, в то самое место, где был Иуда, и они встретились». Разве мы не можем надеяться, надеяться со всей болью и ликованием сердца, что в этот момент Христос обратился к Иуде и сказал: «Ты намеревался приблизить Мою победу, и ты приблизил ее, но ты не знал как. Приди, мир тебе!»


Я хочу, чтобы вы об этом задумались, потому что слишком легко назвать Фому неверующим, а Иуду предателем. Но затем мы обращаемся к Евангелию и видим, что в момент кризиса Фома оказывается самым мужественным из учеников, а Иуда ― самым трагическим персонажем Евангелия. И мне хотелось бы, чтобы вы это продумали. Я делюсь с вами, как сказал в самом начале, своими мыслями и нащупываемыми ответами. Я — в состоянии поиска, так же как и вы, и делюсь с вами этим поиском и выводами, к которым пришел на сегодняшний день, и тем, какую это вселяет надежду.


На этом я закончу свою беседу, и мне хотелось бы, чтобы вы продумали то, о чем в ней говорилось. Многое вам уже приходилось слышать от меня. Но вы, должно быть, уже привыкли к тому, что я очень часто повторяю одно и тоже в разных контекстах, которые придают новый смысл, новое значение сказанному, по крайней мере, помогают мне размышлять — размышлять о дереве познания и о том, каким образом вся история человечества, вся культура, вся слава и трагедия человеческого рода является одновременно путем познания Бога и Христа.


И будем также помнить: когда мы говорим о двух деревьях, дело не в том, чтобы выбрать одно и отвергнуть другое. Они взаимосвязаны. И когда мы ведем поиск истины в истории, наш поиск происходит внутри той самой истории, которая вместила присутствие Господа Иисуса Христа. Он пребывает в истории. К этому я буду возвращаться снова и снова, потому что ощупью пытаюсь найти способ это выразить. Но, мне кажется, нам чрезвычайно важно верить в историю человеческого рода, верить в предназначение мира, в то, что все, происходящее в мире, — часть его постепенного восхождения через взлеты и падения, трагедию и славу к откровению грядущего Бога.



 


37 Вианне, Жан-Батист Мари (1786 – 1859) ― свт., французский священник, служил в местечке Арс.

38 Митрополит Антоний так объясняет значение слова «кризис»: «Кризис — слово греческое, которое значит, в ко­нечном итоге, суд. Критический момент — тот, когда ставится под вопрос все прежнее. Понятие кризиса как суда очень важно; это может быть суд Божий над нами; это может быть суд природы над нами, момент, когда природа с негодованием, с возмущением от­казывается с нами сотрудничать. Это может тоже быть момент, когда мы должны себя самих судить и во многом осудить» (Антоний, митрополит Сурожский. Труды. М., 2002. С. 370). — Прим. пер.


 


Уверенность в вещах невидимых. Последние беседы (2001—2002)


Пер. с англ. Е.Ю. Садовниковой.


М.: Фонд «Духовное наследие митрополита Антония Сурожского». «Никея», 2012


 

Антоний, митрополит Сурожский. Труды: Книга третья (2020): philologist — LiveJournal

Антоний, митрополит Сурожский. Труды: Книга третья / Редакционный совет: Е.Л. Майданович, Е.Ю. Мохова, А.И. Шмаина-Великанова. — М.: Практика, 2020. — 1040 с., 87 илл. Переплет. ISBN 978-5-89816-168-2

Третий том «Трудов» митрополита Сурожского Антония (1914–2003) посвящен Церкви: ее таќинственной внутренней жизни, отношениям ее членов между собой и с обществом в целом, ответам, которые Церковь предлагает на вопрошания окружающего мира. Книга составлена преимущественно из выступлений и бесед владыки Антония, публикующихся впервые. Часть текстов увидела свет в ставших недоступными читателю изданиях. Книга предназначена самому широкому кругу читателей, в том числе и тем, кому еще не попали в руки первый (2002) и второй (2007) тома. Книга содержит обширную библиографию трудов митрополита Антония, комментарий, тематический и именной указатели и богато иллюстрирована фотографиями.

Оглавление

От редакции • Биографическая справка • Сокращенные названия библейских книг • Церковь • Взаимная любовь детей Божиих • Беседы о таинствах • Введение • Крещение • Чинопоследование Крещения и Миропомазания • Таинство примирения • Исповедь • Таинство исцеления. Елеосвящение • Поставление на священнослужение • Брак и Евхаристия • Из общей дискуссии • Литургия и Евхаристия • Общественное богослужение • Слово и молчание в богослужении • Проповеди • О Церкви • О мнимой защищенности • О молитвах • «Вы, сильные, несите немощи слабых. ..» • Неделя по Богоявлении • Крещение ребенка • Служба Елеопомазания • Утреня Великой Пятницы

• Пасха Христова • Рукоположение в священника Патрика Ходсона и в дьякона Илии Джонса • Рукоположение в священника Сергия Овсянникова • Проповедь на епархиальной литургии. Рукоположение в иподьякона Николая и в дьякона Дэвида Гилла • Воскресенье 19 сентября 1965 г. • Слово на венчании Александра и Патриции Фостиропулос • О литургии • О причащении • О причащении • О причащении • О благодарности • О чуде • Памяти дьякона Георгия Севьера • Памяти протоиерея Петра Струве • Памяти Александры Димитриевны Эмануиловой • Память всех святых, в земле Российской просиявших. О новоизбранном Патриархе Пимене

• Пятидесятилетие кончины Патриарха Тихона • Память всех святых, в земле Российской просиявших • Собор новомучеников и исповедников Российских • Церковь и общество • Град человеческий • Ценности нашего общества • Взаимоотношения внутри общины • Община • Деятельность и созерцание • Отношения внутри общины • Отношения между членами общины • Молодежь и христианство в наши дни • I. Христианство и молодежь • II. Область веры • Беседы на конференции жен священников • I • II • III • IV • V • Православный взгляд на паломничество • О первом посещении России

• Выступление на Поместном Соборе Русской Православной Церкви в честь празднования тысячелетия крещения Руси • Из радиоинтервью после Собора • Встречи в Москве • В год тысячелетия крещения Руси • Москва, октябрь 1989 г. • Ответ Синдесмосу • Приложение: Письмо Епископам Православной Церкви участников съезда Синдесмос 22–28 августа 1988 г. • Христианство или «церковничество» • I • II • III • Ответы на вопросы • IV • Ответы на вопросы • V • VI • VII • VIII • IX • В чеммы, православные, не оправдали своего призвания

• О новой церковной эпохе (из личной беседы) • Рабочая группа на епархиальном съезде 2000 г. • Первая беседа • Вторая беседа • Рабочая группа на епархиальном съезде 2001 г. • Первая беседа • Вторая беседа • Православная Церковь и ойкумена • Встреча • Заметки о трудностях и надеждах экуменического диалога • Об экуменической встрече • Новые экуменические нужды и перспективы приходов Сурожской епархии • Слово, произнесенное на вечерне в Неделю молитв о единстве христиан • О миссионерстве • О насилии • Человек церковный • Жизнь вечная • Мистицизм • Психология и религия • Опыт внимания • Беседа первая • Беседа вторая • Предстательство • Непрестанная молитва • Библиография • Литература • Именной указатель

Вы также можете подписаться на мои страницы:
— в фейсбуке: https://www. facebook.com/podosokorskiy

— в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky
— в контакте: http://vk.com/podosokorskiy
— в инстаграм: https://www.instagram.com/podosokorsky/
— в телеграм: http://telegram.me/podosokorsky
— в одноклассниках: https://ok.ru/podosokorsky

Митрополит Антоний Сурожский — Радио ВЕРА

Поделиться

митр. Антоний Сурожский

«Наша вера во Христа, в Евангелие — не мировоззрение; это жизнь, открывшаяся перед нами, это новая интенсивность, новая глубина. Мы только слышатели, потому что быть учеником значит услышать весть, воспринять ее и жить согласно этому благовестию».

Такой критерий подлинного христианства обозначил выдающийся православный миссионер ХХ века митрополит Антоний Сурожский. Эти слова, по сути, являются кратким изложением жизненного пути самого владыки.

Андрей Борисович Блум родился 19-го июня 1914-го года в Швейцарии, в семье русского дипломата, иммигрировавший после революции в Европу и после долгих скитаний поселившейся в Париже. Родители были не религиозны, поэтому мальчик практически не интересовался вопросами веры. В середине 20-х годов Андрей стал членом движения «Витязи». Однажды с мальчиками пригласили побеседовать протоиерея Сергия Булгакова. Спустя много лет владыка Антоний вспоминал, что слова известного богослова не убедили его. Но 14-летний подросток решил, наконец, прочесть Новый Завет, чтобы понять — правда ли то, что говорилось о Христе.

«…Я заперся в своем углу, обнаружил, что Евангелий четыре… А раз так, то одно из них, конечно, должно быть короче других. И так как я ничего хорошего не ожидал ни от одного из четырех, я решил прочесть самое короткое… Я сидел, читал, и между началом первой и началом третьей главы Евангелия от Марка, которое я читал медленно, потому что язык был непривычным, я вдруг почувствовал, что по ту сторону стола стоит Христос… Помню, я тогда подумал: если Христос живой стоит тут, значит это воскресший Христос, значит я достоверно знаю лично, в пределах моего собственного опыта, что Христос воскрес и, значит, все, что о Нем говорится, — правда».

Этот чудо определило всю последующую жизнь.

«Я почувствовал, что никакой иной задачи не может быть в жизни, кроме как поделиться с другими той преображающей радостью, которая открылась мне в познании Бога и Христа», — писал позднее владыка.

Андрей Блум стал прихожанином Трёхсвятительского подворья в Париже. После школы окончил биологический и медицинский факультеты Сорбонны. В сентябре 1939-го года тайно принес монашеские обеты. Но полностью посвятить себя служению Церкви смог только через несколько лет — начиналась Вторая мировая война. В качестве хирурга Андрей Блум побывал на фронте, участвовал во французском движении сопротивления. 17-го апреля 1943-го года он был пострижен в мантию архимандритом Афанасием (Нечаевым), с именем Антоний.

В 1948-м году иеромонах Антоний получил назначение на пастырское служение в Лондон. Благодаря неустанной миссионерской деятельности и личным качествам молодого пастыря, малочисленная православная община, состоявшая поначалу лишь из русских эмигрантов, начала увеличиваться. Сотрудничество с русской службой Би-Би-Си дало ему возможность обращаться и к самой широкой аудитории. В 1962-м году владыка Антоний, уже в сане архиепископа, возглавил новоучреждённую Сурожскую епархию Русской Православной Церкви в Великобритании. А через три года был возведён в сан митрополита и назначен патриаршим экзархом Западной Европы.

Труды владыки были высоко оценены в самой Великобритании. Там русский митрополит получил степень почетного доктора богословия — «За проповедь слова Божия и обновление духовной жизни в стране».

Скончался владыка в Лондоне 4-го августа 2003-го года.

За последние четверть века многократно переиздавались труды митрополита Антония. В известных сборниках: «О подвиге любви», «О встрече», «О слышании и делании» и многих других — находит ответы на волнующие вопросы о смысле жизни уже не одно поколение читателей.

Антоний Блум

Номер страницы

после текста на этой странице

Том 2. В Описи А №20495.

 

Содержание

 

Биографическая справка 7

От редакции 9

Вместо предисловия 11

Сокращенные названия библейских книг 15

Вместо введения. Беседы последних лет

 

Беседы 2002 года 19

Беседы 2000—2001 годов 56

Часть I.

У порога

О встрече и о вере 167

Таинство Крещения 181

Беседы о Символе веры 242

Отче наш 301

Воскресение и Крест 310

Святой Дух 327

Часть II.

В доме Божием

Вечерня и утреня 339

Беседы о Божественной литургии 366

Божественная литургия — местопребывание

 

Духа 455

Церковь и Евхаристия 466

Церковная община 483

«Первенство» и «преимущества чести» 503

Собеседование о Церкви и священниках в

современном мире 512

Проповеди 538

Часть III. Евангелие в жизни

Молитвенная Жизнь 611

Подвижничество 637

Святой Ефрем Сирин 689

Преподобный Серафим 699

Вызов современности 712

Может ли верить современный человек 724

Взаимоотношения Церкви и мира с

православной точки зрения 730

Миссионерство Церкви 754

Царственное священство мирян 763

Православная церковь и женский вопрос 772

Мужчина и женщина в тварном мире 784

Тело, дух, душа: целостность человеческой

личности 855

Психология и духовный опыт 864

У постели больного 879

Друг друга тяготы носите 888

Кончается пролог… 896

*

5БК 86.2/3   Редакционный совет: Е. Л. Майданович, А. И. Шмаина-Великанова, А 72   М.А.Осипов

Переводы с английского и французского: Т. Л. Майданович, Е. Л. Майданович

Комментарии и указатель имен: А. И. Шмаина-Великанова, Е. Д. Богданова, Е. Л. Майданович

Библиография и тематический указатель: Е. Л. Майданович

Художники Е. Р. Гор, О. Л. Лозовская

Технический редактор Д. В. Прищепа

Корректоры Е. Л. Оленина, Н. Н. Юдина

Издательский дом «Практика» 110048, Москва, а/я 421. Тел. (495) 101-22-04 Подписано в печать 15.03.2007. Формат 60×100/16 Тираж 3000 экз. Заказ № 772

Отпечатано в ОАО «Типография «Новости»» 105005, Москва, ул. Ф. Энгельса, 46

Митрополит Сурожский Антоний. Труды. Книга вторая. М., Практика, 2007. — 968 с, 62 ил.

Второй том «Трудов» митрополита Сурожского Антония (1914—2003) А 72 глубоко вводит читателя в жизнь по Евангелию и в жизнь Церкви в на¬шем современном мире. Книга составлена преимущественно из высту¬плений и бесед Владыки Антония, никогда не появлявшихся в печати. К ним присоединены тексты, увидевшие свет в ставших недоступными читателю изданиях. Она предназначена самому широкому кругу чита¬телей, в том числе и тем, кому еще не попала в руки первая книга, выпу¬щенная издательством в 2002 г. Хотя содержательно второй том расши¬ряет и углубляет многие темы, поднятые в первом, каждая из книг вполне самостоятельна. Книга содержит обширную библиографию трудов митрополита Антония, комментарии, тематический и именной указатели и множество фотографий.

ISBN 978-5-89816-072-2

© Текст: Metropolitan Anthony of Sourozh Foundation, 2007

© Перевод: Т. Л. Майданович, Е. Л. Майданович, 2007

© Иллюстрации: Metropolitan Anthony of Sourozh Foundation, 2007

© Оформление и комментарии: Издательский дом «Практика», 2007

 

 

Биографическая справка

Митрополит Антоний Сурожский (в миру Андрей Борисович Блум) родился 19 июня 1914 г. в Лозанне в семье российского дипломата. Мать, Ксения Николаевна, — сестра композитора А. Н. Скрябина. Раннее детство митрополита Антония прошло в Персии, где его отец, Борис Эдуардович, был консулом. После революции в России семья оказалась в эмиграции и после нескольких лет скитаний по Европе в 1923 г. осела во Франции. Детство и юность митрополита Антония были отмечены тяжкими лишениями и страданиями, присущими эмиграции, и твердой решимостью, разделяемой близкими митрополита Антония, жить для России. В возрасте четырнадцати лет при чтении Евангелия пережил личную встречу с Христом и с тех пор посвятил всю свою жизнь проповеди Евангелия. Сразу же, по его словам, открыл, что Христос Евангелия и Церкви — Один и Тот же, и пришел в Церковь. С 1931 г. прислуживал в храме Трехсвятительского подворья, единственного тогда храма Московской Патриархии в Париже, и с тех пор всегда хранил каноническую верность Русской Патриаршей Церкви. В этом приходе обрел духовного отца в лице архимандрита Афанасия (Нечаева), выходца с Валаама, который соединил юного ученика со всей традицией духовного делания. В 1939 г. Андрей Блум окончил биологический и медицинский факультеты Сорбонны; интерес к естественным наукам и глубокое внимание к человеку в его целостности он сохранил на всю жизнь. Перед уходом на фронт хирургом французской армии, 10 сентября 1939 г. , тайно принес монашеские обеты, а в 1943 г. был пострижен архимандритом Афанасием в монахи с именем Антоний. Во время немецкой оккупации — врач в антифашистском подполье. В 1948 г. рукоположен в иеромонаха и послан в Англию духовным руководителем Православно-англиканского Содружества святого Албания и преподобного Сергия.

В 1950 г., по смерти протоиерея Владимира Феокритова, стал настоятелем храмов святого апостола Филиппа и преподобного Сергия Радонежского. В 1956 г. приход храма апостола Филиппа получил новое помещение, храм Успения Божьей Матери и Всех Святых (освящение состоялось 16 декабря). Апостольская ревность отца Антония оживила жизнь в приходе (школа для детей, летний лагерь, издание приходского журнала, внебогослужебные беседы на русском и английском языках), а его открытость пробудила интерес к православию со стороны инославного окружения. Участвовал в работе Всемирного Совета Церквей и в экуменических встречах на местном уровне, позднее отошел от активного участия в экуменической работе, когда Совет стал все больше отходить от Церковной тематики к социальной и политической деятельности. В 1957 г. хиротонисан во епископа Сергиевского, викария Патриаршего Экзарха Западной Европы. В 1960 г. совершил первую по-

7

ездку в Москву, с тех пор бывал в России неоднократно. Его служения в далеко не самых известных храмах, всегда необъявленные заранее, собирали тем не менее тысячные толпы. Владыка стремился непосредственно общаться не только с руководством Русской Православной Церкви, но и с рядовыми верующими, глубоко вникая в жизнь Русской Церкви в условиях атеистического государства. С 1968 г. начались потайные встречи и беседы на московских квартирах с группами людей, жаждущих его слова. Верующие в России слушали Владыку и в религиозных передачах из Англии, очень многие пришли к вере благодаря его проповеди Евангелия и христианской жизни. С 1962 г. — архиепископ, правящий архиерей возникшей на Британских островах благодаря его трудам Сурож-ской епархии, с 1963 г. — исполняющий обязанности Экзарха: назначение, которое приветствовали Англиканская Церковь и многие христианские деятели Европы. С 1966 г. — митрополит, с того же года — Экзарх Патриарха Московского в Западной Европе, ушел с этого поста в 1974 г. В 1960-е гг. вышло несколько книг о молитве на английском языке, давно уже ставших классическими, они переведены на множество языков мира и по-прежнему переиздаются. Все годы своего служения Владыка окормлял непрерывно растущую паству своей епархии, ежедневно принимал множество людей, подавая им утешение, совет и передавая им частицу своей силы и света, а также посредством книг, радио- и телебесед проповедовал Евангелие во всем мире. Первые книги на русском языке вышли в Париже (1976 и 1982 гг.), с концом советской эпохи сборники проповедей и бесед выходят в России и других странах бывшего СССР (тираж превышает миллион экземпляров). В 1979 г. храм Успения и Всех Святых был выкуплен общиной, в 1993 г. построено приходское здание с большим залом для встреч, библиотекой, канцелярией, церковной лавкой. Еженедельные беседы с прихожанами лондонского прихода и верующими, приезжавшими из России все в большем числе, Владыка проводил десятилетиями и не прервал во время последней болезни. Уже смертельно больной служил в последний раз Пасхальную заутреню 27 апреля 2003 г., скончался 4 августа того же года.

За годы его служения в Великобритании (1948—2003) из единственного русскоязычного прихода выросла живая многонациональная епархия с тридцатью общинами по всей стране, а духовное влияние, оказанное Владыкой Антонием на людей самых разных убеждений по всему миру, не поддается измерению. Богословская мысль и пастырская деятельность митрополита Антония отмечена почетным званием доктора богословия университетов Абердина и Кембриджа, Духовных Академий Москвы и Киева.

8

От редакции

Первая книга Трудов вышла в свет в 2002 году и была предварена большой статьей с редакционным комментарием, посвященными богословию митрополита Антония Сурожского. Мы не будем повторяться. Скажем несколько слов о структуре этой второй книги. Первоначально она задумывалась как приношение к 90-летию Владыки и планировалась к выходу в 2004 году. Четвертого августа 2003 года митрополит Антоний скончался.

Первая книга, по мысли редакции, представляла самые важные для автора темы, вводила в его мысль и подводила к порогу Церкви. Вторая книга в большой мере посвящена теме самой Церкви. Более всего и несколько иначе, чем раньше, Владыка говорит о тайне Церкви, о своем понимании и переживании ее, о различных аспектах церковной жизни в беседах последних лет, вынесенных в начало книги. Он делится с нами своими «размышлениями, тревогой, вопрошанием».

Владыка ничего не писал, все тексты, собранные в этой книге, представляют собой запись живой, устной речи, и мы надеемся, что читатель почувствует особенности этой речи, прямой во всех смыслах слова. Естественно, устные жанры не предполагают разъясняющих примечаний и библиографических ссылок, поэтому все они даны редакцией, причем многие примечания повторяют уже сказанное в первой книге. Митрополит Антоний цитирует творения святых отцов так, как он их пережил и, может быть, дополнил личным духовным опытом, поэтому в подавляющем большинстве случаев мы не даем точной ссылки на источник цитаты. Обратим внимание читателя еще на одну особенность речи Владыки: иногда, особенно в беседах последних лет, он передает собственный духовный опыт, но делает это сокровенно, в третьем лице.

Книгу предваряет биографическая справка и слово протоиерея Джона Ли, ближайшего помощника Владыки, сказанное в июне 2005 г. на епархиальной ассамблее, несколько переработанное им для настоящего издания.

Эта книга составлена преимущественно из выступлений и бесед Владыки Антония, никогда не появлявшихся в печати. К ним присоединены тексты, увидевшие свет в ставших недоступными читателю изданиях, и некоторые проповеди митрополита Антония, потому что «Владыка был таким проповедником слова Божия, каких не бывает на этом свете».

Все точные библейские цитаты, кроме особо оговоренных, приводятся по Синодальному переводу в издании Московской Патриархии. Собранные в этой книге лекции, проповеди и беседы митрополит Антоний произнес на русском, английском и французском языках. Все переводы, кроме особо оговоренных случаев, сделаны Е. Л. Майданович. Библиографию трудов митрополита Антония читатель найдет в конце книги.

9

 

Редакция благодарит за помощь в подготовке книги А. С. Агаджаняна, протоиерея Александра Геронимуса, дьякона Григория Геронимуса, Е. Д. Богданову, Н. В. Брагинскую, М. С. Гринберга, А. И. Кырлежева, В. И. Матвееву, Е. В. Орлову, Е. П. и Е. Г. Утенковых, Б. X. Хазанова, И. В. Чаброва. Особо благодарим О. А. Седакову за перевод богослужебных текстов.

 

 

10

 

Вместо предисловия

Пока человек жив, отношения с ним могут меняться час от часу, день ото дня, год от года. С его смертью все это уходит, и только тогда наступает ясность.

Именно это, как мне кажется, имеет место в наших отношениях с покойным митрополитом Антонием. Меня просили коротко рассказать о том, как я ощущаю его наследие нам — епархии, приходу и лично мне. Оглядываясь вокруг, я вижу людей, знавших Владыку много дольше, чем я, и каждый, кто знал его, может утверждать, что поддерживал с ним особенные, личные отношения.

Расскажу немного о моих отношениях с Владыкой Антонием. Впервые мы встретились в 1971 году, тогда я учительствовал недалеко от Оксфорда. Владыка посетил церковь, которая была в частном доме. Как многие, я сразу попал под воздействие его проницательного взгляда, почувствовал необыкновенно внимательное отношение ко мне лично. Это покорило меня, в тот день я записал в дневник: «Какой замечательный человек!» Тогда же Владыка посоветовал мне оставаться в Синодальной Церкви, к которой, по его словам, он питал большую симпатию. Владыка пригласил меня заезжать к нему в Лондон, но я ответил, что скоро возвращаюсь домой в Америку. Мы не виделись до 1973 года, когда случайно встретились в Гайд-Парке, он пригласил меня зайти, и я согласился… Потом я стал просто ходить в церковь; он, заметив меня, кивал головой и улыбался. Однажды, когда нам удалось поговорить, он спросил меня, учился ли я в семинарии. Я сказал: «Да, я ходил в семинарию, но не в ту, какую надо». Владыка сказал: «Ну, это не имеет значения. Вы закончили курс?» И я ответил: «Да, все пять лет». — «А почему вы не стали священником?» — «Я не знаю, видимо, на то не было Божией воли». Владыка положил руку мне на плечо и сказал: «Я думаю, Господь изменил Свое мнение». И так начались наши беседы, в конце концов я был рукоположен и стал священником Лондонского прихода. Думаю, наша дружба возрастала медленно, оттого что я никогда не верил, что митрополит может быть в дружбе с кем-нибудь вроде меня. Я действительно в такое не верил!

Так начался совершенно исключительный этап моей жизни, за неимением лучшего выражения я бы назвал его «бегом с препятствиями». В первые годы нашей дружбы отношения были очень неровными, в большой мере из-за обычая Владыки отменять встречи в последний момент. Однажды мы с женой раз семь подряд переносили наши рабочие дела, пристраивали детей и все прочее, а я пришел к Владыке и снова нашел на двери записку. Я заявил, что больше не намерен терпеть подобное, и мы поссорились. Когда Владыка провожал меня до двери, он произнес — я до сих пор слышу его глубокий голос и русский акцент: «Позвольте сказать, дорогой Джон: я очень рад, что мы не муж с женой».

С тех пор Владыка перестал отменять наши с ним встречи в последнюю минуту, но часто просил передать кому-нибудь свои извинения.

11


Тут вспоминаются два случая. Как-то зимой он позвонил мне в будний день ровно в то время, когда улицы забиты машинами, и попросил провести вместо него беседу в Эссексе, в Ромфорде, в половине восьмого. Я согласился поехать, но предупредил, что не поспею ко времени. Пока он извинялся, я спросил: «Кстати, какая тема беседы?» — «Ангелы», — ответил Владыка, и мы рассмеялись. В другой раз звонок раздался в три часа дня в пятницу, он сказал, что плохо себя чувствует, и попросил поехать в Херефорд у границы Уэльса и провести говение для клириков Херефордской англиканской епархии. Я отказался: если бы аудитория состояла не из духовенства, я бы поехал.

В последние годы и во время болезни Владыка как будто все больше полагался на меня — уж не знаю, почему: нам все еще случалось спорить. Как-то он хлопнул за мной дверью, я постучался, и когда он сердито открыл мне, я произнес: «Я еще не все сказал». Владыка рассмеялся и жестом пригласил войти.

Если быть уж совсем откровенным: не могу даже сказать, что мне недостает Владыки. Поначалу мне было не по себе от этого, но теперь я понял, что причина тут в том наследии, которое он нам оставил. Для меня, как и для многих, наследие это очень живо. Состоит оно, на мой взгляд, из трех частей: это Церковь, затем молитва и богослужение и, наконец, личные отношения.

К моменту нашей первой встречи наша семья принадлежала к Синодальному приходу. Я мыслил очень узко и главным считал соблюдать правила.

Еще в нашем самом первом разговоре с митрополитом Антонием он сокрушался, что столько правил и традиций отброшено. Не думаю, что Владыка сознательно стремился произвести впечатление, — он на самом деле так чувствовал. Более того, в день, когда он рукоположил меня священником — вы знаете, что он всегда говорил несколько слов рукополагаемому в момент, когда тот должен пройти Царскими вратами, — он сказал мне: «Я рукополагаю тебя, чтобы ты помог хранить равновесие между старым и новым — не бойся ни того, ни другого».

Один из принципов, которому он постепенно научил меня, — лучше нарушить правило, чем сломать человека. Для меня это было ново. Мои отец с матерью были фермерами и их родители тоже, жизнь шла по строгим правилам: встаешь в пять утра, одеваешься—и живешь по часам.

Владыка учил, что рука, протянутая к событиям и людям, должна быть легкой — так поступает Бог по отношению ко всем нам.

Он привел меня к пониманию того, что ответы на главные вопросы ищешь долго и, что еще важнее, ответы эти не одинаковые для всех.

Из сказанного может показаться, что митрополит Антоний был либералом худшего толка, но это не так. «Всегда имей правило под рукой, — говорил он мне, — это лучшая указка, но не всегда решающая».

Владыка любил Россию, любил русских людей, любил многое русское, но был убежден до глубины души, что Церковь не бывает

12

ни русской, ни греческой, ни сербской, ни даже английской; напротив, Церковь это всеобщая дружба со Христом.

Об этом можно говорить еще очень долго, я многое узнал о Церкви от Владыки, и это навсегда останется со мной и со многими из нас, но теперь я перейду ко второй теме, к теме молитвы и богослужения.

