Верую шукшин: Читать «Верую !» — Шукшин Василий Макарович

Разное

Содержание

Читать «Верую !» — Шукшин Василий Макарович

Василий Макарович Шукшин

Верую!

По воскресеньям наваливалась особенная тоска. Какая-то нутряная, едкая… Максим физически чувствовал ее, гадину: как если бы неопрятная, не совсем здоровая баба, бессовестная, с тяжелым запахом изо рта, обшаривала его всего руками – ласкала и тянулась поцеловать.

– Опять!.. Навалилась.

– О!.. Господи… Пузырь: туда же, куда и люди, – тоска, – издевалась жена Максима, Люда, неласковая, рабочая женщина: она не знала, что такое тоска. – С чем тоска-то?

Максим Яриков смотрел на жену черными, с горячим блеском глазами… Стискивал зубы.

– Давай матерись. Полайся – она, глядишь, пройдет, тоска-то. Ты лаяться-то мастер.

Максим иногда пересиливал себя – не ругался. Хотел, чтоб его поняли.

– Не поймешь ведь.

– Почему же я не пойму? Объясни, пойму.

– Вот у тебя все есть – руки, ноги… и другие органы. Какого размера – это другой вопрос, но все, так сказать, на месте. Заболела нога – ты чувствуешь, захотела есть – налаживаешь обед… Так?

– Ну.

Максим легко снимался с места (он был сорокалетний легкий мужик, злой и порывистый, никак не мог измотать себя на работе, хоть работал много), ходил по горнице, и глаза его свирепо блестели.

– Но у человека есть также – душа! Вот она здесь – болит! – Максим показывал на грудь. – Я же не выдумываю! Я элементарно чувствую – болит.

– Больше нигде не болит?

– Слушай! – взвизгивал Максим. – Раз хочешь понять, слушай! Если сама чурбаком уродилась, то постарайся хоть понять, что бывают люди с душой. Я же не прошу у тебя трешку на водку, я же хочу… Дура! – вовсе срывался Максим, потому что вдруг ясно понимал: никогда он не объяснит, что с ним происходит, никогда жена Люда не поймет его. Никогда! Распори он ножом свою грудь, вынь и покажи в ладонях душу, она скажет – требуха. Да и сам он не верил в такую-то – в кусок мяса. Стало быть, все это – пустые слова. Чего и злить себя? – Спроси меня напоследок, кого я ненавижу больше всего на свете? Я отвечу: людей, у которых души нет. Или она поганая. С вами говорить – все равно что об стенку головой биться.

– Ой, трепло!

– Сгинь с глаз!

– А тогда почему же ты такой злой, если у тебя душа есть?

– А что, по-твоему, душа-то – пряник, что ли? Вот она как раз и не понимает, для чего я ее таскаю, душа-то, и болит. А я злюсь поэтому. Нервничаю.

– Ну и нервничай, черт с тобой! Люди дождутся воскресенья-то да отдыхают культурно… В кино ходют. А этот – нервничает, видите ли. Пузырь.

Максим останавливался у окна, подолгу стоял неподвижно, смотрел на улицу.

Зима. Мороз. Село коптит в стылое небо серым дымом – люди согреваются. Пройдет бабка с ведрами на коромысле, даже за двойными рамами слышно, как скрипит под ее валенками тугой, крепкий снег… Собака залает сдуру и замолкнет – мороз. Люди – по домам, в тепле. Разговаривают, обед налаживают, обсуждают ближних… Есть – выпивают, но и там веселого мало.

Максим, когда тоскует, не философствует, никого мысленно ни о чем не просит, чувствует боль и злобу. И злость эту свою он ни к кому не обращает, не хочется никому по морде дать и не хочется удавиться. Ничего не хочется – вот где сволочь-маета? И пластом, неподвижно лежать – тоже не хочется. И водку пить не хочется – не хочется быть посмешищем, противно. Случалось, выпивал… Пьяный начинал вдруг каяться в таких мерзких грехах, от которых и людям и себе потом становилось нехорошо. Один раз спьяну бился в милиции головой об стенку, на которой наклеены были всякие плакаты, ревел – оказывается: он и какой-то еще мужик, они вдвоем изобрели мощный двигатель величиной со спичечную коробку и чертежи передали американцам. Максим сознавал, что это – гнусное предательство, что он – «научный Власов», просил вести его под конвоем в Магадан. Причем он хотел идти туда непременно босиком.

– Зачем же чертежи-то передал? – допытывался старшина. – И кому!!!

Этого Максим не знал, знал только, что это – «хуже Власова». И горько плакал.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Краткое содержание Шукшин Верую для читательского дневника

Максим – человек, который всегда пытается разобраться в своих чувствах. В данный момент, он никак не может понять, что за тоска такая мучает его изнутри. Болезнь души, еще опаснее телесной, как считает он. Но не знает он, как все это объяснить окружающим его людям.

Даже его жена относится к нему с жалостью и презрением. Ведь он выглядит слабаком, который что-то там говорит о своей душевной муке. Она не понимала своего мужа. Максим же решил бороться. Но ничего не помогает. И пил уже водку, пытаясь запить горе, и работал, не переставая, но все одно. А душа не переставала болеть, тогда и решил Максим обратиться к попу. Когда он пришел к нему в дом, там – застолье, пир. Поп уже изрядно выпил. Но он оказался человеком умным и с внешностью, которая никак не подходит священнику. Максиму было интересно с ним беседовать.

Оказалось, что батюшка имеет свой девиз по жизни – жизнь, вот его вера, и жизнь эта должна быть красочной и яркой. Поп честно признался как-то Максиму, что не может знать, что ожидает его и людей после смерти. Главное – это для него, жить и радоваться жизни. Поп на самом деле был болен, но не переставал верить в жизнь. Максим поражен такой верой, стал и сам тянуться к жизни, радуясь любому мгновению.

Оцените произведение: Голосов: 65

Читать краткое содержание Верую. Краткий пересказ. Для читательского дневника возьмите 5-6 предложений

Шукшин.

Краткие содержания произведений

Картинка или рисунок Верую

Другие пересказы и отзывы для читательского дневника

  • Краткое содержание Коваль Шамайка

    В повести «Шамайка» описываются приключения маленького бездомного котенка по имени Шамайка. Действие происходит в небольшом приморском городке. Каждый день Шамайка борется с голодом и холодом

  • Краткое содержание Сны Веры Павловны в романе Чернышевского Что делать?

    1-й сон

    Приснился Вере Павловне странный сон. Будто заперта она в подземелье, а потом раз, и на воздухе оказалась в полях колосистых. Затем смотрит: больна она – а потом, раз, и выздоровела

  • Краткое содержание Белый Клык Джек Лондон

    В повести рассказывается о жизни полуволка-полусобаки по имени Белый Клык. Он рождается в Северной Глуши и попадает в стойбище индейцев, где к нему относятся недружелюбно, как собаки, так и люди

  • Краткое содержание Платонов Сокровенный человек

    У Фомы Пухова умерла жена, но он, кажется, и не расстроился по этому поводу: разрезал колбасу на гробе, проголодавшись в «отсутствие» жены.

  • Краткое содержание Пролетая над гнездом кукушки Кизи

    Повествование романа ведется от лица мужчины, который скрывается в психиатрической больнице уже много лет. Такой срок не проходит бесследно в сознании Бромдена.

Василий Шукшин «Верую!»

Рейтинг

Средняя оценка:
8.42
Оценок:
66
Моя оценка:

подробнее

Язык написания: русский

Жанрово-тематический классификатор:

Всего проголосовало: 20

Аннотация:

Невыносимая тоска охватывает по выходным Максима. У него болит душа, но никто, даже жена, не может ему посочувствовать, а тем более, понять. Узнав, что к односельчанину приехал в гости родственник-поп, Максим отправился выяснить у батюшки причины своего «недуга».

Примечание:

Впервые — «Звезда», 1971, № 9

Экранизации:

— «Крепкий мужик» (1991, СССР, реж: Валерий Смирнов)

Входит в:

Экранизации:


«Верую!»
2009, Россия, реж: Лидия Боброва







 

Верую — краткое содержание Шукшин

Главный герой Максим Яриков находится в душевном смятении. Его одолевает внутренняя тоска, он никак не может найти причину своего недуга. Каждый день он мается от своих внутренних переживаний, и не может понять, от чего же это происходит. Одно ясно – у Максима болит душа. А как же бороться с этим неизвестно, он не может найти себе места.

Пробовал Максим лечить свою боль длительными запоями. Но болезнь отступала ненадолго, и опять охватывала его. Тогда он пытался найти лечение в работе на износ. Но это также не принесло удовлетворения его душе. Разговоры с женой Людой о его душевных переживаниях так же ничего не дали. Она считала, что он просто мается дурью.

Яриков стал очень раздражительный и злой, он подолгу смотрел в окно и не мог найти смысла в своей жизни.

Однажды к его другу Илье Лапшину приехал знакомый, который служил в церкви попом. У священника было заболевание легких, и Илья продавал ему барсучий жир для лечения. Как раз в это время он приехал за очередной партией лекарства.

И решил Максим поговорить с попом по душам. Пришел он в дом к Максиму, когда стол был уже накрыт, а за ним сидели, уже подвыпившие, хозяин со священником.  Поп очень рад был новому собеседнику. Илья уже совсем напился и спал, облокотившись о стол. Священник предложил Максиму выпить, но тот отказался, ведь он пришел с другой целью.

Разговор пошел о мучившей Максима душевной боли и смысле жизни. Он поведал священнику, что никак не может успокоиться, у него болит душа. И спросил, как к этому относиться церковь и бывает ли такое у верующих людей.

Священник был человек необычный. И на внешность и по разговору он больше смахивал на преступника. Максим внимательно слушал собеседника и его слова очень западали в душу.

У батюшки была собственная философия жизни, и он рассказал о ней Максиму, перемежая свой рассказ с принятием горячительного.

Он считал, что никто не знает, что же ожидает человека после смерти, как нужно готовиться к ней. Но он точно знал, что если бы не было зла, то и добра бы тоже не было. И Бог – это и есть жизнь. Человеку на Земле нужно радоваться каждому прожитому дню, каждому мгновению жизни. И тогда это будет показателем его веры, веры в жизнь. И в доброе и злое ее проявление. Священник был не согласен с тем, что нужно подставлять левую щеку в ответ на обиду. Он считал, что нужно бороться и преодолевать трудности наравне со всеми. Бежать, падать, вставать и снова бежать вновь и вновь.

Максим со священником встали из-за стола и стали весело пританцовывать  с возгласами «Верую!» и перечисляя все земные блага и радости жизни и не только. И стали они радостно смеяться и произносить нараспев то, во что каждый из них веровал. Максиму стало так легко после этого разговора, хандра его прошла.

Иногда простой разговор со священником может изменить отношение к жизни и направить человека в нужное русло, излечивая души. Ведь, герой находился на грани психологического равновесия и мог совершить непоправимые действия, не найдя ответа на свои переживания. Для человека очень важно иметь отдушину для своих мыслей, и возможно это будет вера.

Читательский дневник.

Другие произведения автора:

Верую. Читательский дневник

Советуем почитать

Верую! by Vasily Shukshin

Vasily Makarovich Shukshin (Russian: Василий Макарович Шукшин, Василий Шукшин; 25 July 1929 – 2 October 1974) was a Soviet/Russian actor, writer, screenwriter and movie director from the Altay region who specialized in rural themes.

Vasiliy Makarovich Shukshin was born on 25 July 1929 to a peasant family in the village of Srostki in Altai Krai, USSR. In 1933, his father, Makar Leont’evich Shukshin,

Vasily Makarovich Shukshin (Russian: Василий Макарович Шукшин, Василий Шукшин; 25 July 1929 – 2 October 1974) was a Soviet/Russian actor, writer, screenwriter and movie director from the Altay region who specialized in rural themes.

Vasiliy Makarovich Shukshin was born on 25 July 1929 to a peasant family in the village of Srostki in Altai Krai, USSR. In 1933, his father, Makar Leont’evich Shukshin, was arrested and shot during repressions associated with mandated collectivization. His mother, Maria Sergeyevna (née Popov), had to look after the survival of the entire family. By 1943 Shukshin had finished 7 years of village school and entered an automobile technical school in Biysk. In 1945, after two and a half years at the school, but before finishing, he quit to work in a kolkhoz.

In 1946 Shukshin left his native village and worked as a metal craftsman at several enterprises in the trust Soyuzprommekhanizatsiya: at the turbine plant in Kaluga, at the tractor plant in Vladimir, etc. In 1949, Shukshin was drafted into the Navy. He first served as a sailor in the Baltic Fleet, then a radio operator on the Black Sea. In 1953 he was demobilized due to a stomach ulcer and returned to his native village. Having passed an external exam for high school graduation, he became a teacher of Russian, and later a school principal in Srostki.

In 1954 Shukshin entered the directors department of the VGIK, studied under Mikhail Romm and Sergei Gerasimov, and graduated in 1960. While studying at VGIK in 1958, Shukshin had his first leading role in Marlen Khutsiyev’s film Two Fedors and appeared in the graduation film by Andrei Tarkovsky. In 1958 Shukhin published his first short story «Two on the cart» in the magazine Smena. His first collection of stories Сельские жители (Village Dwellers) was published in 1963. That same year, he became staff director at the Gorky Film Studio in Moscow. He wrote and directed Живёт такой парень (There Is Such a Lad). The film premiered in 1965, winning top honours at the All-Union Film Festival in Leningrad and the Golden Lion at the XVI International Film Festival in Venice. Shukshin was decorated with the Order of the Red Banner of Labour (1967), and was designated Distinguished Artist of the RSFSR (1969).

Shukshin died suddenly on 1974-10-02, on the motor ship Dunai, on the Volga river, while filming They fought for their motherland. He is buried in Novodevichy Cemetery in Moscow.

