Федор иванович сын ивана грозного: Последний перед Смутой. Незаметная жизнь царя Фёдора Иоанновича | История | Общество

Разное

Содержание

Последний перед Смутой. Незаметная жизнь царя Фёдора Иоанновича | История | Общество

«Постник и молчальник»

В конце XVI века Россия вступила в период острейшего кризиса власти. Династия Рюриковичей, чьи представители столетиями правили страной, угасала. Последним царём из этой династии стал Фёдор Иоаннович, взошедший на русский престол в марте 1584 года.

Фёдор Иоаннович родился 20 мая 1557 года в Москве. Он был третьим сыном Ивана Грозного и его первой жены Анастасии Романовны Захарьиной-Юрьевой.

Фёдор был одним из немногих детей Ивана Грозного, которые дожили до совершеннолетия. Старший брат Фёдора, царевич Дмитрий, трагический погиб в результате несчастного случая. По мистическому совпадению, его полный тёзка, младший сын Ивана Грозного, рождённый на тридцать лет позже, скорее всего, также стал жертвой несчастного случая, а не убийства.

Наследником престола стал считаться второй сын Грозного, царевич Иван Иванович. Современники отмечали, что на отца он был похож не только внешностью, но и жестоким характером. Известно, что наследник вместе с отцом участвовал в расправах над боярами и вполне мог продолжить его политику.

Фёдор, родившийся через три года после Ивана, отцом в качестве преемника не рассматривался. Как и большинство детей Ивана Грозного, Фёдор с юности был весьма болезненным, а его устремления были далеки от государственного управления.

Фёдор I Иоаннович. Фото: Public Domain

Сам Грозный то ли с сожалением, то ли с уважением написал как-то о сыне, который «постник и молчальник, более для кельи, нежели для власти державной рождённый».

Фёдор много времени посвящал молитвам, в развлечениях участвовал разве что по воле отца, который, впрочем, не слишком обременял его этим.

В отличие от отца и старшего брата, Фёдора Иоанновича современники описывали как человека доброго, кроткого, стремившегося к миру и покою, заботившегося более прочего о спасении души.

Бытовая драма, изменившая историю России

В 1575 году Иван Грозный женил 18-летнего Фёдора на его сверстнице Ирине Годуновой, племяннице постельничего Дмитрия Годунова. Этот брак способствовал и возвышению её родного брата Бориса Годунова, опричника, приближённого к себе царём.

Ивана Грозного в тот момент тревожила проблема престолонаследия — у царевича Ивана за четыре года брака не родилось наследника. Царь настоял на разводе и организовал второй брак старшего сына. Заодно женил и Фёдора, надеясь, что хотя бы один из двух сыновей подарит ему внука.

Однако время шло, а ожидания не оправдывались. В итоге Грозный организовал третий брак царевича Ивана, и на сей раз его новая жена, Елена Шереметева, забеременела.

События, которые произошли дальше, коренным образом изменили историю России. По наиболее распространённой версии, в ноябре 1581 года Иван Грозный зашёл в комнату к беременной невестке и застал её в одном нижнем платье. Поскольку жена царевича была на большом сроке беременности и чувствовала себя неважно, ничего удивительного в этом не было, тем более, женщина не ждала визита царя.

Однако Иван Грозный, склонный к приступам внезапного гнева, пришёл в ярость, стал упрекать невестку в непристойности, после чего перешёл к побоям. На крики прибежал царевич Иван, попытавшийся унять отца. Однако Иван Грозный в ярости ударил сына посохом, попав в висок.

Итог этой бытовой драмы в монарших покоях оказался ужасным: у женщины случился выкидыш, а сам царевич спустя несколько дней скончался от полученных повреждений.

Когда Иван Грозный понял, что натворил, его охватил ужас, но сделанного было не вернуть.

«Слабоумен, милостив и не склонен к войне»

Так наследником престола стал Фёдор, совершенно не готовый к тому, чтобы занять трон, и не желавший этого.

Современники и вовсе ставили под сомнение дееспособность нового наследника, считая его слабоумным.

Так или иначе, но прекрасно знавший возможности Фёдора Иван Грозный ещё при своей жизни возложил на приближённых обязанности по помощи сыну в государственном управлении.

Среди приближённых царя возникла борьба за влияние на Фёдора, в которой более других преуспел шурин царевича Борис Годунов.

В 1584 году, после смерти Ивана Грозного, на престол взошёл царь Фёдор I Иоаннович, оставшийся в истории под именем «царь Фёдор Иоаннович».

Парсуна царя Фёдора. Фото: Commons.wikimedia.org

Наиболее достоверным из описаний нового царя считается оставленное английским дипломатом при русском дворе Джильсом Флетчером: «Теперешний царь (по имени Феодор Иванович) относительно своей наружности: росту малого, приземист и толстоват, телосложения слабого и склонен к водяной; нос у него ястребиный, поступь нетвёрдая от некоторой расслабленности в членах; он тяжёл и недеятелен, но всегда улыбается, так что почти смеётся. Что касается до других свойств его, то он прост и слабоумен, но весьма любезен и хорош в обращении, тих, милостив, не имеет склонности к войне, мало способен к делам политическим и до крайности суеверен. Кроме того, что он молится дома, ходит он обыкновенно каждую неделю на богомолье в какой-нибудь из ближних монастырей».

Русский историк Сергей Соловьёв в «Истории России с древнейших времён» так описывает распорядок дня царя Фёдора Иоанновича: «Обыкновенно встаёт он около четырёх часов утра. Когда оденется и умоется, приходит к нему отец духовный с Крестом, к которому Царь прикладывается. Затем крестовый дьяк вносит в комнату икону Святого, празднуемого в тот день, перед которой Царь молится около четверти часа. Входит опять священник со святою водой, кропит ею иконы и Царя. Возвратясь из церкви, Царь садится в большой комнате, куда являются на поклон бояре, находящиеся в особенной милости… Около девяти часов Царь едет к обедне, которая продолжается два часа. После обеда и сна едет к вечерне… Каждую неделю Царь отправляется на богомолье в какой-нибудь из ближайших монастырей».

Монарх царствующий, но не правящий

Этот образ жизни импонировал народу благочестием, но абсолютно не сочетался с реальным государственным управлением. Эти вопросы практически полностью перешли к боярскому правительству, во главе которого стоял Борис Годунов.

Правительство в целом со своими обязанностями справлялось: при номинальном правлении Фёдора Иоанновича и фактическом Бориса Годунова русскому царю присягнули донские казаки, была выиграна очередная русско-шведская война и возвращены города Ям, Ивангород и Копорье, учреждено русское патриаршество, построены стены и башни Белого города.

Правда, в 1591 году при правлении Фёдора Иоанновича произошло событие, крайне негативно сказавшееся на дальнейшем ходе русской истории, — в Угличе при невыясненных до конца обстоятельствах погиб последний сын Ивана Грозного, Дмитрий. Нужно, правда, при этом учесть, что на тот момент царевича Дмитрия как претендента на престол не рассматривали — он родился в седьмом браке Ивана Грозного, и церковь полагала эти отношения незаконными. Именно поэтому Дмитрий и оказался не в столице, а в Угличе.

А. Кившенко «Царь Фёдор Иоаннович надевает на Бориса Годунова золотую цепь»

Угасшие надежды

В 1592 году забрезжила надежда — после 17 лет брака жена Фёдора Иоанновича забеременела. Роды прошли благополучно, но бояре были страшно разочарованы, поскольку родилась девочка.

Феодосия Фёдоровна так и осталась единственным ребёнком Фёдора Иоанновича. Девочка умерла в возрасте полутора лет.

Надежды на новую беременность царицы Ирины не оправдались. Всё хуже становилось и здоровье самого Фёдора Иоанновича.

17 января 1598 года 40-летний царь скончался. Он был похоронен в Архангельском соборе Московского кремля вместе со своим отцом и братом Иваном.

Благодаря своей набожности и благочестию, царь Фёдор Иоаннович был канонизирован Православной церковью как «святой благоверный Феодор I Иоаннович, царь Московский».

На этом благочестивом, но практически незаметном с точки зрения государственного управления монархе завершилась династия Рюриковичей. Впереди Россию ждало Смутное время…

Рюриковичи: начало и конец династии. Читайте в колонке Петра Романова >>

Царь Фёдор Иоаннович делает правителем России Бориса Годунова. 1584 год. Гравюра Б. Чорикова. XIX в.

Глава 1 Федор Иванович ЗАБЫТЫЙ ЦАРЬ. Герои и подлецы Смутного времени

Глава 1 Федор Иванович ЗАБЫТЫЙ ЦАРЬ

В марте 1584 года умер первый русский царь Иоанн Грозный, отравленный кем-то из придворных, подкупленных иезуитами. Точно так же, немного ранее, осенью 1581 года – от ядовитого зелья – умер старший сын и наследник Ивана IV, царевич Иван Иванович.

Нет никаких документальных подтверждений того, что царевич Иван пал от руки своего отца, зато исследования останков царской семьи неопровержимо подтверждают, что сам царь и все его ближайшие родственники были отравлены [2] .

В останках царя Иоанна Грозного и его сына Ивана содержание ртути превышает предельно допустимую концентрацию в 32 раза! Естественное содержание ртути составляет в печени не более 0,02 мг, в почках – 0,04 мг, а мышьяка – до 0,07 мг и 0,08 мг соответственно. В останках Ивана IV было обнаружено 1,33 мг ртути и 0,15 мг мышьяка. Таким образом, по ртути превышение ПДК в 32 раза, а по мышьяку – в 1,8 раз.

Следы отравления царевича Ивана тоже просто нельзя не заметить. В останках царевича ртути нашли ровно столько же, сколько и в останках царя Иоанна, а мышьяка почти в два раза больше, чем у отца – 0,26 мг.


В первую очередь, такое совпадение может свидетельствовать о том, что царя и царевича начали травить одновременно. Одним ядом. И возможно, один человек. Кто?

После смерти царя Иоанна в Москве восстал народ. Восставшие требовали покарать ближнего свойственника Бориса Годунова, боярина Богдана Бельского, который, как сообщает Татищев, «извел царя Иоанна Васильевича и хочет умертвить царя Феодора». О Бельском – отравителе царя – писал Исаак Масса.

На престол вступил Федор Иванович, третий сын Ивана Грозного от его первой жены, Анастасии Романовой [3] . Его правление длилось 14 лет, было наполнено многими важными событиями, но и историки, и публицисты о нем вспоминают не часто. Иностранцы (а вслед за ними и российский исторический истеблишмент XIX–XX веков) считали царя Федора «слабоумным» за его полное равнодушие к власти и повышенную религиозность. Английский торговый агент Джером Горсей сообщал о Федоре Ивановиче, что тот «прост умом». Французский наемник на русской службе Жак Маржерет писал несколько резче: «…власть унаследовал Федор, государь весьма простоватый, который часто забавлялся, звоня в колокола, или большую часть времени проводил в церкви». Наиболее развернутая характеристика русского государя принадлежит перу Д. Флетчера, английского дипломата. В частности, он пишет: «Теперешний царь (по имени Феодор Иванович) относительно своей наружности: росту малого, приземист и толстоват, телосложения слабого и склонен к водяной; нос у него ястребиный, поступь нетвердая от некоторой расслабленности в членах; он тяжел и недеятелен, но всегда улыбается, так что почти смеется. Что касается до других свойств его, то он прост и слабоумен, но весьма любезен и хорош в обращении, тих, милостив, не имеет склонности к войне, мало способен к делам политическим и до крайности суеверен. Кроме того, что он молится дома, ходит он обыкновенно каждую неделю на богомолье в какой-нибудь из ближних монастырей».

Эти три высказывания сделаны иностранцами, у которых не было оснований относиться к Федору Ивановичу с особенной приязнью или, напротив, с ненавистью. Из их слов видно общее мнение: русский монарх «прост» и не блещет интеллектом, но это добрый, спокойный и благочестивый человек.