Это болезненная для меня тема, потому что, боюсь, мы теряем, по крайней мере в Лондонском соборе, привитое Владыкой отношение к молитве и богослужению. Владыка всегда учил меня приходить в церковь заранее, чтобы успеть приготовить все, что нужно, найти и заложить в книгах места чтений и так далее, потому что служба исключает посторонние разговоры.

Те, кто продолжают ходить в собор, не могли не заметить возрастающие перемены по сравнению с тем, что было при Владыке. Священники разговаривают, дьяконы разговаривают, естественно, алтарники тоже не стесняются разговаривать. И после этого священники смеют одергивать собравшихся: не болтайте! Все это очень грустно, и я не могу мириться с тем, что такова «русская привычка»: будь она хоть греческая, сербская, румынская, какая угодно — это дурная привычка и прямое покушение на наследие митрополита Антония: я так ясно помню, как он досадовал, как отвечал сквозь зубы, когда его о чем-то спрашивали во время службы. Очень часто в ответ звучало решительное «нет!». Мне очень больно наблюдать, что теперь служба сопровождается суетой, обсуждением предстоящих действий, — ничего этого быть не должно. Надо сказать, владыка Василий изо всех сил старается удержать службу на былой высоте, но из вежливости отвечает на вопросы священников, дьяконов и алтарников — это они (а порой и я сам) виноваты в отступлении от завещанного митрополитом Антонием. Наш собор, наша епархия всегда отличались в этом отношении, а теперь, как говорят, в других приходах молитвенный дух более живой, чем в соборе. Меня это очень печалит, это должно всех нас печалить, и смею надеяться, нам еще удастся тут что-то исправить.

Наконец, о личных отношениях. Как я уже говорил, у каждого из нас были свои, особенные отношения с владыкой Антонием. Тот факт, что сам он был в первую очередь человеком для доверительной беседы, порой создавал административные трудности, но мне кажется, что дух уважения, с которым он относился к каждому человеку, распространялся по всей епархии. Наше духовенство всегда было братством. Неприступность, чувство собственного значения вовсе нам не свойственны — это совершенно определенно Анто-ниева печать на нас. Многие из нас, особенно лондонцы, слышали от разных людей одну и ту же историю. Человек звонит в дверь и просит позволения посмотреть собор, а потом рассказывает: «Нас провел по храму старый привратник». Этим «старым привратником» оказывался митрополит Антоний!

Существенно и то, что Владыка не требовал какого-либо комфорта: он легко терпел жару, холод, голод, усталость; ничего этого


он не замечал. Я не помню, чтобы он купил хоть что-нибудь ради удовольствия или просто удобства. И еще: каждый год на Рождество мы готовили Владыке подарки, но он их немедленно передаривал, и мы перестали это делать. Я думаю, многие с этим сталкивались: Владыка все раздавал. За эти 25 лет, однако, множество раз мне случалось говорить ему об остро нуждающихся людях, он ни разу не отказался помочь и как-то находил нужные деньги, иногда весьма значительные.

Осталось сказать несколько слов о последних днях Владыки. Думаю, я вправе поделиться этими воспоминаниями.

В феврале 2003 года, после того как у Владыки появилась кровь в моче, а он несколько месяцев упрямо отказывался показаться врачам, ему поставили диагноз: рак мочевого пузыря. Он указал на меня как на next-of-kin, на ближайшего ему человека, поэтому я присутствовал на встречах с врачом. На первой после операции встрече врач был настроен оптимистически. Когда мы уже садились в машину, я заметил: «Что ж, все неплохо. Врач говорит — прогноз хороший». Владыка Антоний посмотрел на меня и произнес: «Он ошибается». И рассказал свой сон: ему приснилась бабушка. Вид у нее был торжественный, она держала календарь и молча листала его. Быстро промелькнули февраль, март, апрель, май, июнь. Когда дошло до июля, движение замедлилось и на четвертом августа остановилось. И он сказал мне: «Я умру четвертого августа».

Началось долгое лечение — облучение и химиотерапия. Я возил Владыку на сеансы ежедневно почти восемь недель, ему требовались большие дозы обезболивающих. Однако лечение не дало результатов, и 23 июля Владыке пришлось лечь в Тринити-хоспис. Опять-таки, я проводил там целые дни. Я выслушал последнюю исповедь Владыки, соборовал и причастил его. Довольно скоро после этого он потерял сознание и во второй половине дня четвертого августа скончался.

Незадолго до этого он спросил, готов ли я оказать ему последнюю услугу, и я сквозь слезы ответил согласием. Владыка дал мне список имен и просил молиться об этих людях до конца моей жизни, как он сам молился, — имена он просил никому не открывать.

Владыка ушел от нас. Он был святым, но был и грешником. Он был мудр, но делал ошибки. Он видел славу человека и, я верю, встретил Бога.

Однажды, когда я на него за что-то рассердился, Владыка сказал мне: «Джон, ты деревенский мальчик, ты знаешь, что из навоза может вырасти добрый плод, — так и думай обо мне».

Протоиерей Джон Ли Лондон,2005

14

Сокращенные названия библейских книг

Ветхий Завет Быт — Бытие, Исх — Исход, Лев — Левит, Чис — Числа, Втор — Второзаконие, Нав — Книга Иисуса Навина, Суд — Книга Судей израилевых, Руфь — Книга Руфи, 1 Цар — Первая книга Царств, 2 Цар — Вторая книга Царств, 3 Цар — Третья книга Царств, 4 Цар — Четвертая книга Царств, 1 Пар — Первая книга Паралипоменон, 2 Пар — Вторая книга Паралипоменон, 1 Езд — Первая книга Ездры, Неем — Книга Неемии, 2 Езд — Вторя книга Ездры, Тов — Книга Товита, Иудифь — Книга Иу-дифи, Есф — Книга Есфири, Иов — Книга Иова, Пс — Псалтирь, Притч — Притчи Соломона, Еккл — Книга Екклезиаста, Песн — Песнь песней Соломона, Прем — Книга Премудрости, Сир — Книга Премудрости Иисуса сына Сирахова, Ис — Книга порока Исайи, Иер — Книга пророка Иеремии, Плач — Плач Иеремии, Поел Иер — Послание Иеремии, Вар — Книга пророка Варуха, Иез — Книга порока Иезекииля, Дан — Книга порока Даниила, Ос — Книга пророка Осии, Иоил — Книга порока Иоиля, Ам — Книга пророка Амоса, Авд — Книга пророка Авдия, Иона — Книга пророка Ионы, Мих — Книга пророка Михея, Наум — Книга пророка Наума, Авв — Книга пророка Аввакума, Соф — Книга пророка Софонии, Агг — Книга пророка Аггея, Зах — Книга пророка Захарии, Мал — Книга пророка Малахии, 1 Мак — Первая книга Маккавей-ская, 2 Мак — Вторая книга Маккавейская, 3 Мак — Третья книга Маккавейская, 3 Езд — Третья книга Ездры.

Новый Завет Мф — Евангелие от Матфея, Мк — Евангелие от Марка, Лк — Евангелие от Луки, Ин — Евангелие от Иоанна, Деян — Деяния святых апостолов, Иак — Послание Иакова, 1 Пет — Первое послание Петра, 2 Пет — Второе послание Петра, 1 Ин — Первое послание Иоанна, 2 Ин — Второе послание Иоанна, 3 Ин — Третье послание Иоанна, Иуд — Послание Иуды, Рим — Послание к Римлянам, 1 Кор — Первое послание к Коринфянам, 2 Кор — Второе послание к Коринфянам, Гал — Послание к Галатам, Еф — Послание к Ефесянам, Флп — Послание к Филиппийцам, Кол — Послание к Колоссянам,

  1. Фес — Первое послание к Фессалоникийцам (Солунянам),
  2.  
  3. Фес — Второе послание к Фессалоникийцам (Солунянам), 1 Тим — Первое послание к Тимофею, 2 Тим — Второе послание к Тимофею, Тит — Послание к Титу, Флм — Послание к Филимону, Евр — Послание к Евреям, Откр — Откровение Иоанна Богослова (Апокалипсис).
  4.  

 

15

 

Митрополит Антоний Сурожский.

О встрече

Когда-то нашего священника в Париже немцы арестовали.
Его заменил другой священник, который бывал в церкви, но почти никогда не служил, потому что большей частью он приходил вдрызг пьяный.

Я тогда был старостой, я его ставил в угол и становился перед ним, чтобы если он упадёт, то упал бы на меня и я мог бы его удержать.
Многие его осуждали.
Я помню даже интересный разговор, когда он говорил о себе, что он плохой священник, но кто-то другой ему сказал: «Знаешь, ты не плохой священник, ты плохой человек, а священник ты хороший…»

И вот я с этим абсолютно согласен, потому что раз я был у него на исповеди (когда настоятеля не было). Я помню, как он слушал мою исповедь. Он слушал из глубины собственного покаяния, и он плакал надо мной — не пьяными слезами, он был вполне трезвый, но он плакал о том, что вот молодой человек двадцати с чем-то лет борется и может тоже разбиться.

Я помню, когда я кончил исповедь, он мне сказал: «Ты же знаешь, какова моя жизнь, ты знаешь, что я не имею права говорить о том, как люди должны жить и какими людьми они должны быть, но хотя я недостоин даже говорить об этом, я тебе скажу, что Христос сказал бы на моём месте, потому что ты молод и ты можешь не прийти в то состояние, в какое я пришёл. ..»

И вот это человек, который для внешнего наблюдателя — ну, пьяница и только, да ещё какой позор: поп — да пьёт! А он мог сказать Божию правду из глубины своего СТРАДАНИЯ.

Потом я узнал больше о нём. Он вместе с частью Белой армии покидал Крым на одном пароходе, а на другом пароходе была его жена и двое детей, и этот пароход утонул; у него на глазах они погибли, а он ничего не мог сделать. И запил.

На это может кто-нибудь сказать: а вот Иов не запил, — ну, если вы можете сказать, смеете сказать, что Иов не запил, так вы вырастите сначала в меру Иова: он бы его не осудил.

И вот мне кажется, что не нравственное совершенство, не житейское совершенство, а внутренняя правда человека играет большую роль.

Митрополит Антоний Сурожский. О встрече

Представление и Распятие митрополита Сурожского Антония Блума

Встреча Господа нашего и Спасителя Иисуса Христа в храме

, память 2 февраля

Представление и распятие
Сурожский митрополит Антоний Блум
(Отрывок из проповеди, прочитанной в университетской церкви Святой Марии, Кембридж, 19 мая 1985 года)

A И, наконец, два события, которые я хотел бы объединить. Представление Иисуса в храме и распятие. Каждый ребенок мужского пола, рожденный от женщины, должен был быть принесен в Храм в качестве приношения. Если мы вернемся к Ветхому Завету об установлении этого акта, мы обнаружим, что Бог повелел евреям приводить первенцев мужского пола каждой семьи в храм в качестве кровной жертвы, как выкуп за первенцев Египта. , которым пришлось умереть, чтобы евреи могли выйти на свободу. Таким образом, каждый первенец мужского пола был рожден, и Бог имел право смерти и жизни на него.Век за веком Бог принимал заместительную жертву, горлиц и овец, и только однажды за всю историю он принял человеческое приношение: его единородный Сын стал человеком, который должен был умереть на Кресте, чтобы искупить человечество — так что два события действительно связаны друг с другом. Но мать, которая родила этого ребенка, знала, что Бог имеет всю власть над ним жизни и смерти, и, не колеблясь, в смирении и верности, родила этого ребенка.

Позже, когда мы видим Голгофу, описанную в Евангелии, мы не видим падающую в обморок мать, протестующую мать или мать, молящую о пощаде, как на многих изображениях. У подножия Креста мы видим Богородицу, погруженную в глубокое трагическое молчание, видя исполнение того, что было начато, когда она привела своего ребенка в Храм. Она стояла молча, единодушна с божественной и человеческой волей своего сына: она выполняла подношение, которое она начала тридцать три года назад или около того. Заодно с волей Бога, заодно с волей своего божественного сына, отказавшись от своей собственной воли, своих собственных надежд в акте подношения. Это то, с чем очень немногим из нас когда-либо придется столкнуться в жизни, по крайней мере, я на это надеюсь; но это происходит постоянно в различных частях мира, и это происходило на протяжении всей истории, когда один человек позволял другому отдать свою жизнь за дело, за Бога или за людей.Без слова протеста, участие в героическом подношении. Я хотел бы оставить эти изображения вам, какими бы неполными и несовершенными они ни были. Посмотрите на них и спросите себя. Где я стою? Что бы я сделал в таких же обстоятельствах? Богородица была ответом всего творения на любовь Бога, но любовь Бога есть любовь жертвенная. В основе любви к Богу лежит дар «я», Крест. Дай Бог нам научиться у этой хрупкой девушки ее героической простоте и чудесной цельности.И давайте учиться на всех этапах ее жизни, всему самоотречению и самоотверженности, всей красоте ее превосходящего смирения и ее безупречного послушания закону вечной жизни. Аминь.

Источник: Сурож, 1980. № 21. С. 22-33.

Аполитикион Сретения Господня, Тон 1

R радуйся, Дева Богородица, благодатная, ибо от Тебя взошло Солнце справедливости, Христос Бог наш, освещая пребывающих во тьме. Радуйся и веселись, праведный старец, несущий на руках Избавителя наших душ, Воскресение дарующее нам.

Спустись в покои твои, Сион, и прими Христа Царя. Добро пожаловать, Мария, врата небесные; ибо она явилась как престол херувимический; она несет Царя славы. Воистину, Дева — это облако света, несущее в своем теле Сына, стоящего перед утренней звездой, Которого Симеон нес на руках, провозглашенный народам Господом жизни и смерти и Спасителем наших душ.
Праздничная вечерня, глас 7

Нравится:

Нравится Загрузка…

Связанные

Категории: АНГЛИЙСКИЙ, православный | Постоянная ссылка.

Митрополит Сурожский Антоний. Проповеди, произведения Антония Сурожского

Вначале появилось слово … И это слово становится для каждого верующего силой, ведущей к Богу, открывающей сердце любви и доброте, заботе и созиданию. Проповеди и разговоры обращаются ко Христу даже тех, кто считает себя атеистами.

Митрополит Сурожский Антоний по праву считается глашатаем Православия ХХ века.Именно его беседы открыли для многих людей его путь ко Христу, в лоно Православной Церкви.

Владыка, на свете Андрей Блюм, родился в 1914 году в Лозанне в зажиточной семье потомственных дипломатов. Некоторое время они жили в Персии, но после прихода к власти на их родной земле большевиков путешествовали по миру, пока не обосновались в Париже. У преподобного в эмиграции было тяжелое детство. В рабочем училище, где он учился, его жестоко избили сверстники.

Обращение митрополита к Богу

В юности Андрей, которому было всего 14 лет, слушал лекции отца Сергия Булгакова. Мальчик почувствовал глубокое несогласие, решив искренне бороться с такой «ерундой, как христианство». Будущий владыка Антоний Сурожский, биография которого с тех пор стала находить иное русло, решил обратить внимание на первоисточник — Евангелие. В процессе чтения юноша ощутил незримое присутствие того, о ком он читал…

Митрополит Сурожский Антоний по специальности врач-хирург, что послужило причиной его участия во французском сопротивлении. По окончании войны он решил стать священником и по Божьему промыслу отправился в Англию. Именно в этой стране монах переживает одно из самых значительных событий в своей жизни.

Плохо владеющий английским языком, отец Антоний прочитал лекцию на листе бумаги, который оказался очень серым и скучным. Ему посоветовали больше импровизировать.Тогда священник возразил, что это будет смешно. «Это очень хорошо, люди будут слушать», — был ответ. С того памятного дня он всегда произносил проповеди и читал лекции без заранее подготовленного текста. Учения и наставления стали поистине драгоценным наследием Антония Сурожского. Он говорил искренне, глубоко и живо, что помогло донести православную веру до современных людей во всей святоотеческой чистоте, с сохранением евангельской глубины и простоты.

Слово Господне

Через некоторое время отец Анатолий становится предстоятелем Сурожской епархии.Сначала это был небольшой приход, открытый для группы русских эмигрантов. Под руководством лорда он стал образцовым многонациональным сообществом.

Слово монаха было услышано намного дальше верующими англичанами, показав богатство Православия многим западным христианам. Кроме того, его аудиозаписи, самиздатские книги, беседы и живые проповеди вернули многих россиян на путь Божий. Так остался в памяти верующих преподобный Антоний Сурожский. Биография Митрополита прервалась в 2003 году, он скончался в Лондоне.

Самая короткая проповедь

Владыка Антоний Сурожский решил рассказать о том, что на одной из служб он пошел проповедовать. Отец сказал: «Так же, как вчера на вечернюю службу пришла женщина с младенцем. Но она была в джинсах, платок не был завязан на голове. Я не знаю точно, кто это сделал, но приказываю этой прихожанке молитесь за эту женщину, ребенка, до конца ее дней, чтобы Господь спас их.Из-за вас она никогда не сможет прийти в церковь.Митрополит Сурожский Антоний повернулся и ушел. Это была его самая короткая проповедь.

Труды преподобного

Антоний Сурожский, труды которого никогда не отличались чисто ортодоксальным богословием, известным во многих странах. Его проповеди и беседы всегда содержат своего рода проповедь. Православное слово Божие. В формировании такого столичного мышления значительную роль сыграла философия Бердяева. В первую очередь, его интересовало учение о противопоставлении личности и индивидуальности, о бытии, как определенном отношении. -Ты.

Особенности богословия

В зрелом и глубоком богословии митрополита Антония можно выделить три особенности.

  1. Евангелизация. Отличительной чертой его наставлений является то, что проповеди, учения, беседы митрополита формально и стилистически расположены так, чтобы быть прочной связью между Евангелием и обычными слушателями. Кажется, что они сокращают расстояние, отделяющее современных людей от живого Христа. Каждый верующий становится участником евангельской истории, жизнь Антония Сурожского тому подтверждение.
  2. Литургия. Преимущественно безмолвное Таинство Церкви с помощью богословия преподобного обретает словесную форму. Это различие присуще не только какой-либо части обряда или таинства, но и всей совокупности церковного общения. Его слово звучит как священное действие и вводит каждого верующего в церковь. Беседы митрополита Сурожского Антония всегда воспринимались людьми с особым чувством благодати и близости к Богу.
  3. Антропология. Сам Владыка отметил такую ​​особенность своих лекций. Его слова сознательно направлены на то, чтобы внушить испуганной и оглушенной современной жизни современника истинную веру в себя. Митрополит Сурожский Антоний раскрывает неизмеримую глубину каждой отдельной личности, ее ценность для Бога и постоянную возможность общения между Христом и человеком.

Такое общение в некотором смысле равноправно. Люди могут обратиться ко Христу, выстраивая свое отношение к вере как к любви и дружбе, а не к рабству и господству.Митрополит понимает молитву и описывает ее в своих писаниях как личное, уникальное и уникальное общение с Господом.

Слово владыки, обращенное к толпе прихожан, воспринимаемых каждым как личное обращение. Благодаря сосредоточенности на человеке во всей полноте его бытия, проповеди митрополита Сурожского Антония и по сей день призывают каждого верующего к личному диалогу с Богом.

Отец любил говорить, что ощущение присутствия Господа должно быть прямым, как зубная боль. Это относится и к самому преподобному. Каждый, кто лично видел его в одиночестве или в переполненном храме, никогда не забудет, что от него исходил особый жар истинно верующего.

Сила пастырского слова

Митрополит Антоний не учитель, а пастырь. Он говорит со всеми о том, что человеку нужно прямо сейчас. Личное общение с преподобным помогло многим верующим осознать всю полноту словосочетания «Бог есть любовь». Каждый мужчина, независимо от его занятости, плохого состояния здоровья, истощения, он принял и потерянное, и божественное чудо вернувшегося сына.

Старейшина принимает и понимает всех людей, которые обращались к нему за помощью и советом в самых разных ситуациях. Это может быть тупик для интеллектуальных поисков, последний жизненный избыток. Митрополит нес свою веру всем: православным и неправославным, нерусским и русским, атеистам и христианам. Он якобы возлагает на плечи ношу, снимаемую с каждого колеблющегося и измученного мужчины. Взамен монах дает частичку своей уникальной свободы, которая проявляется в малом: свобода от лицемерия, бюрократии, ограниченности. Он помогает жить свободно в Боге.

Богословские беседы

Беседы Антония Сурожского посвящены основным вопросам христианской жизни и веры. Наполненное пониманием и любовью пастырское слово не раз становилось настоящим спасением для людей, столкнувшихся с непреодолимыми камнями преткновения, неразрешимыми противоречиями. Преподобный мог исцелять мудростью и глубиной своих разговоров.

Основные вопросы, затронутые священнослужителем, дал ответ на вопрос, что значит быть христианином, как оставаться с Богом в современном мире.Митрополит подчеркнул, что человек — друг и ученик Христа. Это значит верить в самих людей, начиная, прежде всего, с себя, продолжая со всех остальных: чужих и соседей. У каждого человека есть частичка света Господня, и она всегда остается в нем даже в самой кромешной тьме.

Митрополит любви

Проповеди митрополита Сурожского Антония были искренними и любовными. «Любите друг друга, как Я полюбил вас …» — так звучит одна из заповедей Бога. Эти слова должны доходить до нашего сердца, радовать нашу душу, как бы трудно их ни осознать.

Митрополит отметил, что любовь к каждому человеку проявляется в нескольких плоскостях: это опыт обычной, простой любви между членами одной семьи, детьми с родителями и наоборот; это радостное, светлое чувство, возникающее между женихом и невестой и пронизывающее всю тьму. Но здесь можно найти хрупкость и несовершенство.

Антоний Сурожский рассказал о том, что Христиан побуждает любить друг друга, не делает различий.Это говорит о том, что каждый верующий должен любить абсолютно каждого человека, встречного, незнакомого, привлекательного и не очень. Он хочет сказать, что каждый из нас — человек с вечной судьбой, созданный Богом из небытия, чтобы внести свой уникальный вклад в жизнь человечества.

Каждый из нас призван и назначен Господом в этом мире, чтобы выполнить то, что другие не могут сделать, в этом наша уникальность. «Мы должны любить любого нашего ближнего, как всех нас возлюбил Бог, иначе мы отвергаем Самого Христа», — так считал Антоний Сурожский. Он всегда говорил о любви как об особом чувстве, которое должно быть направлено на весь мир, на Бога и на самого себя.

О молитве …

Преподобный отметил, что для него молитва Господу была одним из самых тяжелых лет. Вполне логично, что каждое отдельное предложение доступно и, главное, понятно каждому в рамках его опыта, духовного роста, глубины веры. «В общем, многие не могут найти главного ключа, потому что обращение к Богу — это весь путь духовной жизни», — подумал Антоний Сурожский.Он долго и вдумчиво говорил о молитве, помогая верующим осознать всю силу и смысл наших обращенных ко Христу слов.

Любую молитву можно разделить на две части. Первый — это призыв: «Отче наш». Далее — три петиции. Это сын молитвенной очереди, потому что все мы дети нашего небесного отца. Затем есть прошения, которые могут служить путеводной звездой для истинного познания глубины своей веры. Небесный Отец — источник нашей жизни, воспитатель, действующий силой безграничной любви к нам. Мы все принимаем и сестер Христа по человечеству.

При молитве, по словам преподобного, часто возникает такое ощущение, будто мы призываем Господа что-то сделать. Мы молимся, пока нищие протягивают руку. И Господь послал каждого из нас в мир, чтобы построить Царство Божие, город Божий, который должен быть вместе с городом. Поэтому в молитве мы должны просить стать верными строителями этого Царства.

Господь никогда не забудет нас, дай нам хлебматериал, материал.Верующие должны искать в Боге встречи с Ним, как со словом, посланным в Евангелии. Именно там Господь показывает нам путь, путь к нему и в Царство Божье.

Со всей полнотой и искренностью Антоний Сурожский говорил о любви, молитве, дружбе и личности человека в Боге.

«Учитесь быть»

Обсуждение духовных аспектов пожилых людей — очень важный вопрос, о чем много раз говорил Антоний Сурожский. «Учись быть» — это особая проповедь, раскрывающая верующим концепции старости и проблемы, присущие этому веку.

Митрополит отметил, что в старые или пожилые годы проблемы, которые скрывались в прошлом, присутствуют в настоящем и, возможно, появятся в будущем, начинают проявляться. Мы не должны закрывать глаза на наше прошлое, необходимо иметь мужество, чтобы встретиться с ним лицом к лицу. Болезненные, уродливые, нездоровые ситуации помогают нам обрести внутреннюю зрелость и, наконец, разрешить, раскрыть эти проблемы и стать по-настоящему свободными.

Старость и решение проблем прошлого

Каждый пожилой или пожилой человек должен искать решение проблемы прошлого, если действительно существует вера в то, что Бог является Богом живых, что все мы живы в нем и существуют для него и для него.Невозможно просто сказать, что произошло примирение со злом, которое было причинено другим, необходимо смириться с обстоятельствами …

Есть еще проблема настоящего. Когда время приближает старость и забирает все, что было молодым, люди всегда сталкиваются с определенными проблемами. Физическая сила слабеет, и даже умственные способности уже не те … Большинство людей пытаются разжечь угли в угасающем пламени, желая стать такими же, как прежде.Но это главная ошибка, а искусственно надутые угли стремительно превращаются в пепел, а внутренняя боль становится только сильнее.

Вместо завершения

Трудно описать все благотворное влияние проповедей митрополита на современный мир. Прежде всего, это истинное, чистое влияние пастыря, который силой слова влияет на внутренний мир людей, на их культурную деятельность. Беседы Антония Сурожского и по сей день вселяют надежду, веру и любовь в души и сердца.Многие христиане воспринимают умершего митрополита за святого.

p>

Митрополит Сурожский Антоний. Проповеди, произведения Антония Сурожского

Вначале появилось слово … И это слово становится для каждого верующего силой, ведущей к Богу, открывающей сердце любви и доброте, заботе и созиданию. Проповеди и разговоры обращаются ко Христу даже тех, кто считает себя атеистами.

Митрополит Сурожский Антоний по праву считается глашатаем Православия ХХ века.Именно его беседы открыли для многих людей его путь ко Христу, в лоно Православной Церкви.

Владыка, на свете Андрей Блюм, родился в 1914 году в Лозанне в зажиточной семье потомственных дипломатов. Некоторое время они жили в Персии, но после прихода к власти на их родной земле большевиков путешествовали по миру, пока не обосновались в Париже. У преподобного в эмиграции было тяжелое детство. В рабочем училище, где он учился, его жестоко избили сверстники.

Обращение митрополита к Богу

В юности Андрей, которому было всего 14 лет, слушал лекции отца Сергия Булгакова. Мальчик почувствовал глубокое несогласие, решив искренне бороться с такой «ерундой, как христианство». Будущий владыка Антоний Сурожский, биография которого с тех пор стала находить иное русло, решил обратить внимание на первоисточник — Евангелие. В процессе чтения юноша ощутил незримое присутствие того, о ком он читал. ..

Митрополит Сурожский Антоний по специальности врач-хирург, что послужило причиной его участия во французском сопротивлении. По окончании войны он решил стать священником и по Божьему промыслу отправился в Англию. Именно в этой стране монах переживает одно из самых значительных событий в своей жизни.

Плохо владеющий английским языком, отец Антоний прочитал лекцию на листе бумаги, который оказался очень серым и скучным. Ему посоветовали больше импровизировать.Тогда священник возразил, что это будет смешно. «Это очень хорошо, люди будут слушать», — был ответ. С того памятного дня он всегда произносил проповеди и читал лекции без заранее подготовленного текста. Учения и наставления стали поистине драгоценным наследием Антония Сурожского. Он говорил искренне, глубоко и живо, что помогло донести православную веру до современных людей во всей святоотеческой чистоте, с сохранением евангельской глубины и простоты.

Слово Господне

Через некоторое время отец Анатолий становится предстоятелем Сурожской епархии. Сначала это был небольшой приход, открытый для группы русских эмигрантов. Под руководством лорда он стал образцовым многонациональным сообществом.

Слово монаха было услышано намного дальше верующими англичанами, показав богатство Православия многим западным христианам. Кроме того, его аудиозаписи, самиздатские книги, беседы и живые проповеди вернули многих россиян на путь Божий. Так остался в памяти верующих преподобный Антоний Сурожский. Биография Митрополита прервалась в 2003 году, он скончался в Лондоне.

Самая короткая проповедь

Владыка Антоний Сурожский решил рассказать о том, что на одной из служб он пошел проповедовать. Отец сказал: «Так же, как вчера на вечернюю службу пришла женщина с младенцем. Но она была в джинсах, платок не был завязан на голове. Я не знаю точно, кто это сделал, но приказываю этой прихожанке молитесь за эту женщину, ребенка, до конца ее дней, чтобы Господь спас их.Из-за вас она никогда не сможет прийти в церковь.«Митрополит Сурожский Антоний повернулся и ушел. Это была его самая короткая проповедь.