Верую! сборник читать онлайн бесплатно

Василий Шукшин

Произведения 60-х годов

Костя Жигунов ездил в командировку в краевой центр и там зашел к земляку своему Сашке Ковалеву.

Сашка работал на стройке, жил в общежитии, в комнате на двоих. Сашка шумно обрадовался гостю, загоношился насчет выпивки, сосед и товарищ Сашкин организовал яичницу. Выпили. Сидели втроем, беседовали. Строители, в общем, хвалили свою жизнь, но и ругались тоже много. Главное – с деньгами туго.

– Сколько в среднем выходит? – спросил Костя.

– Сто пятьдесят самое большое… Больше не дадут заработать.

– Ну, братцы!.. Надо совесть иметь. Я техникум кончил, работаю завгаром, и то столько не получаю.

– Сравнил! – только и сказали строители. – Город – это город: здесь рубль – за два, а тройка – за рубль.

– Как мои там? – поинтересовался Сашка.

– Давно их не видел… Сеструху, правда, видел раза два. Ничего вроде. Ты в отпуск-то приедешь?

– Не знаю. Пошли к бабам?

– Как это?

– Ну как?.. У меня одна есть, скажем ей, она приведет еще. А чего вечер зря пропадать будет. Пошли.

Костя женился лет пять назад и ни разу еще не изменил жене, даже как-то не думал об этом. Да и случая не было подходящего.

– Хм…

– Что? Пойдем похáхалим.

– Нет, я ничего. Пошли.

Пошли, – это оказалось рядом – тоже общежитие, тоже с комнатами на двоих.

«Во житуха-то! – подумал Костя. – И ходить далеко не надо».

Сашкин товарищ отвалил куда-то наособицу, а Сашка и Костя постучались в дверь, обитую дерматином.

– Пообивают двери – все казанки посшибаешь об эти скобки, – недовольно заметил Сашка. – Обили дверь, значит, проведи звонок! Так я понимаю. Нет, звонок стоит денюжку – пусть люди пальцы сшибают.

– Хахали. Ходят-то…

– А?

– Не люди – а хахали.

– К ним не одни хахали ходят, – Сашка опять постучал. – А хахали что, не люди?

За дверью молчание.

– Может, нет дома?

– Дома. Голые, – Сашка еще постучал в железную скобочку. И поморщился.

– Кто? – тоненько спросили из-за двери.

– Мы-ы! – тоже тоненько, передразнивая голосок, откликнулся Сашка.

– Сейчас!

– Я ж говорю, голые, черти.

– Почему голые-то?

– Ну, с работы пришли… Переодеваются, умываются.

– Тоже на стройке работают?

– Но.

– Может, мы не вовремя?

– Все в порядке, – успокоил Сашка. И крикнул: – Скоро вы там?

С той стороны двери щелкнула задвижка, хахали вошли. У Кости вдруг взволновалось сердце, когда он переступил запретный в его положении порог.

– Нинон? – удивился Сашка. – Ты приехала? Вот кстати!

Нинон – рослая, чернобровая девушка, грудастая – она-то и колыхнула Костино сердце, Нинон. Так бывало – тоже теперь забытое чувство – при находке какой-нибудь, когда сердце вот так же вздрагивало, ошпаренное нечаянной радостью: «Неужели это мое?»

В комнате жили две девушки – Нина и Валя. Костя сообразил: раз для Сашки новость, что Нина приехала, стало быть, его… хахалиха, что ли, Валя. Валя тоже милая девушка, но Нинон… Костя украдкой взглядывал на чернобровую, и ему не верилось, что просто так – ни за что ни про что, даром – судьба возьмет и подарит ему эту красавицу. Но похоже, что так: Сашка успел подмигнуть другу и показал глазами на Нину.

Сашка, между тем, молотил языком, и у него это получалось славно.

– Нина, ну, как отдохнула?

– Хорошо, Саша. Очень хорошо, – Нина чуть ударяла на «о», выкругляла слова, подталкивала, и они катились – легко, как колесики. – Покупалась в речке… Ох, хорошо!

– Да где уж там хорошо-то? Скучно небось?

– Господи, а чего мне надо? Сходила в кино, раза три на танцы – не манит… В огороде больше копалась. За ягодами ходила.

Костя слушал девушку… И так бы и слушал, и слушал ее – не надоело бы.

«Какое тут к черту хахальство! – подумал. – Тут впору – жениться на такой».

Валя была побойчей, поострей на язык, немножко пустомеля.

– А у нас… Ты знала Зинку-то Хромову? Палка такая ходила, волосы седила…

– Но.

– Замуж вышла за Валерку Семенова.

– Он же женат!

– Бросил. Позарился!.. Доска доской, ничегошеньки нет, и вот – пожалуйста.

– А дети были? У Валерки-то?

– Нет, не было. Он ходит теперь, треплется: я, мол, потому и бросил, что рожать не может. Ой!.. Посмотрим, сколь тебе эта жердь нарожает! Стыдно – вот и нашел отговорку.

Читать дальше

Спектакль «Верую» Театра драмы им. Савина (Сыктывкар) в Белгороде


Гастроли в Белгороде Государственного ордена Дружбы народов академического театра драмы им. В. Савина

(г. Сыктывкар)


Спектакль «Верую» поставлен по рассказам Василия Шукшина «Игнаха приехал», «Сапожки», «Жена мужа в Париж провожала», «Верую», «Степка» и раскрывает тему деревенского человека, вырванного из привычной среды и не нашедшего новой опоры в жизни…


Режиссер-постановщик — Юрий Попов

Художник-постановщик — Эрих Вильсон, засл. работник РК

Музыкальное оформление — Ребекка Магомедова

Балетмейстер — Дмитрий Бушуев, засл. артист РФ


«ИГНАХА ПРИЕХАЛ»

  • Игнат — Константин
    Карманов
  • Шура — Мария Коровина
  • Ермолай — засл. артист РК Михаил Липин
  • Мать — засл. артистка РФ Вера Габова
  • Верка — Татьяна Михайлова
  • Степка — Вадим Козлов
  • Мужик — Владимир Рочев
  • Баба — засл. артистка РФ Ольга Носкова


«ВЕРУЮ»

  • Поп — засл. работник РК Владимир Кузьмин
  • Максим — Денис Рассыхаев
  • Клавдия — засл. работник РК Надежда Пешкина
  • Илья — Леонид Попов
  • Мужик — Владимир Рочев
  • Баба — засл. артистка РФ Ольга Носкова


«САПОЖКИ»   

  • Максим — Денис Рассыхаев
  • Клавдия — засл. работник РК Надежда Пешкина
  • Груша — Мария
    Коровина
  • Продавщица  — засл.
    работник РК Мария Чукарева
  • Рабочий — нар. артист РК Игорь Янков
  • Мужик — Владимир Рочев
  • Баба — засл. артистка РФ Ольга Носкова


«СТЕПКА»

  • Степка — Вадим Козлов
  • Ермолай — засл. артист РК Михаил Липин
  • Мать — засл. артистка РФ Вера Габова
  • Верка — Татьяна Михайлова
  • Участковый — засл. артист РФ Виктор Градов
  • Мужик — Владимир Рочев
  • Баба — засл. артистка РФ Ольга Носкова
  • Односельчане — нар. артист РК Игорь Янков, засл. работник
    РК Мария Чукарева, засл. работник РК Надежда Пешкина, Юлия Экрот, Денис
    Рассыхаев, Леонид Попов


«ЖЕНА МУЖА В ПАРИЖ ПРОВОЖАЛА»

  • Колька — Андрей Третьяков
  • Валя — Юлия Экрот
  • Тесть — засл. артист РФ Виктор Градов
  • Теща — Ольга Родович
  • Мать — засл. артистка РФ Вера Габова
  • Мужик — Владимир Рочев
  • Баба — засл. артистка РФ Ольга Носкова

  В.М. Музей Шукшина — Шукшин Василий Макарович

По воскресеньям на него нападала особенная меланхолия. Что-то едкое нахлынуло внутри… Максим физически чувствовал мерзость этого: как будто какая-то бессовестная, нездоровая неряха с вонючим дыханием водила руками по его телу, лаская его, наклоняясь, чтобы поцеловать.

«Опять вернулся, черт возьми.»

«О Боже!.. Какой разгильдяй.»

Жена Максима, Люда, издевалась над ним. Она была жесткой, несентиментальной работницей, не знавшей, что такое меланхолия.

«Что тебя так огорчает?»

Максим Яриков посмотрел на жену, и его темные глаза ярко заблестели… Он крепко сжал челюсть.

«Давай, клянись. Может быть, это поможет избавиться от страданий. Ты хорошо ругаешься.»

Максим иногда заставлял себя не ругаться и не спорить. Когда он хотел, чтобы она его поняла.

«Тебе не понять.»

«Почему бы и нет? Если объяснишь, я сделаю.»

«У тебя все на месте — руки, ноги, все остальные органы.Другой вопрос, какого они размера, но все на своих местах. Если у тебя болит нога, ты чувствуешь это, если ты голоден, ты готовишь обед… Верно?

«Ну?» порывистый, который никогда не мог утомиться на работе, хотя и работал много) и ходил по комнате, сердито блестя глазами.

«Но есть у человека и другое — душа! Вот здесь и болит!» Максим указал на свою грудь.«Я не выдумываю! Я просто чувствую это, мне больно».

«Еще где-нибудь болит?»

«Слушай!» — взвизгнул Максим. — Раз уж ты хочешь стоять на месте, то слушай. Ты, может быть, родился без чувств, но ты мог бы хотя бы попытаться понять, что у некоторых людей есть душа. Мне не водочные деньги нужны, мне нужно…

Ой , Вы идиот!» Максим окончательно вышел из себя.

Он вдруг понял, что никогда не сможет объяснить, что с ним происходит, и его жена Люда никогда его не поймет. Никогда! Он мог бы вспороть себе грудь ножом, вытащить душу и держать ее перед ней, а она бы сказала только «потроха». Впрочем, он и сам не верил в такую ​​душу, в какой-то кусок мяса. Может быть, все это было не чем иным, как пустыми словами. Почему он должен так себя накручивать? — Спроси меня, кого я больше всего на свете ненавижу, и я отвечу — людей без души. Или с гнилой. Говорить с женщинами все равно, что биться головой о стену!

«Ах, вздор!»

«Проваливай!»

«Так почему же ты такой озлобленный и злой, если у тебя есть душа?»

«Что, по-вашему, душа — липкая булочка? Дело в том, что она не понимает, зачем я ее таскаю с собой, и оттого ей больно.И поэтому я злюсь. Я расстроен.»

«Почему мне должно быть наплевать, если ты расстроишься? Нормальные люди ждут воскресенья и расслабляются… Идут в кино. Но ты должен расстроиться, не так ли? Неряха ты».

Максим останавливался у окна, долго стоял неподвижно, глядя на улицу.

Зима. Мороз. Небесные люди грелись… Если проходила женщина с двумя ведрами на коромысле, то даже через двойные окна слышно было, как хрустит густой, твердый снег под ее валенками.Собака без причины начинала лаять, а потом замолкала. Мороз над всем. Люди были в своих домах, где было тепло.

Разговаривали, готовили обед, обсуждали соседку… Будь у них бутылка, они бы выпили, но и удовольствия им было мало.

Когда Максиму было плохо, он не философствовал, ему и в голову не приходило ни у кого ничего просить. Он просто чувствовал боль и горький гнев, но гнев, который ни на кого не был направлен. Ему не хотелось ни бить кого-нибудь по лицу, ни вешаться.Он вообще ничего не хотел, вот что делало боль такой чертовски сильной! Лежать на спине и смотреть в потолок тоже не хотелось. А водку пить не хотелось, не хотел быть посмешищем, противно было. Он пробовал пить несколько раз… Когда он был пьян, он вдруг начал исповедоваться в грехах настолько гнусных, что от них всех, в том числе и его самого, тошнило. Однажды, когда он был пьян, он плакал и бил головой об обвешанную плакатами стену на посту милиции. Якобы он и еще какой-то мужик из деревни изобрели мощный мотор размером со спичечный коробок и передали чертежи американцам. Максим признался, что это гнусное предательство, что он «научный предатель», и попросил отвезти его под конвоем в лагерь для военнопленных в Магадане. Более того, он настоял на том, чтобы пройти всю дорогу босиком.

«Зачем ты отдал чертежи?» — спросил сержант. — А кому?

Максим не знал. Он знал только, что все это было «ужасным предательством».И горько заплакал.

В одно такое тоскливое воскресенье Максим стоял у окна и смотрел на дорогу. Снова было ясно и морозно, дымились трубы.

«Ну и что?» — сердито подумал Максим. — Так было сто лет назад. Так что же нового? Так будет всегда. Идет молодой парень, Ванька Малофеев сын… Самого Ваньку я помню, когда он был в этом возрасте, и я тоже А скоро у них будут свои дети, все равно… И это все? Что толку?

Максим почувствовал себя очень несчастным.Он вспомнил, что у Ильи Лапшина в доме гостил родственник его жены, и этот родственник был священником. Настоящий, настоящий священник с длинными распущенными волосами. Священник был болен, у него что-то с легкими было, поэтому он приехал лечиться в деревню. Лечением был барсучий жир, а барсуков заготовил Илья. У священника было много денег, и он часто пил с Ильей чистый спирт. Священник не пил ничего, кроме чистого спирта.

Максим ушел к Лапшиным.

Илья и батюшка сидели за столом, пили спирт и болтали, Илья уже был на масле — кивал головой и бормотал о том, как в следующее воскресенье, не в это, а в следующее, он принесет двенадцать барсуков. сразу.

«Мне столько не нужно. Я просто хочу три хороших толстых.»

«Я тебе двенадцать принесу, а ты сам выбери, какие хочешь. Мое дело их принести. А ты сам выбирай, какие лучше. Главное, чтобы ты выздоравливал… Я» двенадцать принесу…»

Священнику было скучно с Ильей, и он обрадовался, когда появился Максим.