Царь Федор Иванович

К сожалению, вот уже несколько поколений отечественных историков и публицистов большей частью опираются в своих выводах не на эти свидетельства, а на другие, гораздо более радикальные. Их цитируют намного чаще. Без конца приводится фраза из шведского источника, согласно которой Федор Иванович – помешанный, а собственные подданные величают его «русским словом durak». Кто, когда и за что обозвал так государя, остается за пределами этого высказывания, то есть оно бесконтекстно. Другая излюбленная фраза из того же ряда принадлежит польскому посланнику Сапеге, который счел, что у Федора Ивановича вовсе нет рассудка. Наверное, имеет смысл напомнить, что и польско-литовское государство, и шведское находились тогда в натянутых отношениях с Россией, а конфликт со шведами в конечном итоге был решен оружием. Ни у поляков, ни у шведов не было ни малейших причин испытывать сколько-нибудь добрые чувства к русскому царю. В государственной летописи сохранилось описание начальных дней царствования этого государя. Нигде не видно никаких признаков слабоумного поведения – напротив, когда проходил обряд венчания на царство, Федор Иванович дважды публично выступал с речами, утверждая свое желание повторить эту церемонию, впервые введенную при его отце. Конечно, сейчас трудно судить, сколь точно передано летописцем содержание монарших речей. Но сам факт их произнесения никаких сомнений не вызывает: англичанин Горсей, беспристрастный свидетель происходящего, тоже пишет о том, что царь прилюдно держал речь [4] . Дьяк Иван Тимофеев дает Феодору Ивановичу такую оценку: «Своими молитвами царь мой сохранил землю невредимой от вражеских козней. Он был по природе кроток, ко всем очень милостив и непорочен, и, подобно Иову, на всех путях своих охранял себя от всякой злой вещи, более всего любя благочестие, церковное благолепие и, после священных иереев, монашеский чин и даже меньших во Христе братьев, ублажаемых в Евангелии самим Господом. Просто сказать, – он всего себя предал Христу и все время своего святого и преподобного царствования, не любя крови, как инок проводил в посте, в молитвах и мольбах с коленопреклонением – днем и ночью, всю жизнь изнуряя себя духовными подвигами» [5] .

Федор I Иванович. Реконструкция М.М. Герасимова

И в завещании Ивана Грозного 1572 года оба брата – Иван и Федор – представлены одинаково дееспособными, и разница между ними была лишь в старшинстве. Младший сын Федор получал по данному завещанию отца удел с 14 городами, главным из которых был Суздаль. Предсмертное завещание Ивана Грозного до нас не дошло. Оно лишь упоминается в описи Посольского приказа 1614 года. В этой духовной грамоте также ничего не говорится о слабоумии и недееспособности Федора Ивановича, а лишь то, что после смерти старшего сына Ивана Ивановича Иван IV сделал Федора своим наследником, а младшему Дмитрию отвел в удел город Углич. Так что говорить о «слабоумии» царя Федора Ивановича никаких оснований, кроме субъективного мнения некоторых иностранных «гостей» Москвы нет.

Историческая справка

Феодор I Иванович прозванный Блаженным [6] (11 мая 1557; Москва – 7 января 1598, Москва) – царь всея Руси и великий князь Московский с 18 марта 1584 года, третий сын Ивана IV Грозного и царицы Анастасии Романовны, последний представитель московской ветви династии Рюриковичей.

По словам иноземцев на русской службе Таубе и Крузе, Федор Иванович должен был стать наследником опричной половины Русского царства (что, впрочем, весьма сомнительно, так как опричная территория не была постоянной, а в завещаниях Ивана Грозного ничего о таких намерениях не сообщается). Участвовал в Ливонском походе осенью 1572 года. Числился кандидатом на польский престол в 1573, 1576 и 1577 годах. Женился в 1580 году на Ирине Федоровне Годуновой.

По словам самого Ивана Грозного, Федор был «постник и молчальник, более для кельи, нежели для власти державной рожденный», ему при жизни приписывали дар прорицания, От брака с Ириной Федоровной Годуновой имел дочь (1592), Феодосию, которая, по свидетельству патриарха Иова прожила четыре года (по другим данным – всего 9 месяцев). В конце 1597 года царь смертельно заболел и 7 января 1598 года в час утра скончался. На нем пресеклась московская линия династии Рюриковичей (потомство Ивана I Калиты).

Большинство историков считают, что Федор был не способен к государственной деятельности, принимал мало участия в управлении государством, находясь под опекой сначала совета вельмож, затем своего шурина Бориса Федоровича Годунова, который с 1587 года был фактически единоличным правителем государства, а после смерти Федора стал его преемником. «Федор царствовал, Борис управлял – это знали все и на Руси, и за границей».

В то же время известно, что государственные дела он обсуждал с боярами в Переднем покое, а особо щекотливые вопросы решал со своими приближенными в личном кабинете – то есть, государственными делами все же занимался.

При Федоре Ивановиче зодчим Ф. Конем были возведены стены и башни Белого города, пушечным литейщиком Андреем Чоховым была отлита знаменитая Царь-пушка. В 1589 году учреждено патриаршество (первым патриархом стал Иов, ставленник Бориса Годунова). В период правления Федора Ивановича было начато строительство города Архангельска (1585), столицы Западной Сибири Тобольска (1587), заложены каменные укрепления Смоленска (1596). Была принята присяга на подданство от царя Иверского (Грузия) Александра. Во время Русско-шведской войны 1590–1595 годов возвращены России города Ям, Ивангород, Копорье, Корелы.



Умер в Москве в январе 1598 года. Тело его погребено в московском Архангельском соборе.

Портрет Исаака Массы работы Франса Халса, 1626 г.

Патриарх Иов писал: «Когда же благочестивый царь и великий князь всея Руси Федор Иванович достиг меры возраста зрелого мужа, сорока одного года, приключилась ему тяжкая болезнь, в которой он пребыл немалое время…» [7]

Бориса Годунова называют главным виновником смерти царя. Исаак Масса [8] пишет: «Федор Иванович внезапно заболел и умер 5 января 1598 года. Я твердо убежден в том, что Борис ускорил его смерть при содействии и по просьбе своей жены, желавшей скорее стать царицей, и многие москвичи разделяют мое мнение».

Григорий Котошихин писал в своем сочинении: «Той же боярин [Борис Годунов], правивше государством неединолетно, обогатился зело. Проклятый же и лукавый сотана, искони ненавидяй рода человеча, возмути его разум, всем бо имением, богатством и честию исполнен, но еще несовершенно удовлетворен, понеж житие и власть имеяй царскую, славою же несть. И дияволим научением мыслил той боярин учинитись царем…»

«Некоторые сказывают, якобы царица [9] , думая, что оный брат ее причиной смерти был государя царя Феодора Иоанновича, до смерти видеть его не хотела» [10] .

Иван Тимофеев, говоря о смерти Федора Ивановича, прямо указывает на его убийцу: «Некоторые говорят, что лета жизни этого живущего свято в преподобии и правде царя, положенные ему Богом, не достигли еще конечного предела – смерти, когда незлобивая его душа вышла из чистого тела; и не просто это случилось, а каким-то образом своим злым умыслом виновен в его смерти был тот же злой властолюбец и завистник его царства [Борис Годунов], судя по всем обличающим его делам, так как он был убийца и младшего брата [Дмитрия Углического] этого царя. Это известно не только всем людям, но небу и земле. Бог по своему смотрению попустил это и потерпел предшествующее [убийство], а он рассудил в себе [совершить второе убийство], надеясь на наше молчание, допущенное из-за страха пред ним при явном убийстве брата того [Федора], царевича Димитрия. Так и случилось. Знал он, знал, что нет мужества ни у кого и что не было тогда, как и теперь, «крепкого во Израиле» от головы и до ног, от величайших и до простых, так как и благороднейшие тогда все онемели, одинаково допуская его сделать это, и были безгласны, как рыбы, – как говорится: «если кто не остановлен в первом, безбоязненно устремляется и ко второму», – как он и поступил» [11] .

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Продолжение на ЛитРес

Федор Иванович (Федор Иоаннович), царь

 

Энциклопедия Брокгауз-Ефрон – Федор Иоаннович, царь московский (1584—1598)
Константин Рыжов – Федор I Иванович (1584-1598)
В.

О. Ключевский – Царь Федор Иоаннович

 

о главных событиях внешней и внутренней политики царствования Федора Ивановича читайте в первой половине статьи «Правление Бориса Годунова»

Энциклопедия Брокгауз-Ефрон — Федор Иванович, царь московский (1584—1598)

Царь Федор Иванович. Реконструкция по черепу Герасимова Фото Shakko

 

Федор Иванович родился 11 мая 1557 г. и был младшим сыном Ивана Грозного от Анастасии Романовны. Незадолго до смерти Грозного, 19 ноября 1582 г., старший брат Федора, Иоанн, был убит своим отцом, и с этого времени Федор стал считаться наследником царского престола. По смерти Грозного (18 марта 1581 г.) Федор Иоаннович сделался царем, после смуты, затеянной приверженцами самого младшего сына Грозного (от Марии Нагой), Димитрия. Смута эта была укрощена благодаря энергии Бориса Годунова, на сестре которого, Ирине Федоровне, в 1580 г. женился Федор, по воле отца. Федор Иоаннович был человек недеятельный и слабоумный, больше любил церковную службу и разные развлечения, чем занятия государственными делами. Все управление государством перешло в руки царского шурина Бориса Федоровича Годунова, который и был, в сущности, настоящим царем русским. Все события царствования Федора Иоанновича связаны непосредственно с именем Бориса Годунова. Умер Федор 7 января 1598 г., не оставив потомства. С его смертью прекратилась династия Рюриковичей на царском престоле в Москве.

 

Энциклопедия Брокгауз-Ефрон

 


 

Константин Рыжов — Федор I Иванович (1584-1598)

Из рода Московских вел. кн. Сын царя Ивана IV Васильевича Грозного и Анастасии Романовны Юрьевой-Захаровой. Род. 11 мая 1557 г. Царь всея Руси в 1584 — 1598 гг. Жена: с 1580 г. Ирина Федоровна Годунова (ум. 26 сент. 1603 г.). Умер 7 янв. 1598 г.

 

Из всех преступлений Грозного убийство сына Ивана и последующее пресечение рода великих князей Московских, пожалуй, тяжелее всего сказались на русской истории. Второй сын Федор от рождения отличался ярко выраженным слабоумием, но по несчастному стечению обстоятельств именно он должен был наследовать Грозному после его смерти. Младший брат Федора Дмитрий тоже имел сторонников среди московских бояр. Федор утвердился на престоле не без смут. Князь Богдан Бельский много интриговал в пользу Дмитрия, но враждебные ему бояре с народом осадили Бельского в Кремле, принудили к сдаче и сослали в Нижний Новгород.

Сохранилось также известие, что из всех городов в Москву пришли именитые люди и молили со слезами царевича Федора, чтобы он был на Московском государстве царем и венчался царским венцом. 31 мая Федор венчался на царство. Ни для кого не было секретом, что он не способен править. После смерти Грозного среди бояр шла упорная борьба за влияние на царя. В конце концов всех пересилил царский шурин боярин Борис Федорович Годунов, который и был истинным вершителем судеб государства во все время Федорова царствования.

 

 

Федор был небольшого роста, приземист, одутловат, походку имел нетвердую, по характеру был тяжел и недеятелен. С лица его никогда не сходила блаженная улыбка, и вообще, хотя он и отличался крайней простотой и слабоумием, но был очень ласков, тих, милостив и набожен. Большую часть дня он проводил в церкви, а в качестве развлечения любил смотреть, кулачные бои, забавы шутов и потехи с медведями. Если кто 6ил царю челом, он отсылал его к Годунову. Сын у Федора так и не родился, а дочь умерла в младенчестве. В конце 1597 года он сам занемог смертельной болезнью и 7 января 1598 в час утра скончался. С его смертью пресеклась княжеская династия Рюриковичей, непрерывно правившая Русью с 862 года.

 

Константин Рыжов. Все монархи мира. Россия

 


 

В. О. Ключевский — Царь Федор Иванович

Поучительное явление в истории старой московской династии представляет этот последний ее царь Федор. Калитино племя, построившее Московское государство, всегда отличалось удивительным умением обрабатывать свои житейские дела, страдало фамильным избытком заботливости о земном, и это самое племя, погасая, блеснуло полным отрешением от всего земного, вымерло царем Федором Ивановичем, который, по выражению современников, всю жизнь избывал мирской суеты и докуки, помышляя только о небесном. Польский посол Сапега так описывает Федора: царь мал ростом, довольно худощав, с тихим даже подобострастным голосом, с простодушным лицом, ум имеет скудный или, как я слышал от других и заметил сам, не имеет никакого, ибо, сидя на престоле во время посольского приема, он не переставал улыбаться, любуясь то на свой скипетр, то на державу.