Труды преподобного

Антоний Сурожский, произведения которого никогда не выделялись чисто ортодоксальным богословием, известным во многих странах. Его проповеди и беседы всегда содержат своего рода православное слово Бог.Философия Бердяева сыграла значительную роль в развитии такого мышления митрополита.Прежде всего, его интересовало учение о противопоставлении личности и индивидуальности, бытия, как некоего отношения Я — Ты.

Особенности богословия

В зрелом, глубоком богословии митрополита Антония можно выделить три особенности.

  1. Евангелизация. Отличительной чертой его наставлений является то, что формально и стилистически проповеди, учения и беседы митрополита построены так, чтобы быть прочной связью между Евангелием и обычными слушателями. Кажется, что они сокращают расстояние, отделяющее современных людей от живого Христа. Каждый верующий становится участником евангельской истории, сама жизнь Антония Сурожского тому подтверждение.
  2. Литургия Преимущественно безмолвная Тайна Церкви с помощью богословия монаха принимает словесную форму. Это различие присуще не только какой-либо части обряда или таинства, но и общему телу церковного общения. Его слово звучит как священный обряд и ведет каждого верующего в церковь. Разговоры митрополита Сурожского Антония всегда воспринимались людьми с особым чувством благодати и близости к Богу.
  3. Антропология.Сам Владыка отметил такую ​​особенность своих лекций. Его слова намеренно направлены на то, чтобы внушить современнику, пугающемуся и ошеломленному современной жизнью, искреннюю веру в себя. Митрополит Сурожский Антоний раскрывает неизмеримую глубину каждого отдельного человека, его ценность для Бога и всегда присутствующую возможность общения между Христом и человеком.

Такое общение в каком-то смысле равнозначно. Люди могут обратиться ко Христу, выстраивая свое отношение к вере как к любви и дружбе, а не к рабству и господству.Именно как личное, уникальное и неповторимое общение с Господом Митрополит понимает молитву и описывает ее в своих сочинениях.

Слово владыки, обращенное к толпе прихожан, каждый воспринимал как личное обращение. Благодаря тому, что он во всей полноте сосредоточен на личности, проповеди митрополита Сурожского Антония до сих пор призывают каждого верующего к личному диалогу с Богом.

Отец любил повторять, что ощущение присутствия Господа должно быть прямым, как зубная боль.Это касается и самых достопочтенных. Тот, кто лично видел его в одиночестве или в переполненном храме, никогда не забудет, что от него исходила особая теплота истинно религиозного человека.

Сила пастырского слова

Митрополит Антоний не учитель, а пастырь. Он со всеми говорит о том, что именно нужно человеку в данный момент. Личное общение с монахом помогло многим верующим осознать всю полноту словосочетания «Бог есть любовь». Каждого человека, независимо от его занятости, плохого здоровья, истощения, он принимал как потерянного сына вернувшегося сына и чудо Божье.

Starche принимает и понимает всех людей, которые обращались к нему за помощью и советом в самых разных ситуациях. Это может быть тупик мысленного поиска, крайность последней жизни. Митрополит нес свою веру всем: православным и неправославным, нерусским и русским, атеистам и христианам. Он словно возлагает на плечи ношу, снимаемую с каждого колеблющегося и измученного человека. Взамен монах дает частичку своей уникальной свободы, которая проявляется в малом: свобода от фанатизма, бюрократии, ограниченности.Он помогает жить свободно в Боге.

Богословские беседы

Беседы Антония Сурожского посвящены главным вопросам христианской жизни и веры. Наполненное пониманием и любовью пастырское слово не раз становилось настоящим спасением для людей, столкнувшихся с непреодолимыми затруднениями и неразрешимыми противоречиями. Монах умел лечить мудростью и глубиной разговоров.

Основные вопросы, которые освещал священнослужитель, дал ответ на вопрос, что значит быть христианином, как оставаться с Богом в современном мире.Митрополит подчеркнул, что человек — друг и ученик Христа. Это значит верить в самих людей, начиная, прежде всего, с себя, продолжая со всеми другими: чужими и соседями. В каждом человеке заключена часть света Господа, и он всегда остается в нем, даже в самой кромешной тьме.

Митрополит любви

Проповеди митрополита Антония Сурожского были искренними и любовными. «Любите друг друга, как Я любил вас …» — это как раз одна из заповедей Бога.Эти слова должны доходить до наших сердец, нравиться нашей душе, но как трудно их воплотить в жизнь.

Митрополит отметил, что любовь к каждому человеку раскрывается в нескольких плоскостях: это переживание обычной, простой любви между членами одной семьи, детьми к родителям и наоборот; это радостное, светлое чувство, которое возникает между женихом и невестой и пронизывает всю тьму. Но и здесь видна хрупкость и несовершенство.

Антоний Сурожский сказал, что Христос призывает нас любить друг друга, он не делает различий.Это говорит о том, что каждый верующий должен любить абсолютно каждого человека, встречного, незнакомого, привлекательного и не очень. Он хочет сказать, что каждый из нас — человек с вечной судьбой, созданный Богом из небытия, чтобы внести свой уникальный вклад в жизнь человечества.

Каждый из нас призван и поставлен Господом в этом мире делать то, что другие делать не могут, в этом наша уникальность. «Мы должны любить ближнего своего, как всех нас возлюбил Бог, иначе мы отвергнем Самого Христа», — именно так сказал Антоний Сурожский.Он всегда говорил о любви как об особом чувстве, которое должно быть направлено ко всему миру, к Богу и к себе самому.

О молитве …

Преподобный заметил, что для него молитвенник долгие годы был одним из самых сложных. Вполне логично, что каждое индивидуальное предложение доступно и, главное, понятно каждому в рамках его опыта, духовного роста и глубины веры. «Вообще многие не могут найти самый главный ключ, потому что обращение к Богу — это целый путь духовной жизни», — сказал Антоний Сурожский.Он долго и вдумчиво говорил о молитве, помогая верующим осознать всю силу и значение нашего слова, обращенного ко Христу.

Любую молитву можно разделить на две части. Первый — это призыв: «Отче наш». Далее — три петиции. Это сыновья молитвенных рядов, потому что все мы дети нашего небесного отца. Затем приходят прошения, которые могут служить путеводной звездой для искреннего познания глубины вашей собственной веры. Небесный Отец — источник нашей жизни, наставник, действующий силой безграничной любви к нам.Мы все братья и сестры Христа в человечестве.

Во время молитвы, по словам преподобного, часто возникает ощущение, что мы призываем Господа что-то сделать. Мы молимся, как нищие протягивают руки. И Господь послал каждого из нас в мир, чтобы построить Царство Божье, город Божий, который должен быть вместе с городом человеческим. Поэтому в молитве мы должны просить стать верными творцами этого Царства.

Господь нас никогда не забудет, хлебматериал подарит, настоящий.Верующие должны стремиться встретиться с ним в Боге, как со словом, посланным в Евангелие. Именно там Господь показывает нам путь, путь к нему и в Царство Божье.

Антоний Сурожский с полнотой и искренностью говорил о любви, молитве, дружбе и личности человека в Боге.

«Учитесь быть»

Обсуждение духовных аспектов старости — очень важный вопрос, о котором не раз упоминал Антоний Сурожский. «Учись быть» — это особая проповедь, которая раскрывает верующим концепции старости и проблемы, присущие этому веку.

Митрополит отметил, что у пожилых или пожилых людей с годами начинают проявляться те проблемы, которые таились в прошлом, присутствуют в настоящем и могут появиться в будущем. Мы не должны закрывать глаза на наше прошлое; необходимо набраться смелости, чтобы противостоять этому. Болезненные, уродливые, неправильные ситуации помогают нам обрести внутреннюю зрелость и, наконец, разрешить, раскрыть эти проблемы и стать по-настоящему свободными.

Старость и решение проблем прошлого

Каждый пожилой или пожилой человек должен взяться за решение проблем прошлого, если действительно существует вера в то, что Бог есть Бог живых, что все мы живы в Нем и существуем ради Него и для Него.Невозможно просто сказать, что произошло примирение со злом, причиненным другим, необходимо примириться с обстоятельствами . ..

Есть еще проблема настоящего. Когда время приближает старость и забирает все, что было молодостью, люди всегда сталкиваются с определенными проблемами. Физические силы слабеют, а умственные способности уже не те … Большинство людей пытаются разжечь угли в угасающем пламени, желая стать такими же, как раньше.Но это главная ошибка, а искусственно задутые тлеющие угли быстро превращаются в пепел, а внутренняя боль становится только сильнее.

Вместо завершения

Трудно описать все благотворное влияние проповедей митрополита на современный мир. Прежде всего, это истинное, чистое влияние пастыря, который силой слова влияет на внутренний мир людей и их культурную деятельность. Беседы Антония Сурожского и по сей день вселяют надежду, веру и любовь в сердца и души.Многие христиане воспринимают покойного митрополита как святого.

Митрополит Антоний Сурожский. Научитесь каяться. Митрополит Антоний Сурожский: Какие грехи прощает Бог

Выше я говорил о покаянии и коснулся только вопроса исповеди. Но признание настолько важно, что я хочу остановиться на нем. Исповеди бывает два: это бывает личное, частное исповедание, когда человек приходит к священнику и открывает свою душу Богу в его присутствии; Бывает всеобщая исповедь, когда люди собираются большой или малой толпой и священник произносит за всех, в том числе и за себя, исповедь.

Я хочу остановиться на частной исповеди и обратить ваше внимание на следующее: человек исповедуется перед Богом. В учении, которое священник произносит исповедь каждого человека, сказано: «СЕ, Чу, Христос незримо стоит перед, принимая твое исповедание. Я всего лишь свидетель» . И это нужно помнить, ведь нас священник не смущает и не он нам судья. Я бы сказал больше: даже Христос в данный момент не наш судья, а сострадание к нашему Спасителю.Это очень и очень важно.

Когда мы приходим к исповеди, мы находимся в присутствии свидетеля. Но что это за свидетель? Какова его роль? Свидетели разные. Эта авария произошла на дороге. Какой-то мужчина стоял у дороги и видел, что произошло. Его спрашивают: «Что случилось?» Абсолютно все равно, кто виноват. Он просто говорит, что видел собственными глазами. Есть еще один свидетель. На суде один дает показания подсудимому, другой — в его пользу. Итак, священник.Он стоит перед Христом и говорит:

Есть третье чувство свидетеля. При заключении брака самого близкого человека приглашают в свидетели. Они те, кого Евангелие в Евангелии называют другим. Можно было бы сказать, что в нашей практике он еще и друг невесты. Мужчина, близкий к жениху и невесте, может разделить с ними самую полную радость преображающей встречи, соединяющей чудо. Священник и занимает как раз эту ситуацию.Он друг жениха. Он друг Христа, входящий ведет к жениху — Христу. Он тот, кого любовь так глубоко связывает с ходьбой, что готов разделить ее с трагедией и привести к спасению. Под трагедией я имею в виду что-то очень и очень серьезное. Я помню одного преданного, который однажды спросил:

Как так получается, что каждый человек, который приходит к вам и рассказывает о своей жизни, даже не чувствуя покаяния и сожаления, внезапно покрывается ужасом, прежде чем он становится грешником? Он начинает каяться, исповедоваться, плакать и меняться.

Этот преданный сказал замечательную вещь:

Когда ко мне приходит человек со своим грехом, я воспринимаю этот грех как свой собственный, потому что этот человек и я — одно. И те грехи, которые он совершил, я обязательно совершил мыслью, или желанием, или возбуждением. И поэтому я беспокоюсь о его признании как о своем собственном. Я спускаюсь по ступенькам за ступенькой в ​​глубине его тьмы. Когда я дохожу до самой глубины, я связываю его душу со своей собственной, и я раскаиваюсь своей душой в грехах, в которых он признается, и которые я признаю своими собственными.Затем он покрывается моим раскаянием и не может раскаяться. Он получает освобождение, и я по-новому каюсь в своих грехах, потому что мы едины с ним в сострадательной любви.

Это крайний пример того, как священник может подойти к покаянию любого человека, так как он может быть другом жениха, как он может быть тем, кто ведет к спасению. Священник для этого должен научиться состраданию, научиться чувствовать и осознавать себя объединилось С курением. Давая слова разрешающей молитвы, она превалирует над их учением, что также требует честности и внимания.

Иногда бывает, что во время исповеди священнику очевидно, как бы от Бога, от Духа Святого, то, что он должен сказать то, что он может сказать. Ему может казаться, что это не относится к делу, но он должен повиноваться этим голосам Бога и произнести эти слова, чтобы сказать, что Бог вложил его в душу, в сердце и разум. Если он это сделает, даже в тот момент, когда это не относится к признанию, которое он принес, он скажет то, что вам нужно. Иногда священник не чувствует, что его слова исходят от Бога.Апостол Павел тоже был. В своих сообщениях он не говорит об этом: «Я говорю вам имя Бога, именем Христа, и это — я говорю вам от себя. Это не наследие, это то, что я узнал от моих личный опыт, и я поделюсь с вами этим опытом, своим греховным опытом, своим раскаянием и тем, чему меня научили другие люди, которые чище и достойнее меня ». И бывает, что этот священник не может сказать. Затем он может сказать то, что он читал от святых отцов или читал в Священном Писании.Он может предложить вам, вы обдумайте это, подумайте, и, возможно, через эти слова Священного Писания Бог скажет вам то, что он не мог сказать.

А иногда честный священник должен сказать следующее:

Душа у меня с тобой с тобой во время твоей исповеди, но я не могу тебе ничего сказать.

У нас есть пример этого в лице преподобного Оптинского Амвросия, к которому люди дважды приходили и открывали свою душу, свою нужду и который три дня держал их без ответа.Когда на третий день в обоих случаях (это были разные случаи, они не сходились) они пришли к нему за советом, он сказал:

Что я могу ответить? Три дня я молился Божьей Матери просветить меня и дать мне ответ. Она молчит. Как я могу говорить без ее милости?

В частной, личной исповеди человек должен прийти и душа его излить Не заглядывать в книгу и не повторять чужих слов. Он должен поставить перед собой вопрос: если бы я стал перед лицом Христа Спасителя и перед лицом всех людей, которые меня знают, какой я стал бы для меня предметом стыда, что я не мог бы открыто с готовностью перед всеми, потому что было бы слишком страшно от того, что они видят меня, как я вижу себя? Вот в чем надо признаться. Задайте себе вопрос: если бы моя жена, мои дети, самый близкий друг, мои коллеги узнали бы обо мне или еще что-то, было бы стыдно или нет? Если тебе стыдно — признайся. Если все-таки мне было бы стыдно открывать Бога, который это уже знает, но от которого я пытаюсь это скрыть, мне было бы страшно? Было бы страшно. Откройте это Богу, потому что в тот момент, когда вы открываете его, все, что помещается в свет, создается светом. Тогда можно признаться и произнести признание свое, а не трафаретное, чужое, пустое, бессмысленное.

Вкратце скажу об общем признании. Общее признание можно произносить по-разному. Обычно произносится: люди идут, священник произносит любую вводную проповедь, а затем, как по книге, произносит наибольшее количество грехов, которое он ожидает услышать от присутствующих. Эти грехи могут быть формальными, например: невыполнение утренних и вечерних молитв, несоблюдение канонов заботы, несоблюдение должности. Это все формально. Неформально в том смысле, что перечисленные грехи могут быть реальными Для некоторых людей это может быть даже для священника. Но это не обязательно настоящие грехи этих людей. Настоящие грехи разные.

Расскажу, как провожу генеральную исповедь. У нас такое бывает четыре раза в год. Перед общим исповеданием я провожу две беседы, нацеленные на то, чтобы понять, что такое исповедь, что есть грех, чем истина Божья, чем жизнь во Христе. Каждый из этих разговоров длятся три четверти часа. Все в колледже сначала сидят, слушают, потом наступает получасовая тишина, в течение которой каждый должен думать об услышанном; Подумайте о своей греховности; посмотри на свою душу.

И еще есть обычное признание: мы идем посреди церкви, я помещаю это на Эпитрохиле, перед нами Евангелие, и обычно я читаю Канон мести Господу Иисусу Христу. Под влиянием этого канона я говорю вслух свое собственное признание о формальностях, но о том, что говорит моя совесть и что открывает передо мной читающий меня канон. Каждый раз исповедь разная, потому что слова этого канона мне отказывают по-разному, по-другому. Я раскаиваюсь перед всеми людьми, называю вещи своими именами, чтобы они потом упрекали меня именно в каком-то конкретном грехе, и чтобы каждый грех открывался им как мой собственный. Если я не чувствую, произнося это признание, что я действительно повторяю, тогда это я говорю как признание. «Прости меня, Господь. Я сказал эти слова, но они не достигли моей души» .

Это признание обычно длится три четверти часа, или полчаса, или сорок минут, в зависимости от того, что я могу найти для людей. При этом люди молча исповедуются, а иногда и громко говорят: «Да, Господи. Прости меня, Господи. И я виноват в этом.«. Это мое личное исповедание, и, к сожалению, я настолько грешен и так похож на всех, кто в то же время, что мои слова открывают перед людьми их собственную греховность. После этого молимся; читаем часть покаянный канон; Читаем молитвы перед Святым Причастием: Не всех, а Избранных, которые относятся к тому, что я сказал и как я исповедался. Затем каждый встает на колени, и я произносю общую разрешительную молитву, чтобы каждый, кто считает нужно было подойти и отдельно рассказать о том или ином грехе, можно было сделать это свободно. Я знаю по опыту, что это признание учит людей произносить личные исповеди. Я знаю многих людей, которые говорили мне, что они не знают, что прийти к признанию, что они согрешили против многих заповедей Христа, они сделали много плохого, но они не могут собрать это в раскаявшуюся исповедь.

И после такого исповедания, обыкновенного, люди подходят ко мне и говорят, что теперь они знают, как исповедовать свою душу, что они этому научились, опираясь на молитвы церкви, на повторяющийся канон, на то, как я сам исповедовал Его душу и чувства других людей, которые были восприняты той же конфессией, что и их собственная.Поэтому после общих разрешений на молитву подходят и исповедуются люди, которые считают, что у них должно быть что-то конкретное, чтобы писать отдельно. Думаю, это очень важно: общая исповедь становится уроком, как исповедоваться лично.

Ко мне иногда приходят люди, которые вычитали из меня длинный список грехов, что я уже знаю, потому что у меня такие же списки. Я их останавливаю.

Вы не исповедуете наши грехи, — говорю им, — вы исповедуете грехи, которые можно найти в Номоканоне или в молитвенных комнатах.Мне нужно твое исповедь, а точнее надо твое личное Покаяние, а не простое экранное покаяние. Вы не чувствуете себя обличенными Богом за вечную муку, потому что не читали вечерних молитв, или не читали канон, или не пристегивались.

Иногда бывает: человек пытается поститься, потом срывается и чувствует, что весь свой пост осквернил и от его подвига ничего не остается. На самом деле все не совсем так, Бог смотрит на него другими глазами.Я могу пояснить это одним примером из своей собственной жизни. Когда я был врачом, я жил в одной очень бедной русской семье. Деньги не взял, потому что денег не было. Но как-то в конце Великого Поста, во время которого я голодал, если можно так сказать, жестоко, то есть не нарушая никаких установленных законом правил, меня пригласили на обед. И оказалось, что на протяжении всего поста собирали гроши, чтобы купить маленького цыпленка и угостить меня. Я посмотрел на этого цыпленка и увидел в нем конец моего красивого шага.Конечно, я съела кусок курицы, я не могла их оскорбить. Я пошел к своему духовному отцу и рассказал ему о том, что случилось со мной горе, что я постился весь пост, можно вообще сказать, а теперь на страстной садмике съел кусок курицы. Отец Афанасия посмотрел на меня и сказал:

Вы знаете? Если бы Бог посмотрел на вас и увидел, что у вас нет грехов и кусок курицы, вы можете осквернить вас, он защитит вас от нее. Но он посмотрел на тебя и увидел, что в тебе столько греховности, что ни одна курица не могла еще осквернить.

Думаю, многие из нас могут вспомнить этот пример, чтобы не слепо соблюдать устав, а быть в первую очередь честными людьми. Да, я съела кусок этого цыпленка, но съела его, чтобы не огорчать людей. Я съел ее не как что-то больное, а как дар человеческой любви. Я запомнил место в книгах отца Александра Шмемана, где он говорит, что все в мире есть не что иное, как любовь к Богу. И даже пища, которую мы едим, — это божественная любовь, ставшая съедобной . ..

Митрополит Сурожский Антоний
О признании

1

Часто меня спрашивают: как признаться? .. И ответ на это самый прямой, самый решительный может быть такой: исповедь, как будто это твой смертный час; Подумайте, как если бы это был последний раз, когда вы можете принести покаяние на Землю, прежде чем войти в вечность и предстать перед судом Божьим, как если бы это был последний момент, когда вы можете сбросить бремя долгой жизни с бременем долгая жизнь и грех войти в Царство Божье. Если бы мы так думали об исповеди, если бы мы стали перед ней, зная — не только воображая, но твердо зная, — Что мы можем в любой момент, в любой момент умереть, то перед нами не было бы так много праздных вопросов. ; Тогда наше исповедание было бы беспощадно искренним и правдивым; Она была бы натуральной; Мы бы не пытались обойтись тяжелыми, оскорбительными для нас, унизительными словами; Мы произнесем их со всей остротой правды.Мы бы не думали о том, что мы говорим или что-то сказать; Мы сказали бы все, что в нашем сознании кажется неправдой, грехом: все, что делает меня недостойным моего человеческого ранга, моего христианского имени. Не было бы в душе ощущения, что нужно защищаться от тех или иных резких, беспощадных слов !; Мы бы не ставили вопрос, нужно ли что-то или что-то говорить, потому что знали бы, с чем можно войти в вечность, а с вечностью войти нельзя… Вот как мы должны признаться; И это просто, просто страшно; Но мы этого не делаем, потому что боимся этой беспощадной, простой прямоты перед Богом и перед людьми.

Теперь будем готовиться к Рождеству; Вскоре начинается предорганная почта; Это время, образно напоминающее нам, что Христос грядет, что Он скоро будет среди нас. Затем, почти две тысячи лет назад, он пришел на Землю, он жил среди нас, он был одним из нас; Спаситель, он пришел вернуть нас, дать нам надежду, уверить в божественной любви, заверить нас, что все возможно, если только мы верим в него и в себя… Но теперь приходит время, когда он становится перед нами — Либо в час нашей смерти, либо во время последнего суда. И тогда он будет стоять перед нами с распятым Христом, с его руками и ногами, втыкая гвозди, раненый в лоб, и мы посмотрим на это, и увидим, что он распял, потому что мы согрешили; Он умер, потому что мы заслужили смертный приговор; Потому что мы были достойны вечного от Бога осуждения. Он пришел к нам, стал одним из нас, жил среди нас и умер из-за нас.Что мы тогда говорим? Суд не в том, что он нас осудит; Суд будет в том, что мы увидим, кого мы убили их грех и кто стоит перед нами со всей своей любовью … — Чтобы избежать этого ужаса, мы должны стоять на каждом исповедании, как будто это наш смертный час , последний момент надежды, прежде чем мы его увидим.

2

Я сказал, что каждое исповедание должно быть таким, как если бы оно было последним исповеданием в нашей жизни, и что это исповедание должно быть резюмировано, потому что любая встреча с живым Богом-Промыслом последнего, окончательного, решающего в нашей судьбе.Вы не можете встать перед Богом и не уйти оттуда ни оправданным, ни осужденным. И вот вопрос: как подготовиться к исповеди? Какие грехи принести Господу?

Во-первых, каждое признание должно быть сугубо личным, моим, а не каким-то общим, и моим, потому что моя собственная судьба решена. И поэтому, как бы несовершенно ни было мое испытание над собой, начинать нужно именно с него; Мы должны начать с того, что зададим себе вопрос: что я собираюсь делать в своей жизни? Что я хочу скрыть от лица Бога и что я хочу скрыть от суда собственной совести, чего я боюсь? И этот вопрос не всегда легко решить, потому что мы так часто привыкли прятаться от собственного справедливого судебного разбирательства, что, когда мы смотрим на себя с надеждой и намерением узнать правду о себе, нам чрезвычайно трудно; Но с этого нужно начать. И если бы мы ничего другого не принесли к исповеди, это была бы настоящая исповедь, моя, моя.

Но, кроме этого, есть еще много чего. Мы должны оглянуться и вспомнить, что люди думают о нас, как они реагируют на нас, что происходит, когда мы оказываемся в их среде — И мы найдем новое поле, новую основу для испытания себя … Мы знаем, что мы не всегда приносят в судьбы людей радость и мир, правду и добро; Стоит взглянуть на ряд наших самых близких знакомых, людей, которые таковыми являются или являются нами, и становится ясно, какова наша жизнь: сколько я ранил, сколько людей ходило вокруг, сколько людей как-то соблазняли.И теперь перед нами новый двор, потому что Господь предупреждает нас: что мы сделали с одним из малых, то есть с одним из людей, братьями его меньшего, то мы сделали его. А потом вспомните, как люди судят о нас: часто их суд более раннего и справедливого; Часто мы не хотим знать, что люди думают о нас, потому что это — правда и наше осуждение. Но иногда бывает иначе: люди нас ненавидят и любят несправедливо. Ненависть несправедливо, как иногда бывает, что мы поступаем по истине Божьей, и эта правда им не подходит.И они любят нас часто несправедливо, потому что они любят нас за то, что мы слишком легко вписываемся в фальшивую жизнь, и они любят нас не за добродетель, а за нашу измену Богу, за истину.

И здесь надо еще раз сказать суд и знать, что иногда нужно отменять в том, что люди хорошо относятся к нам, что люди нас хвалят; Христос снова предупредил нас: горе тебе, когда все будут хорошо о тебе говорить …

И, наконец, мы можем обратиться в суд Евангельска и задать себе вопрос: как судил о нас Спаситель, если он смотрел — как он на самом деле — На нашу жизнь?

Проверьте эти вопросы, и вы увидите, что исповедь вашей воли уже стала серьезной и вдумчивой и что больше не нужно доводить до исповеди ту пустоту, ту детсадовскую длиннолицую тинет, которую часто приходится слышать.И не привлекайте других людей: вы пришли исповедать свои грехи, а не чужие грехи. Обстоятельства греха важны только в том случае, если они делают ваш грех и вашу ответственность; И рассказ о том, что произошло, почему и как — Никакого отношения к исповеди; Это только расслабляет сознание вины и дух покаяния . ..

Теперь приближаются дни, когда вы, вероятно, все попадете в ловушку; Начните готовиться сейчас, чтобы принести взрослое, вдумчивое, ответственное и чистое признание.

Я уже говорил о том, как можно испытать мою совесть, начиная с того, в чем она нас упрекает, и продолжая тем, как люди относятся к нам. А теперь мы сделаем еще один, последний шаг в этом испытании нашей совести. Наш последний суд не принадлежит нашей совести, принадлежит не людям, а Богу; И его слово, и его суд ясны нам в Евангелии — Лишь в редких случаях мы можем задуматься и просто относиться к этому. Если мы с простотой сердца согласны со страницами Евангелий, не пытайтесь извлечь из них больше, чем мы можем принять, и даже больше — Больше, чем мы можем сделать в жизни, если будем честны и справедливы. Обращаясь к ним, мы видим, что сказанное в Евангелии можно разделить на три категории.

Есть вещи, справедливость которых нам очевидна, но которые не волнуют нашу душу — Мы договоримся о них. То есть, мы понимаем, что это так, мы не заботимся о них против них, но мы не трогаем эти образы жизнью, они очевидны, простая правда, но жизни созданы не для нас. Эти Евангельские места предполагают, что наш разум, наша способность понимать вещи стоят на границе чего-то, чего мы не можем постичь ни волей, ни сердцем. Такие места обречены на уют и, в противном случае, эти места требуют, чтобы мы, не дожидаясь, чтобы наше холодное сердце согревалось, определялось волей Бога, просто потому, что мы — слуги Amplook.

Есть и другие места: если мы добросовестно отреагируем на них, если мы честно взглянем на нашу душу, мы увидим, что мы отворачиваемся от них, что мы не согласны с Божьим судом и с волей Господа, что если бы мы имели грустная храбрость и сила Возмутились бы, тогда мы сдержали бы то, как сдерживали в наше время и как подняться из века в век все, кому вдруг станет ясно, что мы страшны заповеди Господа о любви, требующей жертв от нас, полное отречение от любого «я», от любого эгоизма, И часто мы хотели бы не быть им.Итак, вокруг Христа, вероятно, было много людей, которые хотели от него чуда, чтобы быть уверенными в том, что заповедь Христа истинна и может выполняться без опасности для его личности, для его жизни; Наверное, были те, кто пришел к страшному распятию с мыслью, что если он не слезет с креста, если не произойдет чуда, значит, значит. Он был неправ, значит, он не был Божьим человеком, и вы можете забыть его ужасное слово о том, что человек должен умереть и жить только для Бога для других.И мы так часто окружаем уста Господа, ходим в церковь — Однако с осторожностью: впрочем, Господь не уязвим перед смертью и не потребовал от нас того, что есть у нас, отречения от самих себя .. Когда в отношении заповеди любви или определенной общепринятой заповеди, в которой Бог разъясняет нам бесконечное разнообразие вдумчивой, творческой любви, мы находим это чувство, тогда мы можем измерить, насколько далеко от Господа Духа, от Lord of Will, и мы можем вынести прогрессивный суд над собой.