«Ну?» он спросил.

— Душа болит, — сказал Максим. «Я пришел узнать, болят ли души верующих или нет».

«Хотите немного духа?»

«Неужели ты не понимаешь, что я пришел сюда просто выпить. Я, конечно, могу выпить, но я пришел не за этим. Хотел узнать, не болит ли когда-нибудь у тебя душа».

Священник налил спирта в два стакана и поставил перед Максимом один стакан и графин с водой.

«Воды добавь по своему усмотрению». Шестидесятилетний, с широкими плечами и огромными руками, трудно было поверить, что у него что-то не в порядке с легкими, глаза у него были ясные и умные, а взгляд был пристальным до наглости.Он не казался подходящим человеком, чтобы размахивать кадилом, скорее, как тот, кто прячется от матерей своих детей. В нем не было ничего мягкого или благочестивого, и с таким лицом он вряд ли был бы заинтересован в распутывании чувствительных нервов человеческих бед. Но Максим сразу почувствовал, что со священником интересно.

«Твоя душа болит?»

«Да, больно.»

«Понятно.» Священник допил свой стакан и вытер губы уголком накрахмаленной скатерти. «Давайте подойдем к этому издалека.Слушайте внимательно и не перебивайте.»

Священник откинулся на спинку стула, погладил бороду и начал говорить, явно наслаждаясь:

«Не успело появиться человечество, как появилось и зло. Когда появилось зло, тогда появилось и желание бороться с ним, то есть с добром. Другими словами, если есть зло, то есть и добро, если нет зла, нет и добра. Ты понял, что я имею в виду?»

«Да, давай.»

«Не говори мне идти, я не лошадь.Священник явно любил рассуждать так странно, отстраненно и безответственно. «Что такое Христос? Он воплощение добра, чья миссия — уничтожить зло на земле. Две тысячи лет идея Христа существовала среди людей и боролась со злом.»

Илья спал за столом.

Священник налил еще выпить себе и Максиму. Он кивнул Максиму, приглашая его выпить.

«На двоих тысячу лет имя Христа уничтожало зло на земле, но нет никаких признаков окончания войны.Не кури, пожалуйста. Или выноси свои грязные выхлопы туда, через вентиляцию.

Максим затушил сверток о подошву сапога и продолжал внимательно слушать.

— Что у тебя с легкими? — спросил он, стараясь быть вежливым.

«Больно», — коротко и неохотно объяснил священник.

«А барсучий жир помогает?»

«Да. Продолжим, мой несчастный сын…»

«Что это?» — воскликнул Максим.

«Я просил тебя не перебивать меня.»

«Я спрашивал о твоих легких…»

«Вы спросили, от чего болит душа. И я рисую тебе ясную картину мироздания, чтобы принести мир в твою душу. Слушайте внимательно и впитывайте. Итак, идея Христа возникла из желания победить зло. Иначе в чем был бы смысл? Только представьте: добро восторжествовало. Христос победил… Но тогда зачем он нам? У нас нет, больше нет. Значит, он не что-то вечное и прочное, а временное средство, вроде диктатуры пролетариата. Я хочу верить в вечность, в безмерную вечную силу и грядущий вечный порядок.

«В коммунизм, вы имеете в виду?»

«Что вы имеете в виду под «коммунизмом»?»

«Вы верите в коммунизм?»

«Я не должен. Ты опять меня перебиваешь!»

«Ладно, больше не буду. Только скажите это… немного проще. И не спешите так.

«Я ясно говорю: я хочу верить в вечное добро, в вечную справедливость, в вечную Высшую Силу, которая приводит все в движение на этой земле. Я хочу знать эту Силу и хочу верить, что она восторжествует.

Иначе — зачем все это? А? Где же эта сила?» Священник вопросительно посмотрел на Максима.»Он существует?»

Максим пожал плечами.

«Я не знаю.»

«Я тоже не знаю.»

«Ну и хорошо!»

«Это еще не все. Я не знаю такой силы. Вполне возможно, что мне, как человеку, не позволено ее знать, понимать, постигать. В таком случае я отказываюсь от попыток понять свое существование. здесь, на земле. Вот так я чувствую, и ты привел свою больную душу к нужному человеку: у меня тоже болит душа. Только ты пришел за готовым ответом, а я пытаюсь докопаться до сути вещи.Беда в том, что это все равно, что вычерпывать океан — мы не можем вычерпать его весь этими стаканами. И когда мы проглатываем эту дрянь… — Священник осушил свой стакан и вытер губы скатертью, — когда мы пьем эту дрянь, мы пытаемся достичь дна океана, черпая его. По стакану, по стакану, сын мой! Это замкнутый круг, мы обречены.»

«Извините… не возражаете, если я выскажу одно замечание?»

«Стреляйте вперед. »

«Вы… интересный тип священник.Неужели есть такие жрецы, как ты?»

«Я человек, и ничто человеческое мне не чуждо. Слова известного атеиста, и он был совершенно прав. Небольшое предположение, правда — при его жизни никто никогда не принимал его за бога.

«Значит, если я тебя правильно понял, Бога нет?»

«Я сказал, что нет. Но теперь я говорю вам, что есть. Налейте мне, сынок, спирта, добавьте двадцатипятипроцентной воды и подайте мне. И налей себе. Налей, мой простодушный сын, и дай нам увидеть дно!» Священник осушил свой стакан.«Теперь я говорю вам, что Бог существует. Его зовут Жизнь. Это Бог, в которого я верю. Какого Бога мы выдумали себе? Доброго, обтекаемого, безрогого, молочного Бога. просто глупы! Такого Бога нет. Есть строгий и могущественный Бог-Жизнь. Этот Бог предлагает нам добро и зло вместе — и это то, что Бог есть на самом деле. С какой стати мы думаем, что добро должно победить зло? Я хотел бы знать, например, действительно ли вы пришли ко мне, чтобы узнать правду, или просто чтобы выпить. Ты сидишь здесь, пялишься на меня, делая вид, что тебе интересно то, что я говорю…»

Максим поерзал на стуле.

«Я так же хотел бы знать, не этот ли дух тебе нужен на самом деле? , а правда. Чрезвычайно интересно выяснить, где правда. Это ваша душа привела вас сюда или дух? Видишь ли, я использую свою голову вместо того, чтобы просто жалеть тебя с твоими недоделанными проблемами. И поэтому, в соответствии с моим собственным представлением о Боге, я говорю, что если у вас болит душа, это хорошо.Хорошо! По крайней мере, ты жив и здоров! Если бы вы были в состоянии душевной гармонии, мы бы никогда не стали тащить вас с плиты. Живи, сын мой, плачь и танцуй. Не беспокойся о том, что в следующей жизни тебе придется лизать сковородки, потому что в этой жизни ты получишь и рай, и ад. пот. «Вы пришли сюда, чтобы узнать, во что верить, не так ли? Вы угадали. Души верующих не ранят. Но во что мы должны верить? Верьте в жизнь.Я понятия не имею, чем все это закончится. Я не знаю, к чему все это ведет. Но мне интересно бежать вместе со всеми и догонять других, когда я могу… Ну и что, если есть зло? Если кто-то еще в этой великолепной гонке выставит ногу, чтобы сбить меня с ног, тогда я встану и разобью ему лицо. Никакой чепухи про «подставь другую щеку». Я размозжу ему морду, вот и все.»

«А что, если у него будет более сильный удар?»

«Тогда мне просто нужно бежать за ним.

«А куда мы бежим?»

«Туда и обратно. Какая разница, куда мы бежим? Мы все идем одним путем, хорошим и плохим вместе.»

«Что-то мне не кажется, что я куда-то спешу,» сказал Максим.

«Значит, ты слабонервный. Паралитический. Будешь стоять и хныкать.»

Максим стиснул зубы… Его свирепые злые глаза вонзились в священника.

«Чем я заслужил эту землю страданий?»

«Ты слаб. Слаб как… вареный петух. Не закатывай так глаза.»

«Какой-то ты священник! А если я тебя хорошенько стукну, что тогда?»

Священник — с больными легкими! — разразился громким громким смехом.

«Видишь?» — спросил он, показывая Максиму свою огромную ладонью. на это можно положиться. Естественный отбор возьмет свое.

«Тогда я возьму ружье.»

«Вас пристрелят. Ты это знаешь, а ружье не принесешь, потому что ты слабый.»

«Тогда я тебя ножом зарежу. Я могу это сделать.

«Ты получишь пять лет. Я буду болеть около месяца, пока рана не заживет. Но ты просидишь там пять лет.»

«Хорошо. Тогда почему у тебя болит душа?»

«Я болен, мой друг. Я пробежал только половину дистанции и захромал. Наливай».

Максим налил.

«Вы когда-нибудь летали на самолете?» — спросил священник.

«Да. Много раз.»

«Я никогда не летал до того, как попал сюда. Великолепный! Когда я попал в него, я подумал, что если эта летающая казарма рухнет, значит, так и должно быть.Я не буду жалеть или бояться! Я чувствовал себя хорошо всю дорогу! А когда он поднял меня с земли и унес, я даже погладил его по боку и подумал: молодец! Я верю в самолет. На самом деле, многое в жизни справедливо. Например, люди ноют о том, что Есенин прожил такую ​​короткую жизнь. Он прожил достаточно долго для своей песни. Если бы песня была длиннее, она бы не заставляла ваше сердце так болеть. Нет длинных песен.»

«В вашей церкви они звучат вечно.»

«У нас нет песен, у нас только стоны да стоны.Нет, Есенин прожил ровно столько, сколько хватило для его песни. Вам нравится Есенин?»

«Да».

«Давайте споем».

«Я не могу».

«Вы только помогите мне и не мешайте мне». про замерзший клен, и исполнил он это так грустно и так тонко, что у Максима действительно защемило сердце. кулаком, расплакался и тряхнул длинной гривой волос.

«Дорогое сердце! Он любил мужика!.. Он жалел его!.. И я люблю тебя. Верно, не правда ли? Если поздно, то что?»

Максим почувствовал, что начинает любить священника.

«Отец! Отец! Послушай меня!»

— Не хочу, — сказал священник, плача.

«Слушай меня, болван!»

«Я не хочу! Ты слабонервный!»

«Я оставлю твоих задыхаться после первого километра! Слабые коленки… Разгильдяй.»

«Молись!» Священник поднялся на ноги. «Повторяй за мной…»

«Проваливай!..»

Не напрягаясь, священник поднял Максима за шкирку и поставил рядом с собой.

«Повторяй за мной: Верю!»

«Верю!» — сказал Максим. Ему очень понравилась эта фраза.

«Громче! Более торжественно: я верю! Вместе: Верю!»

«Верю!» — протянули они дружно. А потом священник продолжил свое, наработанной скороговоркой.

«В авиации, в механизации сельского хозяйства, в научной револю-ти -на! В космосе и невесомости! Ибо это все объективно! Вместе, сейчас! После меня!..»

Они хором закричали:

«Верю-верю!»

«Верю, что скоро все соберутся в большие вонючие города! Я думаю, они там задохнутся и побегут обратно в поля!!.. Верю!»

«Верю-верю!»

«В барсучьем жире, в бычьем роге, в прямом древке ! В теле и его плоти…»

Когда Илья Лапшин открыл глаза, то увидел, как священник швыряет свое огромное тело по комнате, прыгая прямо на корточки, крича и хлопая себя по бокам и груди:

Верю, я

Вверх, вниз, вверх, клоун, раз, два, три!

Верю, верю!

Умпа, умпа, четыре, пять, шесть!

Верю, верю! бедрами, топтала вокруг попы и пела пронзительным женским голосом:

У-и, у-и, раз, два, три

Верю, верю! , шесть.

«За мной!» — воскликнул священник.

«Верю! Верю!»

Максим устроился на затылке священника, и они молча затанцевали вокруг избушки, затем священник снова сел на корточки, опустился, как будто провалился под лед на озере, и распластался его руки. Половицы провисли.

О, я верю, я верю’

Номер пять, человек жив

Я верю, я верю’

Номер шесть, поднимите палочки

Я верю, я верю!

Священник и Максим оба танцевали с таким маниакальным угаром, что все это казалось вполне естественным.Им приходилось либо танцевать, либо рвать рубашки с груди, рыдать и скрежетать зубами.

Илья посмотрел на них один раз, потом еще раз, а потом присоединился к их танцу. Но он только кричал: «Йи-ха! Йи-ха!» время от времени визгливым голосом. Он не знал слов.

Рубаха на спине священника промокла насквозь, и под ней шевелились бугры мышц: он, видимо, никогда в жизни не знал, что такое усталость, и болезнь еще не разорвала его толстые жилы. Вероятно, их было не так-то просто разорвать: сначала он сожрет всех барсуков. И если ему скажут, что он нужен, он попросит хорошего толстого волка — от него будет не так-то просто избавиться.

«Следуй за мной!» — снова приказал священник.

А двое других следовали за обезумевшим багровым жрецом в его диком танце, кружась и кружась. И тут, как какое-то огромное тяжелое животное, жрец отпрыгнул обратно в середину круга, прогнув под собой половицы…

Зазвенели тарелки и стаканы на столе.

«Ах! Верю! Верю!»

Шукшин В.

М. — СовЛит.нет — Энциклопедия советских авторов

Шукшин Василий Макарович. Актер, кинорежиссер и писатель. Родился 25 июля 1929 года в крестьянской семье сибирского села Сростки Алтайского края. В 1933 году отца расстреляли то ли за саботаж в колхозе, то ли за подстрекательство к беспорядкам. Мать Шукшина ради семьи отказалась от фамилии мужа, а сыну дала девичью фамилию Попова. С этим именем он жил до 16 лет.(Маркар Шукшин был посмертно реабилитирован в 1956 году.)