Фёдор Иванович миниатюра из Царского титулярника 

 

Другой современник, швед Петрей, в своем описании Московского государства (1608 — 1611) также замечает, что царь Федор от природы был почти лишен рассудка, находил удовольствие только в духовных предметах, часто бегал по церквам трезвонить в колокола и слушать обедню. Отец горько упрекал его за это, говоря, что он больше похож на пономарского, чем на царского, сына. В этих отзывах, несомненно, есть некоторое преувеличение, чувствуется доля карикатуры. Набожная и почтительная к престолу мысль русских современников пыталась сделать из царя Федора знакомый ей и любимый ею образ подвижничества особого рода. Нам известно, какое значение имело и каким почетом пользовалось в древней Руси юродство Христа ради. Юродивый, блаженный, отрешался от всех благ житейских, не только от телесных, но и от духовных удобств и приманок, от почестей, славы, уважения и привязанности со стороны ближних. Мало того, он делал боевой вызов этим благам и приманкам: нищий и бесприютный, ходя по улицам босиком, в лохмотьях, поступая не по-людски, по-уродски, говоря неподобные речи, презирая общепринятые приличия, он старался стать посмешищем для неразумных и как бы издевался над благами, которые люди любят и ценят, и над самими людьми, которые их любят и ценят. В таком смирении до самоуничижения древняя Русь видела практическую разработку высокой заповеди о блаженстве нищих духом, которым принадлежит царствие Божие.

Эта духовная нищета в лице юродивого являлась ходячей мирской совестью, «лицевым» в живом образе обличением людских страстей и пороков, и пользовалась в обществе большими правами, полной свободой слова: сильные мира сего, вельможи и цари, сам Грозный, терпеливо выслушивали смелые, насмешливые или бранчивые речи блаженного уличного бродяги, не смея дотронуться до него пальцем. И царю Федору придан был русскими современниками этот привычный и любимый облик: это был в их глазах блаженный на престоле, один из тех нищих духом, которым подобает царство небесное, а не земное, которых церковь так любила заносить в свои святцы, в укор грязным помыслам и греховным поползновениям русского человека. «Благоюродив бысть от чрева матери своея и ни о чем попечения имея, токмо о душевном спасении» — так отзывается о Федоре близкий ко двору современник князь И. М. Катырев-Ростовский. По выражению другого современника, в царе Федоре мнишество было с царствием соплетено без раздвоения и одно служило украшением другому. Его называли «освятованным царем», свыше предназначенным к святости, к венцу небесному. Словом, в келье или пещере, пользуясь выражением Карамзина, царь Федор был бы больше на месте, чем на престоле.

И в наше время царь Федор становился предметом поэтической обработки: так, ему посвящена вторая трагедия драматической трилогии графа Ал. Толстого. И здесь изображение царя Федора очень близко к его древнерусскому образу; поэт, очевидно, рисовал портрет блаженного царя с древнерусской летописной его иконы. Тонкой чертой проведена по этому портрету и наклонность к благодушной шутке, какою древнерусский блаженный смягчал свои суровые обличения. Но сквозь внешнюю набожность, какой умилялись современники в царе Федоре, у Ал. Толстого ярко проступает нравственная чуткость: это вещий простачок, который бессознательным, таинственно озаренным чутьем умел понимать вещи, каких никогда не понять самым большим умникам. Ему грустно слышать о партийных раздорах, о вражде сторонников Бориса Годунова и князя Шуйского; ему хочется дожить до того, когда все будут сторонниками лишь одной Руси, хочется помирить всех врагов, и на сомнения Годунова в возможности такой общегосударственной мировой горячо возражает:

 

Ни, ни!
Ты этого, Борис, не разумеешь!
Ты ведай там, как знаешь, государство,
Ты в том горазд, а здесь я больше смыслю,
Здесь надо ведать сердце человека.

 

В другом месте он говорит тому же Годунову:

 

Какой я царь? Меня во всех делах
И с толку сбить, и обмануть не трудно,
В одном лишь только я не обманусь:
Когда меж тем, что бело иль черно,
Избрать я должен — я не обманусь.

 

Не следует выпускать из виду исторической подкладки назидательных или поэтических изображений исторического лица современниками или позднейшими писателями. Царевич Федор вырос в Александровской слободе, среди безобразия и ужасов опричнины. Рано по утрам отец, игумен шутовского слободского монастыря, посылал его на колокольню звонить к заутрене. Родившись слабосильным от начавшей прихварывать матери Анастасии Романовны, он рос безматерним сиротой в отвратительной опричной обстановке и вырос малорослым и бледнолицым недоростком, расположенным к водянке, с неровной, старчески медленной походкой от преждевременной слабости в ногах. Так описывает царя, когда ему шел 32-й год, видевший его в 1588 — 1589 гг. английский посол Флетчер. В лице царя Федора династия вымирала воочию. Он вечно улыбался, но безжизненной улыбкой. Этой грустной улыбкой, как бы молившей о жалости и пощаде, царевич оборонялся от капризного отцовского гнева. Рассчитанное жалостное выражение лица со временем, особенно после страшной смерти старшего брата, в силу привычки превратилось в невольную автоматическую гримасу, с которой Федор и вступил на престол. Под гнетом отца он потерял свою волю, но сохранил навсегда заученное выражение забитой покорности. На престоле он искал человека, который стал бы хозяином его воли: умный шурин Годунов осторожно встал на место бешеного отца.

 

В. О. Ключевский. Русская история. Полный курс лекций. Лекция 41 

 

Царь Федор Иоаннович — Радио ВЕРА

Поделиться

Фёдор I Иоаннович

Тема программы: жизнь и правление царя Федора Иоанновича, сына Ивана Грозного.


Ведущий:
Дмитрий Володихин

Д.
Володихин

– Здравствуйте,
дорогие радиослушатели! Это светлое
радио – радио «Вера». В эфире – передача
«Исторический час». С вами в студии –
я, Дмитрий Володихин. И, знаете ли, сегодня
я с вами наедине. А сейчас объявляю тему,
и тема эта – «Святой блаженный государь
Феодор Иоаннович». Пытаясь дать «визитную
карточку» этому человеку (мы ведь
традиционно, «берясь» за личность, за
сюжет, связанный с каким-нибудь крупным
историческим персонажем, пытаемся в
самом начале в двух словах охарактеризовать,
что это за человек), я хотел бы сказать
всего несколько слов. Блаженный,
а не блажной. Это очень важный момент в
понимании личности великого государя,
его трудов и всего длительного периода
его царствования. А Федор Иванович
царствовал 14 лет, и эта эпоха была
поистине золотой в истории Московского
царства. Вот я назвал его сначала «Феодор
Иоаннович», потом – «Фёдор Иванович»…
И один вариант – конечно же, церковный,
другой – светский. Но в документах той
эпохи – в летописях, в грамотах разного
рода мы встречаем оба варианта, и на
этом основании, наверное, сейчас я буду
в основном употреблять то имя, которое,
ну… легче воспринимается по радио
–Фёдор Иванович.

Родился
он в 1557 году, 31 мая. Он был младшим сыном
царя Ивана IV
– третьим и… не последним. Первым был
царевич Димитрий, который ушел из жизни
в младенчестве, вторым – царевич Иоанн,
третьим был как раз царевич Федор, и
четвертым будет еще один Димитрий. И
это – единственный из сыновей Иоанна
IV
Грозного, который царствовал после
него, это единственный его преемник по
прямой.

Очень
важный момент – детство Федора Ивановича
нельзя назвать счастливым. Он очень
рано лишился матери. Его мать, Анастасия
Захарьина-Юрьева, ушла из жизни летом
1560 года. И конечно, это была тяжелейшая
утрата для маленького мальчика – ему
три годика, и он остался без матери. Но
у него есть отец – отец, кстати, еще
молодой, отцу всего 30 лет. У него есть
старший брат, и у него вскоре появится
мачеха – вторая жена Ивана Грозного,
царица Мария Темрюковна. Не видно, чтобы
между царевичами и второй женой Ивана
Грозного была какая-то вражда, не видно,
чтобы она их как-то утесняла или они к
ней придирались. Документы до нас не
доносят ничего подобного.

Другое
дело – то, что, понимаете… Ну, даже самая
хорошая мачеха не сравнится с родной
матерью. Федор Иванович был сыном… ну,
не то, чтобы нелюбимым – скорее, он был…
как бы это правильно сказать… «резервным».
Речь шла о том, прежде всего, кто будет
занимать престол. И Иван IV
готовил на свое место, конечно же,
старшего из тех сыновей, которые
оставались живы к финалу его правления
– это царевич Иоанн-старший. Его в
большей степени обучали державной
науке, он ходил в походы, он получал
государственные поручения разного
рода, он присутствовал на дипломатических
аудиенциях… Федор тоже (ну, время от
времени) оказывался в центре политической
жизни. Он один или два раза сходил с
отцом в походы, но в реальных боевых
действиях не участвовал. Бывало, что
его приглашали на дипломатические
приемы. Однако, совершенно ясно было,
что Иван Грозный не делает на него
ставку.

Очевидно,
это связано было не только с тем, что
все-таки другой-то сын постарше, и прежде
всего он
видится в качестве наследника… Еще
другой аспект был важен – по характеру
своему Федор Иванович очень был непохож
на своего отца. То есть, он смолоду был
богомолен; смолоду он хотел бы скорее
монашеской доли, чем монаршей; смолоду
он любил поездки по монастырям, к
святыням. Вот первая большая поездка
богомольная состоялась в его жизни,
когда ему было всего лишь 7 лет. Он
отправился с отцом, братом Иваном,
царицей Марией Темрюковной в Троице-Сергиеву
обитель. А еще через год он совершил
громадное богомолье – побывал вновь в
Троице-Сергиевой обители, съездил в
Никитский монастырь в городе
Переславль-Залесский, побывал в
Кирилло-Белозерском монастыре, в
монастырях древнего Ростова, в Ярославле,
в Вологде… И так далее, и так далее, и
так далее. На протяжении всей своей
жизни он совершал богомольные поездки,
постоянно – это была часть его быта. И
он любил колокольный звон, он любил
хорошую церковную службу, он искренне
предан был Господу Богу и отличался
самым крепким исповеданием, которое
только можно ожидать от государя.

Рюриковичи
были разные люди – были великолепные
политики, были действительно люди очень
крепко веровавшие; а были, в общем,
кощунники, были те, кто оказывал услуги
еретикам – и до этого доходило… Вот
Федор Иванович был кроток, миролюбив,
он… Вот к нему очень подходит слово
«добротолюбие». И единственный раз в
жизни он всерьез, по-настоящему разгневался
– когда некий еретик, или волхв, приехал
в Москву и показывал некие «чудеса».
Призвали его ко двору царскому, и там
он должен был перед очами великого
государя показать, что может. У него
ничего не получилось – и царь, в гневе
от того, что кто-то показывает некие
злые, лукавые «чудеса», и к тому же лжет,
что вот, мол, «извините, в этот раз не
получилось» (очевидно, опасаясь за это
наказания), велел казнить его. Других
вспышек гнева за всю свою жизнь Федор
Иванович не знал – это не было в его
характере. Бывало, во время дипломатического
приема он видел, что его словам, отказу,
некоей проявленной им жесткости послы
огорчались, и он плакал,
что огорчил иностранных послов! До такой
степени был миролюбивый человек.

Между
тем, значительную часть его жизни он
видел, как стрелецкие приказы (то есть,
это название полков тогда такое было,
в 16 веке) шли и шли в сторону Ливонии,
Литвы, на юг… То есть, его отец постоянно
вел войны, и сын знал, что страна, в
сущности, представляет собой военный
лагерь. Не хотел войн, не любил войн; но
прекрасно понимал, что без них не
обойтись.

В
1581 году в результате несчастного случая
от раны, нанесенной родителем, ушел из
жизни его старший брат Иван. С этого
момента, конечно, Федор Иванович должен
был рассматриваться в качестве наследника
престола. Вот я могу предугадать, что
люди, которые слышали меня сейчас – во
всяком, случае, многие из них – возмутились:
ну как же так, ведь есть же данные, которые
говорят о том, что не убивал Иван Грозный
своего сына, что это ложь, клевета… Это
вопрос очень сложный. Судя по источникам,
рана смертельная ему была все-таки
нанесена, хотя он и не хотел этого делать.
Я думаю, что одну из будущих передач мы
специально посвятим этой теме. Она не
только исключительно интересна – она
для нашей истории важна. И ради Бога, не
надо думать, что в этом сюжете есть фарс,
есть грязь, есть нечто омерзительное,
противное… В нем есть высокая трагедия
– так к нему надо относиться. Эта трагедия
одним концом ударила по сыну, другим –
по отцу, который долго был в трауре, и с
этого момента началось покаяние его в
грехах.