И, наконец, есть места в Евангелиях, которые мы можем передать словами путешественников в Эммаус, когда Христос разговаривал с ними по дороге: разве наши сердца не горели внутри нас, когда Он говорил с нами в пути? ..

Эти места, пусть немногие, мы должны быть драгоценными, потому что они говорят, что есть что-то в нас, где мы и Христос — Один дух, одно сердце, одна воля, одна мысль, что мы уже что-то плакали с Ним, что-то было уже стал моим. И мы должны сохранить эти места в памяти как драгоценности, потому что мы можем жить на них, не борясь с плохим в нас, но пытаясь дать образ жизни и победу, которые у нас уже есть божественное, уже живое, уже готовое преобразовать и преобразовать. и стать частью вечной жизни.Если мы внимательно присмотримся к празднованию каждой из этих групп событий, заповедей, слов Христа, то у нас быстро появится наш собственный образ, нам станет ясно, кто мы, и когда мы придем к исповеди, а не только суд нашей совести будет нам ясен не только судом человеческим, но и судом Божиим; Но не только как ужас, не только как осуждение, но как явление целого пути и всех возможностей, которые у нас есть: возможность каждое мгновение становиться и все время быть просвещенными, с плохим лицом, прыгающими людьми, то, что мы иногда, и возможность Победить в себе, ради Христа, ради Бога, ради собственного спасения, что нам чуждо, что мертво, то не будет возможности Царство Небесное.Аминь.

Я потратил на вас столько слов, что уже не знаю, что еще сказать, что было бы полезно. Постараюсь сказать, что сейчас у меня в душе.

Во-первых, поле слова. Он основан на «внимании» и дал наше слово «трепет» по-русски по-русски, то есть такое сознание и такое чувство к Богу, или к его Родине, или к какому-то герою Духа, что вызывает у нас трепет, в Это внутреннее безмолвное восхищение, которое нужно сохранить перед этим событием или этим существом.

И вот момент — это момент, когда мы можем и должны собрать себя (самих себя), собрать свои мысли и сосредоточить их на том, что может вызвать у нас чувство ужасного благоговения перед чем-то очень великим, очень святым. Мы можем поклоняться с с любовью и с внутренним трепетом.

Мы часто используем выражение в молитвах «страх Божий». И нам нужно четко понимать и помнить, что страх Божий не должен иметь ничего общего со страхом. Мы не сможем принести Богу радость, если будем просто бояться Его и со страхом, из страха — как сильно нужно стремиться исполнить Его волю.

Есть афоризм французского писателя: «Ты делаешь добро и избегаешь зла, потому что только ты боишься наказания. Как будто я хотел, чтобы ты наказать тебя боялся, но продолжал творить добро и избегать зла.«

Это также может побудить нас сказать: я не хочу, чтобы вы творили добро, потому что вы желаете награды, или избегали зла, потому что вы боитесь последствий. Хотелось бы, чтобы вы хорошо работали, потому что это вас увлекает, потому что в нем красота, потому что в добре — избыток жизни, радость; И чтобы вы избегали зла, потому что зло — уродство … Зло влекло нашу душу, но, кроме того, через нас движется все вокруг: и человеческие отношения, и люди, и природа, и вся система мироздания.

Авва Дорофей говорит о страхе перед Богом: страх перед рабом случается, когда человек боится наказания и поэтому по-новому пытается исполнить волю Бога только для того, чтобы избежать наказания.

Есть еще один страх: страх наемника, который пытается выполнить волю своего хозяина, в надежде, что он получит какую-то награду.

И есть третий жезл страха, который, должно быть, свойственен нам, считает: этот страх — как бы не огорчать любимого и любящего. Все мы так или иначе знаем этот страх по отношению друг к другу.Мы стараемся не обижать своих друзей, не расстраивать тех, в любви к которым они уверены и которые любят себя, даже если они очень несовершенные.

Этому страху, который раб испытывает по отношению к жестокому хозяину, мистеру, нет места в наших человеческих отношениях, если они хоть какие-то здоровые. И страх наемника тоже низкий, низкий жезл страха.

Хотел ли кто-нибудь из нас заработать любовь, привязанность, внимание, поддерживая другого человека только для того, чтобы приспособиться к его воле, приспособиться к его надеждам и желаниям? Мы это почувствовали и пережили как взятку.Это предательство человеку, это даже не попытка его порадовать, помочь ему.

И эти концепции нам нужно особенно применить к нашим отношениям с Богом. Мы знаем, мы знаем из священной истории, из всего содержания нашей веры, что мы любимы Богом. Поэтому мы могли бы рассматривать всю нашу внутреннюю жизнь, все проявления нашей внутренней жизни, то есть всю нашу жизнь в целом, как стремительное желание доставить удовольствие тому, кто может так любить нас — Богу.

Вся цель христианской жизни, по сути, могла быть поставлена ​​для того, чтобы доказать Богу, что он не напрасно любил нас всей своей жизнью, всей своей смертью, всем своим существом.Если бы мы так думали о христианской жизни, она превратилась бы в победоносное шествие. Наша христианская жизнь будет построена как жизнь двух людей, любящих друг друга, — чуть не сказал я: двух влюбленных. Но это.

И что Бог любит нас — мы знаем из Священного Писания, мы знаем даже о том, может ли быть небольшой, плохой опыт, как мы сами относимся к Богу. Вы, наверное, помните в послании к Коринфянам место, где апостол Павел говорит о любви: любовь все терпит, любовь все надеется, любовь всему верит, любовь никогда не прекращается … (см. 1 Кор. гл. 13).

Подумайте о том, как Бог принадлежит нам, и задайте себе вопрос: на самом деле я, что я на самом деле, могу ли я так любить? Могу ли я любить себя так, чтобы, несмотря на все мои предательства, на мою неправоту — надеяться на все? Вы никогда не ходили к Богу в Боге, веря в меня? Его любовь всегда оставалась неизменной? . .

Иногда в жизни мы при общении встречаемся с чем-то, что может служить сходством, если хотите, о чем я говорю. Когда я был мальчиком лет десяти, я ничего не знал о Боге и не хотел знать, он для меня не существовал.

Но в детском летнем лагере я встретил священника, который поразил меня тем, что я понял только много-много лет спустя. Он, мальчики, любил нас, «любил неизменно. Он любил нас не в награду за то, чем мы были для хороших детей, он не мешал нам любить, когда мы были недостойны его доверия, его любви, его наставлений».

Он любил нас даже, теплой, нежной любовью, — с той лишь разницей, что когда мы были с хорошими детьми, его любовь светилась радостью, была разложением нас, а когда мы исчезли из добра, его любовь превратилась в острую боль и сострадание.

Его боль заключалась не только в том, что он так многого от нас ожидал, на что надеялся — и был разочарован. Это было не так; И в том, что он увидел нас, какими мы должны были быть, и с болью, с ужасом, именно с состраданием мы исчезли из этой красоты, того благополучия, которое могло быть нашим.

Меня это поразило очень глубоко, я был очень привязан к этому священнику, но я понял только много лет спустя, когда меня внезапно поразило, что это была любовь Бога по отношению к Его творению.Бог создал целый мир, он доверил этому миру жизнь, то есть способность свободно развиваться, мириться, расти, вникать и все больше входить в беседу с самим собой, и через это становится святыней.

Он создал человека, которому была дана не только как бы органическая свобода, но и понимание стезей Бога. И он создал нас, зная, что рано или поздно мы можем остыть, мы можем упасть, мы можем быть неверными ему и себе.

И все же он создал нас, — создал с полной верой в то, что его поступок не был нарисован, создан с полной надеждой на нас, создан, зная, что его любовь никогда не остынет, что он никогда не отвернется от нас, даже если бы мы были от Получается или приближаются.И эта вера, эта надежда, эта непоколебимая любовь были в истории Вселенной не только чувством, но и чем-то большим.

Я приводил вам несколько раз отрывок из живого выступления Аввакума Протопопа, где он сам цитирует античного писателя, который описывает жертвенный совет, то есть встречу внутри Святой Троицы перед сотворением мира: «И Отец сказал: Мой сын, сотворит мир и человека. — И сын ответил: Да, Отец. — И Отец продолжил: Но человек исчезнет от нас, изменит свое призвание, и для того, чтобы вернуться в Блаженство, тебе придется стать мужчиной и умереть за него… и сын ответил: да будет так, батюшка! .. «

И мир был создан; И в глубине, в недрах Святой Троицы, вне времени и пространства оказался сын к тем, кого апостол Павел называет Агнцем Божьим, запущенным перед сотворением мира. Он будет принесен в жертву, умрет от любви, чтобы спасти тех, кто изменит свое призвание и отвернется от Бога и Отца, кто перестанет быть детьми Бога и не сможет призывать Бога, чтобы Бог мог видеть только непостижимое, величественное и ужасное. Бог в этом.Мы встречаемся в некоторых частях Ветхого Завета.

И весь этот смысл нашей христианской жизни можно свести к очень простому: убедить Бога в том, что он не растратил нас напрасно, убедить Бога, что он не напрасно, на все надежды, убедить его, что его никогда не умирающая любовь была ответ в наших сердцах. Вся цель христианской жизни — радовать Бога: да, мы все это поняли и, соответственно, хотим жить с этим.

Я сказал «мы хотим», потому что мы живем не по высшим, светлым чаяниям нашей души.Живем порывами. Бывают светлые моменты, когда в душе вдруг все становится ясно, бывают моменты потемнения.

Но находимся мы в свете мира или в сумерках, или даже в том, что нам кажется непроницаемой тьмой, мы можем продолжать верить и надеяться. Надеюсь, потому что мы знаем: что бы ни случилось с нами, Бог никогда не оставит нас, никогда не осознает в нас, Его надежда никогда не умрет.

Бывают моменты, когда тьма сгущается настолько, что нам с трудом удается спасти свою веру.Есть рассказ из жития святого Антония Великого. На него напали ужасные искушения; Он боролся, боролся, боролся и, наконец, упал на землю и лежал в полном изнеможении; И в этот момент перед ним предстал Христос. И даже не сумев подняться, чтобы поклониться своему Богу и Спасителю, Антоний сказал ему: «Господи, где ты был, когда я дрался, и когда это было так страшно?» И Христос ответил ему: «Я невидимый стоял рядом с тобой, готовый вступить в бой, лишь бы ты пролился».

И мы должны помнить, что даже в моменты, когда это делается так темно и так страшно, когда все непроницаемой тьмы, не видно света, перед нами нет пути — мы должны помнить, что тот, который позвал себя путь — рядом с нами и что сама тьма у нас.

И когда мы продолжаем быть разумными, очень важно поставить вопрос именно так, как я его выразил: что вся цель жизни — дать Богу хотя бы момент радости, чтобы он понял, что любит это, хотя мы не знаю, как быть верным до конца, но есть проблески верности; что мы все напрягаем свои силы, чтобы понять, что он не зря жил, он не умер напрасно: мы это понимаем и в ответ на его любовь делаем все, что наши силы, чтобы его любовь оправдалась, Его Надежда оправдалась , Его вера в нас была оправдана.

Если так думать о нашей духовной жизни, то это делается с чем-то положительным, это не попытка «оправдаться» перед Богом, я не пытаюсь «слушать» его, не пытаюсь «избежать вечных мучений». Мучение ничто по сравнению с тем, что, внезапно оказавшись перед Богом, мы бы поняли: единственное, что мы можем принести Богу, это любовь, — а мы этого не делали …

В этот момент неожиданно выясняется, что все попытки избежать муки, «исцелить» перед Богом ничего не значат, если не вложено сердце.А сердце означает — много любви к нему и, главное, веры в его любовь.

И поставьте перед собой вопрос: как вы строите свою внутреннюю духовную жизнь? Она искреннее желание — да, я скажу, что это смешно, — утешить бога в том, что ему пришлось отдать свое единственное общество смерти из-за того, что мы ошибались, утешали и не верили в его любовь И строим свою жизнь, как будто мы рабы или наемники, а не сыновья и дочери.

Если у вас есть вопрос, доступно ли это нам, возможно ли это, Саровский понятен СПб. Серафима, он ясно отвечает, что определяется только одно различие между умирающим грешником и воскрешающим святым. Решительность бороться — за свет; Не сражайтесь против тьмы, а за свет.

Образно говоря, бороться с тьмой можно только для того, чтобы открыть свет. Если в каморке или в комнате темно, единственный способ прогнать тьму — это открыть ставни, задвинуть шторы, дать свету пролиться через окно, где только что царила тьма. Решительность — открыть занавеску, открыть ставни, убрать то, что Бог не дает Богу.

В книге Откровения есть слова: Я стою у двери и стучу … Бог постоянно стучит в наше сердце, в наше сознание, в нашу волю, даже в наши плотские твари стучит: есть ли у меня место в вашем? в уме, в сердце, в теле, в воле, во всех силах души и тела? Открой, дай мне влезть, и ты увидишь, что с моим входом уйдет свет, придут сила и жизнь, и возможно, что раньше это казалось совершенно невозможным …

И снова мы задаем себе вопрос: есть ли у нас решимость Бога доставлять радость, точно так же, как когда, общаясь друг с другом, особенно с любимым человеком, мы думаем о том, как доставить ему удовольствие, как его утешить, как поможет ему. В этом все содержание нашей жизни.

Конечно, в то же время мы должны бороться с нашим несовершенством, с нашей незрелостью, полуслепыми. Но чтобы победить, надо спешить с тем, что Бог дает жизнь, а не против того, что жизнь берет. Я хочу сказать, что необходимо постоянно искать то, что уже растет вместе с Христом. Я говорил об этом много-много раз, но боже мой! — Это самое главное, что мы можем сделать!

Как часто я говорю: «Здесь я читаю Евангелие, и каждая строчка трогает меня.Постоянно нахожу в нем осуждение, и чем больше читаю, тем меньше надежды, меньше радости. «

Какое лучшее чтение Евангелия! Евангелие — это книга, в которой нам открыта любовь Бога к нам, книга, в которой Бог предупреждает нас, что должно уйти от того пути, чтобы этот путь стал счастливым и правильным, чтобы идти к Богу, и чтобы Бог мог достичь нас; Так что в какой-то момент это был не наш путь, и сам Бог присоединился к нам, так что он был нашим путем …

Я повторяю то, что говорил много раз. Читая Евангелие, произнесите те отрывки, которые поражают вас в самое сердце, из которых сердца внезапно глотают какой-то свет в разум, которые внезапно исполняются (усиление — прим.) Собираем нашу волю, соберем наши силы и телесные и духовные. Это момент, когда оказывается, что мы уже созрели, чтобы понять, что делает Христос или что происходит вокруг него.

Все это в нас уже созрело, мы одни из людей в толпе, которая это окружает; но не просто человек в толпе, который не понимает, что говорит Христос, а человек, который может поставить вопрос и получить ответ, или человек, который слушает его речь и получает ответ на вопрос уже в ней, созрел, хотя сам этот вопрос я даже не ставил.

А вот — евангелие читай так. Задайте свой вопрос: что общего между мной и Христом? Если я могу вздрогнуть от того, что я читаю, от того, что я слышал в Евангелии, это означает, что в этом, может быть, очень маленьком, Христос и я уже одновременно, у нас только одна душа, Одна мысль.

Ой, это не значит, что я что-то осознал, я могу прожить один день, оставаясь верным. Но я должен знать, что это уже как частица образа Бога во мне, которая не осквернена, которая очищена, и эту частицу мне нужно защищать как святыню, потому что в этом Христе и я похожи друг на друга, мы согласны, мы единодушны, у нас нет ответа, у нас общая воля.

Задайте себе вопрос: читаю Евангелие, читаю послания. Какие места попали мне в сердце? Какие места для меня имеют смысл? И когда вы находите эти места — пусть будет одно, два или три — снова задайте перед вами вопрос: поверил ли я, что внезапно это открылось так же истинно, как жизнь, как радость, как свет? .. Если нет, мне нужно покаяться. Необязательно каяться в бесчисленном друге, который можно найти в Священном Писании, что оно осуждает нас в несовершенстве, — каяться в том, что я изменил себя и Христа там, где мы уже были объединены.

Подумайте об этом и поместите себя в будущее в будущее, чтобы построить свою жизнь так, чтобы никогда не нарушать того факта, что вы уже открылись как Христос, чтобы построить свою жизнь так, чтобы это было утешением и радостью для Бога.

И не только Бог, но и Богородица. Она подарила нам сына. Она никогда не пытается отвлечь его от крестного отца, к которому он пошел. Когда он еще лежал в ясли Вифлеема, мудрые волхвы принесли свои дары: ладан — как Бог, золото — как царь, но потом Миро принес младенца в яслях — в знак смертности.Он только родился — а на нем уже был знак смерти.

В этом младенце мы можем видеть, что такое любовь Бога. Она дана нам, подарена нам определенно, неактуально; Это зависит от того, как мы на это реагируем. Мы снова задаем вопрос, который можно было бы задать в отношении человека. Человек любит нас всем творением; Как мы ответим на эту любовь? Вы можете задать этот вопрос в отношении людей, которые вас любят, и людей, которых вы любите или испытываете судороги, или постоянной, верной, глубокой любви. И сравните, что такое ваша любовь, ваша преданность любимому и любящему человеку и Богу.

Испытайте свою душу, свое сердце, свои мысли, как я пытался это представить и как я пытаюсь это сделать. А потом путь к спасению — да, это будет борьба, это будет непрекращающаяся битва, но радостью, просящей света, к жизни, к объединению. Так живи — стоит искать Бога.

И ища Бога так, мы находим себя, потому что только вдохновленные, поскольку мы делаем, как Христос, родственники Ему, раскрывают нашу истинную сущность в нас, что так удивительно со Святой Иринем Лион: он говорит, что когда полнота завершена , то Мы все в единстве со Христом и силой Духа Святого, по отношению к Богу и Отцу уже не приемные дети, а все вместе — единственный зверь своего сына.

Митрополит Антоний Сурожский

Три жизненных состояния жизни (по
PS Никита Стами):

а) плотское — мужчина полностью
Задает и удовольствия, и удовольствия. Омраксийское состояние: страсть как
Высокие стены отделяют человека от Бога. Люди портят свой разум видимым, борьбой за достижение земных благ;

б) психические — люди очевидных грехов не
делать, но и в добродетелях и выполнении заповедей божьих не работают (духовно
расслаблены). Нет настоящей любви к Богу, близости, нет смирения, сострадания;

в) духовное состояние — память о
Боге, очищении от греха, соблюдении заповедей. Сообщение, молитва, отвержение
телесных и духовных грехов. Любовь к Богу и ближнему.

Ред. Никон
Оптина

Самые испорченные и пожалованные
Наша воля, как грех, как умение действовать и реализовывать намерения
человек.

В частности, человек оказывается
Необъявленным в своем завещании, где истинное христианское приветствие заключается в реализации —
По крайней мере, он хотел этого добра… о валике завещания AP. Павел говорит:

(Рим .. VII, 19. «Добро, которого хочу,
Я не делаю, но зло, которое не хочу делать» …).

И поэтому о грешнике
Христос Спаситель сказал: «Сотвори грех — раб есть грех» (Иоан. VIII,
34),

хотя сам грешник — грех
Часто это кажется свободой, а борьба с сетями греха — рабством …

Как грех развивается в душе
человека?

различают следующие стадии — степени
Грех:

Первый момент в грехе — высокомерие, когда
Человеческое сознание лишь отметило то или иное искушение — греховное
впечатление, грязные мысли и т. Д.

Если в этот первый момент
решительно я. сразу отвергнуть грех — он
не грешит, но грех победит
И для вашей души будет плюс, а не минус.

В зале легче победить грех.

А вот — мужик упал в
грех. Упреки совести звучат громко и ясно, вызывая от неиспорченного еще
Человека только резкое отвращение к этому греху. Первый исчезает
Самоуверенность и скромность человека (ср. Ап.Петр до и после отречения).

Сложнее бороться с грехом, чем
Когда он при частом повторении будет контактировать с человеком по привычке. После
Приобретения вообще никаких привычек, привычных действий человек совершает
Очень легко, почти незаметно для него — самим собой.

А, следовательно, и борьба с грехом,
который стал привычным для человека, очень труден, так как ему уже не трудно
Только побеждай себя, но и уследи, заметь приближение греха.

Еще более опасная стадия греха
— порок. В данном случае грех владеет человеком, который
Срезал свою волю цепями. Человек здесь почти разве что иметь дело с
сам, и является рабом греха, хотя он осознает свою вредность и через минуты
Просветления, возможно, ненавидит его ото всех душ (например, Plok
Пьянство, пристрастие и подобное, аналогичное, похожее).

Нужно помнить, что даже
Любой маленький грех, например. болтовня, любовь к нарядам, пустые развлечения и т. д.
д., Можно сделать в человеке пороками, если он их полностью схватит, и наполнит
Свою душу.

Высшая степень греха, на которую он
уже полностью порабощает себя мужчиной, — это страсть того или иного греховного типа.

В этом состоянии человек больше не может ненавидеть свой грех, как в
Порно
(в этом разница между ними), но подчиняется
греху во всех своих переживаниях,
действиях и настроениях (сравни. Плюшин
Из » Мертвые души »или Федор Карамазов из« Братьев
Карамазовы », также — Сребролюба Иуда Икиариот).

Три источника греха Митрополит Филарет (Вознесенский)

Что нужно знать об исповеди

Преференциальные грехи для исповеди,
Если они не повторились еще раз, не исповедуйтесь.

Не скрывай грехов с позором.

Имея решение продолжать не грешить.

Назовите грехом, каждого в особенности.

Исповедуя свои грехи,
не трогайте соучастников греха (кроме тех случаев, когда грех не исповедовать
Указывая на чистых лиц, с которыми согрешили).

Вините себя в грехах, а не извиняйте
не волнуйтесь, не оправдывайтесь и не скрывайте свою вину в чем-то или
в ком-то.

Стоит попробовать рассказать о
собственных грехах.

Старайтесь блокировать грех хорошими
делами, особенно противоположными грехами.

Имейте искреннее сердце
Свиток печали и слез о предвзятых грехах.

Есть указание в св. Отцов и В.
Епископа Игнатия (Брянчанинова), что греховные умения и страсти не поддаются.
Убрать без исповеди.

Каждый целитель будет неполным, а
недостаточным без исповеди, и с помощью исповеди их удобно искоренить.

Всегда старался медленно и внимательно
исповедоваться, подробно расспрашивая о ваших грехах до
Ничего не оставалось на совести.

А если кому не безосновательно
откровенно и физически сознался, то пусть признается, что совесть не
Осталась оскверненной.

Так что постарайся не прятаться
, попробуй чисто исповедься.

______

Оставлено без внимания
возложенных молитв.

Перед началом дела необходимо попросить у Бога благословения и помощи
и по окончании дела
поблагодарить его за помощь или успехи в делах.

Молитва — это дыхание нашей души. как
тело без воздуха так душа
Молитвы не могут жить жизнью
Благочестивые.

6 Заповедь «Не убивать» налагает
обязанностей

идти ко всем вежливо
дружелюбно,

со злым примириться

обидчиво терпеливо переносить и прощать всех даже врагов.

Понятно, прости нас, Господь.

10 Заповедей не желают жены Среднего
Твоя …

Замедляет из души корень грехов -симало- желание
Дух наш от бесконечного до конечного, удаляясь от Бога к Себе.

Гордость предвосхищала чистую любовь с самоотверженностью
.

Плотская похоть противоречит воздержанию, целомудрию, скромности на словах
и действиям, чистому сердцу.

Эгоизм противоположны недоступности, инкубации, щедрости,
милостыням.

Гордость противоположна смирению
Основа всех добродетелей.

От него самоотверженность, отсюда
Разные добродетели происходят.

Священник Илия Шугаев. Растерянный сын, растерзанная дочь. Детская исповедь

Дети обращаются обычно с семи лет.

Для ребенка от семи до двенадцати-тринадцати лет (до начала переходного возраста
) Вы можете воспользоваться следующим списком грехов.

Грехи по отношению к старцу
.Не слушали родителей или учителей.
Прерванный с ними. Наземный старший. Я что-то взял без разрешения. Ходил без
разрешений. Обманутый старше. Caprizzed. Плохо вела себя на уроках. Не
Поблагодарили родителей.

Грехи по отношению к младшему
. Обиженный младший. Натер их. Имитация
над животными. Не заботился о домашних животных. Грехи перед Богом
. Забыла молиться утром и вечером, до
И после еды. Редко исповедуется и причастен.Я не благодарил Бога за его управление
.

Перечисленных грехов достаточно, чтобы дать ребенку
Правильное направление мысли, остальное ребенок подскажет его совесть.

После поступления ребенка в переходный период список
Возможные грехи можно несколько дополнить:

Имеет значение. Я попробовал курить. Я пробовала спиртные напитки.
Смотрел нецензурные картины. Было свободное обращение с противоположным полом.

Этот список тоже можно ограничить, опять же надеясь, что
Направление мысли задано, и более серьезные грехи совести не будут забыты.

Энтони Митре. Сурожский. О покаянии (текст). О признании. Митрополит Антоний Сурожский

Когда происходит исповедь, можно ли сказать, что прощены все мои грехи, или только те, которые я сказал или придумал?

«Во-первых, грех — прощается, потому что ты позвонил ему, но потому что ты беспокоишься и чувствуешь, что я совершил этот грех», — сказал я, или подумал, или я почувствовал что-то плохое. Недостаточно называться достаточно — ты нужно пожалеть и принять решение — исправить.

Вот пример. Невозможно признаться, просто дать — список всего безобразного и плохого, что ты сделал и просто — прочитать эти грехи отцу и подумать, что этого достаточно.

Надо — стыд и опыт — перед Богом за эти грехи и решение — исправить — только тогда Господь сможет их простить.

Не стыдно, человек — не переживает за свои грехи, а главное — нет в человеке желания — исправлять, перестать грешить — тогда Бог не может простить этого человека.

Кроме того, есть грехи — гонимые и неизвестные. Есть действия, которые я понимаю, что они грешны. И есть вещи, которые действительно плохи, но я еще не вырос до такого понимания, это не развилось духовно, или жизненный опыт не научил меня. Поэтому грехи такого незнания, где нет лукавого воли, Бог может простить.

И в том, что я сделал — сознательно, я должен — раскаяться.

Что значит покаяться? Я должен, во-первых, понять, что это плохо. А во-вторых, поставить перед ними вопрос: готов ли я изменить — исправить, если собираюсь бороться — с этими грехами?

Если я совсем не собираюсь — исправлять и даже не думал об этом, если я понимаю, что это плохой поступок, плохое отношение — к жизни, но мне все равно, а я даже люблю делать грехи; И я точно знаю, что и дальше буду продолжать грешить, тогда как мне простить меня? Вот почему Бог не прощает таких хитрых и лживых людей.

А про прощение, думаю, здесь можно сказать кое-что еще.Мы всегда считаем, что простить — забыть. Подходим к человеку и говорим: «Прости!» В надежде, что о нем уже никогда не вспомнят.

Но это не всегда полезно, так как иногда из того, что вам прощают, вы все равно не изменились.

А если тот, кто тебя простил, не будет — следовать за тобой, не давать — тоже самое, сделать то же самое, можешь поскользнуться и сделать это снова — это грех.

В нашем приезде был случай, что я чему-то научил. Была женщина-алкоголичка, отчаянно смотрела. Ее доставили в больницу, год пролечили; Вылечила, вернулась домой. В семье устроили праздник и поставили на стол бутылку вина. И от первого стакана — пробой: ее снова выпустили. Итак, семью я прощаю и забываю; И нужно было прощать — и не забывать, и не ставить его в такое положение.

Прощение начинается не с того момента, когда ты стал ангелом и в тебе все хорошо, а с того момента, когда ты — ты поверил: они считали, что ты действительно беспокоишься о том, кем ты был, но ты знаешь, что тебе нужна помощь.И человек, которому вы говорите со словом: «Извините!» «Вы говорите:« Хорошо, я возьму тебя за плечи и помогу — исправить ». «Но я люблю тебя черным, а не только белым, я люблю тебя, кто ты, а не потому, что тебя можно исправить».