После окончания сельской семилетней школы Василий Шукшин поступил в Бийский автомобильный техникум. Примерно в это же время Шукшин начал писать рассказы и отправлять их в московский журнал. Предположительно, все эти ранние заявки были отклонены. Так как Шукшина в это время в Сростках не было, сельский почтмейстер по ошибке передал возвращенные рукописи неграмотному дяде писателя Василию Максимовичу Шукшину, который из бумаги скручивал сигары.Так что, к сожалению, эти ранние сочинения утеряны навсегда.

После двух с половиной лет обучения в техникуме Шукшина отчислили, то ли за провал по курсу моторостроения, то ли за ненормативную лексику в адрес преподавателя. Он вернулся в Сростки, но положение там было тяжелым, грозил голод, поэтому в 17 лет Шукшин покинул деревню. Он устроился слесарем-монтажником на трубный завод в Калуге. Впоследствии работал на тракторном заводе во Владимире и на железнодорожно-ремонтной станции.

В 1949 году был призван в армию и служил на флоте радиоспециалистом сначала на Балтийском, а затем на Черном море. Страдая от язвы желудка, Шукшин был демобилизован в 1953 году. Он вернулся в Сростки, где преподавал русский язык и литературу, одновременно занимая должность директора сельской школы.

У Шукшина был напряженный 1954 год. Он женился на Марье Шумской (от которой у него должна была родиться дочь). В мае 1954 года Шукшин стал кандидатом в члены Коммунистической партии, а в августе того же года поступил во Всероссийский институт кинематографии. Первоначальный план Шукшина состоял в том, чтобы поступить в Литературный институт имени Горького, но он пропустил срок подачи заявок.

Шуксин стал действительным членом Коммунистической партии в 1955 году.

Шукшин получил свою первую главную роль в фильме М. Хуциева 1958 года Два Федора ( Два Федора ). В 1958 году Шукшин опубликовал свой первый рассказ « Двое на телеге » («Двое на телеге»). В издательстве «Молодая гвардия» в 1963 году вышел его первый сборник рассказов « «Сельские жители» ».

В 1963 году, работая на киностудии им. Горького, Шукшин снял свой первый полнометражный художественный фильм Живет такой парень («Живет такой парень»), получивший премию «Золотой лев Святого Марка» на 16-й Венецианский кинофестиваль. Вскоре последовали и другие фильмы, такие как Ваш сын и брат («Ваш сын и брат», 1965), Странные люди («Странные люди», 1969) и Печки-лавочки ( «Скамейка у печи», 1972).

Шукшин женился во второй раз в 1964 году на Лидии Николаевне Федосеевой, от которой у него должно было родиться еще две дочери.

Параллельно с кинокарьерой Шукшин продолжал писать. В 1965 году он выпустил исторический роман « Любавины » («Любавины»). В нем рассказывается история сибирской семьи и их трудностей, связанных с новым советским режимом, установленным в их деревне в 1920-х годах. История охватывает несколько десятилетий и следует за несколькими поколениями.Вторая часть романа под названием « Дружба народов » («Дружба народов») не публиковалась до 1987 года.

Шукшин издал еще четыре сборника рассказов: Там, Вдали («Там вдали», 1968), Земляки («Земляки», 1970), Характеры , 1973), и Беседы При Ясной Луне («Разговоры при ясной луне», 1974).Он также написал второй исторический роман « Я пришел дать вам волю » («Я пришел дать вам волю», 1974 г. ), в котором рассказывается о казачьем и крестьянском восстании под предводительством Стеньки Разина в 17 веке. Шукшин надеялся превратить и этот проект в фильм, но этому помешали проблемы с цензурой.

Шукшин также написал пьесу под названием Энергичные люди («Энергичные люди»), которая была опубликована в Литературной газете в июне 1974 года.

Шукшин как писатель считается деревенщиком (сельским писателем). Он имеет дело с сельской обстановкой и темами. Герой его произведений обычно чудак , чудак. В рассказе Один («Один», 1963) изготовитель сбруи любит забыть о рутине дня, играя на своей балалайке, но он должен делать это тайно, потому что его жена думает, что это просто отвлечение. В Mille Pardons, Madame!» (1968) главный герой развлекает посетителей фантастическим рассказом о своем участии в неудавшемся покушении на Гитлера во время Второй мировой войны.А в « Срезал » («Cut Down To Size», 1970) сельский житель наслаждается унижением приезжих городских интеллектуалов тем, что, по его мнению, является его превосходными знаниями, хотя его понимание текущих событий на самом деле довольно туманно.

Этот выбор героя отличает Шукшина от других деревенщиков . Как указывает Кэтлин Парте, Шукшин обычно выбирает в качестве главного героя взрослого мужчину-чудака, который работает водителем грузовика или другим несельскохозяйственным рабочим, тогда как типичный деревенщик пишет о старушках или детях и воспевает достоинство сельскохозяйственного труда.Герои Шукшина живут своими ночами и выходными вдали от работы, своим «личным праздником»; герои деревенщика больше ориентированы на бытовую реальность или by . Иногда Шукшин даже выбирал главным героем преступника — относительная редкость в советской литературе — как, например, в повести Охота жить (Хочу жить) 1966 года.

расск

Пожалуй, самое известное произведение Шукшина — « Калина красная » («Снежок ягодно-красный»), которое он опубликовал в виде романа в 1973 году и превратил в фильм (в котором он сам снялся) в 1974 году.Это история об эксцентричном бывшем заключенном, который пытается сбежать от своего старого образа жизни и начать все заново с честным трудом и хорошей женщиной. Однако его старая банда догоняет его и убивает. У цензоров есть некоторые вопросы по поводу пригодности киноверсии этого произведения. Но Леонид Брежнев, растроганный до слез на показе в Кремле, добился выхода фильма. За эту работу Шукшин был посмертно удостоен Ленинской премии в 1976 году.

Есть свидетельства того, что ближе к концу своей жизни Шукшин был недоволен своими художественными усилиями до настоящего времени и подумывал ограничить свою режиссерскую и актерскую деятельность и более полно посвятить себя письмо.В интервью буквально за несколько месяцев до смерти Шукшин сказал:

Если ты писатель, ты должен посвятить всю свою жизнь литературе. А литература требует тихого сосредоточения, изучения жизни, познания жизни, мира, в котором мы живем… Я вижу теперь, что почти ничего не создал. Нужно очень глубоко вникнуть в сущность жизни, попытаться понять ее во всех ее проявлениях. И все же мы ищем многообразия, немедленной выгоды, мы тратим так много энергии на очень многие вещи и верим, что посвящаем свою жизнь искусству. Но это все суета.

Василий Шукшин умер от сердечного приступа 2 октября 1974 года в Клецком, Волгоград, во время съемок Они Сражались За Родину («Боровшиеся за Родину»).

После его смерти было издано еще несколько сборников рассказов Шукшина, в том числе: Брат мой («Мой брат», 1975), Осенью («Осенью», 1976), Охота жит («Хочу жить», 1977) и Рассказы («Рассказы», ​​1977). До Третьих Петухов («Прежде чем трижды позовет петух», 1976) — экстравагантная пародия на русскую сказку, в которой Иван-дурак отправляется на поиски не мудрости, а удостоверения, свидетельствующего о его мудрости. В повести Точка Зрения («Точка зрения», 1979) сватовство описано с четырех разных точек зрения.

Некоторые посмертно опубликованные очерки и статьи включают Nravstvennost Est Pravda («Мораль есть истина», 1979) и Вопросы самого себя («Вопросы к себе», 1986).


Каталожные номера:
XPOHOC
Гивенс, Джон. «Василий Шуксин: Рассказ сказочника». Издательство Университета Северного Иллинойса. 1996.
Парте, Кэтлин. «Русская деревенская проза: светлое прошлое». Издательство Принстонского университета. 1992.
Файн, Дональд М. «Шукшин: Snowball Berry Red и другие истории». Издательство Ардис. 1979.

Блудный степной сын: РАССКАЗЫ ИЗ СИБИРСКОЙ ДЕРЕВНИ. Василий Шукшин, перевод Лауры Майкл и Джона Гивенса (Северный Иллинойсский университет им.Пресс: ткань за 35 долларов; 16 долл. бумага, 255 стр.)

В старые советские времена, когда Сталин был только что забальзамирован, и паранойя была густа, как автомобильный выхлоп на Арбате, грубоватый красивый молодой человек предстал перед приемной комиссией Всесоюзного государственного Институт кинематографии, более известный как ВГИК. Киношкола была пристанищем московской интеллигенции и так называемой «золотой молодежи», изнеженных детей вождей революции. Всегда допускалось несколько претендентов из рабочего класса, но только как символический знак покорности крестьян.

Этот заявитель был другим. Только что из флота, он все еще был в военной форме. На вопрос об образовании он ответил с сибирским акцентом, что не успел прочитать «Войну и мир», потому что она слишком толстая. Он упивался тем, что сам называл своей «неандертальской отсталостью и грубостью». Хуже того, он был сыном человека, казненного как «враг народа». Но у него была смелость и несколько защитников, и так вписался Василий Шукшин в русскую культуру. По сути, он вошел как икона советской иронической культуры, которая процветала между пальцами ног государства.

Ирония заключалась в том, что любое художественное выражение должно было сказать одно цензору и, возможно, прямо противоположное внимательному читателю или зрителю. Самый известный из шукшинских фильмов «Красная калина ягода», который он написал, снял и снял, якобы был об искуплении преступника его возвращением к честной сельской жизни. Однако на самом деле персонаж не может спрятаться от своей старой банды, которая выслеживает его и убивает. «Неотесанность» его антигероя сделала Шукшина настоящим героем для русских, готовых к честному голосу.

Все это может быть вводящим в заблуждение введением к его «Рассказам из сибирской деревни», потому что, имея столько причин писать из колодца гнева, он в основном отмечает эти 25 рассказов с юмором, терпимостью, остротой, любовью и прямотой. , блестящее описание Западной Сибири:

«Зимний пейзаж. Снаружи мороз. Деревня затмевала своим серым дымом чистое замерзшее небо — люди старались согреться. Если мимо проходила старуха с ведрами на коромысле, то даже слышно было сквозь стеклопакеты хруст плотно утрамбованного снега под ее валенками.. . . Люди остались бы дома, в тепле. . . . Они бы тоже выпили бутылку, если бы она была под рукой, но от выпивки веселее не становится.

Может быть, не веселее, но чаще креативнее. Механик решает построить вечный двигатель из велосипедных колес. Плотник покупает микроскоп и мечтает прославиться, убив всех микробов на Земле. Во всем остальном образцовый рабочий отказывается работать по субботам, чтобы попариться в идеальной бане, разжечь угли, взмахнуть, как Клеопатра, березовой веткой.

А иногда дела обстояли и повеселее, как в уморительном «Разрезании их до размера», в котором деревенщина допрашивает приезжих из города — людей с высокомерием, чтобы иметь докторскую степень, и приезжающих на такси с чемоданом за чемоданом — и сводит их своей сумасшедшей смесью науки и инсинуаций к заикающейся ярости. Справедливое отношение к посторонним. Однако в деревне царит принцип «живи и дай жить другим». Мужчины бушуют, а жены бьют их кочергами и деревянными ложками.Когда пожилая женщина доносит на мужчину как на вора, суд принимает во внимание, что она его свекровь, и мужчина добивается своего личного триумфа над властью, отправляя прокурора в дикую поездку на грузовике без рук. руль.

Конечно, мы знаем, что отец Шукшина не одержал такой победы. 1930-е годы были временем советской коллективизации, когда зажиточных крестьян переквалифицировали в «врагов народа», а шепот заменял суд. Так что «Из детских лет Ивана Попова», один из последних разделов сборника, отличается от остальных. «Попов» — фамилия семьи матери Шукшина, которую она приколола к нему, чтобы избавить его от грубого обращения с детьми «классовых врагов». «В чем они обвинили моего отца, я действительно не знаю. . . . Как бы то ни было, отца нашего больше не стало», — пишет Шукшин. Здесь и резкость, и своенравие памяти, а не художественная выдумка, и окрашенные настолько сдерживаемой яростью, что мы снова можем видеть грубого деревенского парня, ступившего перед приемной комиссией ВГИКа.

Шукшин умер от сердечного приступа в 45 лет — всего через полгода после выхода «Красной калины». К тому времени о нем не только сложилась, но и выросла легенда, предполагающая, что он был убит врагами из ВГИКа так же, как был убит его персонаж в фильме. Понятно, что он не умрет. По прошествии 30 лет эти истории дошли до нас с прекрасным предисловием Джона Гивенса к переводу, сделанному им и Лорой Майкл. Для режиссера Шукшин неплохо писал.

Один рассказ «Верю» — не что иное, как шедевр, несущий в себе русскую глубину депрессии, философский фанк, супружеское непонимание и водку, — все сходится в вихревой кульминации, равной «Мертвым душам» Николая Гоголя: « Священник и Максим плясали с такой яростью и с таким угаром, что не казалось странным, что они плясали. Им приходилось либо танцевать, либо рвать рубаху на груди, плакать и скрежетать зубами. . . . Тарелки и стаканы на столе зазвенели.

«О, я верю! Я считаю!»

Учитывая то, что случилось с отцом Шукшина, и то, что он знал о реальной жизни в вязкой степи, может показаться нелогичным или нечестным создавать произведение с такой энергией. Не так. Непокорный!