А
был еще один конец, который ударил по
младшему брату. Именно с этого момента
Федор Иванович должен… как бы это
правильно сказать… обычно говорят
«скоропостижно ушел из жизни», а тут –
скоропостижно был ввергнут в горнило
подготовки к властвованию. Он этого не
очень хотел, но – что поделаешь! И кроме
того, до смерти великого государя Ивана
Васильевича он должен был «обзавестись»
супругой. И действительно, не знаю, когда
точно – скорее всего (скорее всего –
не точная дата, но скорее всего), между
1573 и 1575 годами Федор Иванович женился
на Ирине Федоровне из рода Годуновых.
Очевидно, отец хотел привязать
многочисленный род, скажем так,
второстепенной… второстепенной
аристократии Годуновых к престолу.
Более знатная ветвь этого рода –
Сабуровы, и захудавшая ветвь того же
рода – Вельяминовы – они все находились
при дворе, при разном статусе, у кого-то
повыше, у кого-то пониже… Но во всяком
случае, если наследник престола… ну,
даже резервный наследник престола
связан брачными узами с какой-то семьей
– это значит, что эта семья будет
выказывать самые преданные чувства в
службе престолу. То есть, этот шаг,
который сделал отец, сыграл чрезвычайно
важную роль в судьбе его сына.

Ну
а теперь, благо прозвучало слово
«Годуновы», я думаю, правильно будет,
если в эфире прозвучит отрывок из оперы
«Борис Годунов» Модеста Петровича
Мусоргского.

Звучит
музыка из оперы «Борис Годунов» М.П.
Мусоргского

Д.
Володихин

– Дорогие
радиослушатели, ну вот – вы слышали
буквально грозовую
музыку… И действительно, судьба Федора
Ивановича и судьба рода Годуновых были
переплетены намертво. Однако, пока это
было связкой двух союзников, двух
родственников – грозы над Русью не
случилось. Гроза начнется как раз после
того, как Федор Иванович уйдет из жизни.
А пока брат царской жены, царицы Ирины
Федоровны, Борис Федорович становится
человеком, который, ну… долгое время
будет самым доверенным лицом сначала
царевича, а потом и великого государя
Федора Ивановича.

Думаю,
что прежде, чем мы начнем говорить о
семейных делах – а это очень важно, без
этого, опять же, мало что можно понять
– надо напомнить, что это светлое радио
– радио «Вера», в эфире – передача
«Исторический час», с вами в студии –
я, Дмитрий Володихин, и мы говорим о
великом государе Федоре Ивановиче.

Итак,
вот до конца жизни Ивана Грозного он
пребывал как бы в тени. В 1584 году Иван
Грозный умирает. После его кончины
произошло некое смятение в Москве,
мятеж; но вскоре буря успокоилась. Стало
ясно, что единственный достойный
претендент – это царевич Федор. Следующий
– царевич Димитрий: во-первых, моложе,
во-вторых – от неканоничного брака, что
сразу бросает на него тень. И поэтому
он вместе с родней – с матерью Марией
Нагой и вообще с родом Нагих удаляется
фактически в «почетную ссылку» на роль
удельного князя в Углич.

Ну
а при Федоре Ивановиче остается несколько
могучих политических сил, и они так или
иначе взывают к его семейным чувствам
– для того, чтобы править у него из-за
спины. Ну, прежде всего, почему у Ивана
Федоровича надо было править из-за
спины? Он что, сам не мог? Здесь вопрос
очень сложный.

Есть
источники, в которых его называют
глупцом, блажным, чуть ли не сумасшедшим.
И это источники иностранные – шведского,
например, происхождения, кое-что англичане
на эту тему наговорили… Но тем не менее,
другие источники – такие же иностранные,
английские, источники русские – оставляют
совершенно другое впечатление. Голландцы
также очень хорошо говорили о Федоре
Ивановиче. То есть, речь идет, скорее,
не о том, что он был слабоумен – нет.
Речь идет о том, что этот человек до
такой степени погружен был в свой
внутренний диалог с Богом, что
обстоятельства внешние, никак этого
диалога не затрагивавшие, его волновали
гораздо меньше. Он хотел жить как добрый
христианин во всем – может быть, в
какой-то степени насмотревшись на ужасы
правления его отца и научившись «от
противного»; быть добрым христианином
там, где царю очень сложно таковым быть.
И русские источники, ну, буквально, чуть
ли не при жизни выказывают желание
молиться на эту фигуру – «царь был
милостив, добр, не кровожаден»… И 14 лет
между Иваном Грозным и Борисом Годуновым
– правление Федора Ивановича – во
многих летописях, во многих исторических
повестях показаны как золотая эпоха,
как передышка, которую дал Господь Бог
между одними трудными временами и
другими трудными временами. Да все
славили Федора Ивановича – вот как
после смерти Александра Невского сказано
было: «Закатилось солнце земли русской»,
так и после кончины Федора Ивановича
сказано было то же самое: «Помрачилось
небо, и закатилось солнце земли русской».

И
более того – достаточно беспристрастные
иностранцы (голландцы, англичане)
показывают, что Федор Иванович, несмотря
на то, что не имел, может быть, склонности
погружаться в государственные дела,
тем не менее, не был от них отрезан, не
отказался от них, некоторое время в
первой половине дня тратил на
государственные дела. Существует
несколько дел, к которым явно причастен
Федор Иванович, связанных, например, с
политикой в церковной сфере. И здесь ну
никак не получается объявить его
слабоумным дурачком. Я позднее буду
рассказывать о том, что он участвовал
в войне, и лично выходил в поход. Ну
теперь представьте себе, что вместе с
войсками идет какой-нибудь там «дэбил»,
который пускает слюни – кого он может
там воодушевить? Если же войска видят
молодого, бодрого государя, не выказывающего
никаких признаков слабоумия, то они
чувствуют: раз царь с ними, значит,
сражаться надо крепко – и больше ничего
другого они чувствовать не должны.
Летописи доносят до нас описания
государственных событий – ну, например,
венчание на царство в 1584 году, учреждение
московской патриаршей кафедры в 1589
году, когда Федор Иванович выходил на
люди и перед громадным многолюдством
произносил речи. Ну, значит, хватало у
него ума для того, чтобы сделать это,
для того, чтобы прилюдно произнести
речь. И таким образом, мы видим, что он
не был царем-дураком. Он не был
царем-блажным. Он был царем-блаженным.
А это – совсем другое дело.

Ну
так вот. Тем не менее, конечно, при
нежелании постоянно посвящать себя
государственным делам Федор Иванович
должен был найти какую-то силу, которая
бы помогала ему править. Может быть,
правила бы от его имени, но во всяком
случае, согласовывая с ним свои действия,
но играя роль первостепенных
администраторов. Можно было найти эту
силу в прежних опричных выдвиженцах
Ивана Грозного. И наверное, дипломаты,
воеводы, небольшое количество карателей,
которые остались после смерти Ивана
Грозного, искали такой доли. Наиболее
видный был среди них Богдан Бельский.
Были и такие крупные администраторы и
воеводы, как Михаил Безнин, Роман Алферьев
и целый ряд других, но… Может быть, они
апеллировали к памяти отца Федора
Ивановича, государя Ивана Васильевича
какое-то время, но эта апелляция не
помогла им в политической борьбе. По
1586 год включительно их всех убрали со
сцены большой политики, и им, в общем,
не поздоровилось. Сохранили свое
положение только те, кто удовольствовались
второстепенными местами. То есть, они
остались при дворе – они играли некоторую
роль в будущем, но далеко не первостепенную.

А
вот что касается двух других сил – то
это первостепенная княжеская аристократия,
в первую очередь – Шуйские, Мстиславские,
их родня… И затем, скажем так – несколько
родов старомосковского боярства – ну,
это, конечно, Романовы, или их еще называли
тогда Захарьины-Юрьевы… В конце концов,
они были связаны с великим государем
тем, что они были родней его матери. И
Годуновы – родня его жены: Борис Федорович
Годунов – шурин царский. Они составили
свою особую партию… Эти партии
столкнулись. И первостепенные аристократы
представили государю свой особый проект
– как бы его развести с женой. На
протяжении многих лет государь был в
браке, наследника не было, и судя по
тому, какие предпринимались усилия, не
только связанные с православным
благочестием, но и чисто медицинские –
я не буду на этом останавливаться, но
вплоть до вызова повивальной бабки из
Англии – все-таки, видно, что-то с Ириной
Федоровной было сложно… Ну, не радовал
Господь ее чадом. А поскольку она была
бесплодна, к ней появились претензии:
«А давайте-ка уберем жену, великий
государь Федор Иванович, и вместо нее
новую дадим тебе невесту – прекрасную
юницу, княжну Мстиславскую, которая,
кстати, родня и Шуйским… И породнимся…
Эти Годуновы куда-то там отступят,
денутся куда-то подальше… А у тебя
наконец появятся дети…». Но не тут-то
было! Дело не в том, что Борис Годунов
был такой мощный интриган и борец за
интересы своего рода. Конечно, играло
свою роль и это, но Федор Иванович был
в отношении христианских обетов, в том
числе и брачных – кремень. Его дедушка,
Василий III,
развелся и женился потом на молодой
из-за бесплодия первой жены. Его батюшка,
Иван IV,
многое множество раз женился – большее
количество раз, чем это позволяют
церковные каноны. Его старший брат Иван
был женат трижды – под натиском отца
он должен был менять жен… Не знаю, что
уж там не нравилось – может быть, дело
в бесплодии, может быть, дело в том, что
Иван IV
скверно оценивал жен, которые доставались
его сыну… Но так или иначе, царевич Иван
Иванович поддавался. А вот Федор Иванович
при отце получил замечание: «Разведись
с неплодной! Посеки «смоковницу, не
дающую плода», как сказано в Священном
Писании». А Федор Иванович говорил: «Мы
венчались, и кого Бог соединил, того
люди да не разъединят». И он выдержал
натиск жесточайшего родителя, которого
люди и потвёрже духом, чем Федор Иванович,
боялись до содрогания. Вот, и аристократии
своей он не убоялся, и отказал им в
исполнении этого плана.

Вот
с этого момента, собственно, начала
закатываться звезда Мстиславских, и в
особенности – Шуйских, могучих
аристократов, великих воевод,
администраторов… Глава Мстиславских
оказался в ссылке и, видимо, там был
тайно убит. Но поскольку он сам по
соглашению с государем, с Годуновым,
сошел с большой политической арены,
хотя бы родня его не пострадала. А вот
с Шуйскими расправились гораздо более
жестоко. Годуновы воспользовались тем,
что те проиграли интригу в борьбе за
новую невесту, и, в общем, кто-то оказался
из Шуйских в ссылке, не у дел, кто-то
погиб, в том числе великий полководец
Иван Петрович Шуйский. Государь был
чист, люди вокруг него – далеко не
всегда. Это также произошло где-то
приблизительно около 1586 – начала 1587
года. И с этого момента, конечно, клан
Годуновых, Романовых, Сабуровых,
Черкасских и нескольких других родов,
которые вокруг них группировались…
Кстати, рядом с ними были также Трубецкие
и Хворостинины – очень опытные полководцы.
То есть, в военном плане этот клан был
тоже очень хорошо обеспечен крупными
личностями. Так вот, они в основном
осуществляют управление страной – с
позволения Федора Ивановича, разумеется,
советуясь с ним. А как же сам Федор
Иванович? Вот он-то остается с женой
бесчадной, и мучается от этого. И хотел
бы он, чтобы наконец его бремя было
облегчено, но на этой дороге ему предстоит
вынести немало испытаний.

Дорогие
радиослушатели, это светлое радио –
радио «Вера», в эфире – передача
«Исторический час», с вами в студии –
я, Дмитрий Володихин, мы ненадолго
прерываем наше с вами общение, чтобы
буквально через минуту вновь встретиться
в эфире.

Д.
Володихин

– Дорогие
радиослушатели! Это светлое радио –
радио «Вера». В эфире – передача
«Исторический час». С вами в студии –
я, Дмитрий Володихин, и мы обсуждаем
историю правления великого государя,
царя Феодора Иоанновича – второго из
русских царей после Ивана Грозного и
сына Ивана Грозного.

Что
ж, нам следует поговорить о том, как
семейные дела этого государя влияли на
дела государственные, на дела державные.
Прежде всего, конечно, Федор Иванович
со своей супругой Ириной Федоровной
молились, ездили в поездки по монастырям,
и нескудно жертвовали на Церковь, как
на русскую, так и на церкви, монастыри
православного Востока, находившегося
под властью турок.