— Нужно ли в исповеди говорить о грехе в целом или подробно — говорить о каждом грехе?

«Видите ли, если грех состоит из какого-то проступка, вы можете просто сказать:« Я что-то сделал. «Но, если обстоятельства этого греха сами по себе уже плохи, то о них надо сказать. Если что-то украли — говори: «Украл, жалею, больше не буду». Но, если для того, чтобы украсть, вы еще кого-то вдобавок — обманули, солгали, соблазнили, то все это нужно рассказать, потому что дело не только в воровстве, но и во всей цепочке — приелах, которые связаны с Это. Вопрос не в том, чтобы перечислить грехи, а в том, что можно сказать все, что касается этой кражи.

А когда мы сознаемся, надо вещи называть — своими именами, а не так, мягче.

Помню, я пришел к себе на исповедь очень благородным джентльменом и говорит: «Так случилось, что я взял — не мой …» Я говорю: «Нет, вы говорите, просто — я вырос». — «Миля, ты меня зовешь — воровка зови !?» — Тогда я ответил: «Ты вор и там, потому что« забери свое », называется — воровство» …

Понимаете, очень легко сказать: «Беру не свое», «Я не всегда говорю правду », вместо того, чтобы говорить:« Я так выразился »или« Я привык лгать, когда мне выгодно ».

А если этого не скажешь, значит, ты не сожалеешь о совершенном грехе, но, чтобы быстро споткнуться — прошлое исповедание. Потом грех божий — простить не можешь и зря пошли — пошли исповедь.

Следовательно, надо честно сказать все, что касается — греха, что он делает его еще более греховным;

Грехи надо называть по имени, а не сознательно — скрывать.

Если собираешься на исповедь сказать все и что-то — забыл, если это важная вещь можешь добавить, но если это пустяк, который ты забыл упомянуть, считай, что ты прощен, потому что не хотел обманывать Бога в этом.Боже — нужна наша честность.

— кого-то режу; Мне нужно говорить, зачем я это делаю?

— Нет; Потому что, если вы начнете говорить: «Медведь играл со мной в футбол и что-то сделал, я предупредил, и он повторил это снова, я сказал, что он поймает его в следующий раз, и вот когда он сделал это снова, я хорошо сказал». .. »- Вы знаете, отца отца не будет, если весь футбольный матч должен пройти.

Важно то, что вы — сделали; Более того, часто обстоятельства делают ваш поступок более неприятным; И иногда, когда начинаешь раскрывать обстоятельства, все отвлекается, потому что «Конечно, он виноват в том, что сделал то первое, то второе. .. »И оказывается, что ты почти чист: если бы тебя не дразнили, ты бы — — я не клеветал. А на самом деле, вопрос только в том, что ты — мягко; А он признается — что злился с тобой.

Обратимся теперь к бинарной теме: о покаянии и об исповеди. В исповеди, конечно, есть покаяние, но чтобы понять, в чем суть покаяния, необходимо поговорить о нем отдельно.

О покаяние

Покаяние заключается в том, что человек, отвернувшийся от Бога или живший, внезапно или постепенно понимает, что его жизнь не может быть полной в том смысле, в котором он ее переживает.

Покаяние означает обратиться лицом к Богу. Это момент — только начальный, но решающий, когда мы вдруг меняем курс и вместо того, чтобы стоять спиной или боком к Богу, к истине, по отношению к своему призванию, делаем первое движение, — обратились мы к Бог.

Мы не ремонтировали, в том смысле, что они не изменились, но для того, чтобы это произошло, мы должны что-то пережить: невозможно отвернуться от себя и обратиться к Богу просто потому, что мы это сделали.

Бывает, что человек живет спокойно, с ним ничего особенного не происходит, он как бы «пасется» на поле жизни, щиплет траву, не думая о бездонном небе над собой или какой-либо опасности; Он живёт хорошо. И вдруг происходит что-то, что он обращает внимание на то, что не все так просто; Вдруг он обнаруживает: что-то «не то». Как? Бывает совсем по-другому.

Бывает, что человек совершает то или иное как малозначительный поступок — и вдруг видит его последствия.Помню одного мальчика: он взмахнул кинжалом и купил сестре глаза. Она оставалась на одном глазу на всю жизнь; И брат ее никогда не забывал момент, когда он вдруг понял, что, хотя бездумно, безответственно играть в такую ​​вещь, как кинжал.

Это, конечно, не означает, что он боялся коснуться кинжала или ножа сверстника; Но он знал: самые незначительные действия могут иметь финальное, трагическое значение.

Бывает, что мысль, которая ведет нас к покаянию, настигает нас не так трагично, и мы вдруг слышим, что думают о нас люди. Мы всегда хорошо представляем себя, и когда мы критикуем нас, мы склонны думать, что человек, который не видит нас такими красивыми, какими мы видим себя, ошибается. И вдруг мы услышим мнение других людей о нас. Мы считали себя героями, и все думают, что мы трусики. Мы считали себя безупречно правдивыми, а люди думают, что мы Лукава и т. Д.

Если вы обратили внимание на это, мы уже задали себе вопрос: кто я? .. И в тот момент, когда мы задаем себе этот вопрос, встает и следующее: Какое мое призвание в жизни? .. Я не говорю о ремесленном призвании, А — кем я могу стать? Доволен ли я тем, что я есть? Я не могу расти самостоятельно, как поправиться? ..

Иногда бывает, что не голос народа, не голос того или иного нашего друга привлекает к себе внимание, а чтение, например, Евангелия. Я читаю Евангелие и внезапно вижу, кем может быть человек; Я вижу образ Христа во всей его красоте или, во всяком случае, в той мере, в какой я могу воспринимать, и начинаю сравнивать себя.Вот когда я начинаю относиться к себе, и то ли по образу Христа, то ли по тому, что люди думают обо мне — тогда начинается суд.

И в тот момент, когда начинается суд, начинается покаяние. Это не полно раскаяния, потому что произнести качественный суд не означает получить душевную рану из-за того, что я совершил или кем я являюсь. Иногда мы осознаем, что голова такая плохая или должна быть другой в определенных отношениях, но мы не можем пережить это чувство. Приведу вам пример.

В 1920-е годы во Франции проходил съезд русского студенческого христианского движения. Был замечательный священник отец Александр Ельчанинов, чьи сочинения некоторые из вас, наверное, читали, потому что они издавались не только за границей, но и сейчас в России. Офицер пришел к Нему исповедоваться и сказал: «Знаешь, я могу опубликовать всю неправду моей жизни, но я знаю только ее голову; Мое сердце остается совершенно нетронутым, я не имеет значения . Я понимаю свою голову, что это все зло, и я не отвечаю душе ни болью, ни позором.«

И отец Александр сделал потрясающую вещь; Он сказал: «Не исповедуйтесь, это будет совершенно напрасно. Завтра, прежде чем я отслужу на литургии, вы выйдете вперед и, когда все соберутся, повторите то, что вы мне только что сказали, и исповедуйте всю аудиторию. «

Офицер согласился на это, потому что чувствовал себя мертвым, что в нем нет жизни, что у него есть только память да голова, но его сердце было мертвым, и его жизнь ушла. И он вышел с чувством ужаса: вот, я сейчас начну рассказывать, и весь съезд отвернется от меня.Все с ужасом будут смотреть на меня с мыслью: мы думали, что он порядочный человек, а он не только мерзавец, но и мертвец … Он стал, переставил свой страх и ужас и заговорил.

И произошло что-то совершенно неожиданное: в тот момент, когда он сказал, за что он стал перед королевскими решетками, весь съезд обратился к нему с сострадательной любовью, он почувствовал, что он все открыл, все открыли его сердца, все думают о как ему больно, как ему стыдно… И он заплакал, и в слезах произнес свое признание; И для него началась новая жизнь.

Здесь мы коснемся очень важного момента, это — покаяние . Покаяние не должно составлять грех в себе и приводить его к Богу для исповедания; Покаяние в том, что что-то ударило нас в душу, что слезы потекли из наших глаз и из нашего сердца.

Святой Варзонофон говорит, что слезы истинного покаяния могут очистить нас так, что это уже делается ненужным для исповеди, потому что то, что Бог простил, человеку нечего решать.

Есть еще одно место у ученика преподобного Симеона Нового Богослова, преподобного Никиты Сифандского, где сказано, что слезы истинного покаяния могут вернуться к человеку даже потерянной телесной девственностью … покаяние должно быть точным.

Но мы не можем даже покаяться, это не для нас. Что мы делаем? Это необходимо сделать. Вы, наверное, читали о том, как производятся раскопки древних городов или памятников. Приходит археолог и начинает рисовать землю. Сначала он видит только обычную почву, но постепенно начинает различать любые очертания, давно упавшие под землю.Это первое видение.

Когда мы, скорее всего, видим что-то недостойное нас, ни любовь и уважение, которые нас окружают, ни любовь, которую проявляет нам Бог, уже являются началом нашего понимания, и мы можем пойти на исповедь и сказать: «Я знаю Теперь, когда под землей, может быть, очень глубоко, есть мир греха, но кое-что, что я узнал о нем уже на поверхности, я хочу донести это до Бога и сказать: Я видел это. Ты помог мне увидеть это, Господь, и я раскаиваюсь в этом зле. Я все еще не знаю, как раскаяться, но я знаю, как знать, что это несовместимо с моей дружбой с тобой, с любым отношением, так как я окружен моими любимыми, ничего с тем, что я хочу быть … «

Есть средневековая разрешающая молитва, оканчивающаяся словами: «И простит тебе Бог, Господь, все грехи, в которых ты искренне раскаялся». Прощается не только то, что ты сказал, а потом перед тобой содрогнулась душа, что на тебя навис ужас. Остальное — твоя новая задача. Вы должны продолжать идти дальше, глубже и глубже в себя, в этих раскопках, и продолжать находить то, что недостойно ни вас, ни Бога, ни того, что люди думают о вас. Таким образом, исповедь становится частью постепенно углубляющегося покаяния, перед вами постепенно открываются новые глубины.

Но вы скажете: «Неужели жизнь уйдет в эти глубины, чтобы видеть только зло, одно зло, все уходит во тьму? С этим нельзя жить!» Нет, с этим жить нельзя, но тьма рассеивает свет. Если мы видим что-то темное, то только потому, что свет проникает в новую глубину нашей жизни.

Вот пример, который я даю детям, но и взрослым иногда не вредно слышать пример детей. Когда дети говорят: «Я смотрю на все зло, которое у меня есть, и я не знаю, как его искоренить, вытаскивай себя», я отвечаю: «И скажи мне: когда ты входишь в темную комнату, неужели это так, что перестает быть темным, вы делаете белое полотенце в надежде, что тьма разойдется, рассеется? »-« Нет, конечно, нет! » — «И что ты делаешь?» «Я открываю ставни, открываю шторы, открываю окно.«

— «Вот и все! Ты пролил свет туда, где царила тьма. Только здесь. Если ты хочешь искренне раскаяться, исповедоваться по-настоящему и измениться, тебе не нужно сосредотачиваться только на том, что тебе плохо, нужно позволить свет. А для этого вам нужно обратить внимание на то, что у вас уже есть свет, и во имя этого света сражайтесь со всей тьмой, которая в вас ».

— «Да, но как это сделать? Ты действительно думаешь о себе: вот, я так хорош в том или ином смысле?» — «Нет. Прочтите Евангелие и отметьте в нем те места, которые поражают вас в душе, из которых творится сердце, просветляется разум, который соберет вашу волю к желанию новой жизни. И знайте, что в этом слове, в этом образе, в этой заповеди, в этом примере Христа вы нашли искру Божественного Света. В связи с этим оскверненная, затемненная икона, которая есть у вас, просвещена. Вы уже немного похожи на Христа, образ Божий уже начал немного проявляться.

И если так, то я помню, что если ты согрешишь из этого , Ты осквернешь святыню, которая уже есть в тебе, уже живет, уже действует, растет. Вы будете жить в образе Бога, чтобы погасить свет или окружить его тьмой. Не делайте этого! И если вы верны тем искрам света, которые уже есть в вас, то постепенно тьма вокруг вас будет рассеиваться.

Во-первых, потому что там, где свет, тьма уже рассеяна, а во-вторых, когда вы открываете для себя какой-то свет, чистоту, правду, когда вдруг смотрите на себя и думаете: в этом плане я на самом деле по делу — настоящий мужчина , не только мразь, которую я себе представлял, — тогда можно начинать драться с тем, что на тебя набегает, как враги подходят к городу или на армию так, чтобы свет загорелся в тебя. Вы, например, научились чистоплотности читать. И вдруг у вас поднимается грязь мыслей, телесных желаний, чувств, чувственности.

Здесь вы можете сказать: я нашел искру целомудрия, искру чистоты, желание любить кого-то, даже не думая об этом человеке, не говоря уже о прикосновении; Нет, я не могу позволить себе эти мысли, не стану. Я буду бороться с ними; И для этого обращаюсь ко Христу и закричу ему: Господи, убирайся! Господи, спаси! Боже, помоги мне! — И Господь поможет.Но он тебе не поможет, раньше, чем ты себя побьешь. «

В житии святого Антония Великого есть история о том, как он отчаянно боролся с искушением, боролся так, что она, наконец, упала на землю в изнеможении и лежала без его силы. И внезапно он стал Христом перед ним. Не имея даже силы подняться, Энтони говорит: «Господи, где ты был, когда я так отчаянно сражался?» И Христос ответил ему: «Я стоял невидимый рядом с тобой, готовый вступить в бой, лишь бы ты сдался.Но вы не сдавались — и выиграли. «

Итак, я думаю, что каждый из нас может научиться каяться и приходить к исповеданию каждый раз уже с новой победой и с новым видением поля битвы, которое перед нами открывается все шире и шире. И мы можем получить от Христа прощение наших грехов, прощение того факта, что мы уже начали побеждать; А кроме того, получи благодать и новую силу. Побеждай, чтобы выиграть то, чего мы не выиграли.

О признании

Говоря о покаянии, я только коснулся исповеди, но вопрос исповеди настолько важен, что я хочу остановиться на нем все глубже и глубже.

Признание двоякое. Бывает личное, частное исповедание, когда человек подходит к священнику и открывает в его присутствии свою душу. А есть обычная исповедь, когда люди сходятся большой или малой группой, и священник исповедуется за всех, в том числе и за себя. Хочу остановиться сначала на частной исповеди и обратить ваше внимание на что.

Человек исповедуется — Бог. В учении, которое священник перед исповедью произносит отдельное лицо, говорит: «СЕ, Чух, Христос невидим, примите вашу исповедь; я только свидетель.«Следует помнить: нас не смущает священник и не он нам судья. Я бы сказал больше: даже Христос в тот момент не наш судья, а сострадание к нашему Спасителю. Это очень, очень важно потому что, когда мы приходим к исповеди, мы находимся в присутствии свидетеля. Но что это за свидетель, какова его роль?

И есть третье чувство свидетеля. Когда брак заключен, приглашается самый близкий мужчина. Это тот, кого в Евангелии называют «другом жениха» (в нашей практике это также будет «друг невесты»).Это ближайший жених и невеста, человек, способный разделить с ними самую полную радость преображающей встречи, соединяющей чудо.

И вот священник занимает такую ​​позицию: он друг жениха, друг Христа, он за рулем ведет к жениху Христу. Он тот, кто так глубоко связан любовью с ходьбой, что готов разделить ее с трагедией и привести его к спасению. И когда я говорю «разделите его трагедию», я говорю о чем-то очень и очень серьезном.

Я помню одного преданного, который однажды спросил: «Как каждый человек, который приходит к вам и рассказывает о своей жизни, даже не чувствуя покаяния или сожаления, внезапно приходит в ужас, прежде чем он грешит, и начинает исповедоваться, плакать — и поменять? »

И этот преданный дал замечательный ответ. Он сказал: «Когда человек приходит ко мне со своим грехом, я воспринимаю этот грех как свой собственный . Мы с этим человеком едины; те грехи, которые он совершил, я, конечно, совершил мыслью или желанием, или возбуждением.Поэтому я переживаю за его признание, как за его собственное, я (как он сказал) я на шаг позади ступеньки в глубине его тьмы, и когда я дошел до самой глубины, я соединяю его со своей душой и каюсь в своей душа в грехах, которые Он исповедует, и которые я признаю за свои собственные. А потом он покрывается моим покаянием и не может не каяться, и он отпускается; И я умер по-новому в своих грехах, потому что доволен им состраданием и любовью. «

Это крайний пример того, как священник может приблизиться к покаянию другого человека, так как он может быть другом другом Как это могут быть темы, ведущие к спасению.Но для этого священник должен научиться состраданию, должен научиться чувствовать и осознавать себя вместе с собой.

И произнося слова разрешительной молитвы, священник либо предсказывает их наставлению, либо нет. А это тоже требует честности и внимания. Иногда бывает, что священник слушает исповедь, и вдруг ему ясно, как от Бога, открывается от Духа Святого, он должен сказать, что ему нужно сказать. Ему может казаться, что это не вопрос, но он должен повиноваться этому голосу Бога и произнести эти слова, чтобы сказать, что Бог вложил его в душу, в сердце и разум.И если он это делает, даже когда кажется, что это не относится к признанию, которое он принес, он говорит, что курит.

Иногда священник не чувствует, что эти слова от Бога. (Вы знаете, а у апостола Павла есть места в посланиях, где он пишет: «Вот что говорю вам имя Бога, имя Христа …» или «Я говорю с вами от себя … . «). Но это не значит, что тогда слова священника — «начальник»; Это то, что он знал на собственном опыте, и он делится этим опытом — испытал греховность, переживание покаяния и то, чему его учили другие люди, чище, более достойно, чем он сам.

А иногда и нет. Тогда вы можете сказать: «Это то, что я читал от святых отцов, я читал это в Священном Писании. Я могу вам посоветовать, вы обдумайте это, подумайте над этим, и, может быть, через эти слова Священного Писания Бог даст скажу то, что не могу сказать ».

И иногда честный священник должен сказать: «Я болел с тобой на исповеди, но ничего не могу тебе сказать. Я буду молиться за тебя, но не могу дать совет». И у нас есть пример. этого.В житии преподобного Амвросия Оптина описаны два случая, как люди приходили к нему, открывали свою душу, свою нужду, и он три дня держал их без ответа. И когда он наконец настоял на ответе, он сказал: «Что я могу ответить? Вот три дня, я молю, чтобы Мать Божья просвещала меня и давала ответ — она ​​молчит; Как я могу говорить без ее милости?»

Вот что я хотел сказать о частной исповеди. Человек должен прийти и излить душу. Не повторяйте чужие слова, заглядывая в книгу, и не ставьте перед собой вопрос: если бы я был сейчас перед Христом Спасителем и всеми людьми, которые меня знают, что было бы для меня позором? Что я не готов раскрыть перед всеми, потому что было бы слишком страшно, что я увидел себя, то, что я вижу сам? . .

Вот в чем надо признаться. Задайте себе вопрос: если бы моя жена, мои дети, мой самый близкий друг, мои коллеги узнали бы обо мне или еще что-то, было бы стыдно или нет? Если тебе стыдно — признайся. Если тому или иному стыдно открывать Богу (который это уже знает, но от которого я стараюсь это скрыть) или было бы страшно — открой его Богу. Потому что в тот момент, когда вы его открываете, все, что попадает в свет, создается светом. И тогда вы можете признаться и произнести его Признание, а не трафарет, чуждое, пустое, бессмысленное признание.

А теперь коротко хочу сказать об общей исповеди. Общее признание можно произносить по-разному. Обычно произносится: люди идут, священник произносит какую-то вводную проповедь, а потом читает как можно больше книги Те грехи, которых он ожидает от присутствующих.

Этот список может быть формальным. Сколько раз слышал: «Утреннюю и вечернюю молитвы не читал», «Каноны не читал», «Посты не соблюдал», этого не делал, другого не делал. .. это все формально. Да, формально не в том смысле, что это настоящие грехи некоторых людей, может быть, даже самого священника, но это не обязательно настоящие грехи этих людей; Настоящие грехи разные.

Расскажу, как провожу генеральную исповедь. Наше общее исповедание — четыре раза в год. Перед исповедью я провожу две беседы, которые направлены на понимание того, что исповедание есть грех, чем истина Божья, чем жизнь во Христе.

Каждый разговор длится сорок пять минут, все собравшиеся сидят, слушают, затем наступает получасовая тишина, в течение которой каждый должен думать об услышанном, смотреть на свою душу и думать о своей греховности.А потом общее признание. Мы идем посреди храма, я ношу Эпитрохил, перед нами Евангелие, и обычно читаю Пересекающий канон Господа Иисуса Христа. И под влиянием канона я скажу свое собственное признание вслух — не о формальностях, а о том, что моя совесть примет меня и что открывает передо мной Канон.

Каждое исповедание индивидуально, потому что каждый раз в словах этого канона преобладает другое, в другом, и я раскаиваюсь во всех людях, называю вещи своим языком, своим именем. Не для того, чтобы я тогда ходил и упрекал конкретно в том или ином грехе, и чтобы каждый грех открывался людям как мой собственный.

И если, произнося исповедь, я не чувствую, что действительно раскаиваюсь, я говорю это и это исповедь: «Прости меня, Господи! Итак, я сказал эти слова, но они не дошли до моей души» … Это признание длится обычно минут тридцать-сорок, в зависимости от того, что я могу написать людям.

И в то же время люди признаются — молча, а иногда и вслух, говоря: «Да, Господи! Прости меня, и я виноват в этом!» Но это мое личное признание.И, к сожалению, я настолько грешен и так похож на всех, кто присутствует на этом действии, что мои слова раскрывают перед людьми их греховность.

После этого молимся. Читаем часть кающегося канона, читаем молитвы перед Святым Причастием (не все, а избранные, которые касаются того, о чем я говорил или как исповедовал). Тогда все становятся на колени, и я всем прощаюсь с молитвой. Если кто-то считает нужным подойти и отдельно сказать о том или ином грехе, он может сделать это свободно.

Но я знаю по опыту, что такое обычное признание учит людей приносить личное признание. Многие говорили мне сначала: «Я не знаю, что прийти к исповеди. Я знаю, что согрешил против многих заповедей Христовых, я сделал много плохого, но не могу заставить себя собрать это в признание ».

И после такой общей исповеди приходят люди и говорят: «Теперь я знаю, я научился исповедовать свою душу, опираясь на молитвы церкви, опираясь на отозванный канон, полагаясь на то, как вы сами исповедовали свою душу и как люди вокруг меня воспринимались одним и тем же исповеданием и выводились наружу, как их собственное.«Думаю, это очень важный момент: для того, чтобы общая исповедь была уроком, как исповедоваться лично, а не« вовсе ».

Иногда люди приходят и вычитают длинный список грехов, который я знаю в списке, потому что у меня есть те же книги, что и у них. И я их останавливаю, я говорю: «Ты исповедуешь наши грехи, ты исповедуешь грехи, которые можно найти в Номоканоне, в молитвенных комнатах. Мне нужно твое Исповедь, а точнее Христу нужно твое личное покаяние, а не простое. Покаяние экрана.Вы не можете почувствовать, что мы обличены Богом за вечную муку, потому что я не читал вечерних молитв, Или не читал каноны, или не так постился. «

Более того: бывает, что человек пытается например поститься, а потом срывается и чувствует, что я осквернил весь свой пост, что от его подвига ничего не осталось. А на самом деле Бог смотрит совсем другими глазами.

Это я могу пояснить на одном примере из собственной жизни. Когда я был врачом, я занимался в одной бедной русской семье.Денег с собой не брал, потому что денег у них не было. Но как-то в конце Великого Поста, во время которого я пристегнулся, если можно сказать, «жестоко», то есть не нарушая никаких уставных правил, меня пригласили на обед, и оказалось, что они какое-то время были из Его нехватка денег была собрана копейками, чтобы купить маленького цыпленка и угостить меня.

Я посмотрел на этого цыпленка и увидел в нем конец своей колоды постного мяса. Я, конечно, съела кусок курицы, — не могла их оскорбить отказом; Но потом подошел к своему духовному Отцу И я говорю: «Знаешь, отец Афанасия, это горе случилось со мной! На протяжении всего поста могу сказать, я отлично пристегнулся, и вот, на страстной садмисе, съел кусок курица.«

Отец Афанасия посмотрел на меня и сказал: «Знаешь, если бы Бог взглянул на тебя и увидел, что у тебя нет грехов, и кусок курицы может осквернить тебя, он защитит тебя от этого. ты, что ни одна курица не могла тебя осквернить «.

Думаю, многие из нас могут вспомнить этот пример, чтобы быть честными, правдивыми людьми, а не просто соблюдать устав. Да, я съела кусок этого цыпленка, но вопрос был в том, что я его съела, чтобы не огорчать людей.Я ее съела не как какую-то гадость, а как дар человеческой любви.

В Священных Писаниях отца Александра Шмемана есть место, где он говорит: все в мире есть не что иное, как любовь Бога; И даже еда, которую мы упали, — это божественная любовь, которая стала съедобной . ..

Из книги митрополита Антония Сурожского «Быть ​​христианином»

Энтони Митр. Сурожский

О покаяние

Во имя Отца и Сына и Святого Духа.

Хочу сказать несколько слов о святом Иоанне Предтече и о самом главном, что было в его проповеди. Он назван в церковных книгах учителем покаяния
. Что такое покаяние, что это такое?

Когда мы не чувствуем себя хорошо, когда говорим неприятное, когда темные мысли тонут в нашей голове или выходят на сердце, мы, если хоть немного просветимся, начинаем испытывать угрызения совести. Но замечание совести — это еще не покаяние: можно всю жизнь упрекать себя в плохом и в злом Слове, и в темных чувствах и мыслях — и не правильно.Угрызения совести действительно могут оказать сильное давление на нашу земную жизнь, но не раскрывают нам Царство Небесное; К раскаянию следует добавить кое-что еще: то, что составляет самую суть покаяния, а именно обращение к Богу с надеждой, с уверенностью, что у Бога достаточно любви для нас, чтобы простить, и сил, чтобы изменить нас. Покаяние — это тот поворот жизни, круговорот мыслей, изменение сердца, которое совершается лицом к Богу в радостной и безрадостной надежде, в уверенности в том, что хотя мы и не заслуживаем благодати Божьей, но Господь не сошел на землю. судить, но спасти пришел на землю Не праведные, но грешные.

Но обратиться к Богу с надеждой призвать Его на помощь — не все, ведь многое в нашей жизни зависит от нас самих. Как часто мы говорим: «Господи, помоги! Господи, дай мне терпение, дай мне целомудрие, дай мне чистоту сердца, дай мне слово правдивое!» И когда появится возможность действовать по нашей собственной молитве, чтобы привлечь собственное сердце, нам не хватает смелости, нам не хватает решимости возвысить то, о чем мы просим Бога, о том, о чем мы просим Бога. И тогда наше покаяние, наш взлет души остается безрезультатным.Покаяние должно начинаться с этой надежды на Божью любовь и вместе — праздник, мужественный подвиг, когда мы заставляем себя жить так, как надо, а не так, как жили до сих пор. Без этого Бог не спасет нас, потому что, как говорит Христос, не всякий, говорящий «Господь, Господь», войдет в Царство Божье, а тот, кто принесет ему плод (МФ 7:21). И мы знаем плоды: мир, радость, любовь, терпение, кротость, воздержание, смирение (Гал. 5: 22-23) — все эти чудесные плоды, которые теперь могли бы превратиться в рай, если бы мы могли их принести, как плод дерева. .

Итак, покаяние начинается с того, что вдруг в душу нас ударит, совесть заговорит, гавкает на нас и говорит: куда деваться? До смерти? Вы хотите? И когда мы отвечаем: Нет, Господи, «Прости, Дома, спаси!» — И мы обращаемся к нему, Христос говорит: «Я прощаю тебя, и ты от благодарности за такую ​​любовь, а не из страха, чтобы не избавиться от себя». муки, а потому что в ответ на мою любовь ты умеешь любить, Начни жить иначе

А что дальше? Первое, чему мы должны научиться, — это забрать всю нашу жизнь: все ее обстоятельства, всех людей, которые вошли в нее — иногда так болезненно, принимать, а не отвергать. Пока мы не заберем нашу жизнь, все без остатка является ее содержанием, так как из руки Бога мы не сможем освободиться от внутренней тревоги, от внутреннего плена и от внутреннего протеста. Как бы мы ни говорили Господу: Боже, я хочу творить твою волю! — Ручей поднимется из наших глубин: но не в этом! Нет! Да, я готов взять своего соседа — но не из этой середины ! Я готов принять все, что вам будет отправлено, но не то, что вы на самом деле отправите мне.Как часто бывают моменты какого-то просветления: Господи, теперь я все понимаю! Спаси меня, спаси меня любой ценой! Если в этот момент Спаситель внезапно явился перед нами или послал своего ангела или святого, которого Грозное слово называло нас, который потребовал бы покаяния и изменений в жизни, мы можем и примем. Но когда вместо ангела, вместо святого, вместо того, чтобы прийти, Христос посылает нас к нашему ближнему, с тем, что мы не уважаем, не любим и переживает нас, что уже является жизненным вопросом: И ваше покаяние — на словах или на практике? — Мы забываем свои слова, мы забываем свои чувства, мы забываем свое покаяние и говорим: прочь от меня! Не от тебя, чтобы получить наказание от Бога или наставление, ты не откроешь мне новую жизнь. И мы проходим мимо и тот случай, и человек, который послал нас Господа, чтобы исцелить нас, чтобы мы смирились в Царстве Божьем, терпеливо и с готовностью переносил последствия нашей греховности, все (как мы сами сказали) принять из руки Бога.