Подробная информация о продукте — издательство Корнельского университета

{{/если}}

{{#if item.templateVars.googlePreviewUrl }}
Google
Предварительный просмотр
{{/если}}

{{#если элемент.отпечаток.имя }}

Выходные данные

{{ item.imprint.name }}

{{/если}}
{{#if item.series.series }}

Серия

{{#каждый товар. серия.серия}}

{{{это.имя}}}

{{/каждый}}
{{/если}}

{{#если элемент.заглавие}}

{{/если}}
{{#if item.subtitle}}

{{{ item.subtitle }}}

{{/если}}
{{#if item.templateVars.contributorList}}
{{#if item.edition}}

{{{ item.edition }}}

{{/если}}

{{#каждый элемент.templateVars.contributorList}}

{{{это}}}

{{/каждый}}

{{/если}}

Приглашенный лектор в:

{{#если элемент. templateVars.formatsDropdown}}

Формат

{{/если}}

{{#if item.templateVars.formatsDropdown}}
{{{item.templateVars.formatsDropdown}}}
{{/если}}

{{#if item.templateVars.buyLink }}

{{item.templateVars.buyLinkLabel}}
{{/если}}

Открытый доступ

{{#если элемент.описание}}

{{{ item.description }}}

{{/если}}

  1. средства массовой информации
  2. {{#if item. templateVars.reviews}}

  3. хвалить
  4. {{/если}}
    {{#if item.templateVars.contributorBiosCheck}}

  5. Автор
  6. {{/если}}

  7. для педагогов
  8. {{#если элемент.templateVars.moreInfo}}

  9. больше информации
  10. {{/если}}
    {{#if item.templateVars.awards}}

  11. награды
  12. {{/если}}

  1. {{#if item.templateVars.reviews}}

  2. {{#каждый элемент.templateVars.reviews}}
    {{#если это.текст}}

    {{#если это.текст}}
    {{{этот текст}}}
    {{/если}}

    {{/если}}
    {{/каждый}}

  3. {{/если}}
    {{#if item. templateVars.contributorBiosCheck}}

  4. {{#if item.templateVars.authorBios}}
    {{#каждый элемент.templateVars.authorBios}}

    {{/каждый}}
    {{/если}}

  5. {{/если}}

  6. Запросить экзамен или настольную копию

    Приглашенный лектор в:

    {{#если элемент.templateVars.contentTab}}

    Содержимое

    {{{ item.templateVars.contentTab }}}
    {{/если}}

  7. {{#if item.templateVars.moreInfo}}
    {{#каждый элемент.templateVars.moreInfo}}

    {{{ это }}}

    {{/каждый}}
    {{/если}}

  8. {{#if item.templateVars.awards}}

  9. {{#каждый элемент. templateVars.awards}}

    {{это.имя}}

    {{/каждый}}

  10. {{/если}}

Также представляет интерес

Василий Шукшин О России и ее людях

В середине ХХ века дух и голос русского народа во всей своей силе заявили о себе в произведениях писателя, актера и режиссера Василия Шукшина. «На земле живут русские люди, и они выбрали одного.Он будет говорить за всех — хранящий память народа, умудренный своей мудростью». Эти слова как нельзя лучше подходили к самому мужчине.

Жизнь Шукшина, начавшаяся восемьдесят лет назад, была характерна для очень многих советских людей. Сын крестьян, он пережил голод и холод раскулаченной деревни, а также трудности военных лет. Как сын репрессированного, он умел пробиться в жизни. Благодаря своему таланту и своим учителям он смог не только проложить себе путь, но и отстоять, но отстоял право быть самим собой.

Его судьба была мучительным поиском себя и места в жизни. Эти поиски были неразрывно связаны с размышлениями над историей всего русского народа. Его советское образование не стерло в нем сознания себя русским человеком, национальным писателем. Именно на этом пути его вклад был наиболее значительным, но и наименее известным.

Шукшина часто называют деревенским писателем. Действительно, когда он приехал в столицу, то был, по его собственным словам, «глубоко деревенским человеком.Шукшин еще встречался с тем нравственным бытом русского крестьянства, в основе которого лежал труд, любовь к земле и чувство правды и справедливости. Падение русской деревни и потеря ее населения часто сопровождались переломом ценностей, что причиняло ему чувство личной боли. Но не «деревня» в узком смысле слова волновала писателя.

Состояние души и судьбы русского народа были главной струной его творческого нерва.Возражая против употребления термина «деревенская проза» по отношению к современникам-единомышленникам (например, к писателям Белову, Астафьеву, Абрамову и Распутину), Шукшин подчеркивал, что «проблемы деревни нет, проблема русского народа, общая для всего народа, для правительства». «Нас хвалят за наш литературный талант, не догадываясь и не скрывая, что через нас русский народ обретает свой голос, разоблачая звериное культурное дурачество» — так отзывался он о смысле жизни писателей «земли». движения, а также о смысле собственной жизни.

Для Василия Шукшина непростым был путь от чувства сопереживания своим героям к достижению осознания необходимости понять и обобщить исторический путь нашего народа. «В своих книгах и фильмах я говорил только о тех, кого знаю… Я делился, насколько мог, своими воспоминаниями… Сейчас самое время отправиться в путь к более широким размышлениям. Нужны новая жизнь и новое мужество, чтобы открыть новые глубины и сложности жизни. Я надеюсь и верю, что это в будущем моя картина (а может быть, и книга), которая сможет лучше понять суть мира, времени, в котором я живу.Однако у него не было времени реализовать это видение. Но в творчестве Шукшина обнаруживается его понимание истории России.

Шукшин связывал этот путь с судьбой русского народа, а корни видел в экономике и быте своей родной части – крестьянства. Его оценка советского периода была однозначной: уничтожив деревню как основу этого порядка, большевики разрушили основу российской государственности. Шукшин видел, что судьба народа определяется взаимодействием двух факторов: его духовного потенциала и внешних воздействий (в частности политики государства).В этих факторах он различал объективную и субъективную стороны. Процесс модернизации был объективным, что предполагало неизбежную трансформацию крестьянского труда и размывание традиционных ценностей.

Однако в объективном процессе Шукшин различал деятельность государства, которая не была обоснована интересами народа и, следовательно, то, что он не мог принять. Сюда же относится политика коллективизации (в том виде, в каком она проводилась), а также политика правительства в деревне в послевоенные десятилетия.

Глубоким смыслом наполнен финал последнего фильма Шукшина «Красный снежок». Сопротивление главного героя Егора Прокудина, человека воровских нравов, заканчивается его убийством – символом и аллегорией судеб русского крестьянства (и русского народа?) в ХХ веке. «То обстоятельство, что его убивают мстительные чудовища в противовес чему-то другому, есть, может быть, мой авторский просчет, потому что в смерти появляется иной, поверхностный смысл», — заметил однажды Шукшин.«Что касается его бывших приспешников, то здесь я не хочу сглаживать углы… Не случайно главарь сказал: «Он был не мужик, а хам. Таких в России много». Видите ли, убивают не просто «перевоспитанного вора», убивают убежденного противника, врага, трудящегося человека, стоящего им в открытой принципиальной оппозиции».

В поисках глубинных причин процессов, происходящих в русском народе и крестьянстве, Шукшин обратился к истории.Отправной точкой для него стала вторая половина XVII века. Именно тогда закладывалась духовная рознь между государством и нацией; этот разлад должен был стать характерной чертой последующей русской истории. Вместо классового представительства стал утверждаться абсолютизм. Соборное Уложение 1649 г. окончательно установило крепостное право. Реформы патриарха Никона породили многовековой духовный и религиозный раскол. Именно на этой почве возник Петр I, создавший бюрократическую империю, основанную на западных ценностях господствующего класса.

В народной памяти эта эпоха прочно связана с именем Степана Разина, предводителя восстания 1670-1671 гг., ставшего откликом на эти перемены. «В «Степане Разине» меня ведет та же самая тема, которая началась так давно и сразу, — русское крестьянство и его судьба», — объяснял Шукшин. «Как только у вас появляется серьезное желание понять процессы, происходящие в русском крестьянстве, у вас возникает непреодолимое желание увидеть их со стороны, издалека.

Задумав роман и фильм о народном герое, Шукшин изучал литературу и документы и фактически ездил по местам восстания. Шукшин видел смысл войны в стремлении народа восстановить свою поруганную свободу. Вождь восстания олицетворял для него «средоточие национальных особенностей русского народа, сросшихся воедино в одно тело, в одну душу. Разина сделали народным помазанником, потому что он первый бросился на волю всеобщую, не сословную, а генеральскую», — говорил он.

Мысль о Степане Разине пришла Шукшину не случайно. Сила Советского государства строилась отчасти на эксплуатации российских регионов, которая, в частности, выражалась в игнорировании исторического центра страны. Перед лицом несовпадения интересов русского народа и Советского государства Шукшин обратился к фигуре Разина как к образу народа, восставшего против воли государства, что на самом деле чуждо народным чаяниям.Ему было важно вспомнить, чем заканчивались в России попытки подавления свободы: внешней (трудовой) и внутренней (духовной).

Он сделал все возможное, чтобы получить разрешение на съемку постановки. Однако параллели с современной ситуацией были настолько очевидны, что реализация творческих идей Шукшина вызвала противодействие. Его роман о Степане Разине «Я пришел дать вам свободу» вышел только после его смерти, но фильм так и не был экранизирован.

Шукшин никогда не опускал занавеса в своих размышлениях об истории русского народа.Он никогда не сомневался в его будущем, но спрашивал, каким оно будет. «У России свой путь. Путь его серьезен, даже трагичен, но не безнадежен… Нам все равно нечем гордиться, — сказал он с болью. Социальные потрясения ХХ века показали, что люди часто были не в состоянии противостоять разрушительным воздействиям. Но человек, неверный своему духовному устою, обречен на смерть. Таким образом, крестьянин, ставший вором, Егор Прокудин терпит страшный душевный разлад.

Изменение начала устройства жизни невозможно, и люди не обязаны доказывать свое право оставаться собой. Как бы оставляя нам, своим потомкам и землякам свое духовное завещание, Василий Шукшин писал: «Русский народ избрал свою историю, а также сохранил и возвел степень уважения к тем человеческим качествам, которые нельзя пересмотреть: честность, трудолюбие, добросовестность, доброжелательность… Через все наши исторические катастрофы мы сохранили великий русский язык в его чистоте, какой он был дан нам нашими отцами и дедами… Я уверен, что все было не зря: наши песни, наши рассказы, невероятная тяжесть наших побед, наши страдания – все это не отдать за дуновение табака. .. Мы смогли жить. Помните это. Будь человеком.»

Вряд ли стоит комментировать это сообщение дополнительным серьезным обсуждением…

Самые популярные рассказы Шукшина. «Шукшин и его произведения. Василий Макарович Шукшин Полное собрание рассказов в одном томе

Василий Шукшин, рассказ «Верю!» — резюме

Жуткая тоска, накатывающая по воскресеньям к Максиму Ярикову — Я не хочу жить.Нельская, грубая жена Люда, не понимает и не жалеет об этом. Оказавшись в таком состоянии, Максим выходит за пределы соседа Ильи Лапшина, у которого есть родственник — поп.

Поп, крупный мужчина с огромными руками, много Максим с алкоголем и сам пропивает свои большие стэки. За питьем читает раздавленному Ярику мудрое учение о том, что без зла в мире человек не ведал бы и добра, что без муки блаженства не было. Жизнь, по мнению Попа, нужно брать во всех ее проявлениях («Живи, сын мой, плача и испражняясь.Набив себе и максимизировать все новые стопки, поп в конце предлагает ему помолиться. Оба встают. Поп начинает танцевать под вихрь, кося частушки с припевом «Верю, верю!» Он заводится в танец и Максим Сцена этого «чуда», где радость соединяется с болью, любовь с яростью, отчаяние с вдохновением — и история Шукшиной завершена.

Василий Шукшин

Василий Шукшин, рассказ «Волки» — краткое содержание

Иван Дегтярев и его нудный и хитрый тесть Наум Драфский едут из деревни в лес за дровами.По дороге, на горе, они неожиданно встречают пятерых голодных волков. Волки спешат их догнать. Наум поворачивает коня и с криками «Грабуй-Ут!» Это уборка. Лошадь Ивана слегка попятилась и отстала. Волки быстро приближаются к Дегтяреву и его лошади. Иван грозит верной смертью.

Оба топора лежат в салазках при испытании. С их помощью можно отъебать волков, но Наум, не беспокоясь о звонке, спешит спасти лишь собственную жизнь. Отреагировав, наконец, на громкие крики Ивана, Платья бросает один топор на обочину.Иван выпрыгивает из саней и хватает их. Волки в это время догоняют и рвут его коня, а человека топором, сытно, не трогают.

Пройдя от них, Иван встречает испытание испытания, которое бросило его на растерзание волкам. В сердцах он хочет выкопать этого предателя, чтобы здесь, в лесу, сбить ярость и потом никому не рассказывать о случившемся. Однако тесть, выдающийся конь, уехал в деревню. Вернувшись домой, Иван выпивает рюмку водки и идет к медсестре разбираться.Свекор, свекровь и жена ждут его с милиционером, который для нужд Ивановой кладет ему на ночь деревенскую завесу, чтобы отпустить наутро, когда он успокоится.

Василий Шукшин, рассказ «Крепкий парень» — кратко

В колхозе «Великан» строят новый склад, передавая баркоттарианку и цемент из старой церкви XVII века, которая давно закрыта большевиками-борцами за атеизм. Оживает бригадир колхоза Коля Шурыгин, крепкий, здоровый любитель выпить, решает сломать освобожденную церковь, чтобы пустить кирпичи на свинарник.Шурыгин считает, что будет отличаться перед начальством и оставит в своей деревне долгую память.

Когда «силач» подгоняет к церкви три трактора, вся деревня с возмущенными возгласами разбегается. Однако крики земляков только будоражат Шурыгину не сдаваться. Храм рушится за тракторными двигателями.

Вечером соседские бабы разминают «черта» Шурыгина. Продавщица в Selpo угрожает «дать ему найм вокруг Камполя.Коль ругает мать. Жена, не приготовив обеда, уходит из дома к соседям. Близлежащий бригадир уже убежден: сделали предки на совесть церковную кладку не ломали для свинарника. Его кирпичам суждено победить крапиву. , выпив вечером бутылку водки, садится на мотоцикл и, скуля частушку, едет среди ночи в соседнюю деревню — продолжить выпивку с председателем колхоза.