И
надо сказать, что одним из самых ярких
деяний того времени было возобновление
деятельности обители, которая была
основана еще в 14 веке митрополитом
Алексием I.
Находилась она… Ну, вот сейчас это –
Зачатьевский переулок, район современной
станции «Кропоткинская» (станции метро,
я имею в виду, в Москве). Видимо, во время
большого московского пожара 1571 года
монастырь запустел, а что там оставалось
– то перенесли на другое место, и в
общем, какое-то время этот монастырь
был на земле, где сейчас стоит Храм
Христа Спасителя. В 19 веке он был перенесен
и оттуда… И на данный момент монастырь
возобновлен и процветает недалеко от
станции метро «Красносельская»,
называется он «Ново-Алексеевский
монастырь». Ну вот, «свято место пусто
да не будет» – и на пепелище все-таки
Федор Иоаннович решает возобновить
иноческую жизнь. Совершенно ясно видно,
что тут ни Годуновы, ни какие-нибудь
иные советчики повлияли на него, а это
его личное решение. Он много строил
храмов – в разных местах, в разных
монастырях. Но здесь была основана
обитель, которая должна была быть, ну,
что ли… рупором для его молитв Господу
Богу. Уж больно говорящее у нее название
– Зачатьевская обитель. Нынешний
Зачатьевский монастырь с собором,
посвященным во имя Зачатия святой Анны,
ну, и позднее появился еще и Богородичный
храм. Говорящие названия у приделов –
придел святого Феодора, придел святой
Ирины, Алексиевский придел. То есть,
иными словами, здесь не порвались
традиции – вспоминали о прежнем
монастыре, который здесь был, и здесь
чтили Федора Ивановича, который, создавая
такой монастырь, еще раз и мысленно, и
действием обращался к Господу Богу:
«Господи, сделай так, чтобы я не остался
в этом мире отцом бесплодным, зарони
семя в лоно супруги моей».

Действительно
это произойдет по молитвам венценосной
четы в 1592 году. У них родится девочка –
царевна Феодосия. И сейчас же по всем
монастырям, по храмам, на православный
Восток пойдут щедрые вклады от государя
и царицы; и колокола будут звонить по
всей Москве, да и по всей России; и дитя
это, родившись, уже было любимо любовью
истосковавшихся по чаду родителей.
Наконец-то пришло то, что должно душу
было возвеселить и утешить в невзгодах
этой жизни Федора Ивановича и его жены.

Печальная
это история, поскольку недолго длилась
радость Федора Ивановича и Ирины
Федоровны. Дочка их еще агукала, пребывала
в пеленках, а уже начинали думать – кто
же будет у нее жених? А никто не стал ее
женихом. В возрасте около двух лет она
умерла. И больше детей не было у Федора
Ивановича с Ириной Федоровной. И горькая
это была для них история.

Но
вот во всяком случае в сфере церковной
создание Зачатьевского монастыря –
далеко не единственное в эпоху правления
Федора Ивановича. Здесь прежде всего
надо вспомнить о том, что именно при
Федоре Ивановиче, во-первых, просиял
Василий Блаженный, и его святости Федор
Иванович радовался. Он велел обновить
пострадавший после пожара Покровский
храм, он же впоследствии – Собор Василия
Блаженного, и дал деньги на строительство
там места, где упокоился бы Василий
Блаженный. Во-вторых, при Федоре Ивановиче
в Москве в 1589 году была устроена патриаршая
кафедра. Ну, и в-третьих, после долгого
перерыва в Москве именно к учреждению
патриаршей кафедры вновь заработал
печатный двор, и великий русский печатник
Андроник Невежа отпечатал на нем новые
книги. С тех пор уже книгопечатание в
России не прерывалось, разве что
незначительный период был во время
Смуты.
Андроник
Невежа, напомним, был ученик Ивана
Федорова.

К
учреждению патриаршества. Мы не знаем,
кто был автором идеи о том, что в Москве
должна быть учреждена патриаршая
кафедра. Мы не можем точно назвать имя
этого человека. Есть круг лиц, среди
которых можно, ну, теоретически,
предположительно назвать более или
менее правдоподобно, кто, скорее всего,
высказал такую идею первым. Ну, собственно,
в 1586 году в Москве побывал один из
патриархов православного Востока –
Феолипт, и тогда начались переговоры.
В 1588 году в Москве побывал другой патриарх
– Константинопольский, Иеремия. У него
начали спрашивать: «Ну как же так, вы
начали переговоры, а дело не сдвинулось
с мертвой точки…». Видимо, Иеремия-то
и не думал, что спрос будет столь строгим.
Он, признаться, наверное, полагал, что
вопрос как-то затих сам собой. В 1586 году
самым активным сторонником этой идеи
и скорее всего, все-таки наиболее
правдоподобным ее автором был митрополит
Московский Дионисий – великий книжник,
грамматик, человек, который впоследствии
из-за политических интриг утратил свое
место во главе русской Церкви, но вел
себя достойно. И человек был больших,
скажем так, церковно-политических
замыслов. Видимо, он был тем, кто впервые
начал говорить, почему это в Москве,
которая является столицей великого
православного царства, никому не
подчиненного – митрополия, а в
Константинополе, Александрии, Антиохии,
Иерусалиме – древние, конечно, кафедры
патриаршие, но они-то под пятою у турок…
Так какая логика в том, чтобы митрополия
русская, достаточно древняя (ей уже было
много сотен лет), до сих пор оставалась
митрополией? Вот в 1589 году Иеремия, в
общем, долго вел с русскими властями
тяжелые переговоры, очень тяжелые. В
какой-то момент он даже сказал, что
«пожалуй, я останусь сам в Москве». А
ему сказали: «Ну что Вы, у Вас не может
ничего такого быть, поскольку в Москве
есть свой митрополит. Но Вам мы можем
предоставить древнюю столицу Руси –
город Владимир. Там знаете, какие
замечательные церковные древности,
какие там храмы 12 века стоят! Вот туда
мы Вас и отправим». Ну, тот начал понимать,
что ему – в общем, чужаку, греку – может
быть, и предоставят почетное место
ссыльного… И захотел после этого все
же отправиться обратно к себе в
Константинополь, получив обильные
пожертвования от русского государя, от
русского правительства и от русской
Церкви.

Но
и в конечном итоге он благословил то,
что в Москве появляется патриаршая
кафедра. Был определен человек, который
ее займет – это был митрополит Московский
Иов. Довольно долго шла переписка с
остальными православными иерархами,
не сразу они согласились на это. Однако,
Москва понимала, что восточные Церкви
нуждаются, и их сопротивление в
значительной степени связано с желанием
получить вспомоществование из Москвы.
Федор Иванович не скупился – он отправлял
иерархам православного Востока нескудное
жалованье, как тогда говорили, своего
рода церковную милостыню, а поскольку
эта милостыня была царской, она принимала
громадные размеры. И в конечном итоге
в 1593 году это решение, сделанное Иеремией,
было утверждено соборным образом и
иными патриархами Востока. Патриарх
Московский Иов занял пятое место в
старшинстве патриарших кафедр всего
православного мира. А само это деяние
наложило столь значительный отпечаток
на русскую историю, что мало какие другие
государственные преобразования и
церковные реформы 16 века могут с этим
сравниться. Вот имя Федора Ивановича,
благочестивого царя, который очень
многое сделал, чтобы состоялось учреждение
патриаршества московского, навеки
связано с этим замечательным актом, с
этим замечательным достижением.

Д.
Володихин

– И
здесь мне приятно напомнить, что это
светлое радио, дорогие радиослушатели
– радио «Вера», в эфире – передача
«Исторический час», с вами в студии –
я, Дмитрий Володихин, и мы обсуждаем
труды и дни великого государя Федора
Иоанновича. А для того, чтобы немножечко
передохнуть, сейчас поставим еще одну
мелодию из оперы Модеста Петровича
Мусоргского «Борис Годунов».

Звучит
музыка из оперы «Борис Годунов» М.П.
Мусоргского

Д.
Володихин

– Ну
вот пока правил Федор Иванович, такой
круговерти в Москве не было. Все это
ближе к Смуте. А при Федоре Ивановиче
все было хорошо – действительно была
золотая эра. И вот мы говорили о семейных
делах и церковных делах, о введении
патриаршества – это, конечно, чрезвычайно
крупное деяние.

Но
надобно напомнить, что Федор Иванович,
помимо того, что добрый христианин был,
еще и великий государь был, унаследовавший
достаточно сложные обстоятельства
внешней политики, которую проводил Иван
IV.
Ливонская война, самая длительная и
тяжелая в истории правления Ивана IV,
закончилась поражением. Россия понесла
серьезные территориальные потери, и в
частности, очень сильно пострадала
северная Новгородчина, захваченная
шведами. Тогда Россия потеряла Нарву,
отвоеванную у немцев, Ивангород, Копорье,
Ям, Корела – это потери громадные. И
поэтому в 1589 году разразилась большая
война со шведами. Спровоцирована она
была самими шведами. В общем, полагали,
что русский медведь получил столь
тяжелую рану, что уже не поднимется,
даже если они станут его дразнить. И во
время стычек на русском севере один из
больших монастырей страшно разорили и
подвергли иноков резне. Федор Иванович,
при всем своем миролюбии, был великий
государь православной державы, который
обязан покровительствовать Церкви и
оборонять ее. Он выходит в поход с
войсками – человек, который в жизни
никогда не воевал… И войска под его
руководством одерживают победы – самые
большие за все время этой войны. То есть,
он больше не выходил в поход, но за
остальные несколько лет войны воеводы
не добились столь значительных успехов,
каких добились они, когда с полками
пошел сам царь.

Итак,
Федор Иванович взял город Ям, затем
приступил к осаде Нарвы, подверг обстрелу
ее. Штурм окончился неудачно; но тем не
менее, шведы, осажденные и терпевшие
страшный урон от канонады, должны были
пойти на уступки. Корпус Густава Банера,
который должен был их деблокировать,
потерпел от русского полководца князя
Хворостинина страшное поражение. Шведы
обещали сдать ключи от Ивангорода –
русской крепости, когда-то захваченной
ими, и от крепости Копорье. Так это и
произошло. Ну, а в конце войны в руки
русского правительства перешли также
и ключи от крепости Корела (ныне называется
она Приозерск).

Так
вот, война – успешная война – длилась
с 1589 года до заключения мирного соглашения
(Тявзинского) в 1595 году. Фактически Федор
Иванович вернул очень значительную
часть земель, населенных русскими
православными людьми, которые когда-то
уступил врагу его грозный отец Иван
Васильевич. Ну, не всё Федор Иванович
вернул, но большую
часть все же вернул, и войну нельзя не
считать победной.

Помимо
этого, как это ни парадоксально, именно
при Федоре Ивановиче Россия расширилась
громадно – может быть, вдвое на восток.
Как это произошло? Все, наверное, помнят
историю похода Ермака, который разгромил
Сибирское ханство, разбил войска хана
Кучума в нескольких больших битвах,
занял столицу… А через некоторое время
погиб, попав под удары засады; и его
соратники начали отступать из Сибири.
Эта удачно начавшаяся кампания,
чрезвычайно успешная разведка боем,
могла закончиться ничем. Однако, в этот
момент в Москве было принято решение,
что продвижение в Сибирь следует
продолжать. Не бросать того, что начал
Ермак. Приняли это решение, скорее всего,
Романовы, Годуновы и Щелкаловы –
дьяческий род чрезвычайно могущественных
администраторов московских… Потому
что в Сибирь был направлен отряд,
возглавленный Василием Борисовичем
Сукиным – тот был брачным свойственником
Щелкаловых и Романовых, и значит,
автоматически был доверенным лицом у
всей аристократической партии Годуновых,
Романовых, Щелкаловых и так далее. То
есть, иными словами, в Сибирь было
направлено лицо, облеченное большим
доверием. Вместе с ним шли «воинские
головы» – Иван Мясной и Даниил Чулков.
Они действовали весьма удачно, и надо
сказать, что к стратегии взламывания
чужих воинских сил своей вооруженной
силой, то есть, открытых столкновений,
они добавили совершенно иную стратегию,
которую применяли тогда на всех рубежах
России – это наступление обороной.
Звучит, конечно, парадоксально, но тем
не менее, это именно так. На границах
России сооружались крепости, они часто
вырастали в крупные города… И опираясь
вот на эти базы, на укрепленные пункты,
Россия действительно постепенно
продвигалась – не только обороняла
свои границы, но и отодвигала их дальше
и дальше. Вот Василий Сукин и его
подчиненные выстроили большие остроги
на том месте, где сейчас города Тюмень
и Тобольск. И вскоре русские остроги –
городки, крепости – начали стремительно
распространяться по Западной Сибири.