Если мы не отнимем нашу жизнь из рук Бога, если все это в ней, мы не возьмем это от Самого Бога, тогда жизнь не будет путем в вечность, мы все время будем искать другой путь, пока единственный путь — это Господь Иисус Христос.

Но и этого мало. Нас окружают люди, с которыми в наших отношениях иногда встречаются негры. Как часто мы ждем, пока другой придет покаяться, попросить прощения, унизить себя перед нами. Может быть, мы простим, если они сочтут его достаточно униженным. Но не обязательно прощать того, кто заслуживает прощения, — разве мы от Бога ждем прощения заслуженного? Когда мы идем к Богу и говорим: Господи, спаси! Господи, прости! Господи, помилуй! — Можно добавить: потому что я этого заслуживаю ?! Никогда! Мы ожидаем прощения от бога за чистую жертвенную критику любви Христа. Господь ожидает каждого нашего ближнего; Следовательно, нужно прощать ближнему, что он заслуживает прощения, а потому что мы Христос, потому что мы даны именем Живейшего Бога и Распятого Христа — прощать.

Но часто кажется: вот, если бы только обиду можно было забыть, то и забыл бы, но забыть не могу, — Господи, дай мне забвение! Это не прощение: забыть не значит прощать. Прощать означало посмотреть на человека таким, какой он есть, в его грехе, в его невыносимом, какая для нас суровость в жизни, и сказать: Я понесу тебя, как крест, Я приведу тебя в Царствие Божие, так или иначе.Добрый ты или злой — возьму тебя на плечи и приведу к Господу и скажу: Господи, я всю жизнь носил этого человека, потому что мне было жаль — как бы он ни умирал! Теперь тебе жаль, мне жаль! Как было бы хорошо, если бы мы могли носить друг друга так, если бы мы могли носить друг друга и поддерживать: не пытайтесь забыть, а наоборот — помнить. Помните, у кого есть слабость, у кого есть грех, в ком что-то не так, и не искушать его, чтобы защитить его, чтобы он не подвергался искушению в том смысле, что он может его уничтожить. Если бы мы могли так относиться друг к другу! Если бы, когда мужчина был слаб, нас окружала заботливая, нежная любовь, сколько бы людей пришло, сколько людей было бы достойно прощения, которое им было дано …

Это путь покаяния: войди в себя, встань перед Богом, увидь себя осужденными, которые не заслуживают ни прощения, ни благодати, и вместо этого, как Каин, бежать от лица Бога (Бог 4: 3-16) , обратиться к нему И сказать: Я верю, Господи, в твоей любви, я верю в крест твоего сына, я верю, помоги моему неверию! (МК 9:24).И затем пройдите через Христа, как я сказал: все взять из руки Бога, все принести плод покаяния и плод любви, и первое, что наш брат должен простить, наш брат, не ожидая его исправлений, понести , как крест, потрясти, если надо, На нем иметь силу, как Христос, скажи: Прости им, Отче! Они не знают, что делают (ЛК 23:34). И тогда Сам Господь, Который сказал нам: какую меру вы примите, и вы скажете (Лк. 6:38), прощай, как прощает твой отец, «ему не будет прощено: он простит, исправит, спасет и уже на земле, как Святая, подарит нам радость небесную.

Пусть будет так, пусть он начнется в жизни каждого из нас сегодня, теперь хоть немного этот путь покаяния, потому что это уже начало Царства Божьего. Аминь.

Меня часто спрашивают: как признаться? .. И ответ на это самый прямой, самый решительный может быть такой: исповедь, как будто это твой смертный час; Подумайте, как будто это последний раз, когда вы можете принести покаяние на Землю, прежде чем войти в вечность и предстать перед судом Божьим, как если бы это — последнее мгновение, когда вы можете сбросить с себя бремя долгой жизни неправды и греха, чтобы войти Царство Божие.

Если бы мы подумали об исповеди, если бы мы стали перед ней, зная — не только воображая, но твердо зная, — что мы можем умереть в любой момент, в любой момент умереть, тогда перед нами не было бы так много праздных вопросов. их; Тогда наше исповедание было бы беспощадно искренним и правдивым; Она была бы натуральной; Мы бы не пытались обойтись тяжелыми, оскорбительными для нас, унизительными словами; Мы произнесем их со всей остротой правды. Мы бы не думали о том, что мы говорим или что-то сказать; Мы сказали бы все, что в нашем сознании кажется неправдой, грехом: все, что делает меня недостойным моего человеческого ранга, моего христианского имени.Не было бы в душе ощущения, что нужно защищаться от тех или иных резких, беспощадных слов !; Мы бы не ставили вопрос, нужно ли было что-то или что-то сказать, потому что знали бы, с чем можно войти в вечность, а с вечностью войти нельзя … Вот как мы должны признаться; И это просто, просто страшно; Но мы этого не делаем, потому что боимся этой беспощадной, простой прямоты перед Богом и перед людьми.

Каждая исповедь должна быть как бы последней исповедью в нашей жизни, и это исповедание должно быть резюмировано, потому что любая встреча с жизнями, живущими нашим Богом, является окончательным, окончательным, решающим в нашей судьбе.Нельзя вставать перед лицом бога и не уходить оттуда ни оправданным, ни осужденным. И вот вопрос: как подготовиться к исповеди? Какие грехи принести Господу?

Во-первых, каждое признание должно быть сугубо личным, моим, а не каким-то общим, и моим, потому что моя собственная судьба решена. И поэтому, как бы несовершенно ни было мое испытание над собой, начинать нужно именно с него; Мы должны начать с того, что зададим себе вопрос: что я собираюсь делать в своей жизни? Что я хочу скрыть от лица Бога и что я хочу скрыть от суда собственной совести, чего я боюсь? И этот вопрос не всегда легко решить, потому что мы так часто привыкли прятаться от собственного справедливого судебного разбирательства, что, когда мы смотрим на себя с надеждой и намерением узнать правду о себе, нам чрезвычайно трудно; Но с этого нужно начать.И если бы мы ничего другого не принесли к исповеди, это была бы настоящая исповедь, моя, моя.

Но, кроме этого, есть еще много чего. Мы должны видеть вокруг и помнить, что люди думают о нас, когда они реагируют на нас, что происходит, когда мы оказываемся в их среде — и мы найдем новое поле, новую основу для испытания себя … Мы знаем, что мы не всегда приносят радость и покой, правду и добро в судьбы людей; Стоит взглянуть на ряд наших самых близких знакомых, людей, которые таковыми являются или являются нами, и становится ясно, какова наша жизнь: сколько я ранил, сколько ранен, сколько обидел, сколько как-то соблазнил.И теперь перед нами новый двор, потому что Господь предупреждает нас: что мы сделали с одним из малых, то есть с одним из людей, братьями его меньшего, то мы сделали его. А потом вспомните, как люди судят о нас: часто их суд более раннего и справедливого; Часто мы не хотим знать, что думают о нас люди, потому что это правда и наше осуждение. Но иногда бывает иначе: люди нас ненавидят и любят несправедливо. Ненависть несправедливо, как иногда бывает, что мы поступаем по истине Божьей, и эта правда им не подходит.И они любят нас часто несправедливо, потому что они любят нас за то, что мы слишком легко вписываемся в фальшивую жизнь, и они любят нас не за добродетель, а за нашу измену Богу, за истину.

И здесь надо еще раз сказать суд и знать, что иногда нужно отменять в том, что люди хорошо относятся к нам, что люди нас хвалят; Христос снова предупредил нас: горе тебе, когда все будут хорошо о тебе говорить …

И, наконец, мы можем обратиться в Евангельский суд и задать себе вопрос: как Спаситель судил о нас, если он смотрел — как он на самом деле поступает с нашей жизнью?

Проверьте эти вопросы, и вы увидите, что исповедь вашей воли уже стала серьезной и вдумчивой и что больше не нужно доводить до исповеди ту пустоту, ту детсадовскую длиннолицую тинет, которую часто приходится слышать.И не привлекайте других людей: вы пришли исповедать свои грехи, а не чужие грехи. Обстоятельства греха важны только в том случае, если они делают ваш грех и вашу ответственность; А рассказ о том, что произошло, почему и как — не имеет отношения к признанию; Это только расслабляет сознание вины и дух покаяния …

Я уже говорил о том, как можно испытать мою совесть, начиная с того, в чем она нас упрекает, и продолжая тем, как люди относятся к нам. А теперь мы сделаем еще один последний шаг в этом испытании нашей совести.Наш последний суд не принадлежит нашей совести, принадлежит не людям, а Богу; И его слово, и его суд ясны нам в Евангелии — только изредка мы можем задуматься о нем и просто относиться к нему. Если мы читаем страницы Евангелий с простотой сердца, не пытаясь извлечь из них больше, чем мы можем принять, и тем более — больше, чем мы сможем прожить жизнь, если будем честны и просто относиться к их, то мы видим, что было сказано в Евангелии, как бы они ни распадались на три разряда.

Есть вещи, которые нам очевидны, но кому наплевать на нашу душу — мы с ними договоримся. То есть, мы понимаем, что это так, мы не заботимся о них против них, но мы не трогаем эти образы жизнью, они очевидны, простая правда, но жизни созданы не для нас. Эти Евангельские места предполагают, что наш разум, наша способность понимать вещи стоят на границе чего-то, чего мы не можем постичь ни волей, ни сердцем. В таких местах мы осуждены за уют, и в любом случае эти места требуют, чтобы мы, не дожидаясь, чтобы наше холодное сердце согревалось, решительно творило волю Бога просто потому, что мы — зрелищные слуги.

Есть и другие места: если мы добросовестно отреагируем на них, если мы честно взглянем на нашу душу, мы увидим, что мы отворачиваемся от них, что мы не согласны с Божьим судом и с волей Господа, что если бы мы имели грустная храбрость и сила Возмутились бы, тогда мы сдержали бы то, как сдерживали в наше время и как подняться из века в век все, кому вдруг станет ясно, что мы страшны заповеди Господа о любви, требующей жертв от нас, полное отречение от любого «я», от любого эгоизма, И часто мы хотели бы не быть им.Итак, вокруг Христа, вероятно, было много людей, которые хотели от него чуда, чтобы быть уверенными в том, что заповедь Христа истинна и может выполняться без опасности для его личности, для его жизни; Наверное, были те, кто пришел к страшному распятию с мыслью, что если он не слезет с креста, если не произойдет чуда, значит, значит. Он был не прав, значит, он не был человеком божьим и можно забыть его страшное слово о том, что человек должен умереть и жить только для Бога для других.И мы так часто окружаем трапезу Господню, ходим в церковь — правда, с осторожностью: однако, однако, Господь не был уязвим перед смертью и не потребовал от нас той последней, которая есть у нас, отречения от самих себя … когда в отношении заповеди любви или той или другой конкретной заповеди, в которой Бог разъясняет нам бесконечное разнообразие вдумчивой, творческой любви, мы обнаруживаем это чувство, тогда мы можем измерить, насколько далеко от Господа Духа, от воли Господа , и мы можем объявить суд укриве.

И, наконец, есть места в Евангелиях, которые мы можем передать словами путешественников в Эммаус, когда Христос разговаривал с ними по дороге: разве наши сердца не горели внутри нас, когда Он говорил с нами в пути? ..

Вот эти места, даже если мы должны быть драгоценными, потому что они говорят, что есть что-то в нас, где мы и Христос — один дух, одно сердце, одна воля, одна мысль, что мы уже плакали с ним Что-то уже стало его своя. И мы должны сохранить эти места в памяти как драгоценности, потому что мы можем жить на них, не борясь с плохим в нас, но пытаясь дать образ жизни и победу, которые у нас уже есть божественное, уже живое, уже готовое преобразовать и преобразовать. и стать частью вечной жизни.Если мы внимательно присмотримся к празднованию каждой из этих групп событий, заповедей, слов Христа, то у нас быстро появится наш собственный образ, нам станет ясно, кто мы, и когда мы придем к исповеди, а не только суд нашей совести будет нам ясен не только судом человеческим, но и судом Божиим; Но не только как ужас, не только как осуждение, но как явление целого пути и всех возможностей, которые у нас есть: возможность каждое мгновение становиться и все время быть просвещенными, с плохим лицом, прыгающими людьми, то, что мы иногда, и возможность Победить в себе, ради Христа, ради Бога, ради собственного спасения, что нам чуждо, что мертво, то не будет возможности Царство Небесное.Аминь.

О покаяние

Исповедь, конечно, содержит в себе покаяние, но чтобы понять, в чем суть покаяния, необходимо поговорить о нем отдельно. Покаяние заключается в том, что человек, отвернувшийся от Бога или живший, внезапно или постепенно понимает, что его жизнь не может быть полной в том смысле, в каком он ее переживает. Покаяние — это повернуть лицо к Богу. Это момент — только начальный, но решающий, когда мы вдруг меняем курс и вместо того, чтобы стоять спиной или боком к Богу, к истине, по отношению к своему призванию, делаем первое движение, — обратились мы к Бог.Мы не отремонтировали, в том смысле, что они не изменились, но для того, чтобы это произошло, мы должны что-то пережить: невозможно отвернуться от самих себя и обратиться к Богу просто потому, что мы это сделали.

Бывает, что человек живет спокойно, с ним ничего особенного не происходит, он как бы «пасется» на поле жизни, щиплет траву, не думая о бездонном небе над собой или какой-либо опасности; Он живёт хорошо. И вдруг происходит что-то, что он обращает внимание на то, что не все так просто; Вдруг он обнаруживает: что-то «не то».«Как? Бывает совсем по-другому.

Бывает, что человек совершает то или иное как малозначительный поступок — и вдруг видит его последствия. Помню одного мальчика: он взмахнул кинжалом и купил сестре глаза. Она оставалась на одном глазу на всю жизнь; И ее брат никогда не забывал того момента, когда он внезапно понял, что, хотя он и имеет в виду бездумно, безответственно, сыграть в такую ​​вещь, как кинжал. Это, конечно, не означает, что он боялся коснуться кинжала или ножа сверстника; Но он знал: самые незначительные действия могут иметь финальное, трагическое значение.

Бывает, что мысль, которая ведет нас к покаянию, настигает нас не так трагично, и мы вдруг слышим, что думают о нас люди. Мы всегда хорошо представляем себя, и когда мы критикуем нас, мы склонны думать, что человек, который не видит нас такими красивыми, какими мы видим себя, ошибается. И вдруг мы услышим мнение других людей о нас. Мы считали себя героями, и все думают, что мы трусики. Мы считали себя безупречно правдивыми, а люди думают, что мы Лукава и т. Д.Если вы обратили внимание на это, мы уже задали себе вопрос: что я? .. И в тот момент, когда мы задаем себе этот вопрос, встает и следующее: Какое мое призвание в жизни? .. Я не говорю о ремесленном призвании, А — кем я могу стать? Доволен ли я тем, что я есть? Я не могу расти самостоятельно, как поправиться? ..

Иногда бывает, что не голос народа, не голос того или иного нашего друга привлекает к себе внимание, а чтение, например, Евангелия.Я читаю Евангелие и внезапно вижу, кем может быть человек; Я вижу образ Христа во всей его красоте или, во всяком случае, в той мере, в какой я могу воспринимать, и начинаю сравнивать себя. Вот когда я начинаю относиться к себе, и то ли по образу Христа, то ли по тому, что люди думают обо мне — тогда начинается суд. И в тот момент, когда начинается суд, начинается покаяние. Это не полно раскаяния, потому что произнести качественный суд не означает получить душевную рану из-за того, что я совершил или кем я являюсь.Иногда мы осознаем, что голова такая плохая или должна быть другой в определенных отношениях, но мы не можем пережить это чувство. Приведу вам пример.

В 20-е годы XX века во Франции проходил съезд русского студенческого христианского движения. Был замечательный священник отец Александр Ельчанинов, чьи сочинения некоторые из вас, наверное, читали, потому что они издавались не только за границей, но и сейчас в России. Офицер подошел к Нему исповедоваться и сказал: «Знаешь, я могу опубликовать все неправильности моей жизни, но я знаю только ее голову; Мое сердце остается совершенно нетронутым, Мневса равняется».Я понимаю своей головой, что это все зло, и не отвечаю душе ни болью, ни стыдом. «И отец Александр сделал потрясающую вещь; Он сказал:« Не признавайся, это будет совершенно напрасно ». Завтра, перед тем, как я отслужу на литургии, вы выйдете вперед и, когда все соберутся, повторите то, что вы мне только что сказали, и исповедуйте всю аудиторию. «Офицер согласился на это, потому что он чувствовал себя мертвым, что в нем нет жизни, что у него есть только память да голова, но его сердце было мертвым, и его жизнь ушла.И он вышел с чувством ужаса: вот, я сейчас начну рассказывать, и весь съезд отвернется от меня. Все с ужасом будут смотреть на меня с мыслью: мы думали, что он порядочный человек, а он не только мерзавец, но и мертвец … Он стал, переставил свой страх и ужас и заговорил. И случилось что-то совершенно неожиданное: в тот момент, когда он сказал, за что он стал перед королевскими решетками, весь съезд к нему обратился с сострадательной любовью, он почувствовал, что он все открыл, все открыли его сердца, все думают о том, как ему больно, как ему стыдно.. и он заплакал и сказал свое признание в слезах; И для него началась новая жизнь.

Здесь мы коснемся очень важного момента — токарной обработки. Покаяние не должно составлять грех в себе и приводить его к Богу для исповедания; Покаяние в том, что что-то ударило нас в душу, что слезы потекли из наших глаз и из нашего сердца. Святой Варзонофон говорит, что слезы истинного покаяния могут очистить нас так, что это уже делается ненужным для исповеди, потому что то, что Бог простил, человеку нечего разрешать.Есть еще одно место у ученика преподобного Симеона Нового Богослова, преподобного Никиты Сифандского, где сказано, что слезы истинного покаяния могут вернуться к человеку даже потерявшему телесную девственность … покаяние должно быть точным.

Но мы не можем даже покаяться, это не для нас. Что мы делаем? Это необходимо сделать. Вы, наверное, читали о том, как производятся раскопки древних городов или памятников. Приходит археолог и начинает рисовать землю. Сначала он видит только обычную почву, но постепенно начинает различать любые очертания, давно упавшие под землю.Это первое видение. Когда мы, скорее всего, видим что-то недостойное нас, ни любовь и уважение, которые нас окружают, ни любовь, которую проявляет нам Бог, уже являются началом нашего понимания, и мы можем пойти на исповедь и сказать: «Теперь я знаю что под землей, может быть, очень глубоко, есть мир греха, но кое-что я узнал о нем уже на поверхности, я хочу донести это до Бога и сказать: Я видел это. Ты помог мне увидеть это, Господь, и Я раскаиваюсь в этом зле. Я все еще не знаю, как раскаяться, но я знаю, как знать, что это несовместимо с моей дружбой с тобой, с любым отношением, так как я окружен моими любимыми, ничего с тем, что я хочу быть … »Есть средневековая разрешающая молитва Со словами:« И пусть Господь простит тебе все грехи, в которых ты искренне раскаялся ». Прощается не только то, что ты сказал, а потом перед тобой содрогнулась душа, что ты повесился. ужас. Остальное — ваша новая задача. Вы должны продолжать идти дальше, все глубже и глубже в себя, в этих раскопках, и продолжать находить то, что недостойно ни вас, ни Бога, ни того, что люди думают о вас. Таким образом, признание становится частью постепенно углубляющегося покаяния, новые глубины постепенно открываются перед вами.

Но вы скажете: «Неужели жизнь уйдет в эти глубины, чтобы видеть только зло, одно зло, все уходит во тьму? С этим нельзя жить!» Нет, с этим жить нельзя, но тьма рассеивает свет. Если мы видим что-то темное, то только потому, что свет проникает в новую глубину нашей жизни. Вот пример, который я привожу детям, но и взрослым иногда не вредно слышать пример ребенка. Когда дети говорят: «Я смотрю на все зло, которое есть во мне, и я не знаю, как его искоренить, вывести из себя гнев», я отвечаю: «И скажи мне: когда ты входишь в темную комнату, неужели так, чтобы она перестала быть Тьмой, вы месите белые полотенцесушители в надежде, что тьма разойдется, развеет? »-« Нет, конечно нет! » — «И что ты делаешь?» «Я открываю ставни, открываю шторы, открываю окно.» — «Вот и все! Вы пролили свет туда, где царила тьма. Просто здесь. Если вы хотите по-настоящему покаяться, по-настоящему исповедоваться и измениться, не нужно заострять внимание только на том, что вы плохи, нужно пускать свет. А для этого нужно обратить внимание на то, что у вас уже есть свет, и во имя этого света бороться со всей тьмой, которая в вас. «-» Да, но как это сделать? Вы действительно думаете о себе: вот, я так хорош в том или ином смысле? » — «Нет. Прочтите Евангелие и отметьте в нем те места, которые поражают вас в душе, из которых творится сердце, просветляется разум, который соберет вашу волю к желанию новой жизни.И знайте, что в этом слове, в этом образе, в этой заповеди, в этом примере Христа вы нашли искру Божественного Света. В связи с этим оскверненная, затемненная икона, которая есть у вас, просвещена. Вы уже немного похожи на Христа, образ Божий уже начал немного проявляться. И если так, я помню, что если вы грешите наоборот, вас будет обсуждать святыня, которая уже в вас уже живет, уже действует, растет. Вы будете жить в образе Бога, чтобы погасить свет или окружить его тьмой.Не делайте этого! И если вы верны тем искрам света, которые уже есть в вас, то постепенно тьма вокруг вас будет рассеиваться. Во-первых, потому что там, где свет, тьма уже рассеяна, а во-вторых, когда вы открыли для себя какой-то свет, чистоту, правду, когда вдруг смотришь на себя и думаешь: в этом отношении я на самом деле по делу — настоящий мужчина, не только мразь, которую я себе представлял, — тогда можно начинать драться с тем, что на тебя набегает, как враги подходят к городу или на армию так, чтобы свет загорелся в тебе.Вы, например, научились чистоплотности читать. И вдруг у вас поднимается грязь мыслей, телесных желаний, чувств, чувственности. Здесь вы можете сказать: я нашел искру целомудрия, искру чистоты, желание любить кого-то, даже не думая об этом человеке, не говоря уже о прикосновении; Нет, я не могу позволить себе эти мысли, не стану. Я буду бороться с ними; И для этого обращаюсь ко Христу и закричу ему: Господи, убирайся! Господи, спаси! Боже, помоги мне! — И Господь поможет.Но он тебе не поможет, раньше, чем ты себя побьешь. «

В житии святого Антония Великого есть история о том, как он отчаянно боролся с искушением, боролся так, что она, наконец, упала на землю в изнеможении и лежала без его силы. И внезапно он стал Христом перед ним. Не имея даже силы подняться, Энтони говорит: «Господи, где ты был, когда я так отчаянно сражался?» И Христос ответил ему: «Я стоял невидимый рядом с тобой, готовый вступить в бой, лишь бы ты сдался.Но вы не сдавались — и выиграли. «

Итак, я думаю, что каждый из нас может научиться каяться и приходить к исповеданию каждый раз уже с новой победой и с новым видением поля битвы, которое перед нами открывается все шире и шире. И мы можем получить от Христа прощение наших грехов, прощение того факта, что мы уже начали бежать; А кроме того, получите благодать и новую силу, чтобы выиграть то, чего мы не выиграли.

О признании

Говоря о покаянии, я только коснулся исповеди, но вопрос исповеди настолько важен, что я хочу остановиться на нем все глубже и глубже.

Признание двоякое. Бывает личное, частное исповедание, когда человек подходит к священнику и открывает в его присутствии свою душу. А есть обычная исповедь, когда люди сходятся большой или малой группой, и священник исповедуется за всех, в том числе и за себя. Хочу остановиться сначала на частной исповеди и обратить ваше внимание на что.

Человек исповедуется — Бог. В учении, которое священник перед исповедью произносит отдельное лицо, говорит: «СЕ, Чух, Христос невидим, примите вашу исповедь; я только свидетель.«Следует помнить: нас не смущает священник и не он нам судья. Я бы сказал больше: даже Христос в тот момент не наш судья, а сострадание к нашему Спасителю. Это очень, очень важно , потому что, когда мы подходим к ведущему, мы находимся в присутствии свидетеля. Но что это за свидетель, какова его роль?

И есть третье чувство свидетеля. Когда брак заключен, приглашается самый близкий человек. Это тот, кого в Евангелии называют «другом жениха» (в нашей практике это также будет «друг невесты»).Это ближайший жених и невеста, человек, способный разделить с ними самую полную радость преображающей встречи, соединяющей чудо.

И вот священник занимает такую ​​позицию: он друг жениха, друг Христа, он за рулем ведет к жениху Христу. Он тот, кто так глубоко связан любовью с ходьбой, что готов разделить ее с трагедией и привести его к спасению. И когда я говорю «разделите его по трагедии», я говорю о чем-то очень и очень серьезном.Я помню одного преданного, который однажды спросил: «Как каждый человек, который приходит к вам и рассказывает о своей жизни, даже не чувствуя покаяния или сожаления, внезапно приходит в ужас, прежде чем он грешит, и начинает исповедоваться, плакать — и изменить? »И этот преданный дал замечательный ответ. Он сказал: «Когда человек приходит ко мне со своим грехом, я воспринимаю этот грех как свой собственный. Мы с этим человеком — одно; те грехи, которые он совершил, я, конечно, совершил мысль, или желание, или волнение. Поэтому я волнуюсь его исповедь, как его собственное, я (как он сказал) я на шаг отстаю в глубине его тьмы, и когда я дошел до самой глубины, я соединяю его со своей душой и раскаиваюсь своей душой в грехах что Он признается, и что я признаю за себя.А потом он покрывается моим покаянием и не может не каяться, и он отпускается; И я умер по-новому в своих грехах, потому что доволен им состраданием и любовью. «

Это крайний пример того, как священник может подходить к покаянию другого человека, поскольку он может быть домашним женихом, поскольку он может быть темой, ведущей к спасению. Но для этого священник должен научиться состраданию, должен научиться чувствовать и осознавать себя вместе с собой.

И произнося слова разрешительной молитвы, священник либо предсказывает их наставлению, либо нет.А это тоже требует честности и внимания. Иногда бывает, что священник слушает исповедь, и вдруг ему ясно, как от Бога, открывается от Духа Святого, что ему сказать. Ему может казаться, что это не вопрос, но он должен повиноваться этому голосу Бога и произнести эти слова, чтобы сказать, что Бог вложил его в душу, в сердце и разум. И если он это делает, даже когда кажется, что это не относится к признанию, которое он принес, он говорит, что курит.

Иногда священник не чувствует, что эти слова от Бога.(Вы знаете, а у апостола Павла есть места в посланиях, где он пишет: «Вот что говорю вам имя Бога, имя Христа …» или «Я говорю с вами от себя … . «). Но это не значит, что тогда слова священника — «начальник»; Это то, что он знал на собственном опыте, и он делится этим опытом — испытал греховность, переживание покаяния и то, чему его учили другие люди, чище, более достойно, чем он сам.

А иногда и нет. Тогда вы можете сказать: «Это то, что я читал от святых отцов, я читал это в Священном Писании.Я могу предложить вам, вы обдумайте это, подумайте над этим, и, возможно, через эти слова Священного Писания Бог скажет вам то, что я не могу сказать. «

И иногда честный священник должен сказать: «Я болел с тобой на исповеди, но ничего не могу тебе сказать. Я буду молиться за тебя, но не могу дать совет». И у нас есть пример. этого. В житии преподобного Амвросия Оптина описаны два случая, как люди приходили к нему, открывали свою душу, свою нужду, и он три дня держал их без ответа.И когда он, наконец, потребовал ответа, он сказал: «Что я могу ответить? Вот три дня я молю Богородицу, чтобы она просветила меня и дала ответ — она ​​молчит. Как я могу говорить без ее милости?»