Василий Шукшин, рассказ «Мастер» — краткое содержание

Рысь печь, непревзойденный сельский мастер столяр, восхитился красотой старинной церкви в соседнем селе Талица.Эта церковь давно закрыта и разорена коммунистами, но посев мечтает ее возродить. Готовый к работе своими руками Мастер обратился с планом восстановления храма к священнику в соседний райцентр, а затем к митрополиту. Но в советских условиях помочь ему не могут. Враждебные религии коммунистов соглашаются на восстановление церквей лишь изредка — и исключительно для пропаганды своего псевдолиберализма.

Митрополит советует со сцены попытать счастья и попросить прописку.Мастер отвечает там, что Талицкий храм «Как памятник архитектуры значения не представляет». Расстроенная сцена уже не говорит о любимой церкви и, проезжая мимо, старается не смотреть в ее сторону.

Василий Шукшин, рассказ «Микроскоп» — краткое содержание

Малообразованный столяр Андрей Ерин, имея в себе сильную тягу к науке, мечтает купить микроскоп. На это у Андрея нет свободных денег, но он решает обмануть жену и сообщает ей, что она случайно потеряла 120 рублей из книги.Героически выдержав сильный скандал с женой и даже ее избиение силиконом, Джерин через несколько дней покупает микроскоп и приносит его домой. Он уверяет жену, что был награжден этим устройством за успехи в работе.

Василий Шукшин «Микроскоп». Видео

Андрей все забывая на свете Все свободное время Андрей проводит у микроскопа, пытаясь разглядеть микробы в капельках воды. Его мечта о мечте найти путь к уничтожению вредоносных микроорганизмов, чтобы человек не «вытягивал ноги» в 60-70 лет, а дожил до 150.Андрей пытается проткнуть микробов иголкой, ударить их током. Но первоначальные эксперименты внезапно поставили крест на домашней работе его, Сергея Куликова, который, как заявляет жена Джерина, не давал им никаких надбавок за трудовые успехи. Жена гадает, куда делись 120 «пропавших» рублей, и отправляет микроскоп в комиссию.

Василий Шукшин, рассказ «Майлз Пардон, мадам» — краткое содержание

Фантастическая оговорка пупов, дилетант то повторяю акцию «Майлз Простите, мадам!», больше всего любит рассказывать выдуманному байку о том, как он проник в бункер самого Адольфа Гитлера, выстрелил в него, но, к сожалению, промазал .Эта история бродяги удивляет горожан, приехавших отдохнуть в его деревню, которых специально вызвали для сопровождения во время леса.

Бронка с необыкновенным мастерством рассказывает свои художественные произведения. По сюжету он трансформируется. Глаза горят, голос срывается. Когда дело доходит до трагического промаха, лицо резервации покрывается слезами.

Эпизод из фильма по рассказам Василия Шукшина «Странные люди» (1969). Книга рассказов Пупкова о покушении на Гитлера.В роли братьев — Народный артист СССР Евгений Лебедев

Односельчане катаются по ней со смеху. За ложь бронь несколько раз потребляли в сельсовете. Но вдохновенный подъем, искренне испытанный им во время рассказа о «покушении», настолько зашкаливает, что он не может устоять перед повторением все той же выдуманной истории новым слушателям.

Василий Шукшин, рассказ «Письмо» — краткое содержание

Старушке Кандавре (Кузовне) снится «страшный» сон: она как бы усердно молится пустому углу без иконы.Проснувшись, она идет к местной снутеристке, бабушке Ильичихе. Узнав, что Кузьмовна держит его икону не на стене, а в чулане, так что к ней с дочерью идет партийный сын, Ильичиха делает ей строгий выговор. Слегка поссорившись с Ильичикой, Кандаурова возвращается домой в сознании дочери и ее непохожего, молчаливого мужа.

Вечером она садится писать им письмо. Во время этого урока в вечерней тишине под звуки далекой гармоники Кузьмовна вспоминает, как в далекой юности Васька Кандауров предлагал ей выйти за него замуж в соседней бочке.Все сложно, но такая неповторимая жизнь проходит в Кузовне на глазах. «Еще бы пора с самого начала», — думает она, чуть закрываясь.

Василий Шукшин, рассказ «Сапожки» — краткое содержание

Бурильщик Сергей Духанин во время поездки в город за запчастями отмечает в магазине Красивые женские сапоги. Они дорогие — 65 рублей, но в Сергее вдруг просыпается желание сделать подарок жене Клавдии. Он точно не знает, каков размер туфельки, но тяга показать родному мужчине нежность и доброту перекрывает все.Духарин покупает сапоги.

Придя вечером домой, он показывает жене и дочерям подарок. Пока его рассматривают с Ахами и Очами, Сергей пожимает друг другу руки: покупная цена для его зарплаты очень велика. Клаудия начинает примерять сапоги — и они оказываются ей. Несмотря на такое невезение, вечер в семье проходит по-особому: поступок Сергея создает особую атмосферу тепла.

Василий Шукшин, рассказ «Сильные идут дальше» — краткое содержание

Живущий в поселке Байкальский Балчер Митька Ермаков — Типичный Шукшинский Деревенский Хохмач и Мечтатель — весь погряз в собственных фантазиях.Он хочет найти инструмент, чтобы стать уважаемым, известным и любимым человеком — например, открыть лекарство от рака.

В один стремительный осенний день Митька видит, как толпа городских «точек» любуется с берега на бушующий Байкал. Величественный вид шторма наводит горожан на философские размышления, создается впечатление, что в «Основном Крепости Сильные идут дальше», те, кто продолжает растворяться с берега, выживают дольше других.

Митька выслушивает интеллигентское «безделье» с легким презрением.Однако среди горожан он замечает красивую женщину и решает показать ей, как выглядит тот самый «сильный». Сбросив одежду прямо на осеннюю стужу, Митька бросается в ледяную байкальскую воду и прекрасно плавает среди высоких волн. Но один из них накрывает его головой. При попытке напиться Митька позорно теряет трусики в воде и начинает тонуть.

Два «стакана» прыгают в воду и спасают ее. Митька еле откачал на берегу искусственное дыхание. Придя в себя и поняв, что лежит без трусов на глазах у самой женщины, он моментально вскакивает и убегает.Горожане смеются, а неисправимый Митька начинает мечтать об изобретении для печатания денег и продолжает рубить все новые кальяны.

Владимир Высоцкий. Памяти Василия Шукшина

Василий Шукшин, рассказ «Обрыв» — кратко

Из поселка Новый два летчика, один полковник, корреспондент, врач… в новом гордятся знаменитыми земляками, но к их заслугам относятся с некоторой ревностью. Во время приезда знатных людей на родину, односельчане часто пытаются их сбить, дать понять, что те, кто остался в деревне, тоже не блеснули!

Особым талантом ловко «засудить» и «врезать» в запоях видных городских земляков обладает деревенский Глеб Капустин — любитель читать газеты и смотреть телевизор. Василий Шукшин описывает «ученый» разговор Капустина с кандидатом наук, приехавшим к его матери Константину Ивановичу. Глеб успешно противостоит городскому воспитанию деревенских банок. Начав разговор с «примата духа и материи», он затем переводит его на «проблему шаманизма в отдельных районах Сибири» и на установление контакта с разумными существами, которые могут быть на Луне. Умелые вопросы Капустина ставят кандидатуру кандидата в полный тупик — к великому удовольствию собравшихся послушать «Диспут» крестьян.В деревне потом ходит длинная история о том, как «дошедший» Глеб «зарезал» знатного горожанина. Незабываемым остроумием отличается диалог Капустина и Константина Ивановича в повести Щукшина.

Василий Шукшин, рассказ «Хозяин бани и сада» — краткое содержание

Зарисовка Шукшинских деревенских нравов. Разговор двух мужчин в деревне Деревня. Один пришел помыться к другому в ванну, потому что ремонтирует его. Хозяин бани начинает представлять, как жена и соседи будут его хоронить, когда он умрет. Разговор плавно переходит на характеры и жизнь односельчан, потом на деньги — и заканчивается скандалом. Хозяин бани заявляет, что сын собеседника ворует на его огороде морковь. Второй мужчина в ответ называет его «Куркулар» и отказывается мыться в его ванне.

Василий Шукшин «Чередниченко и цирк» — кратко

40-летний советский служащий Чальниченко имеет хорошую зарплату, дом из лиственницы и заочно заканчивает сельскохозяйственный институт, что сулит дальнейший карьерный рост.Чередниченко чувствует себя хозяином жизни во всем, кроме одного: у него до сих пор нет жены.

Приехав отдохнуть на южный курорт, он замечает там в цирке дерзкую акробатку Еву. Чальниченко берет для храбрости бокал вина и идет делать предложение. Он подробно описывает Еве свое тяжелое материальное положение, заманчивые служебные перспективы, советует акробатике бросить сломленного артистического бога и начать с ним «жизнь нравственную и физически здоровую». Ева, сначала сбитая с толку, но потом забеспокоившаяся, обещает дать ему ответ в тот же день в записке, переданной служителем цирка.

Чередниченко испытывает гордость от того, как лихо он владеет дамами. Но по возвращении домой его начинают одолевать сомнения. Вечеринка Евы приличная? Ведь не исключено, что до того, как она прошла с знакомым цирком, все глубины падения женской нравственности, а он, ничего об этом не узнав, полетел плести! Со смешанными чувствами Челвниченко идет на следующий день за запиской к Еве — и неожиданно читает там совет «в сорок лет быть умнее».Слегка ранимая насмешливая циркушка, но тоже облегченная от вчерашних могильных колебаний, Чельциниченко выпивает в ларьке рюмку Wints и садится рисовать на вальсовой скамье «Амурские волны».

Василий Шукшин, рассказ «Чудик» — кратко

Странный, легкомысленный сельский вагоновожатый Василий за особый дар постоянно вливаться в неприятные истории односельчан и жены назван чудаком. Решив отправиться из Сибири к Брату на Урал, Василий сначала теряет крупную сумму в магазине (50 рублей), потом чуть не погибает в авиакатастрофе и пытается отправить из аэропорта шутливую, любовную телеграмму. Жена жены брата, городской буфет, не рада приезду деревенской родственницы. Чтобы его уронить, Василий раскрашивает журавли и корни детской коляски в квартире Брата. Но давящий снег не понимает «народного творчества» и выгоняет из дома рану. Не слишком расстроившись, он возвращается обратно за много сотен километров и босиком с веселой песней бежит из автобуса домой.

Василий Шукшин

Василий Шукшин, рассказ «Вырий шаг, маэстро» — краткое содержание

Молодой врач Николай Солодовников, недавно распределенный из института в сельскую глубинку, полон юных надежд на будущую творческую работу, быстрый карьерный рост, важные научные открытия.Настроение Солодовникова поднимает и приближающаяся весна. Он с легкой иронией похож на свою начальницу, добродушную главврача Анну Афанасьевну, больше занятую лечебной деятельностью, а добычей для госпиталя лекарств, листового железа и батарей отопления. Планируя широкие планы, ликернеры уверены: его работа в деревне — лишь первая ступень куда более блестящей профессиональной биографии. Всей душой устремляясь к ней, он мысленно подбадривает себя: «Шире шаг, маэстро!»

Однако деревенская жизнь берет свое, возвращается от возвышенных мечтаний к житейской прозе.Шукшин описывает в своем рассказе один рабочий день врача Молодовникова. В этот день ему предстоит съездить на лошадях в соседнюю деревню за листовой железой, слегка передохнуть с одним мужиком из-за огака Сена, поговорить с директором совхоза о трудностях поступления в мединститут, составить выговор надзирателям и сильно устал возвращаться в госпиталь. Шукшин показывает, что из этих кажущихся мелких забот и складывается трудовое существование, придающее жизни не менее яркий смысл, чем ученые, кафедры, профессора и научная честь.

Надпись

Изучение творчества В. Шукшиной является задачей сложной и актуальной. Его искусство постоянно вызывает споры, научные дискуссии. Однако истинное искусство всегда сопротивляется исправлению суждений.
Василий Шукшин — человек разносторонних тканей. Это писатель, актер, кинозвезда, режиссер. Его творчество отвечает тем критериям, которые подсказал сам писатель: в его творчестве мы найдем обширные размышления о жизни народа, смелое и глубокое осмысление ее реальных противоречий и сложности.Существенно другое: авторские размышления вводят нас в творческую атмосферу, предоставляя возможность понять природу такого оригинального знакомства.
Живым источником, почвой творчества В. Шукшиной стали воспоминания и личный жизненный опыт писателя. Шукшин как художник состоял в 50-х гг. Его формировала послевоенная действительность, тот опыт, знания, ощущения и представления, которые приобретались, впитывались молодежью в общении с людьми за годы хождения по России.Взятие актеров, режиссера, рассказчика, романиста, драматурга выявило в целом многообразие творчества, которое справедливо называют явлением.
Редкое разнообразие содержания и форм разных видов искусства в творчестве одного человека может найти объяснение в самой природе исключительной ткани Шукшина, в особом восприятии действительности, порывы которого, постоянно обновляя ее , вызвали сложнейшие внутренние процессы накопления наблюдений, познания человека, обогащения духовного опыта. На этой основе открывались новые перспективы работы. Интенсивность и напряженность, убеждает, что возможности творчества, наполненные глубиной страсти художника, были настолько многогранны, что были неисчерпаемы… В гармонии таланта во времени и жизни народа, истоки Стремительное восхождение Шукшина на вершину признания. Народность его творчества заключалась в объяснении и разгадке феноменальности погружения художника, в его творчестве.
Художественный мир Шукшиной – многолюден, динамичен и живописен.
Земля — ​​образ поэтически многозначен в творчестве В. Шукшина. Родной родной, родной аул, Пашня, Степь, Мать-Сыра-Земля… Народно-образные представления и ассоциации вводят нас в систему понятий высокого и сложного, историко-философского: о бесконечности жизни и уходе последней цепи поколений , о родине, о необъяснимо притягательной силе. Этот всеобъемлющий образ закономерно становится центром творчества Шукшина. Размышления о судьбе крестьянства, размышления о его прошлом и настоящем, В. Шукшин неизменно возвращал на Землю: традиции, нравственные понятия, поверья, что
крестьянин в труде, многовековой опыт и заботы крестьянина о хлебе. Но земля Шукшиной — образ исторический. Его судьба и судьба людей едины, и разорвать эти вечные связи невозможно без трагически необратимых катастроф и гибельных последствий.
Но что-то высокое, поэтично-нравственное догадывается Шукшин. Для крестьянина всеобщее изображение дома, родного села, родины является своеобразной привязанностью души, обновляющейся от каждого нового поколения.
Внимательно, бережно, тактично смотрел Шукшин на человека, улавливая именно моменты духовных исканий, размышлений, нравственного напряжения, в которых озаряется личность.