Иностранцы
с восторгом и, может быть, завистью глядя
на все это, говорили: «На тысячу миль
раздвинулось московское царство –
всего-то за несколько лет!». Конечно,
этот успех огромный. Конечно, этот успех
принадлежит царствованию Федора
Ивановича, управленцам, которых он
назначил, а не кто-нибудь еще.

Ну
и, наконец, еще одно важное обстоятельство
в его жизни. В 1591 году под Москвой
появились полчища крымского хана
Казы-Гирея. И вот это было смертельно
опасно. По идее, войска крымского хана
должны были встречать на юге, на побережье
Оки; но сосредоточить достаточных сил
там не смогли, поскольку очень большие
контингенты были на тот момент втянуты
в войну со шведами, то есть, пребывали
на северных театрах военных действий.
Поэтому войска подтянули прямо к Москве.
К сожалению, пришлось отступить от южных
районов, южных областей России, отдать
их на разграбление крымским татарам.
Но вот, во всяком случае, когда те
подступали к столице, армия России
изготовилась к бою и выстроила прочную
оборону. В Замоскворечье был поставлен
так называемый гуляй-город – то есть,
деревянная крепость на возах, передвижная
крепость с пищалями, пушками… По флангам
этой крепости были расположены дворянские
отряды. Кремль к тому времени изготовился,
выставив орудия… Да и в общем, Москва
была укреплена лучше, чем раньше. Поэтому
в бою, который происходил в течение дня
на окраине Москвы, в Замоскворечье,
татары встретили достойный отпор. Они
не смогли взять гуляй-город, они не
смогли оттеснить дворянскую конницу –
хотя, конечно, сами тоже не были разбиты.
Следующий день должен был стать решающим.
Великий государь отправил в войска
большую святыню – Донскую икону Божией
Матери. И кроме того, он ободрял своих
подданных. Хочу напомнить, что когда-то
при угрозе больших татарских нашествий
даже те государи, которые оставили в
русской истории глубокий след, и
чрезвычайно знаменитые, и порою о них
говорят как об отважнейших личностях
– покидали столицу. Для того, чтобы
собрать войска, для того, чтобы «пересидеть»
нашествие, которому они не в силах
противостоять… Так делал Дмитрий
Донской, так делал Иван Грозный… А вот
тихий, богомольный Федор Иванович сказал
своим подданным: «Я с вами – я останусь
в Москве». Это значит, что царь либо, как
тогда говорили, «отстоится» вместе с
русскими полками, либо вместе с ними
погибнет. И когда один из Годуновых в
нервной истерике подскочил к нему со
слезами на глазах: «Все пропало, мы
погибли!», Федор Иванович сказал ему:
«Не бойся! Как бы никем гонимы, уйдут
татары. Завтра же ты увидишь, что поле
боя чисто». Действительно, в результате
ночного боя, переполоха, устроенного
русским артиллерийским огнем, и, может
быть, хитрости, когда татарам подбросили
ложную грамоту о том, что к Москве
подходит свежая рать из-под Новгорода,
Казы-Гирей решил отступить. То есть, он
не подверг город прямому штурму и он не
пробил оборону – потерпев поражение,
он должен был отступить. Это было,
конечно, очень серьезное достижение.

Надо
сказать, что победа над Казы-Гиреем у
Федора Ивановича вызвало вовсе не
чувство горделивости – он полагал, что
не только доблесть русских ратников,
искусство и военная хитрость русских
воевод привели к успеху, но и заступничество
со стороны Божией Матери. Москва тогда
в сердцах и умах людей была уделом Божией
Матери, и к Ней обращали в первую очередь
молитвы, считая, что Она – главная
заступница за Москву перед Господом
Богом, за всю московскую землю и за всех
людей, которые на ней живут. Поэтому
Федор Иванович велит в тех местах, где
был шатерный храм с Донской иконой
Божией Матери, строить каменный собор.
Так был основан Донской монастырь.
Строительство собора началось в 1592
году, и ныне, конечно, несколько
перестроенный, этот храм известен как
Старый, или Малый собор Донского
монастыря. Одной из величайших обителей
Москвы, своего рода мемориальной обители,
которая напоминает одним своим
существованием о противостоянии
православного воинства и магометанского,
и о победе, когда русские ратники отстояли
столицу православной державы. Федор
Иванович – тот государь, который
почувствовал это, и дал своим подданным
почувствовать это, переведя из сферы
идей и чувств понимание глубинной сути
Победы 1591 года на язык каменного
зодчества.

Ну
что ж, время нашей передачи подходит к
концу, и мне осталось сказать, что,
поминая Федора Ивановича, который правил
после Грозного Ивана Васильевича и
перед мудрым Борисом Федоровичем,
помните: это был святой человек, который
вошел в собор московских святых, который
при жизни творил чудеса, который был
верен Богу, и под рукой которого – под
рукой смиренного, тихого царя-молитвенника
– русская земля процветала. Доброй
памяти достоин великий государь Феодор
Иоаннович.

Дорогие
радиослушатели, мне осталось поблагодарить
вас за внимание и сказать вам до свидания!

Что стало причиной смерти царя Федора I Иоанновича | Музей «Александровская слобода»

Царь Федор Иоаннович. Реконструкция по черепу М.М. Герасимова.

Царь Федор Иоаннович. Реконструкция по черепу М.М. Герасимова.

Федор Иванович, вступивший на престол в 1584 г, скончался в возрасте 41 года. Феодосия, его единственная дочь от брака с Ириной Годуновой, не прожила и двух лет. Род московских князей и царей, потомков Ивана Калиты, прервался.

Отчего же скончался третий сын Ивана Грозного и Анастасии Романовны? Не мудрствуя лукаво, обратимся к уже известной работе Т.Д. Пановой «Кремлевские усыпальницы. История, судьба, тайна».

«… Царь Федор умер 6 января 1598 г. после непродолжительной (около двух недель) болезни. Пострига [в отличие от отца] перед смертью он не принял, хотя набожность его была беспредельной. Похоронили его 8 января в дьяконнике Архангельского собора, рядом с отцом Иваном IV и братом – царевичем Иваном. Надгробие над могилой Федора Ивановича украшено небольшой плитой с кратким текстом: «Лета 7106 генваря в 6 день в нощи преставис государь царь и великий князь Федор Иванович всея Русии»…

… Интересно, что эпитафия на крышке его белокаменного саркофага гораздо подробнее записи на надгробии: «В лето 7106 генваря в 6 день на святое богоявление господа бога спасителя нашего Иисуса Христа с пятницы на субботу в девятый час нощи преставись благоверный и благочестивый христолюбивый государь царь и великий князь Федор Иванович всея Руси самодержец а погребено тело его генваря в 8 день»…

… Погребение царя Федора было вскрыто в 1963 г. при исследовании части некрополя, размещенной в дьяконнике Архангельского собора. Что же выяснилось во время этих работ. Скелет Федора Ивановича сохранился плохо. От черепа до нас дошли только кости лицевой части и лишь часть свода – остальное разрушилось…

… Очень важно, что условия залегания останков царя Ивана IV и его сыновей были одинаковыми и по времени захоронения очень близкими. Дело в том, что картина, выявленная экспертами-химиками при изучении тлена и костей из погребения царя Федора I, оказалась совсем непохожей на полученную на материалах из могил его отца и старшего брата.

У Федора Ивановича количество ртути в организме было весьма незначительным, в пределах естественного фона (0,08 мг). Не обнаружили в его останках сурьмы и меди, но в достаточной степени присутствовал свинец, как и у царевича Ивана. Но вот количество мышьяка превышало все нормы естественного содержания в организме человека в десять раз – оно составляло 0,8 мг! Но как же быть с утверждениями, опубликованными по результатам комплексных исследований? Выявленные количества мышьяка во всех изученных в 1963 г. останках сочли недостаточными для разговора о каких-либо отравлениях его соединениями.

Правда, следует отметить, что основное внимание в тот период (в 60-х и 70-х гг.) привлекали материалы захоронения царя Ивана Васильевича Грозного – об остальных объектах писали очень мало и вскользь. Отметив значительное количество ртути в останках Ивана IV и его сына Ивана, о других минералах (в частности, о мышьяке) делалось стандартное заключение: количество не превышает обычных норм. Выше эти цифры (сотые миллиграмма) уже назывались, причем по органам, лучше всего накапливающих и удерживающих в себе яды. И если десятикратное превышение нормы у царя Федора выявлено по костным тканям, менее показательным в этом отношении, вывод о причине его смерти напрашивается сам собою.

Странно, что историки-члены комиссии 1963 г. по изучению захоронений Архангельского собора, не обратили внимание на весьма интересные свидетельства письменных источников. Оказывается, об отравлении царя Федора I, последнего в роде Калиты, предположений (а порою и утверждений) сохранилось довольно много. Видимо, историков успокоили выводы людей, опубликовавших данные экспертиз с очень обтекаемой формулировкой».

Далее Татьяна Дмитриевна приводит ряд источников, в которых говорится об отравлении Федора Иоанновича: записки голландского купца Исаака Масса, отрывки из Псковских летописей и «Временника» дьяка Тимофеева, «Истории Государства Российского» Карамзина. В качестве отравительницы фигурирует дочь Малюты Скуратова жена Бориса Годунова Мария.

Царь Феодор Иоаннович. Основные события правления.

Отец — Иван IV Васильевич Грозный
Мать — Анастасия Романовна Захарьина-Юрьева, сестра Никиты Романовича Захарьина и тетка его сына, Федора Никитича Романова, известного под именем Филарета (Федор Никитич Романов — отец Михаила Романова, первого русского царя из династии Романовых).

Венчался на царство 19 (31) мая 1584 года

Наследников мужского пола не имел. Им считался младший сын Ивана Грозного и Марии Федоровны Нагой царевич Дмитрий (погиб в Угличе 15 мая 1591 года)

Царь Федор Иоаннович умер 7 января 1598 года в Москве.
Похоронен в Архангельском соборе Московского Кремля.

Основные события правления:
  • 1585 г. – основание Воронежа как сторожевого пункта на южной окраине Московского государства. Крепость построена в 1586 году по указу царя Федора Иоанновича.
  • 1586 г. – основание казаками крепости Тюмень
  • 1586 г. — основание Самары по указу царя Феодора Иоанновича — как крепости для защиты судоходства на участке Волги около города
  • 1586 г. — по указу царя Федора Иоанновича отлита царь-пушка (длина орудия — 5,34 метра; наружный диаметр ствола — 1,34 метра. Калибр ядер — 0,89 метра. Вес пушки обозначили сами мастера: «2400 пуд» — отлито на казенной части. Чугунные ядра, лежащие у пушки, никогда для нее не предназначались и были отлиты лишь как декорация.
  • 1587 г. — основание казаками Тобольска казаками на месте татарского поселения Бицик-Тура, на берегу Тобола
  • 1589 г. — установление патриаршества – системы иерархического церковного управления во главе с патриархом. Первым патриархом Московским стал св. Иов.
  • 1591 г. — последний татарский набег на столицу Российского государства под предводительством крымского хана Казы-Гирея; в память о победе над ханом Казы-Гиреем царь Федор Иоаннович повелел заложить Донской монастырь
  • 1590–1593 гг. – русско-шведская война; России по Тявзинскому мирному договору были возвращены города и районы Новгородской земли, захваченные Швецией во время Ливонской войны (города Ям, Копорье, Ивангород)
  • 1597 г. – Указ о беглых крестьянах, которые покидали своих землевладельцев «не в срок и без отказу», т. е. не в Юрьев день

Царь Феодор Иоаннович
Изображение из «Иллюстрированной хронологии»

Жена: Ирина Федоровна Годунова, сестра Бориса Годунова.

Дочь: Феодосия

Спектакль в Москве Царь Федор Иоаннович

Решив для разнообразия углубиться в русскую историю, а точнее – в историю Смуты, я посетила «Царь Федор Иоаннович» (по пьесе А.Толстого) в Большом зале ЦАТРА, в постановке Бориса Морозова. Замечательная костюмированная историческая драма о жизни последнего государя из рода Рюриковичей – сына Ивана Грозного, царя Федора.

Как же отличается Федор Иоаннович в исполнении Константина Денискина от своего отца! Слабовольный, набожный, добрый, какой-то мягкотелый… он неспособен управлять государством, бояре крутят им, как хотят. А при дворе находятся две враждующие группировки дворян: клан Шуйских во главе с князем Иваном Петровичем (Андрей Новиков) и любимый шурин царя Борис Годунов (Николай Козак). При этом царь искренне любит Годунова и доверяет ему управление своими делами, а народ – за Шуйских. Царь старается примирить соперников, но это бесполезно, они будут плести интриги за спиной у государя друг для друга и даже для него.