Вот что я хотел сказать о частной исповеди. Человек должен прийти и излить душу. Не повторяйте чужие слова, заглядывая в книгу, и не ставьте перед собой вопрос: если бы я был сейчас перед Христом Спасителем и всеми людьми, которые меня знают, что было бы для меня позором? Что я не готов открыть перед всеми, потому что было бы слишком страшно, что я увидел себя, то, что я вижу сам? .. Вот в чем надо признаться. Задайте себе вопрос: если бы моя жена, мои дети, мой самый близкий друг, мои коллеги узнали бы обо мне или еще что-то, было бы стыдно или нет? Если тебе стыдно — признайся. Если тому или иному стыдно открывать Богу (который это уже знает, но от которого я стараюсь это скрыть) или было бы страшно — открой его Богу. Потому что в тот момент, когда вы его открываете, все, что попадает в свет, создается светом. И тогда можно исповедь и откровенность, а не трафарет, чужую, пустую, бессмысленную исповедь.

А теперь коротко хочу сказать об общей исповеди. Общее признание можно произносить по-разному. Обычно произносится: люди идут, священник произносит какую-то вводную проповедь, а потом читает книгу как можно больше тех грехов, которых он ожидает от присутствующих. Этот список может быть формальным. Сколько раз слышал: «Утреннюю и вечернюю молитвы не читал», «Каноны не читал», «Посты не соблюдал», этого не делал, другого не делал… это все формально. Да, формально не в том смысле, что это настоящие грехи некоторых людей, может быть, даже самого священника, но это не обязательно настоящие грехи этих людей; Настоящие грехи разные.

Расскажу, как провожу генеральную исповедь. Наше общее исповедание — четыре раза в год. Перед исповедью я провожу две беседы, которые направлены на понимание того, что исповедание есть грех, чем истина Божья, чем жизнь во Христе. Каждый разговор длится сорок пять минут, все собравшиеся сидят, слушают, затем наступает получасовая тишина, в течение которой каждый должен думать об услышанном, смотреть на свою душу и думать о своей греховности.А потом общее признание. Мы идем в середину храма, я ношу Epitrohil, перед нами Евангелие, и обычно я читаю конфетный каноний, как Иисус Христос. И под влиянием канона я скажу свое собственное признание вслух — не о формальностях, а о том, что моя совесть примет меня и что открывает передо мной Канон. Каждое исповедание индивидуально, потому что каждый раз в словах этого канона преобладает другое, в другом, и я раскаиваюсь перед всеми людьми, называю вещи своим языком, своим именем.Не для того, чтобы я тогда ходил и упрекал конкретно в том или ином грехе, и чтобы каждый грех открывался людям как мой собственный. И если, произнося исповедь, я не чувствую, что действительно раскаиваюсь, я говорю это и это исповедь: «Прости меня, Господи! Итак, я сказал эти слова, но они не дошли до моей души» … Это исповедь длится обычно минут тридцать-сорок, в зависимости от того, что я могу написать людям. И в то же время люди исповедуются — молча, а иногда и вслух, говоря: «Да, Господи! Прости меня, и я виноват в этом!» Но это мое личное признание.И, к сожалению, я настолько грешен и так похож на всех, кто присутствует на этом действии, что мои слова раскрывают перед людьми их греховность.

После этого молимся. Читаем часть кающегося канона, читаем молитвы перед Святым Причастием (не все, а избранные, которые касаются того, о чем я говорил или как исповедовал). Тогда все становятся на колени, и я всем прощаюсь с молитвой. Если кто-то считает нужным подойти и отдельно сказать о том или ином грехе, он может сделать это свободно.Но по опыту знаю, что такое обычное исповедание учит людей исповедоваться наедине. Многие говорили мне сначала: «Я не знаю, что прийти к исповеди. Я знаю, что согрешил против многих заповедей Христовых, я сделал много плохого, но не могу заставить себя собрать это в исповедь ». И после такой общей исповеди люди приходят и говорят:« Теперь я знаю, я научился исповедовать свою душу, опираясь на молитвы церкви, опираясь на канон выздоровления, полагаясь на то, как вы сами исповедовали твоя душа и как люди вокруг меня Исповедь воспринималась и приносилась как собственная.«Я считаю, что это очень важный момент: чтобы общая исповедь была уроком признания лично, а не« вовсе ».

Иногда люди приходят и вычитают длинный список грехов, который я знаю в списке, потому что у меня есть те же книги, что и у них. И я их останавливаю, я говорю: «Вы исповедуете наши грехи, вы исповедуете грехи, которые можно найти в Номоканоне, в молитвенных комнатах. Мне нужна потребность во мне, вернее, Христу нужно ваше личное покаяние, а не генерал. Покаяние экрана Нельзя почувствовать, что Бог обличен в вечную муку, потому что я не читал вечерние молитвы или не читал каноны, или не скреплял.«

Более того: бывает, что человек пытается например поститься, а потом срывается и чувствует, что я осквернил весь свой пост, что от его подвига ничего не осталось. А на самом деле Бог смотрит совсем другими глазами. Я могу пояснить это на одном примере из своей жизни. Когда я был врачом, я занимался в одной бедной русской семье. Денег с собой не брал, потому что денег у них не было. Но как-то в конце Великого Поста, во время которого я пристегнулся, если можно сказать, «жестоко», то есть не нарушая никаких уставных правил, меня пригласили на обед, и оказалось, что они какое-то время были из Его нехватка денег была собрана копейками, чтобы купить маленького цыпленка и угостить меня.Я посмотрел на этого цыпленка и увидел в нем конец моей колоды постного мяса. Я, конечно, съела кусок курицы, — не могла их оскорбить отказом; Но потом подошел к своему духовному отцу и сказал: «Знаешь, отец Афанасия, со мной такая гора случилась! На протяжении всего поста, могу сказать, я пристегивалась отлично, и вот, на страстной садмисе, съела кусок курица ». Отец Афанасия посмотрел на меня и сказал:« Знаешь, если бы Бог взглянул на тебя и увидел, что у тебя нет грехов, и кусок курицы может осквернить тебя, он защитит тебя от этого; Но он посмотрел и увидел так много греховность в тебе, что ни одна курица не могла тебя осквернить.«Думаю, многие из нас могут вспомнить этот пример, чтобы быть честными, правдивыми людьми, а не просто соблюдать устав. Да, я съел кусок этого цыпленка, но вопрос был в том, что я его съел, чтобы не расстраивать людей Я съел ее не как какую-то гадость, а как дар человеческой любви. Есть место в Священном Писании отца Александра Шмемана, где он говорит: все на свете есть не что иное, как Божья любовь; И даже пища, которую мы упали, это божественная любовь, которая стала съедобной …

Что видит священник там, где умирают люди: чудесные истории о раке

Для некоторых людей определенные вещи, которые другим кажутся ужасными, превращаются в повседневную рутину.Иерей Андрей Битюков много лет ходит к больным раком. Часто ему приходится быть свидетелем последних часов или минут чьей-то земной жизни. Пт. Андрей служит в храме Раисы Александрийской в ​​1-м Санкт-Петербургском государственном медицинском университете и отказывается к этому привыкать. Он предпочитает говорить не об отчаянии, а о надежде; не о встрече со смертью, а с жизнью.

Заболел и понял кое-что важное

— Пт.Андрей, часто видишь, как люди, переболевшие болезнью, начинают как можно усерднее молиться. Скептики твердят: «В ваших молитвах нет ничего особенного, это чистая психология». Знаете ли вы примеры, когда молитвенная работа выходит за рамки простой психологии?

— Когда я был молод, я работал в хосписе. Я встретил там женщину, которая, как мне кажется, была святой. Она попала в больницу, когда уже находилась на последней стадии рака. В ходе нашего разговора выяснилось, что она сделала более десяти абортов.Более того, большинство из них она сделала сама. Когда она заболела, первое, что она спросила, было не «почему я этого заслуживаю?», А «что мне теперь делать?» Она получила ответ: «Молитесь. Вот утренняя и вечерняя молитвы. Вот акафист женщинам, убившим ребенка в утробе матери ». Каждый раз, когда я подходил к ней, я видел, как она сидит на кровати в очках и молится. Позже этот человек засветился светом, атмосфера в больничной палате изменилась. Люди не хотели менять комнату, хотя это была самая людная комната в больнице.От нее исходил мир.

Этот человек умер спокойно. Итак, это опыт и результат молитвы, с которыми я столкнулся лично.

Fr. Андрей Битюков

— Тема физических страданий мне достаточно понятна. Святой Иоанн Златоуст говорил, что человек, научившийся терпеливо переносить все свои болезни, близок к святости. Когда долгие годы смотришь, как эти люди несут свою краску, уже понимаешь, о чем все это идет. Гораздо труднее понять страдания, которые причиняют в этом мире здоровые люди. — Вы работали в бригаде скорой помощи, много лет служите в месте, где находятся люди с тяжелыми и даже неизлечимыми заболеваниями. Можно ли сказать, что вы еще не решили вопрос о происхождении и причинах людских страданий и что здесь ничего не вызывает в вас внутреннего бунтаря?

Что касается больных, многие из них, так или иначе, наконец понимают смысл.

Даже некоторые неверные люди говорят: «Как хорошо, что я заболел — это помогло мне понять что-то важное».Мы можем сравнить больного человека с соблюдающим пост. Они ограничены в том, что они могут делать, они изолированы от внешнего мира. Им приходят в голову идеи о том, как можно изменить свою жизнь, какие ошибки он совершил, что в нашей жизни ценно, а что нет.

— Но иногда люди ожесточаются из-за своей болезни.

— Да, для многих болезнь — неправильный поворот в жизни. Они начинают винить себя, других людей и Бога.Мы должны поговорить с такими людьми и предложить им взглянуть на ситуацию с другой точки зрения. Не ожидаю, что после нашего разговора человек изменится. Некоторые люди не изменились даже после разговора с Самим Богом. Вот почему я говорю: «Вы можете со мной не согласиться. Теперь я ухожу, а ты останешься здесь. У вас будут вопросы и контраргументы, и это хорошо. Мы встретимся еще раз, я вас выслушаю и продолжим обсуждение этого вопроса ».

Слушая людей

— Люди в тяжелом состоянии негативно реагируют на вас и ваши слова о Боге?

— В отделениях, которые я посещаю, я не встречаюсь с людьми, которые не хотят меня видеть.Не потому, что просто не хочу, а потому, что ко мне не обращаются. Однажды пациент выбросил одеяло, чтобы показать мне, что у него ампутированы обе ноги. Он сказал: «Так где же твой Бог, если я потерял ноги?» Я спросил его: «Не могли бы вы сказать мне, как долго вы курите?» Он сказал, что это было 50 лет. Его болезнь была вызвана курением. «Итак, какое это имеет отношение к Богу? Разве вы не знали, что курение опасно? » Конечно, на этом наш разговор не закончился. Я не оставил его таким.Я пытался его утешить и сказал, что жизнь продолжается, что можно решить проблему с реабилитацией или протезами…

— Какой эпизод службы в детской больнице произвел на вас впечатление больше всего и почему?

— Я отпевал самого маленького пациента нашей клиники. До этого, когда ребенок был еще болен, я очень долго разговаривал с его мамой. Родители мальчика были близкими родственниками друг другу. Они оба понимали, что их брак был неправильным, но их любовь была сильнее этого.В этом браке у них родилось трое детей, и самый младший из них родился с врожденным лейкозом. Когда я совершал отпевание, его мама была спокойна, вела себя как-то мудро… Потом она мне сказала: «Батюшка, я воспринимаю это не как наказание. Я знаю, что нам теперь делать. Мы не расстанемся, но детей у нас больше не будет. Мы поднимем те, которые у нас уже есть ». Она сказала это не с отчаянием, а с желанием жить дальше.

С детьми и их родителями у меня целые истории.Обычно дети много времени проводят в больнице, поэтому между нами складывается довольно доверительное общение. И я вижу, когда Господь готовит родителей к смерти их ребенка. Для них это не внезапная трагедия. Тем более, если родители ходят в церковь, причащаются, они более подготовлены духовно и готовы к такому результату болезни — готовы принять это. Дети, если им не больно, страдают от всего этого меньше, чем их родители.

— Если родители и их ребенок не ходят в церковь, то какова, по вашему мнению, ваша цель: просто утешить их или помочь им в их воцерковлении?

— Возможно, просто чтобы быть рядом.Быть с ними в этой сложной ситуации и, если возможно, разделять их горести, прислушиваться к ним. Если говорить об отношениях с пациентами и их родителями, то для меня главным учителем в этом является Антоний Сурожский, который учит нас молчать. Не подходите к постели больного человека с заранее приготовленными фразами. Слушайте, что говорят люди, молчите, прочувствуйте атмосферу их страданий — пусть говорят все.

Как известно, если кто-то узнал о смерти близкого человека и сейчас плачет, не надо спешить утешать этого человека.Нам нужно позволить этой разрушительной силе исчезнуть. Когда человек спокоен, мы можем положить ему руку на плечо и поговорить.

Многие люди переосмысливают всю свою жизнь именно во время болезни, начинают правильно расставлять приоритеты. И если они хотят поговорить со священником в это время, то вот я. Прямо здесь.

— Можете ли вы сформулировать несколько основных правил для человека, который узнал, что он болен, и что, вероятно, от этого не будет лекарства?

— Вы должны ценить свое время и людей, вы должны научиться созерцать.Если это верный человек, то в этом переживании болезни он может приблизиться к опыту святых. Многие из них были физически больны. Вспомните Серафима Саровского, Амвросия Оптинского. К ним приходили люди, инвалиды и слабые святые, со своей болью. Но и у этих святых была своя боль, и не только физическая: часто они сталкивались с подозрениями, клеветой и доносом со стороны братии. Подвижники жили в такой ситуации и сумели нести тяжесть чужой боли, которая только усиливалась.

Больной может испытать это, если перестанет спрашивать: «Почему это я заболел?» и скажи Богу: «Да будет по Твоей Воле! Я хочу видеть то, что Ты собираешься мне показать ».При этом у родственников появляется прекрасная возможность продемонстрировать свою любовь наяву. Это непросто, но это правда.

Важно не привыкать к

— Помогают ли вам как священнику обычные чувства и эмоциональные реакции или мешают ли вам общаться с пациентами и их родственниками?

— При взаимодействии с пациентами эмоции должны быть на заднем плане. То же самое я говорю прихожанам, которые очень плохо переживают из-за болезни своего родственника.Особенно это касается различных старческих заболеваний. Часто больные плохо себя ведут со своими близкими, находят действительно глупые слова. Но если вы общаетесь с больным на эмоциональном уровне, вы тратите слишком много своих духовных и психологических сил. И этими эмоциями вы связываете себя. Когда я работал в «скорой», мы не могли оплакивать каждую ужасную трагедию — нам нужно было собраться вместе и заняться своим делом. В такой ситуации ваши эмоции никому не нужны. Они позвонили вам, чтобы вы могли помочь.Когда вы уже помогли и ушли, вы можете расслабиться и поплакать, но не там, где людям нужна ваша помощь. Боту всего 7 лет, но его сознание уже взросло, он воспитал в себе эту зрелость через страдания. А теперь он ушел — но все это время он стал для вас другом, потому что вы говорили с ним по серьезным вопросам. Конечно, такие проигрыши выдержать сложнее.

— Пт. Андрей, вы так или иначе относитесь к теме иррациональных вещей.В начале нашего разговора вы назвали женщину святой. Не боитесь так однозначно сказать: «святой», «чудо»?

— На самом деле восприятие чуда довольно субъективно. Многие люди скептически относятся к чудесам, описанным в Святом Евангелии. Одни сомневаются в святости общепринятых святых, другие провозглашают святость людей, сомнительных как с церковной, так и с моральной точки зрения. Я говорю о своем личном опыте — когда не ошибаешься в этой святости, когда ты готов поцеловать руки этой пожилой женщине, потому что она просто излучает мудрое умиротворение.

Вот что такое истинное смирение — через несколько дней она умрет, но она спокойна и радостна.

Как можно назвать такого человека? В ее сердце нет злобы. У нее все отлично.

Это касается не только пожилых людей. Я помню одну женщину, которая была не особенно старой. Когда я подошел к ней, чтобы она могла принять участие в Святом Причастии, она все время улыбалась. Я спросил ее: «Почему ты улыбаешься?» Она ответила: «Потому что Господь так много показал мне в моей болезни! Я, должно быть, умер 10 лет назад.Вместо этого мне удалось вырастить дочь. Я заболела, когда ей было 8 лет, ее отец оставил нас одних. Так как я был врачом, я понимал, как долго я смогу прожить. Я молилась, чтобы Господь дал мне возможность вырастить моего ребенка ». Такие эпизоды убеждают меня в том, что Господь особенно близок всем этим людям.

Переведено Каталогом добрых дел

Источник: https://foma.ru/rak-istorii-o-chude.html

цитат философов о добре и зле.Афоризмы и цитаты о доброте и милосердии человечества

Всегда будьте немного добрее, чем необходимо.

Люциус Анней Сенека.

Смой зло из своего сердца.

(Иеремия 4:14)

Доброе сердце дороже всех титулов.

Доброта ко всем существам — истинная религия; лелеять в своих сердцах безмерную доброжелательность ко всему сущему.

Сияя любовью и добротой,

мы все становимся немного волшебниками!

Будьте добры.Достаточно плохо.

Я знаю только одно волшебство — Любовь.

Шри Рави Шанкар

Хорошо, что доброта

Живет в мире вместе с нами.

Надуваешь мыльные пузыри и мир становится добрее))

И неважно, какое время года за окном, если ты думаешь о чем-то теплом и хорошем …

Доброта и искренность — признак силы.

Не всем это по карману.

Пусть свет доброты вашей души озарит все вокруг! Аня Скляр

Доброта — не увядает и не ждет взаимности,
Никогда не горит, а согревает, оставляя в душах яркий свет.
Доброта не судит, не калечит — зла от нее ждать не стоит.
Только она исцелит мир от гнева, не подняв цены …

Помните: за все, что вы делаете зло, вам придется расплачиваться той же монетой… Я не знаю, кто это уже наблюдает, но смотрит, и очень внимательно.

Фаина Раневская

Тот, кто делает добро другому, больше всего делает самому себе, не в том смысле, что он будет за это вознагражден, а в том, что осознание совершенного добра доставляет ему огромную радость .

Люциус Сенека

Желаем вам улыбок и любви,

Пусть мир в ваших семьях длиться вечно!

Пусть сияют все дни твои

И радость жизни они дарят бесконечно!)

Не зля никому, твори САМ на СЧАСТЬЕ…

Для добрых дел тебе не нужно серебро … Тебе не нужно ни богатство, ни золото … Но тебе нужна твоя душа, чтобы быть щедрой … И богатой добротой и верой ..

Делай добро — это прекрасно

Чуть больше любви, немного меньше борьбы

— и мир будет хорошо.

Вы не должны приносить людям добро, если они не просят об этом. Это дорого обойдется вам. Лучше всего поставить товар на видном месте и незаметно отойти.

Кому это нужно — тот сам возьмет.

Излучайте добрые чувства, и Вселенная ответит вам тем же.

Просто мне всегда тепло в жизни

Потому что есть ЦВЕТЫ и ДЕТИ.

Просто делай ДОБРО на свете

В сто раз приятнее зла.

Эдуард Асадов

Нет на свете чувства прекраснее ощущения,

, что ты сделал людям хоть каплю добра.

Делай добро. Не опускайте руки.

Цени каждое мгновение и каждый час.

Живите весело. И знайте

Это многое зависит только от нас!

Надуваешь мыльные пузыри — и мир становится добрее))

Чем умнее и добрее человек, тем больше он замечает в людях добра.

Милостивые господа и милостивые дамы, вырастите в своей душе, в светлом ее уголке, такие прекрасные цветы, как добродетель, скромность, честность, справедливость и любовь.

Виктор Гюго.

Мечта, надежда, план — доброта должна быть большой пушистой и позитивной!

Заверните всех кто рядом с добром

хоть каплю, но дайте.

Даже своим добрым взглядом

Ты зажигаешь сердца людей.

Все люди для меня учителя

Все встречи — моя награда …

Я учусь у лукавого — как это невозможно,

Я учусь у добрых — как надо…

Самые нежные растения пробиваются сквозь самую твердую землю, сквозь трещины в скалах. Так доброта. Что за клин, что за молот, с каким бараном может сравниться сила доброго, искреннего человека! Ничто не может ему противостоять.

Генри Дэвид Торо

Для борьбы с чудовищным злом требуется чудовищное добро.

Если каждый делает добро в пределах своих возможностей, возможности добра становятся безграничными.

Ф. Искандер

Окружите свое сердце лаской и окунитесь в нежность

Раскрасьте безмятежность акварелью

Прикоснитесь любовью

как лепет ребенка

И цените все, что у вас есть

нежно, с легкий трепет.

Делайте добро, и жизнь станет красивой

Делайте добро, и будет веселее

Делайте добро, забудьте про плохую погоду,

Делайте добро всем окружающим.

Когда-нибудь вас вдохновит, что они вытирают вам ноги о вашей доброте — не верьте. Оставайся добрым. В конце концов, добро — это просто, и оно спасает мир.

Доброта, даже самая маленькая, никогда не пропадает зря)

Может лучше не уничтожать зло, а взращивать добро?

Аня Скляр

Делай мне добро!
— Разрешите налить вам чаю.
— Нет, это не в счет.
— А с конфетой?
— Woooot… доброта уже пошла ツ

Раньше дефицитом считалась черная икра и импортные джинсы. Сегодня не хватает искренности, порядочности, доброты …

Будьте чисты душой и добры сердцем. Красота души, как маяк, притягивает в вашу жизнь то счастье, которого вы заслуживаете.

Всем — светлые мысли и доброта в душе!)

Красавчиком не тот, кто получился внешне, а тот, кто родился с добротой в душе.

Красота только привлекает внимание, Доброта побеждает Сердце …

Это я добрый и ленивый

Приучите себя с первого взгляда к человеку, всегда желать ему добра от всей души!

Антоний Сурожский

Что есть добро? Это частичка счастья, Это свежий воздух, глоток ветра. Вы отдаете его, и он раскроется, Кто-то сильнее просто забьется сердцем. Не покупайте это слово и не продавайте, Вы можете подарить или просто отдать…

Любовь нужно постоянно поддерживать в себе. Добрых эмоций и поступков, любимых мест, книг, людей, одиночества, животных. Эльчин Сафарли — Расскажи мне о море

Многие люди пытаются раскрасить свою жизнь развлечениями, но единственный источник радости — это доброта.

Пусть каждый день будет добрым!

Глупо надеяться на что-то глобальное, например, установить мир во всем мире, устроить счастье для всех, но каждый может сделать какую-то мелочь, благодаря которой мир станет даже немного лучше .

Делай добро не для чего,

И от чистоты сердца)

Не упускай возможности творить добро)

Не сердись! Держи мячи!

В конце жизни не имеет значения, сколько машин у вас в гараже и в каких клубах вы бывали. Важно, сколько жизней вы изменили, на скольких людей повлияли и кому помогли.Делай добро! Мило!

Всех лучей добра !!! сосед и тройное возвращение к тебе,
Пожелай добра врагу и пять раз вернется к тебе,
Пожелай добра всем людям, он вернется к тебе десять раз,
Пожелай земле добра и ты вернешься сто раз,
Пожелайте вселенной добра и вселенная откликнется
Чтобы все Добро Вселенной обернулось для вас счастьем!

Не думайте о добрых делах, но делайте добрые.Роберт Вальзер

Лучше капля добра, чем целая бочка философии …

Лев Толстой —

Тщательно охраняйте сокровище в себе — доброту. Умейте отдавать без колебаний, терять без сожаления, приобретать без скупости.

Подарите миру лучшее, что у вас есть …
и лучшее в мире вернется к вам!

Люди говорят, что человек
Когда он делает что-то хорошее,
Тогда ваш земной, ваш человеческий возраст
Продлевается минимум на один год.

Поэтому, чтобы жизнь не подводила
И чтобы вы прожили больше века,
Гуляйте, люди, избегая зла,
И помните, что добрые дела —
Самая верная дорога к долголетию!

Не бойся согревающих слов давать,
И делать добрые дела.
Чем больше дров вы положите в огонь,
Тем больше тепла вернется.

Всегда отвечайте только добротой, это единственный способ сделать этот мир лучше. Отвечайте любезно или не отвечайте никак.Если вы отвечаете злом за зло, тогда зла становится больше.

Думайте при каждом пробуждении: «Что хорошего я делаю сегодня? Солнце сядет и унесет с собой часть моей жизни. «

Индийская пословица

Что такое добро?

Добро — это чудо, которое может сотворить каждый!

(Подумайте, что вы делаете и как вы это делаете)

И вы забываете — и оно станет проще
А прости — и будет Праздник
А стремишься — и получится…
Не скупитесь — и будете вознаграждены!
И он вернется к вам — будет вознагражден …
А вы верите — и они вернутся!
Начни сам — заведется все вокруг!
А вам ЛЮБОВЬ! И вам будут зачислены!

Они говорят тебе гадости, а ты говоришь хорошее.

Это мне?
— Вы …
— Для чего?
— Просто!

Просто

Это для вас. Просто 🙂

Моя религия очень проста.Мне не нужны храмы. Мне не нужна особая сложная философия. Мое сердце, моя голова — мой храм. Моя философия — доброта. Далай-лама

Доброта на словах порождает доверие.
Доброта в мыслях улучшает отношения.
Доброта в поступках рождает любовь.

Какая разница, тепло на улице или холодно, когда маленькая радуга живет в вашей комнате весь день?

Элинор Портер «Поллианна» —

В детстве мы были намного более открытыми…
— Что у вас на завтрак?
— Ничего.
— А у меня есть хлеб с маслом и джемом. Возьми моего хлеба …
Прошли годы, и мы стали другими, теперь никто никого не спросит:
— Что у тебя на сердце? Разве это не тьма? Возьми немного моего света.

Когда вы улыбаетесь, вы не единственный, кто счастлив. Вы также вносите луч света в жизнь других.

Земля всегда полна чудес. Только большинство людей об этом не знает, из-за чего происходят все их несчастья.И самое первое чудо состоит в том, что, заняв разум доброй мыслью, мы не оставляем в нем места для злой.

Фрэнсис Элиза Бернетт

Когда душа начнет мерзнуть — вари какао.

Всем нужна доброта
Пусть будет побольше хороших.
Зря не говорят при встрече
«Добрый день» и «Добрый вечер».
И не зря у нас есть
Wish «Добрый час».
Доброта — это из века
Человеческое украшение…

Думай хорошо, и мысли созреют в добрые дела. Лев Николаевич Толстой

Этот мир подобен эху в горах: если бросить в него гнев, гнев возвращается; если мы дарим любовь, любовь возвращается.

А это естественное явление, не нужно об этом думать. Ему можно доверять — все произойдет само собой. Это закон кармы: что посеешь, то и пожнешь — все, что ты дашь, вернется к тебе. Не нужно думать об этом, все происходит автоматически.

Любите и будьте любимыми! ..

Ошо —

Убедитесь, что внутри вас нет Сопротивления, нет ненависти, нет негатива. «Любите врагов ваших», — сказал Иисус, и это, конечно же, означает: «Не имейте врагов».

Экхарт Толле

Не позволяйте неблагодарности многих отпугивать вас от

делать добро людям;

потому что помимо того факта, что добро само по себе

и без какой-либо другой цели — благородное дело,

но творить добро, иногда встречаешь в ком-то

столько благодарности только

, что это вознаграждает всю неблагодарность других.

Франческо Гвиччардини

Как долго вы думаете о хорошем?
Вот сколько хорошего вы получите.

Если каждый делает добро в пределах своих возможностей, возможности добра становятся безграничными.

Но чудес не меньше: улыбка, веселье, прощение и — только что сказано, правильное слово. Владеть им — значит владеть всем.

Александр Грин, «Алые паруса» —

Всегда отвечайте только добротой, это единственный способ сделать этот мир лучше.
Ответьте любезно или не отвечайте никак.
Если вы отвечаете злом за зло, тогда зла становится больше.

Не доверяйте тому, кто красиво говорит, в его словах всегда есть игра.
Доверяйте тому, кто тихо делает красивые вещи.

Сколько добра, света, любви в человеке — столько в нем жизни!

Вы можете заполнить свой мир по своему желанию:

хорошее или плохое,
жадность или бескорыстие,
агрессия или мир,
безразличие или милосердие;

запомни только — что ты оставишь на своем пути, это и происходит на нем.

Каждое наше действие оставляет след в душе и участвует в формировании нашего характера и судьбы. Когда вы поймете этот принцип, вы будете более осторожны, чтобы в ваших делах было только добро.

Победи гнев с кротостью
Зло — это хорошо
Жадность — это щедрость
Ложь — правда.

Может быть, времена не те … Условия продиктованы возрастом спешки … Но сердце так грустно о доброте… Не модно … Искренне … И реально …

Когда не знаешь, что делать, действуй по-человечески.

Чем для всеобщего счастья страдать бесполезно —

Лучше подарить счастье близкому человеку.