Проза, кинозрелость, фильмы Шукшина остро драматичны, психологически запечатаны. Герои изображены в напряжённо-кризисные моменты: выбора, самосознания, воспоминаний, трагедии прощания с жизнью, разочарования или необычайных открытий.
Любовь, дружба, сыновье и отцовское чувство, материнство в бесконечности и доброте — через них познается человек, а через него — время и сущность бытия. Пути постижения писателем Бытия ведут его к познанию глубин человеческой души. И в этом — ключ к разгадке и древних, и новых загадок жизни. В этом суть Творчества Василия Шукшина.
Шукшиной принадлежит огромное количество глубоких, интересных рассказов, романов, фильмов. «Из детских лет Ивана Попова», «Дядя Ермолай», «Двое в телеге», «Степка», «Змеиный яд», «Игнак пришел», «Любавина», «Калинай», «Печи-лавка», » Странные люди», «Гора», «Склад», «Верь!», «Земляки», «Сельское хозяйство», «Материнское сердце» — лишь некоторые из огромного списка произведений Василия Шукшина.
«Калина Красная» — социально-психологическая драма. Социальная сущность одиночества исследуется писателем от его истоков до трагического финала, когда герой осознает необратимость случившегося: своего отчуждения от людей, матери, труда на Земле. Истоки Драмы Егора Прокло-Дина автор видит в самом характере героя, в особенностях его психологического склада и тем самым ставит судьбу Прокодина в прямую зависимость от храбрости, слабости, компромиссов, когда-то проявившихся. Василий Шукшин остается верен своим творческим принципам — доверчивости и требовательности к герою, который сам «поблек» своей судьбой и потому должен отвечать за свои ошибки, недомолвки, ложь, зло. В. Шукшин не оставляет герою повода для самозащиты, сожаления или ссылок на особые обстоятельства его детства и юности. По словам писателя, в то время, когда Егор-Гора стал жертвой жестоких, коварных ренегатов, заблуждения ненадолго мешали ему смотреть в конец правды.Егор предпочитал барахло Растущей честной трудовой жизни. И тем не менее в финале драмы обнаруживается глубокий душевный кризис, переживаемый героем: раскаяние, сознание вины, суровое самовидение, муки совести, готовность снять с себя вину собственной жизни…
В В этом, «прокудинском» деле доминируют индивидуальность и характер героя, направляющего события, диктующего свою волю. Финальный фильм и фильм очень сложный. Понимание невозможности разделить грех перед матерью – самая поучительная минута его судьбы.Но именно с этой минуты у него появилось некоторое равнодушие ко всему, что могло бы отнять у него собственную жизнь. В «Калине Красной» образ Земли — первенство сюжета и драматургии Егора Прокодина — многовариантная, этическая, в конце концов философская категория: судьбы человеческие, добро, зло, счастье.
Шукшинские персонажи исторические. Ограничена его принадлежность к определенному времени, периоду или эпохе, создается впечатление, что этот персонаж опережает само время.
В работе В.Шукшина, время выразилось выразительно в его удивительной характерологии. В рассказах писателя достаточно четко узнаются военные и послевоенные годы. Важнейшей опорой характеристик персонажей была жизнь, видимые на поверхности признаки обычной жизни. Рассказы создаются в результате глубоких размышлений автора над конкретными проблемами народа народа.
Очень сложная структура рассказа «Без шапки». Его стиль блестяще демонстрирует многоплановость содержания, пересечение различных жанров, элементов — от драмы до фарса.Характеризуются речевые потоки, через них выявляются психологические особенности действующих лиц. Серега Чистит — в ряду любимых Героев Шукшина, которым свойственны естественность, прямота, откровенность, уверенность в себе. Авто автор романтических порывов, любви героя, увековеченной неравнодушными людьми, чистоты и силы праздничного чувства. И сожалеет, что Сергей не смог защитить себя и свою любовь от грубого слова, от бестактности и пошлости.
Герои Шукшина, отделяя пафос от духовных притязаний писателя, предлагают свои объяснения происходящему с человеком, у нас, в наше время, свои личностные программы совершенствования. В. Шукшин требователен к человеку. Поэтому резкость его критики и подбородка во всем аморальна.
Творчество Шукшинского органично входит в классическую традицию и продолжает ее в новых исторических условиях.
Искусство психологического портрета, речевое разнообразие, мировоззрение, плавное знание жизни, гуманизм, чувство ответственности — вот что характеризует Василия Шукшина и его творчество.

Заслуженный деятель искусств РСФСР (1969). Лауреат Ленинской премии (1976, посмертно), Государственной премии СССР (1971) и Государственной премии РСФСР. Братья Васильевы (1967). Член КПСС с 1955 года.

Василий Шукшин родился 25 июля 1929 года в селе Сроаткая Бийского района (ранее — Сыростский район) Алтайского края (ранее — Сибирского края) в крестьянской семье.

В 1956 году состоялся дебют Шеукшина в кино: в фильме С.А. Герасимов «Тихий Дон» (вторая серия) он сыграл в крохотном эпизоде ​​- изобразил выглядывающего из-за него кричащего матроса. С этого матроса и началась кинематографическая судьба Шукшина-Акторе.

Во время учебы во ВГИКе в 1958 году Шукшин снялся в первой своей главной роли в фильме М. М. Хуциева «Два Федора». В дипломной работе «От лебедя до репортажа» Шукшин выступил как сценарист, режиссер и исполнитель главной роли. Карьера актера складывалась достаточно успешно, недостатка в предложениях от ведущих режиссеров у Шукшина не было.

1973-1974 годы стали для Шукшина очень плодотворными. На экраны вышел его фильм «Калина Красная», получивший первую премию ВКФ. Вышел в свет новый сборник рассказов «Персонажи». На сцене лабдта режиссера Г. А. Товстоногова готовился макет спектакля «Энергичные люди». В 1974 году Шукшин принял приглашение на съемки в новом фильме С. Ф. Бондарчука. Но Василия Шукшина давно мучают приступы язвы желудка, преследовавшие его с юности, когда он страдал из-за пристрастия к алкоголю.За последние годы жизни после рождения дочерей у него не было тяги к алкоголю, но болезнь прогрессировала. Даже на съемках «Калины Красной» он с трудом приходил в себя после тяжелых атак.

2 октября 1974 года Шукшин скоропостижно скончался во время съемок фильма «Они сражались за Родину» на теплоходе «Дунай». Смертельно обнаружил его близкий друг Георгий Бурков.

Шукшин Василий Макарович (25 июля 1929, село Сурротка, Сростинский район, Бийский район, Алтайский край — 2 октября 1974, Станица Целлян, Волгоградская область) — русский советский писатель, кинорежиссёр, актёр, сценарист Шукшин Макарович родился 25 июля 1929 г. в Крестьянской Семье.Отец, Макар Леонтьевич Шукшин (1912-1933), был арестован и расстрелян в 1933 г. , во время возбуждения, реабилитирован посмертно в 1956 г. 1979) взял на себя все заботы о семье. Сестра — Наталья Макаровна Шукшина (16 ноября 1931 — 10 июля 2005). После ареста Отца и до получения паспорта Василий Макарович носил фамилию по материнской линии Василий Попов..

В 1943 году Шукшин окончил семеллу в селе Срегор, и поступил в Бийсский автомобильный техникум.Там он проучился два с половиной года, но техникум не закончил. Вместо этого в 1945 году я пошел работать в колхоз в деревне Сроаткой. В колхозе проработал недолго, в 1946 году уехал из родного села. В 1947-1949 годах Шукшин работал слесарем на нескольких предприятиях Союзапроммеханизации: на турбинном заводе в Калуге, на тракторном заводе во Владимире.

В 1949 году Шукшин был призван служить в ВМФ. Служил матросом на Балтийском флоте, потом радистом на Черном море.Литературная деятельность Шукшина началась в армии, именно там он впервые попробовал писать рассказы, которые читал своим сослуживцам. В 1953 году уволен в запас с флота из-за выявленной язвы желудка и вернулся в село Сурротка.

В родном селе Василий Макарович сдал экстерном экзамены на аттестат зрелости в Сростинской средней школе № 32. Пошел работать учителем русского языка и литературы в Среккинскую школу сельской молодежи.Некоторое время был директором этой школы.

В 1954 году Шукшин уехал в Москву поступать во ВГИК. Чтобы заработать денег на дорогу, его мать продала корову. Сначала Шукшин подал документы на сценарный факультет, но потом решил поступить на режиссерский факультет и закончил его в 1960 году (мастерская М. И. Роммы). Во время учебы во ВГИКе по совету Ромма Шукшин стал рассылать свои рассказы в столичные издания. В 1958 году в журнале «Смена» был опубликован его первый рассказ «Двое на телеге».

Член КПСС с 1955 года.

В 1956 году состоялся дебют Шукшина в кино: в фильме С. А. Герасимова «Тихий Дон» (вторая серия) он сыграл в крохотном эпизоде ​​— изобразил смотрящего из него кричащего матроса. С этого матроса и началась кинематографическая судьба Шукшина-Акторе.

Во время учебы во ВГИКе в 1958 году Шукшин снялся в первой своей главной роли в фильме М. М. Хуциева «Два Федора». В своем появлении «От лебедя» Шукшин выступил сценаристом, режиссером и исполнителем главной роли.Карьера актера складывалась достаточно успешно, недостатка в предложениях от ведущих режиссеров у Шукшина не было.

1963-1974 годы

Первая книга Шукшина — «Сельские жители» вышла в 1963 году в издательстве «Молодая гвардия». В том же году он начал работать директором Центральной юстиции М. Горького.

В 1963 году в журнале «Новый мир» были опубликованы рассказы: «Класс шофера» и «Гринк Малюгин». По их мотивам Шукшин написал сценарий своего первого полнометражного фильма «Живет такой парень.Съемки картины начались летом того же года на Алтае и завершились в 1964 году. В главной роли снялся одноклассник режиссера Вгика — Леонид Куравлев. Фильм получил хорошие отклики у публики. и немного попроще, обратил внимание на спецов.

Василий Шукшин был полон планов, но многим из них не суждено было осуществиться. В 1965 году Шукшин начал писать киносценарий о восстании под предводительством Разина, но не получил одобрения Государственной церкви СССР.Впоследствии сценарий был переработан в роман «Я пришел дать вам волю». Сценарий будущего фильма «Точка кипения» также не получил одобрения в Госкино.

1973-1974 годы стали для Шукшина очень плодотворными. На экраны вышел его фильм «Калина Красная», получивший первую премию ВКФ. Вышел в свет новый сборник рассказов «Персонажи». На сцене лабдта режиссера Г. А. Товстоногова готовился макет спектакля «Энергичные люди». В 1974 году Шукшин принял приглашение на съемки в новом фильме С.Ф. Бондарчук. Но Василия Шукшина давно мучают приступы язвы желудка, преследовавшие его с юности, когда он страдал из-за пристрастия к алкоголю. За последние годы жизни после рождения дочерей у него не было тяги к алкоголю, но болезнь прогрессировала. Даже на съемках «Калины Красной» он с трудом приходил в себя после тяжелых атак.

2 октября 1974 года Василий Макарович Шукшин скоропостижно скончался во время съемок фильма «Они сражались за Родину» на теплоходе «Дунай». Первый друг друга Георгия Буркова нашел его мертвым.

Личная жизнь

Первая супруга Шукшиной – его односельчанка, школьная учительница Мария Ивановна Шуман. Они познакомились в юности и поженились в 1953 году. В 1957 году в письме из Москвы написал письмо на письмо, что просит развода с Марией, так как она любит другую женщину.

В начале 1960-х Шукшину приписывают несколько коротких любовных линий, в том числе с поэтессой Беллой Ахмадулиной, в 1963 году он вступил в фактический брак с Викторией Софроновой, дочерью писателя Анатолия Софронова.

С 1964 по 1967 год был женат на актрисе Лидии Александровой (более известна как Лидия Чащина, по фамилии второго мужа; роль актера в фильме «Живёт такой парень»). Брак, по ее словам, распался из-за многочисленных любовниц Шукшина и его пристрастия к алкоголю.

В 1964 году на съемках фильма «Что это, море?» Василий Шукшин встречался с 26-летней актрисой Лидией Федосеевой. В 1965 году у Виктории Софроновой родилась дочь от Шукшиной – Катерина Шукшина. Василий Макарович долго не мог решить, с кем из любимых женщин ему жить, и поддерживал отношения с обеими. В итоге он остался с Федосеевой. В этом браке у него было две дочери:

  1. Мария Шукшина, актриса (1967).
  2. Ольга Шукшина, Актриса (1968).

Проблемы творчества

Герои книг и фильмов Шукшина — люди советской деревни, простые рабочие со своеобразным характером, наблюдательные и острые на язык.Один из первых его героев, Паша Беллольников («живет такой парень») — деревенский ямщик, в жизни которого «есть место подвигу». Некоторых его героев можно назвать чудаками, людьми «не от мира сего» (повесть «Микроскоп», «Чудик»). Тяжелое испытание выводом прошли и другие персонажи (Егор Прокодин, «Калина Красная»).