Как ужасна идея Шуйских развести царя с любимой женой Ириной (Алиса Богарт) по причине ее бездетности, чтобы женить его на княжне Мстиславской (Мария Белоненко), и к какой трагедии приводит это юную княжну и ее возлюбленного – князя Шаховского (Тимур Еремеев).
Мы знаем из учебников истории, чем все закончится – царевич Дмитрий погибнет в Угличе, расследовать его смерть пошлют Василия Шуйского (Андрей Егоров), а после смерти Федора царем ожидаемо станет Борис Годунов. А далее – «мальчики кровавые в глазах» и Шуйский на престоле…но это уже, сильно забегая вперед.

На сайте заявлено, что спектакль идет 2 ч 45 мин, но на самом деле меньше – около 2 ч 20 мин. За это время прекрасные артисты ЦАТРА представляют нам очень важную для истории Руси сцену: мы стоим у истоков Смутного времени, которое продлится более десяти лет, пока на престол не взойдут Романовы. Хорошие костюмы и очень правдивая игра актеров помогут освежить в памяти этот пласт истории. Спектакль – отнюдь не развлекательный, лучше перед походом все-таки почитать учебник или Википедию 🙂 Ну, и в зале были дети – но я бы до 12-14 лет такие спектакли не рекомендовала, они просто ничего не поймут в этих боярских интригах.

Понравилось наличие небольших колоколов на сцене, в которые время от времени по сюжету звонили герои, и интерактив: часто артисты выходили на сцену прямо через зал. А когда кто-то забарабанил с грохотом прямо в дверь за нами, мы даже вздрогнули 🙂

К минусам могу отнести только не очень хорошую акустику, царицу Ирину совсем не было слышно даже при том, что я сидела близко, а говорила она, наверное, тоже важные для сюжета вещи. Например, сцена во втором действии между Ириной и ее братом Борисом Годуновым прошла мимо меня, к сожалению.

В общем и целом – качественный исторический спектакль, ставлю 8 из 10 и рекомендую к просмотру интересующимся русской историей.

Иван Грозный и Федор Иванович в декоре раннего Нового времени орудия на JSTOR

Абстрактный

В статье предлагается культурная интерпретация двух образов московского царства: «портрета» Ивана Грозного на ружье Карстена Миддельдорпа (1559 г.) и изображения Федора Ивановича на знаменитой Царь-пушке Андрея Чохова (1586 г.). Утверждается, что династическая политика, военная агрессия России и растущий интерес к фигуре царя требовали визуализации царской власти как в Московии, так и на Западе.Царская портретная живопись расширила культурный образ русской монархии. Московский царь стал узнаваемым общественным деятелем, олицетворявшим военную мощь Московского государства.

Информация о журнале

«Славянское и восточноевропейское обозрение» было основано в 1922 году Бернардом Паресом, Р. В. Сетон Уотсон и Гарольдом Вильямсом как журнал Школы славянских и восточноевропейских исследований.

Ежеквартальный международный рецензируемый журнал SEER публикует научные статьи по всем темам, связанным с Россией, Центральной и Восточной Европой — языкам и лингвистике, литературе, искусству, кино, театру, музыке, истории, политике, социальным наукам, экономике, антропологии — как а также обзоры новых книг в этой области.Обзор публикуется Ассоциацией современных гуманитарных исследований от имени Школы славянских и восточноевропейских исследований Университетского колледжа Лондона.

Информация об издателе

Ассоциация современных гуманитарных исследований (MHRA) — международная организация.
с участниками во всех частях мира.
Целью ассоциации является поощрение и продвижение передовых исследований и исследований.
в области современных гуманитарных наук.
Он стремится разрушить барьеры между учеными, работающими в разных
дисциплины и сохранить единство гуманистической науки перед лицом
возрастающей специализации.

Иван IV Самодержец (Самодержец)

Резюме

Bien que généralement les Historiens qualifient Иван IV d ‘«автократ» и сын régime d’ «autocratie» (самодержавие), en 1547, Ivan n’a pas été Couronné «автократ» и n’a pratiquement pas eu recours à ce mot dans ses écrits. Иван IV connaissait au moins trois des accept possibles de l ’« автократ », souverain независимый, pieux, et détenteur d’un pouvoir illimité, mais il appuyait sa légitimité sur son titre de« царь ».La plupart du temps, par «автократ», les Historiens entendent souverain absolu, cependant, dans la Moscovie d’Ivan, l’acception la plus commune de ce terme était celle de dirigeant pieux.

Хотя историки обычно называют Ивана «самодержцем» (самодержцем), а его режим — «самодержавием» (самодержавство), Иван не был коронован титулом «самодержец» в 1547 году и нечасто употреблял это слово в своих сочинениях. . Иван был знаком по крайней мере с тремя значениями слова «самодержец»: независимый правитель, благочестивый правитель и неограниченный правитель, но он полагался на свой титул «царь» как на основу своей легитимности.Хотя под «самодержавием» и «самодержавием» историки почти всегда подразумевают неограниченного правителя, наиболее распространенным использованием термина «самодержец» в Московии Ивана IV был благочестивый правитель.

Haut de Page

Банкноты

Наталья Пушкарева с Евой Левин, Женщины в истории России: от десятого до двадцатого века (Армонк: М.Е. Шарп, 1997), 67, Ивана до 1538 года называют «молодым самодержцем».

Василий Осипович Ключевский, Сочинения [Сочинения] том II, Курс русской истории часть 2 (М.: Государственное издание политической литературы, 1957), 168‑169.

Михаил Дьяконов, Власть Московских государств: Очерки из истории политических идей Древней Руси до конца xvi века (СПб. : Типография И.Н. 1889; Slavistic Printings & Reprintings, # 159; Гаага — Париж: Mouton, 1969), 158–160.

Руслан Григорьевич Скрынников, Царство террора (СПб.: Наука, Санкт-Петербургское отделение, 1992), 86, 100, 126, 170, 210, 261, 311, 404, 523, 524.

Виктор Леонтович, Die Rechtsumwälzung под Iwan dem Schrecklichen und die Ideologie der Russischen Selbstherrschaft (Штутгарт: F.F. Koehler Verlag, ок. 1947); Гельмут Нойбауэр, Автомобиль унд Зельбстершер: Beiträge zur Geschichte der Autokratie в Русланде (Висбаден: Отто Харрассовиц, 1964); Сигурд Оттонович Шмидт, Становление российского самодержавия: Исследования социально-политической истории времени Ивана Грозного.: Мысль, 1973); Даниил Натанович Альшиц, Начало самодержавия в России: Государство Ивана Грозного (Л.: Наука, Ленинградское отделение, 1988); Александр Дворкин, Иван Грозный как религиозный тип: исследование истоков, генезиса и развития теократической идеи первого русского царя и его попыток установить «свободное самодержавие» в России. Нападающий Джон Мейендорф (Erlangen: Lehrstuhl für Geschichte und Theologie, 1992); Маргарита Евгеньева Бычкова, Московские самодержцы.История возведения на престол: Обряды и царства. Ритуалы и регалии] (М.: Институт Российской истории РАН, 1995); В.А. Колобков, Митрополит Филипп и становление московского самодержавия, Опричнина Ивана Грозного.

Школа «Фасад»: Нэнси Шилдс Коллманн, Родство и политика: становление политической системы Москвы, 1345–1547 (Стэнфорд: издательство Стэнфордского университета, 1987).

О различиях между официальными государственными документами, официальными церковными документами, смешанными официальными документами и неофициальными текстами см. Чарльз Гальперин, «Что такое« официальный »московский источник времен правления Ивана IV?» в Энн М. Клеймола, Гейл Ленхофф, ред., Книга о королевских степенях и генезис российского исторического сознания / «Степенная книга царского родословия» и генезис русского исторического сознания (Bloomington: Slavica Publishers, Inc. , 2011), 81 93.

Несмотря на Пола Бушковича, «Формирование национального сознания в России раннего Нового времени», Harvard Ukrainian Studies 10 (1986): 355–376, здесь 368 n. 17, 374 п. 24, что в шестнадцатом веке оно имело только одно значение. Лучшим обсуждением множественных значений самодержавия в Московии XVI века остается Владимир Вальденберг, Древнерусское учение о пределах царской власти: Очерки русской политической литературы от Владимира Святого до конца царя XVII века. русской политической литературы из Санкт-Петербурга.Владимира до конца семнадцатого века] (Петроград: А. Бенке, 1916; Russian Reprint Series XXII; The Hague: Europe Printing, 1966), вступительные замечания 1, 13, 442–44. (Страницы, посвященные конкретным авторам, будут процитированы ниже.)

Эльпидифор В. Барсов, «Древне ‑ русские памятники священнаго венчания цари на царство с связями с греческими оригиналами. С историческим очерком чинов царскаго венчания в связи с развитием царей на Руси в связи с их греческими оригиналами. С историческим описанием ритуала коронации в связи с развитием идеи царя на Руси], Чтения в Императорском Обществе истории и древностей российских при Московском университете. [далее Чтения] 1883 книга 1, отд. I, том 124, I ‑ XXXV, 1‑160, здесь 42‑90, несмотря на Василия Никитича Татищева, История Российская, т. 6 (М.‑Л.: Издательство АН СССР, 1966), 162 .

Собрание государственных грамот и договоров, хранящихся в Государственной коллегии иностранных дел. II (М.: Типография Н.С.Всеволожскаго, 1819), вып. 51, 72–85.

Сергей Михайлович Каштанов, Из истории русского средневекового источника. Акты X ‑ XVI вв. [Из истории русского средневекового источника. Деяния x ‑ xvi веков] (М.: Наука, 1996), 117; То же, ред., Россия и греческий мир в XVI веке Том I (М.: Наука, 2004), 37; и Марк Зефтель, «Титул московского монарха до конца семнадцатого века», Canadian-American Slavic Studies 13 (1979): 59–81, здесь 66, ошиблись, утверждая, что Иван никогда не использовал титул «самодержец». ” Использование слова «самодержец» в переписке с Иваном из сербского монастыря Хиландар на Афоне не в счет: М. Дмитриевич, изд., «Документы, касающиеся отношений между сербской церковью и Россией в XVI веке», Споменик, Сербская краевская академия [Мемориал Сербской королевской академии] 39 (1903), 16‑42, здесь # 21, 27‑31, 1558.

Конечно, возможно, что это название встречается в другом месте в неопубликованных московских дипломатических документах, с которыми Филюшкин либо не ознакомился, либо пропустил.

Филюшкин не процитировал князя Михаила Щербатова, История Российская от древнейших времен, том V, часть IV (СПб.: Императорская Академия Наук, 1789), 43–47, что, по всей видимости, представляет собой послание цесаревича Ивана от октября 1564 года.

Цесаревич Иван родился в марте 1554 года, значит, на момент переписки ему было двенадцать-четырнадцать лет.

Александр Ильич Филюшкин, Титулы русских государей (М. — СПб.: Альянс ‑ Архео, 2006), 55‑59 со ссылкой на РГАДА ф. 123, указ. 1, д.11, л. 144 об; d. 12, л. 144.

Это сложный вопрос, потому что правители Чингизидов редко давали Ивану титул, эквивалентный «хану». См. Чарльз Дж. Гальперин, «Иван IV и Чингисхан», Jahrbücher für Geschichte Osteuropas [далее JbfGOE] 51 (2003): 481-497.

Филюшкин, Титулы русских государств, 95. Филюшкин запутанно обсуждал эти два аспекта этого послания по отдельности. Цесаревич Иван снова сослался на свой статус «наследника» в другом послании Мухаммеду Гирею в июле 1565 года.Насколько мне известно, эти формулировки статуса «наследник» были уникальными. В «Царской книге» «Сказание о смерти Василия III» Иван IV описывается как «наследник своего отца» (Полное собрание русских летописей [далее ПСРЛ] 13, 412), но также «старший» (stareishii) сын (там же, 415). Меня не убеждает Сергей Богатырев, «Микропериодизация и династика: был ли раскол в царствование Ивана Грозного?» Славянское обозрение, 69 (2010): 398‑409 здесь 404 и то же, «Династия как фактор развития российского государства в XVI веке», Дьюла Звак, изд. , Роль государства в историческом развитии России / Роль государства в историческом развитии России (Будапешт: Russica Pannonicana, 2011), 68–79, здесь 71, что Формулярная редакция коронационного ордена Ивана 1547 года, составленная около 1565–70 , в котором его отец, великий князь Василий III, назвал Ивана (IV) своим «первым» (первым, что интерпретируется как «первенец») сыном, является официальным провозглашением статуса цесаревича Ивана как наследника, создавая прецедент. Если царевича Федора Ивановича нельзя было назвать «первым сыном» Ивана IV в его коронации 1584 года (Исайя Грубер, Православная Россия в кризисе: Церковь и народ в смутное время (ДеКальб: издательство Северного Иллинойского университета, 2012), 77), то Цесаревич Иван не мог быть изображен и «первенцем».Единственным «первым сыном» Ивана IV был первый царевич Дмитрий (сын царицы Анастасии). По-татарски сын хана был «султаном», что переводится на русский как «царевич», сын царя / хана, не путать с титулом правителя Османской империи, который не был ни чингизидом, ни ханом. .