Лучше привязать друга к себе добротой,

Чем освободить человечество от пут.

Омар Хайям

Вы можете принять душ другому человеку. Камнями или цветами. В зависимости от того, что у вас есть в наличии.Если в душе есть камни, то камни. Если цветы … то цветы. И это не тот мужчина. Речь идет о вас!

Каждое утро, просыпаясь, начинайте с мыслей:

«Сегодня мне повезло — я проснулся.
Я жив, у меня есть эта драгоценная человеческая жизнь, и я не буду тратить ее зря.
Я направлю всю свою энергию на внутреннее развитие,
Чтобы открыть свое сердце другим
И достичь просветления на благо всех существ.
Я буду лелеять только хорошие мысли о других.
Я не буду сердиться и плохо думать о них.
Изо всех сил буду приносить пользу другим. «

Все блаженство мира происходит из желания блаженства другому; Все страдания людей мира — из желания вашего личного блаженства. Шантидева

Наша величайшая сила — в доброте и нежности. нашего сердца …

Сколько мудрости нужно, чтобы никогда не терять доброты!

М. Эбнер-Эшенбах

Мы становимся счастливыми, здоровыми и успешными, когда перестаем жаловаться и ругать.

Не будь побежден злом, но побеждай зло добром.

Для чего действительно нужна смелость, так это искренность.

Попробуйте стать радугой в чьем-то облаке.

Невозможно и ненужно постоянно радоваться. Но всегда можно сесть рядом с дорогим человеком, положить ему руку на плечо (или обнять) и разделить его облако пополам. Ваше солнце устремится в промежуток между двумя дождевыми облаками и осветит падающие капли.Так делают радугу, правда?

Спросите себя: были ли вы сегодня добрыми? Сделайте добро своим распорядком дня, и мир вокруг вас изменится.

Если хочешь, чтобы твои ноги не болели от шипов, покрыли всю землю цветочным ковром. Абу-л-Фараж

Знаете, сейчас мне очень хочется, хоть на час, такую ​​маленькую карманную фею, как из старый диснеевский мультфильм про спящую красавицу. Так что она сказала «бибиди-бабодибум» и все, все получилось, разгладилось.

Эльчин Сафарли — Мне тебя обещали —

Крошечный акт доброты лучше, чем самые торжественные обещания сделать невозможное.

Thomas Macaulay —

Когда вы делаете добро, оно не останавливается, а желает продолжения. Багаж добрых дел приносит истинное счастье.

Важно не столько рассуждения о добре, сколько добрые дела. Монтескье

Я убежден, что душа каждого человека радуется, когда он делает добро другому. Т. Джефферсон

Чтобы весь мир был в наших руках, нам просто нужно перестать сжимать кулаки и развести ладони.

Шри Шри Рави Шанкар —

Если сердце чисто

, произойдет чудо.

Доброту трудно отдать, потому что она все время возвращается.

Точно так же, как у нас не будет приятного дома, пока мы не впустим в наши комнаты свежий воздух и солнечный свет, так и наше тело не будет сильным, а наше лицо счастливым и ясным, пока наш ум не будет открыт для добрых мыслей. Джеймс Аллен

Живите так, чтобы люди, столкнувшись с вами, улыбались.
И общение с тобой стало немного счастливее …

Читал про безобразия, бессмысленность и отвращение, подозрительность и цинизм. … Мне кажется, что я один в своих настойчивых утверждениях о реальности добра, порядочности, великодушия, все остальные молчат. В мире есть добро и зло, они дерутся между собой, и этой битве нет конца. Однако, если хорошие люди сдадутся, битва будет проиграна..

Говорят тебе всякие пакости, а ты хорошо отвечаешь ?!
— Каждый тратит то, что имеет.

Если вы хотите, чтобы вокруг вас были хорошие, добрые люди — постарайтесь относиться к ним внимательно, по-доброму, вежливо — вы увидите, что всем станет лучше. Все в жизни зависит от вас, поверьте. Максим Горький

Каждый человек — это алмаз, который может и не может очистить себя. В той мере, в какой он очищен, сквозь него сияет вечный свет.Следовательно, дело мужчины — не пытаться сиять, а пытаться очистить себя. Лев Николаевич Толстой

Всем, кто желает мне зла … Хорошо вам, слышите ?! Добра !!!)))

Если аварии не случайны, то банальности — непривычные.

Считаю счастливыми тех, кто пользуется всяким добром без примеси зла. Цицерон

Удивительно, что один луч солнца может сделать с человеческой душой… Федор Михайлович Достоевский

Истинный свет исходит изнутри человека и открывает душе тайны сердца, делая ее счастливой и гармонирующей с жизнью. Джебран Халиль Джебран

Если не знаешь, что делать, то постарайся действовать так, чтобы количество добра в мире хотя бы не уменьшалось. Владимир Федоров

Чем больше человек дает добра, тем больше места он освобождает для получения новой энергии добра.Откройтесь добру. Вячеслав Панкратов, Людмила Щербинина Улыбнись счастью!

Часто, сами того не замечая, мы меняем к лучшему жизнь окружающих нас людей. Это почетно и совсем не сложно. Просто прислушайтесь к себе и воспользуйтесь любой возможностью, чтобы помочь словом и делом. Возможно, мы никогда этого не узнаем, но наше доброе дело может удивительно обернуться для человека.

Особое добро (христианская притча)

Один брат сказал одному старейшине:
— Если я вижу брата, о котором слышал что-то плохое, то я не могу заставить себя впустить его в свою камеру.Если я увижу хорошего брата, я охотно впущу его.
Старец ответил:
— Если доброму брату делаешь добро, то этого мало — сделай особое добро слабому.

Мы должны любить всех.
Но если не можете, по крайней мере пожелайте всем добра.
Духовные наставления старца Гавриила (Ургебадзе)

Практикуйте доброту весь день ко всем вокруг, и вы поймете, что сейчас находитесь на небесах.

Еще не поздно для доброго дела.

  • Половина последствий добрых намерений оказывается злой. Половина последствий плохих намерений оказывается хорошими.
  • Тот, кто делает добро другому, делает добро себе; не в смысле последствий, а самим актом совершения добра, поскольку осознание совершенного добра уже само по себе приносит большую радость.
  • Когда в Поднебесной узнали, что красота есть красота, появилось и уродство. Когда они узнали, что добро есть добро, появилось и зло.
  • Не обвиняйте других в мелких правонарушениях. Не обвиняйте других в злых умыслах. Не напоминайте другим о старых обидах. Если вы будете следовать этим трем правилам, вы сможете развивать добродетель и избегать неприятностей.
  • Когда, делая добро, ты не думаешь ни о себе, ни о других, горсть зерен одарит милостью тысячу фунтов хлеба. Когда, помогая другим, вы хвастаетесь своей щедростью и требуете от людей признательности, то сотня золотых монет не принесет вам даже пол-меди.
  • Во зле секретность ужасна. По добру ужасно желание быть на виду. Следовательно, вред, причиняемый видимым злом, является поверхностным, а вред, причиняемым скрытым злом, глубоким. Когда добро очевидно, польза от него мала, а когда оно скрыто — велика.
  • Когда вы слышите о чьем-то плохом поступке, не спешите осуждать этого человека. Может оказаться, что это порядочный человек, ставший жертвой клеветы. Услышав о чьем-то добром деле, нельзя торопиться искать дружбу с этим человеком.Может оказаться, что он мерзавец, который набивает себе цену.
  • Делать плохие дела — низко, делать добрые дела, когда это не опасно, — обычное дело. Хороший человек — это тот, кто совершает великие и благородные дела, даже если рискует всем. .

  • … Наша совесть — наш лучший судья. Николай Гнедич
  • Осознать зло — значит немедленно начать бороться с ним. Кольцов Михаил Ефимович
  • Обратная сторона добра — это плохо; Примечательно, что другая сторона плохого такая же. Григорий Ландау
  • Самая красивая музыка души — это доброта. Ромен Роллан
  • Так легко быть добрым. Вам просто нужно представить себя на месте другого человека, прежде чем вы начнете его судить. Марлен Дитрих
  • Доброта превыше всех благ.
  • Хороший человек — это не тот, кто умеет делать добро, а тот, кто не умеет делать зло.
  • Доброта к душе — это то же самое, что здоровье для тела: она незаметна, когда ею владеешь, и приносит успех в любом деле..

  • В безнравственном обществе все изобретения, увеличивающие власть человека над природой, являются не только не добром, но и несомненным и очевидным злом.
  • То добро, которое ты делаешь от всего сердца, ты всегда делаешь себе.
  • Чем умнее и добрее человек, тем больше он замечает в людях добра.
  • Одну девушку спросили, кто самый важный человек, какое время самое важное и что самое важное? И она ответила, думая, что самый важный человек — это тот, с кем вы общаетесь в данный момент, самое важное время — это то, в котором вы сейчас живете, а самое главное — делать добро тому человеку, с которым вы сделки в любой момент.
  • Здесь дьявол сражается с Богом, и поле битвы — сердца людей.
  • Многие, делающие зло, будут оправданы своим положением. Григорий Богослов
  • Поединок Добра и Зла происходит ежесекундно в сердце каждого человека, потому что сердце — это поле битвы, где сражаются ангелы и демоны. Многие тысячелетия они сражаются за каждые пять, и так будет продолжаться до тех пор, пока один из противников не уничтожит другого. Пауло Коэльо
  • Давайте узнаем — может, после смерти из нас вырастет дерево познания добра и зла. Станислав Ежи Лец
  • Тот, кто на самом деле не ненавидит зло, на самом деле не любит и добро. Ромен Роллан
  • Есть на свете только две добродетели, перед которыми можно и нужно преклоняться … — это гений и доброта сердца.
  • .. только разумный хорош …
  • Люди всегда плохие, пока необходимость не заставляет их делать добро.
  • Хорошо по указу не есть хорошо.
  • Не усугубляйте одно зло другим, ни одного дурачества другим, сильнейшим. Денис Иванович Фонвизин
  • Что сделало бы ваше добро, если бы зла не существовало? (Воланд в «»)
  • Жизнь злых людей полна тревог.
  • .. твори добро, пока существуешь …
  • Мы преодолеваем все трудности, чтобы творить зло; но малейшее препятствие мешает нам делать добро.
  • Что такое добродетель? В целомудрии? Нет, я отвечу, потому что человечество вымрет.Брачное сожительство? Нет, в воздержании больше добродетели. Не убивать? Нет, потому что каждый приказ будет нарушен, и нечестивые убьют праведных. Убить? Нет, убийство уничтожает живое существо. Наша правда и наше добро лишь частично истинны и хороши, и они запятнаны злом и ложью.
  • Люди по своей природе таковы, что они не меньше привязаны к тем, кто сам сделал добро, чем к тем, кто сделал им добро.
  • Не стыдитесь, когда помогаете; у вас есть задача бойца на крепостной стене.Ну что делать, если вы, хромая, не можете подняться на башню в одиночку, а вместе с другими — возможно?
  • Все хотят добра. Не отдавай это. Станислав Ежи Лец
  • Добро прекрасно в действии. Жан Жак Руссо
  • Жан-Жак Руссо
  • Трудно привести к добру морализаторством, легко примером.
  • Тот, кто хорош только на словах, бесполезен вдвойне.
  • Ни один злой человек не счастлив. Ювенальный
  • Если ты начнешь судить людей, у тебя не будет времени любить их. Мать Тереза ​​
  • Жаловаться на неприятное — значит удвоить зло; смеяться над ней — значит уничтожить его.
  • Кто-то спросил: правильно ли говорить, что за зло нужно платить добром? Учитель сказал: А чем же тогда платить за добро? За зло нужно платить справедливостью, а за добро — за добро.
  • Нет никого, кто, любя деньги, удовольствия и славу, любил бы людей: их любят только те, кто любит добродетель.
  • Хороший свободен, даже если он раб; гневный — раб, даже если он король.
  • Так как результатов наших действий нельзя избежать, давайте делать добрые дела. Будда Шакьямуни
  • Противостоять всему можно, но не против доброты. Жан Жак Руссо
  • В большинстве случаев причинять людям боль не так опасно, как делать им слишком много добра.
  • Мы все ценим добро, только безвозвратно теряя его.
  • Величие мира всегда соответствует величию духа, смотрящего на него. Хороший человек находит свой рай здесь, на земле, у лукавого уже есть свой ад здесь. Генрих Гейне
  • В мире людей добро и зло не существуют в чистом виде. Даже самый добрый и честный человек может из-за недоразумения или в припадке гнева совершить некоторую подлость, о которой потом сожалеет всю свою жизнь. Плохие люди тоже иногда делают хорошие дела.К сожалению, чаще всего забота только о собственном благе. Али Апшерони
  • Не обижайте людей — расплата придет.
    Мы не обещаем счастья чьей-то обидой.
    Фирдоуси — Хаким Абулкасим Мансур Хасан Фирдоуси Туси
  • Всегда твори добро и зло
    Во власти всех людей.
    Но зло творится без труда,
    Добро труднее творить.
    Фаррух — Абул Хасан ибн Джулух Фаррух Систани
  • Добрые дела приносят счастье
    Счастлив тот, кто не причинил вреда людям.
    Насир Хосров — Абу Муин Насир ибн Хосров ибн Фарис аль-Кабадияни аль-Марвази
  • Все, кроме доброты, просто прихоть и суета.
    Здесь все временно — но доброта вечна.
    Масуд Гарден Салман
  • Хорошо, каким бы маленьким оно ни было,
    Намного лучше великого зла.
    Низами — Низами Гянджеви Абу Мохаммед Ильяс ибн Юсуф
  • Да будешь слабым, и ты не можешь бороться со злом,
    Но сам не делай зла тем, кто стоит перед тобой.
    Аттар — Абу Хамид Мохаммед ибн Аби Бакр Ибрагим
  • Кто сеет добро — добро — плод его.
    Кто сеет зло, тот пожнет зло.
    М. Саади — Абу Мухаммад Муслих ад-Дин ибн Абд Аллах Саади Ширази
  • Слух усилится — это не ваша вина.
    Если у вас голова летит, это не ваша вина.
    Ах, добро или зло случится с тобой,
    Запомни эти слова — это не твоя вина.
  • Сколько тех, кто не дотянул до утра
    Сколько тех, кто не знает дороги добра!
    Сколько тех, кто опозорил лицо человека —
    В украшениях из золота и серебра!
  • Мы не знаем, продержится ли жизнь до утра…
    Так поспешите сеять семена добра!
    И позаботься о любви в бренном мире для друзей
    Каждое мгновение больше золота и серебра.
  • Миром правят насилие, гнев и месть
    Что еще надежно на земле?
    Где счастливые люди в озлобленном мире?
    Если есть, их несложно пересчитать по пальцам.
  • Много зла, которое раньше казалось мне добром,
    И добро, которое обернулось для меня только злом!
    Я не знаю, что хочу? Дай мне Бог
    Что хорошего принесет в мою душу и дом!
  • Злоумышленник никогда не достигнет цели,
    Сделай зло — и зло постигнет зло в ответ.
    Я желаю тебе добра — ты желаешь мне зла,
    Рассердитесь, сударь, — но злоба не настигнет меня.
  • Господь осуждает этих жадных людей,
    И умирает скупец в горячем огне, как негодяй.
    Так написано пророком: лучше неверие,
    Если он мусульманин, он будет щедрым.
  • Не вспоминать о добре — самое низкое зло на земле.
    А высшее добро — не помнить зла. Турукурал

Борьба добра со злом по мере взросления человека переходит из детских сказок в реальную жизнь.Этот выбор делается ежедневно даже в мельчайших деталях. Вышедшая в свет книга «Мудрые мысли» содержит изречения, диалоги и рассказы святых подвижников первых веков христианства — золотого века монашества.

Предисловие

Наши представления об окружающем мире в детстве формируются через понятия «добро» и «зло», «добро» и «зло». У каждого из нас есть внутренний судья. Это совесть. Совесть недаром называется голосом Бога.Без чуткости к голосу совести душа человека впадает в плачевное состояние и поражается тягой к разным порокам. А совесть молчит, если человек ей постоянно пренебрегает. А еще есть искаженные представления о добре и зле.

Один христианский миссионер спросил члена африканского племени готтентотов: «Что случилось?» Готтентот ответил: «Это когда мой сосед побьет меня, украдет мой скот и похитит мою жену». «То, что хорошо?» — спросил миссионер.«И это когда я избиваю своего соседа, краду его скот и похищаю его жену». Разве мы не уподобляемся готтентотам в погоне за удовольствиями и материальными благами?

Господь Иисус Христос, изливая свою любовь и милость на раскаявшихся грешников, сурово осудил духовных лидеров народа, которые досконально знали Священное Писание и ревностно следовали сотням религиозных заповедей. У готтентотов и фарисеев, как ни странно, общая платформа — это искаженные представления о добре и зле.И виной этому искажению всегда является эгоизм. В конце концов, в основе Божественного учения и человеческой совести лежит противоположность эгоистичного самопожертвования: любовь определяется готовностью к самопожертвованию, потому что Христос тоже взошел на крест для нашего спасения.

Жертвенность и чистота совести всегда находили наиболее полное выражение в монашеском служении. Святые отцы золотого периода монашества подвизались в пустынях, спасаясь от сытых привилегий, вошедших во внешнюю жизнь христианской церкви вместе со статусом официальной религии Великой Империи.Мысли этих древних отцов о добре и зле, евангельские мысли — глубокие и мудрые, но по-детски доступные и простые — могут помочь каждому из нас применить их к нашей совести и нашей жизни.

***

Один из отцов увидел некоего грешника. Тогда старец горько заплакал и сказал:

— Этот сегодня упал, а я — завтра.

Некий брат спросил у аввы Антония:

— Помолись за меня.

Старший ответил:

— Ни я, ни Бог не пощадим тебя, если ты не пощадишь себя и угодишь Ему.

Авва Иосиф прославился людьми как великий подвижник. Однажды один из братьев пришел к нему за советом. Обеспокоенный, он задал мучивший его вопрос:

Что мне делать, отец? Я не могу терпеть печали, ни работать, ни подавать милостыню.

— Если вы не можете выполнить ничего из этого, то хотя бы сохраняйте совесть по отношению к ближнему. Убери себя от всякого зла — и спасешься, — ответил ему старец.

Жил-был старик, к которому многие приходили узнать, как обрести смысл жизни и чистоту сердца.

— Авва, подскажите, как спастись? — задал ему вопрос один из посетителей.

Старший ответил:

— Если хочешь спастись, то, приходя к кому-то, не начинай говорить, пока тебя не спросят.

Пораженный этим словом, путник поклонился старцу и сказал:

— Действительно, я прочитал много книг, но еще не знал такой инструкции. — И он пошел, получив большую пользу.

Авва Палладиум сказал своим духовным детям:
— Душа, любящая Бога, должна либо познавать с верой то, что она не знает, либо ясно учить тому, что она знает.Если она не хочет исполнять ни то, ни другое, то страдает безумием. Ибо начало отступничества — пресыщение учением и словом, то есть тем, чего жаждет душа боголюбца.

Один брат, искренне желавший измениться, спросил аву Сисоя:
— Почему страсти не покидают меня?

Потому что их сосуды внутри тебя, — ответил мудрый старец. «Отдайте то, что принадлежит им, и они уйдут.

Некий старец, наставляя иноков, сказал:

— Если у души есть только слово и нет дела, тогда она становится подобна дереву, у которого есть цветы, но не плоды.

Как быстро найти Бога — постом, трудом, бдительностью или милостыней? Спросили старшего.

Христолюбивый и сострадательный, с улыбкой на устах отвечал монахам:

— Многие безрассудно истощили свою плоть — и не получили от этого никакой пользы. Наши уста дышат постом, мы выучили Священное Писание наизусть, но того, что Бог ищет в нас, у нас нет: страха перед Богом, любви и смирения.

Один из святых отцов, который был духовным наставником для своих детей, сказал, что одинаково необходимо остерегаться и хвалы себе, и осуждения ближнего.

— Почему? — спросили его дети.

— Никто ничего не знает. Грабитель был на кресте и оправдался одним словом. был связан с апостолами и за одну ночь уничтожил все свои дела и спустился с небес в ад. Поэтому пусть никто не хвастается: все, кто верил в себя, пали в одно мгновение.

Старец никогда не заглядывал во внутреннюю келью монаха. Но однажды я увидел, как он ест, нарушая пост. Тогда авва сказал:

— Замечательный бизнес! Мы молимся, представляя Бога, который находится повсюду и прислушивается к нашим словам; но когда мы грешим, мы делаем это так, что Он нас не видит.

***
Одно добро бессмертно
Зло не живет долго!
(Шота Руставели)

***
Я видел много зла в своей жизни, но это не изменило моего отношения к добру.
(Али Апшерони)

***
… Источник зла — тщеславие, а источник добра — милосердие …
(Франсуа Рене де Шатобриан)

***
С нежными словами и добротой, можно повести слона за нитку.
(М. Саади)

***
… Мы любим людей за то добро, которое мы сделали им, и мы не любим за зло, которое мы им причинили.
(Л.Н. Толстой)

***

(Филип Дормер Стэнхоуп Честерфилд)

***
Я не знаю другого признака превосходства, кроме доброты.
(Людвиг ван Бетховен)

***
Тот, кто делает добро другому, делает добро самому себе; не в смысле последствий, а самим актом совершения добра, поскольку осознание совершенного добра уже само по себе приносит большую радость.
(Сенека Луций Анней)

***
Из всех наук, которые человек должен знать, главная наука — это наука о том, как жить, делая как можно меньше зла и как можно больше добра.
(Л.Н. Толстой)

***
Добродетель человека измеряется не экстраординарными подвигами, а его ежедневными усилиями.
(Блез Паскаль)

***
Доброта для души — то же самое, что здоровье для тела: она незаметна, когда ты имеешь, и она дает успех во всем.
(Лев Толстой)

***
… по-настоящему хороши только разумные …
(В.Г. Белинский)

***
Не обвиняйте других в мелких правонарушениях. Не обвиняйте других в злых умыслах. Не напоминайте другим о старых обидах. Если вы будете следовать этим трем правилам, вы сможете развивать добродетель и избегать неприятностей.
(Хун Цзычэн).

***
Блага, оказанные недостойным, я считаю зверства
(Марк Туллий Цицерон)

***
… что наша совесть — наш лучший судья.
(Н.И. Гнедич)

***
… что самое сильное внушение добра — это пример хорошей жизни.
(Л.Н. Толстой)

***
Хороший человек — это не тот, кто умеет делать добро, а тот, кто не умеет делать зло. (В.О. Ключевский)

***
… твори добро, пока существуешь …
(Дени Дидро)

***
Многих нужно уважать не потому, что они делают добро, а потому, что они не несут зло .
(Клод Адриан Гельвеций)

В безнравственном обществе все изобретения, увеличивающие власть человека над природой, являются не только не добром, но и несомненным и очевидным злом.
(Л.Н. Толстой)

***
Так легко быть добрым. Вам просто нужно представить себя на месте другого человека, прежде чем вы начнете его судить.
(Марлен Дитрих)

***
Блаженны миротворцы на земле. Любите всех, доверяйте избранным, никому не причиняйте вреда.
(Уильям Шекспир)

***
Тому, кто не постиг науку добра, любая другая наука приносит только вред.
(Мишель Монтень)

***
Добро — вечная, высшая цель нашей жизни.Как бы мы ни понимали добро, наша жизнь — не более чем стремление к добру.
(Л.Н. Толстой)

***
Хорошая мораль важнее хороших законов.
(Тацит Публий Корнилий)

***
Во зле ужасна секретность. Во благо желание быть видимым ужасно. Следовательно, вред, причиняемый видимым злом, является поверхностным, а вред, причиняемым скрытым злом, глубоким. Когда добро очевидно, польза от него мала, а когда оно скрыто — велика.
(Hong Zicheng)

***
Есть в мире только две добродетели, которым можно и нужно поклоняться … — это гений и доброта сердца.
(Виктор Гюго)

***
То добро, которое ты делаешь от всего сердца, ты всегда делаешь себе.
(Л.Н. Толстой)

***
Люди могут простить вам добро, которое вы сделали для них, но они редко забывают зло, которое они вам сделали.
(Сомерсет Моэм)

***
Есть две морали: одна пассивная, запрещающая делать зло, другая активная, которая велит делать добро.
(Pierre Bouast)

***
Только радостное сердце способно находить удовольствие в добре.
(Иммануил Кант)

***
В мире людей добро и зло не существуют в чистом виде. Даже самый добрый и честный человек может из-за недоразумения или в припадке гнева совершить некоторую подлость, о которой потом сожалеет всю свою жизнь. Плохие люди тоже иногда делают хорошие дела. К сожалению, чаще всего забота только о собственном благе.
(Али Апшерони)

***
Все, что является моральным злом, также является злом в политике.
(Жан-Жак Руссо)

***
Чем умнее и добрее человек, тем больше он замечает в людях добра.
(Л.Н. Толстой)

***
Граница между светом и тенью — это ты. (Станислав Ежи Лец)

***
Добро — сохранять жизнь, продвигать жизнь, зло — разрушать жизнь, вредить жизни.
(Альберт Швейцер)

***
Хорошее по указу — не хорошо.
(И.С. Тургенев)

***
Доброта превыше всего блага.
(М.Горького)

***
Если человек не меняется в лучшую сторону, он неизбежно меняется в худшую сторону.
(Веселин Георгиев)

***
Жертвовать собой можно; одни злые сердца могут приносить в жертву другие.
(К.М. Батюшков)

***
Жизнь злых людей полна тревог.
(Дени Дидро)

***
По-настоящему добрый человек не видит своего пощады.
(Али Апшерони)

***
Жаловаться на неприятное — значит удвоить зло; смеяться над ней — значит уничтожить его.
(Конфуций)

***
Где кончается добро, начинается зло, а где кончается зло, начинается добро.
(François de La Rochefoucauld)

***
Когда, делая добро, вы не думаете ни о себе, ни о других, горсть зерен помилует тысячу фунтов хлеба. Когда, помогая другим, вы хвастаетесь своей щедростью и требуете от людей признательности, то сотня золотых монет не принесет вам даже пол-меди.
(Хун Цзычэн)

***
Тот, кто хорош только на словах, бесполезен вдвойне.
(Публий Кир)

***
Уберите из наших сердец любовь к добру — вы заберете все прелести жизни.
(Жан-Жак Руссо)

***
Кто сеет добро — добро — его плод,
Кто сеет зло, тот пожнет зло.
(М. Саади)

***
Тот, кто не замечает зла, глуп, кто не замечает добра, несчастен.
(Ежи Плудовский)

***
Тот, кто не ненавидит зло, не любит и добро.
(Ромен Роллан)

***
Если вы начнете судить людей, у вас не будет достаточно времени, чтобы их любить. (Мать Тереза)

***
Кто-то спросил: правильно ли говорить, что за зло нужно платить добром? Учитель сказал: А чем же тогда платить за добро? За зло нужно платить справедливостью, а за добро — за добро.
(Конфуций)

***
Добро прекрасно в действии.
(Жан-Жак Руссо)

***
Ни один злой человек не счастлив.
(Ювенал)

***
Осознать зло — значит немедленно начать бороться с ним.
(Кольцов М.Е.)

***
Самая красивая музыка души — это доброта.
(Ромен Роллан)

***
Тот, кто принимает зло без сопротивления, становится его сообщником.
(Мартин Лютер Кинг)

***
Злом они не достигают добра.
(Уильям Шекспир)

Величие мира всегда соответствует величию духа, смотрящего на него. Хороший человек находит свой рай здесь, на земле, у лукавого уже есть свой ад здесь.
(Генрих Гейне)

***
Доброта — единственная одежда, которая никогда не портится.
(Генри Дэвид Торо)

***
Поединок Добра и Зла происходит ежесекундно в сердце каждого человека, ибо сердце — это поле битвы, где сражаются ангелы и демоны. Многие тысячелетия они сражаются за каждые пять, и так будет продолжаться до тех пор, пока один из противников не уничтожит другого.
(Пауло Коэльо)

***
Здесь дьявол сражается с Богом, а поле битвы — сердца людей.(Ф. М. Достоевский)

.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

[an error occurred while processing the directive]

Related Posts

Разное

Православные праздники 21 сентября 2020: Православные христиане празднуют Рождество Пресвятой Богородицы | Новости | Известия

Церковный календарь на сентябрь 2020: какие праздники в сентябреПравославные христиане в сентябре 2020 года отмечают несколько больших праздников, таких как Усекновение главы Иоанна Предтeчи, Рождество

Разное

Обязанности крестной при крещении: Какую молитву должна знать крестная при крещении. Обязанности крестной при крещении девочки и мальчика. Главные обязанности крестных

обязанности. Обязанности крестной матери во время и после крещения

Крещение — это одно из важных событий в жизни православного