В произведениях Шукшина дано сжатое и емкое описание советской деревни, его творчество характеризует глубокое знание языка и подробностей жизни, первые нравственные проблемы и всеобщее сопричастность (рассказы «Живая охота», «Космос, На первый план часто выходят «Нервная система» и «Шмат Сала». ).

Цирк прибыл в южный курортный город.

График Чередниченко отдохнул в том городке, достаточно устроился, чувствовал себя свободно, даже слегка споткнулся — сделал выговор продавщицам за теплое пиво. В субботу вечером Чередниченко была в цирке.

На следующий день, в воскресенье, в цирке давали три представления, и Челвниченко ходил на все три.

От души смеялся, когда темноволосый клоун с нерусской фамилией скучал по разным делам, переживал, когда по арене ехал молодой мальчик в Красном Рубаче, развалился от зрителей высокая клетка, семь страшных львы, воруйте их с разбросом… Но не ради клоуна и не ради страшного Львова шел шесть рублей шесть рублей, нет, не ради Львова. Он был глубоко взволнован девушкой, которая открыла программу. Она поднялась по канату высоко вверх и там крутилась под музыку, пьяная, кувыркаясь…

Никогда в жизни Челныниченко так не волновался, как волновался, наблюдая за гибким, дерзким цирком. Он любил ее. Чальниченко был холостым, хотя уже разменял пятую десятку. То есть он когда-то был женат, но что-то у них с женой случилось — разошлись.Давно это было, но с тех пор Чередниченко стал — не чего презирать женщин, — стал с ними спокоен и даже несколько издевался. Он был человеком гордым и честолюбивым, знал, что к пятидесяти годам будет заместителем директора небольшой мебельной фабрики, где теперь работал планировщиком. Или, на худой конец, директор совхоза. Сельскохозяйственный институт он закончил заочно и терпеливо ждал. У него была отличная репутация… Время работало на него. «Буду замдиректора, все будет — и жена в том числе.

В ночь с субботы на воскресенье Челвниченко долго не мог заснуть, курил, ворчал… забылся наполовину, и я как будто знал, в каких масках звучала медная музыка циркового оркестра, львы испугались… Цирк просыпался, вспоминая цирк, и сердце болело, Взяла, точно циркушка была уже его женой и изменила ему с вице-клоуном

В воскресенье в цирковом баре план планирования.От министра цирка, который не выпускал самовольных артистов и львов, узнал, что цирк из Молдавии, имя Ева, получает сто десять рублей, двадцать шесть лет, не замужем.

С последнего представления ушла Чередниченко, выпила в ларьке два бокала красного вина и подошла к Еве. Дал слуге два рубля, он рассказал, как найти Еву. Чередниченко долго путалась под брезентовой крышей в каких-то веревках, ремнях, тросах… остановила какая-то женщина, она сказала, что Ева ушла домой, а где он живет, она не знает. Он знал только, что где-то в частной квартире, а не в гостинице. Чальниченко дал слуге еще один рубль, попросил узнать у администратора адрес Евы.Министр узнал адрес. Чертниченко выпил еще бокал вина и пошел к Еве на квартиру. «Адам ушел к Еве», — пошутил сам Чальниченко. Он был не очень настроен на него, он это знал и нарочно стукнулся где-то в гору, в гору, на улице Жданова — значит, ему сказали, надо идти. Ева устала в этот день, приготовилась ко сну.

— Здравствуйте! — здоровается с ней альтерниченко, ставя на стол бутылку «Кокуры». Он замахал хвостом по дороге — заявил смелый и решительный решителен.- Чальниченко Николай Петрович. Планировщик. И ты называешь Еву. Правильно?

Ева была очень удивлена. Обычно любители его не заливают. Из всей их труппы болельщиков изображали три-четыре: темный клоун, наездница и — реже — сестры геликан, силовые акробаты.

— не помешал?

— Вообще-то, я готовлюсь ко сну… Устал сегодня. Какие? Я немного не понимаю…

— Да, сегодня у вас день… Скажите, а этот оркестр ваш, он вам не мешает?

— Я бы все-таки несколько взял: действует на нервы.Очень громко, где до шутов…

— Мы ничего… привыкли.

Чередниченко отметил, что возле циркушки не такая уж и красота, и это придало ему смелости. Он всерьез задумал взять циркачку к себе домой, жениться.

Что она была цирковой, спрячут, никто не узнает.

— Вы не позволите предложить вам? .. — Чередниченко взял бутылку.

— Нет, нет, — твердо сказала Ева. — Я не пью.

— Вообще?

— вообще.

— Совсем нет?

— Вовсе нет.

Чальниченко оставил бутылку в одиночестве.

«Проверка пера», сказал он чему-то. «Я сам пил очень умеренно. У меня есть сосед, инженер-конструктор… Допинг до того, что с утра влаги нет. Ходит чуть свет в одних тапочках, стучит в калитку. У меня отдельный дом из четырех комнат, ну, калитку, естественно, на ночь закрывает для запора: «Николай Петрович, дай рубль».- «Василий, — говорю, — Мартынч, дорогой, не рубля, жаль тебя.Ведь тебе смотреть тяжело — с высшим образованием человек, талантливый инженер, скажи… что ты себе приносишь!

— А вот рубль дай?

— Ты куда? Он, вообще-то, всегда дает. Но правда, не эти деньги жалко, я достаточно зарабатываю, у меня зарплата шестьдесят рублей да премия… В общем находим способы.Не в рублях,естественно.Просто тяжело смотреть на человека.Что есть,в том и магазин идет…Люди смотрят…У меня скоро будет высшее образование-должно как-то обязывают, так понимаю.У тебя выше?

— Школа.

— МММ. — Чертниченко не понял — выше это или не выше. Однако он был еще. По мере внесения информации о себе, он все больше убеждался, что не надо долго трясти кудрями — надо двигаться к делу. А у тебя есть родители?

— Есть. Зачем вам это все?

— Может все-таки вигать? С наперстком? ..мм? А то мне неудобно одному.

— Залить — с наперстком.

Пили. Чальниченко выпил половину. «Не пройти», подумал.

— Видишь, в чем дело, Ева… Ева? ..

— Игнатьевна.

— Ева Игнатьевна. — Чертниченко встал и стал ходить по крохотной комнатке — шаг к окну, два шага к двери и обратно. — Сколько ты получаешь?

— Мне хватит,

— Допустим. А в один прекрасный… Простите, как раз наоборот — в один из трагических дней вы упадете оттуда и разобьетесь…

— Слушай, ты…

— Нет, послушай тебя, Голубушка, я все это прекрасно видел и знаю, чем все кончается — эти аплодисменты, цветы… — Мне ужасно понравилось, тяжело пройтись по комнате и спокойно, убедительно доказать: Нет, Бабека, ты еще Жизни не знаешь. А мы, Мать, как-то изучали — со всех сторон. Вот кого ему не хватало в жизни — такая вот Ева — кто тебе тогда будет нужен? Ni-ko

— Зачем ты пришел? И кто дал вам адрес?

— Ева Игнатьевна, скажу прямо — характер такой.Я человек одинокий, положение в обществе занимает хорошее, зарплата, я вам уже говорил, до двухсот. Ты тоже один… Я наблюдаю за тобой второй день — тебе нужно уйти из цирка. Вы знаете, сколько вы получите инвалидность? Могу прикинуть…

— Ты что? — спросила Ева Игнатьевна.

— У меня большой дом из лиственницы… Но я в нем одна. Нужна хозяйка… То есть нужен друг, надо этот дом кому-то обогреть. Я хочу детских голосов в этом доме, тишины и покоя чтоб в нем.У меня четыре с половиной тысячи на книгу, огород, огород… Правда, мало, но есть где душу убрать, накопать для отдыха. Сам я из деревни, люблю копаться в земле. Я понимаю, что говорю несколько в резонанс с вашим искусством, но, Ева Игнатьевна… Поверьте мне; Это не жизнь, как вы живете. Сегодня здесь, завтра там… Судите вот в таких залах, ешьте тоже… где сухость, где на ходу. А годы идут…

— Что ты за мной следил, что ли? — Я не мог понять цирк.

— Да, я предлагаю вам пойти со мной.

Ева Игнатьевна засмеялась.

— Хорошо! — воскликнул Чертниченко. «Мне не нужно верить на слово». Хорошо. Возьми недельный отпуск за свой счет, поезжай со мной — смотри. Смотри, разговаривай с соседями, иди на работу… Если я тебя в чем-то пробовал, беру свои слова назад. Расходы — туда и обратно — берите на себя. Соглашаться?

«Рассказы Шукшина» от Московского Театра Наций на Гонконгском фестивале искусств

S Рассказы Хукшина — инсценировка восьми рассказов советского писателя Василия Шукшина (1929-74).Если вы мало или совсем ничего не знаете о нем или о московском Театре Наций, который его представил, вы не будете — по крайней мере среди англоязычных — одиноки и будете, по крайней мере до вчерашнего вечера, иметь меня в компании. Неведение может и не быть блаженством, но иногда оно может привести к нему.

Образцовое, бравурное выступление.

Если судить по инсценировкам, то исходный материал — сами рассказы Шукшина, действие которых происходит в одной деревне Алтайского края Сибири, — должны быть образцами формы.

Каждая история – это, прежде всего, срез жизненной виньетки, компактный по времени и месту, но не скупящийся ни на описание, ни на характеристику. Несмотря на то, что он был написан в тогдашнем Советском Союзе, в нем нет образцовых рабочих или социалистических призывов; наоборот, персонажи любят, пьют, обманывают, а некоторые притворяются красивыми (и мелковатыми) буржуа. Есть некоторые общие черты: любовь, несовместимость и неверность; возвращение блудного сына; Деньги; взаимодействие общества и личности.В одном мужчина тратит большую часть своих денег на пару сапог для жены; другой мужчина тратит семейные сбережения на микроскоп. Одна — это простая история любви парня и девушки; в другом изображен мужчина, который отрубает себе пальцы, а не прелюбодейной жене. Один вернувшийся сын стал борцом, другой стал доктором наук, а третий сбежал из заключенных.

Структурно дилемма в каждом возникает естественно и неизбежно из взаимодействия ситуации и характера. Большинство, но не все, используют поворот сюжета.Некоторые из них смешные, некоторые трогательные, некоторые просто таковы. Хотя Шукшин реалистичен, он больше похож на Гоголя, чем на Тургенева: многие его рассказы имеют сатирическую основу, иногда нежную, иногда резкую.

 

Инсценировка уворачивается от двух пуль, которые могли бы потопить переход со страницы на сцену. Короткие рассказы не связаны между собой и, таким образом, рискуют превратиться в просто четвертьчасовые короткометражки. Но пьесы неуклонно наращивают драматизм и сложность: они начинаются просто и мило, в третьей добавляется слой сатиры, а первая заканчивается тихой меланхолией.Юмор во второй половине имеет оттенок угрозы, а финал фаталистический и до боли печальный.

Второй узкий выход заключается в широком использовании повествования, взятого, как можно предположить, непосредственно из самих историй. Хотя это и нарушает стандартный диктат «показывай, а не рассказывай», повествование блестяще поставлено голосами других персонажей, либо поодиночке, либо иногда в виде какофонического хора.

Может быть трудно понять, сколько текста и сколько режиссуры, но у коротких работ был замечательный темп с достаточной маниакальной энергией и медленными размышлениями, чтобы быть захватывающими.

Евгений Миронов в роли городского педанта Глеба в «Сокращении»

Образцовый первоисточник сочетался с блестящей игрой ансамбля из восьми явно талантливых профессионалов, которые справились с восемью пьесами, в большинстве, если не во всех, с восемью персонажами, все совершенно другое. Двое, Евгений Миронов и Чулпан Хаматова, — как мне сказали, — звезды в России; легко поверить. Но постановка характеризовалась скорее отличной ансамблевой работой, чем выдающимся исполнением; вернее, все спектакли были такого качества, что трудно было выбрать между ними.

Кроме того, в некоторых произведениях пели, иногда в качестве навязчивого музыкального сопровождения; у других была хореография, которая требовала идеального тайминга. Никто не промахнулся. Это амбициозное сочетание текстовой адаптации, многогранной игры, тайминга (комического и прочего), музыки и случайной акробатики выглядело совершенно естественным.

Субтитры были беглыми и технически совершенными, хотя стремительный темп некоторых диалогов требовал определенной визуальной гимнастики.Моего ограниченного русского было достаточно, чтобы понять, что они не передавали и не могли полностью передать все нюансы оригинала, но английский текст был естественным, компактным и удивительно синхронным. Постановка была простой: деревянный пол, длинная скамейка и съемные фотозадники села и его жителей сегодня.

Это бравурное представление, несомненно, выдерживает сравнение с представлением любой англоязычной компании, которую гонконгская публика, скорее всего, увидит либо вживую, либо, в наши дни, в кинотрансляции.

 

Версия этого обзора размещена в HKELD.

Питер Гордон — редактор «Азиатского обозрения книг». Работал в России и СССР с 1987 по 2000 год.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

[an error occurred while processing the directive]

Related Posts

Разное

Православные праздники 21 сентября 2020: Православные христиане празднуют Рождество Пресвятой Богородицы | Новости | Известия

Церковный календарь на сентябрь 2020: какие праздники в сентябреПравославные христиане в сентябре 2020 года отмечают несколько больших праздников, таких как Усекновение главы Иоанна Предтeчи, Рождество

Разное

Обязанности крестной при крещении: Какую молитву должна знать крестная при крещении. Обязанности крестной при крещении девочки и мальчика. Главные обязанности крестных

обязанности. Обязанности крестной матери во время и после крещения

Крещение — это одно из важных событий в жизни православного