Филиюшкин, Титулы русских государств, 62‑63, 1572: ИЛИ RGB ф. 304 (Тринити сборник), доп. II, № 17, л. 189 об, с копиями в РГАДА ф. 79, указ. 1, реестр, 2, вып.1, л. 4 и ИЛИ RGB, ф. 235, папка 3, д. 21, л. 9; 1576: РГАДА ф. 32 (Австрийские дела), op. 1, Столбцы, д. 1, л. 1.

Дональд Островский, «Выдающаяся карьера Симеона Бекбулатовича в качестве татарского хана, великого князя всея Руси и монашеского старца», Российская история, 39 (2012): 269–299; Александр Филюшкин, «Тайна политического маскарада (по поводу статьи Дональда Островского)», там же, 301–305; Чарльз Дж. Гальперин, «Симеон Бекбулатович и влияние монголов на Московию Ивана IV», там же., 306‑30; Джанет Мартин, «Симеон Бекбулатович и степная политика: некоторые мысли о том, как Дональд Островский интерпретировал выдающуюся карьеру царя», там же, 331–338; и Островски, «Ответ», там же, 339–345.

Акты собранные в библиотеках и архивах Российской империи Археографической Экспедиции Императорской Академии Наук [Акты, собранные в библиотеках и архивах Российской Империи Археографической комиссией Императорской Академии наук] [далее — ААЕ 12‑98], (далее — ААЕ1294. : Типография II отделения собственной Е.И.В. Канцелиарии, 1836), 257, 261.

S.O. Шмидт, изд., «Выписка из посольских книг» о сношениях Российского государства с Польским ‑ Литовским за 1487‑1572 гг. (М. — Варшава: Археографический центр, 1997), 273.

Сергей Богатырев, «Глава 10. Иван IV (1533–1884)», в сб. Морин Перри, изд., Кембриджская история России, т. I, От ранней Руси до 1689 г. (Кембридж: Cambridge University Press, 2006), 240–263, здесь 243, 251, пластины 12a (шлем Ивана) и 12b (шлем цесаревича Ивана).

Изабель де Мадариага, Иван Грозный: первый царь России (Нью-Хейвен: издательство Йельского университета, 2005), 364 + n. Я пришел к выводу, что «самодержавие» означает только «суверенитет», и отрицал существование какой-либо политической системы, называемой «автократией».

Барсов, «Древне ‑ русские памятники священнаго венчания царя на царство с связями с греческими их оригиналами», 74‑75; ПСРЛ 13 (М. : Наука, 1965), 151.

.

Стоглав [Сто глав] (Издание Д.Е. Кожанчикова; СПб .: Tipografiia Imp. A.N., 1863; Reprint Letchworth, Hertfordshire, England, 1971, Bradda Books Ltd, Rarity Reprints # 17), 19, 58, 59. Cf. Архимандрит Макарий (Веретенников), Из истории русской иерархии XVI века (М.: Издательство Московского подворья Свято-Троицкой Сергиевской Лавры, 2006), 222‑37, здесь. 222, 227.

AAE v. 1, # 264, 297‑300, здесь 299.

Псалтырь: Сергей Фомин, Правда о первом русском царе: Кто и почему искажает образ Государства Иоанна Васильевича (Грозного). Кто искажает образ государя Ивана Васильевича (Грозного) и почему] (М.: Русский издательский центр, 2010), 416; «Часослов»: М.Н. Тихомиров, А.А. Сидоров, А. Назаров, ред., У истоков русского книгопечатания: К трехсот ‑ семидезиатипиатилетию со дня смерти Ивана Федорова 1583–1958 [К 375 годовщине со дня смерти Ивана Федорова 1583-1958] ( М.: Издательство А. Н. СССР, 1958), 220 (статья М. В. Щепкина о «почтовых сценариях»); Евгений Львович Немировский, Возникновение книги в Москве: Иван Федоров [Начало книгопечатания в Москве: Иван Федоров] (М.: «Книга», 1964), 316.

Фомин, Правда о первом русском царе, 260.

ПСРЛ 13, 374‑77; ПСРЛ 29 (М.: Наука, 1965), 327‑329. Анна Леонидовна Хорошкевич, Россия в системе международных отношений середины XVI века (М.: Древнехранилище, 2003), 389 писали, что Иван «несомненно был доволен» таким использованием Макарием титула, которого Иван не получил на самом деле.

ПСРЛ 13:80, 87, 92, 109, 110; ПСРЛ 29: 12, 14, 16, 215. Нет никаких доказательств того, что «Летопись начала царствования» возникла при дворе, как это принято считать. Изольда Тире, «Повесть о смерти Василия Ивановича и эволюция роли московской царицы в России XVI века», в Брайане Дж.Бок, Рассел Э. Мартин и Дэниел Роуленд, редакторы, Дубитандо: Исследования в области истории и культуры в честь Дональда Островски (Блумингтон: Slavica Publishers, Inc. , 2012), 209-24, здесь 214 n. 19.

А.Н. Насонов, «Новые источники по истории« Казанского взятия »», Археографический ежегодник за 1960 (1962): 3‑26, здесь 8.

.

Николай Николаевич Покровский, Г.Д. Ленхофф [Гейл Д. Ленхофф], ред., Степенная книга царского родословия по древнеишим спискам: Тексты и комментарии. [Книга степеней имперской генеалогии по древнейшим рукописям: тексты и комментарии] 3 т. Том первый: Житие св. Княгини Ольги, Степени I ‑ X [Том первый: Жизнь святой княгини Ольги, I ‑ X степени] (М.: Языки славянских культур, 2007), 215; Том второй: Степени XI ‑ XVII, Приложение. Указатели [Том второй: XI – XVII степени. Приложения. Указатели (М.: Языки славянских культур, 2008), (о Василии III 🙂 286, 315, 318, 321; (об Иване IV 🙂 344, 327, 374–75, 375, 381, 394 (послание Патриарха Александрийского, хотя ответ Ивана 298–99 дает официальный титул Ивана без «самодержца»).О датировке и происхождении этого текста см. Чарльз Дж. Гальперин, «Степенная книга о царствовании Ивана IV: упущения из степени 17», «Славянское и восточноевропейское обозрение», 89 (2011): 56–75, здесь 56–57.

«Царская книга»: ПСРЛ 13, 415 (о Мономахе, единственный экземпляр в «Повести о смерти великого князя Василия III»), 452 (дважды, при Ивановом коронации), 462, 463, 476, 479, 489. , 494 (покорение Казани); ПСРЛ, 29 (Лебедевская летопись) скопировано 236 (но не предыдущее), 270, 273; в новой летописи 306, послание новгородского архиепископа Пимена; ПСРЛ 29 (Александро-
Невская летопись) имитирует отрывки из «Малой летописи начала царства», в которых Иван упоминается как «самодержец», начиная со смерти Василия III, коронации Ивана, завоевания Казани 123, 150, 182, но только в его первоначальных летописях, насколько я до сих пор обнаружил, в цитированном выше завещании митрополита Макария и в речи Ивана к новому митрополиту Афанасию в 1563 году и в ответе Афанасия на его установление 332, 333.

Согласно Сефтелю, Церковь хотела внутреннего, а не только внешнего «неограниченного абсолютного суверена», но эта идея не укоренилась в Московии шестнадцатого века. См. Сефтель, «Титул московского монарха», 65–69, цитата 69. Внутренне «неограниченный» правитель не отвечал бы перед церковной властью в вопросах веры и исповедания веры. Вряд ли Церковь искала такого правителя. См. Андрей Витальевич Каравашкин, Русская средняя публицистика: Иван Пересветов, Иван Грозный, Андрей Курбский [Русская средневековая публицистика: Иван Пересветов, Иван Грозный, Андрей Курбский] (М.: Прометей, 2000), 318.

Майкл С. Флиер, «До скончания времен: Апокалипсис в российском историческом опыте до 1500 года», в книге Валери А. Кивельсон, Роберт Х. Грин, ред., Православная Россия: вера и практика при царях (Университетский парк: Издательство Пенсильванского государственного университета, 2003 г.), 127‑158, здесь 155.

Н.Н. Розов, «Похвальное слово великому князю Василию III», Археографический ежедневник за 1964 (1965): 278‑289, здесь 281.

Руфина Петровна Дмитриева, Сказание о князьях владимирских (М. — Л.: Издательство АН СССР, 1955), 165 («Послание Спиридона ‑ Саввы»), 177 (« Сказка о князях Владимирских »).

Архимандрит Макарий, Из истории русской иерархии xvi века, 242.

Максим Ивану: Сочинения преподобнаго Максима Грека [Сочинения преподобного Максима Грека] т. 2 (Казань: Казанская Духовная академия, 1859), 157, 286, 291, 346; v.3 (1859), 77. Ср. В.Ф. Ржига, «Опыт по истории русской публицистики xvi века. Максим Грек как публицист [Очерк истории русской публицистики XVI века: Максим Грек как публицист], Труды Отдела древнерусской литературы [далее ТОДРЛ] 1 (1934): 5 ‑120, здесь 117‑19; Максим Сильвестру: Д.П. Голохвастов, архимандрит Леонид, Благовещенский иерей Сильвестр и его писания. Священник Сильвестр и его послания.Исследования], Чтения 1874, книга 1, том 88: 1‑107, здесь 31‑32. См. Вальденберг, Древнерусское учение о границах царской власти, 264.

Голохвастов, Леонид, Благовещенский иерей Сильвестр и его писания. Исследования », 88‑100, здесь 90. См. Вальденберг, Древнерусское учение о пределах царской власти, 294 н. 2.

Галина Николаевна Моисеева, «Старшая редакция« Писания »митрополита Макария Ивану IV» [Старейшая редакция «Писания» митрополита Макария Ивану IV], TODRL 16 (1960): 466‑472, здесь 470.

Архимандрит Макарий, Из истории русской иерархии xvi века, 205.

Там же, 205‑213, здесь 207 (дважды), 208, 209.

Л.А. Ольшевская, С.Н. Травников, ред., Древнерусские патерики. Киево-Печерский патерик. Волоколамский Патерик. Киево-Печерский Патерикон. Волоколамский Патерикон] (М.: Наука, 1999), 213.

.

I.D. Азволинская, «Неизвестный текст приветствия Ивану Грозному» // Памятники культуры.Новые открытия. Письменность Искусство Археология. Ежегодник 1974. Памятники культуры. Новые открытия. Литература. Искусство. Археология. Ежегодник 1974 г.] (М.: Наука, 1975), 71–74, здесь 71.

Библиотека литературы древней Руси т. 13: XVI век, (XVI век) (СПб .: Наука, 2005), 406‑425, здесь 416, 420, 422.

Библиотека литературы древней Руси т. 10: xvi век, (СПб .: Наука, 2000), 556.

Библиотека литературы древней Руси с.13: xvi век, 304‑53, здесь 322.

Рыжова Елена Александровна, Антониево-Сийский монастырь: Житие Антония Сийского. Книжные центры русского севера. Жизнь Антония Сийского. Книжные центры Русского Севера] (Сыктывкар: Издательство Сыктывкарского университета, 2000), на Василия III 268, 269 (но не 296); на Ивана IV 301, 323-325.

Библиотека литературы древней Руси т. 13: xvi век, 668-677, здесь 676.

Архимандрит Макарий, Из истории русской иерархии XVI века, 186 (повествование), 196 n. 127 (письмо от одного священнослужителя к другому), 205 (письмо от одного священнослужителя к другому), 207, 208, 209 (повествование), 222, 227 (указание епископа, обобщающее «Совет ста глав» для духовенства епархия), 242 (извещение о приобретении книги в монастыре). Обратите внимание, что «самодержец» не фигурировал в послании архиепископа городу о строительстве церкви, санкционированной Иваном (273–74), или строительной надписи на «царских дверях» церкви (273–74).

Лев Александрович Дмитриев, ред. Повесть о жизни Михаила Клопского (М. — Л.: Издательство АН СССР, 1958), 166‑167; Степенная книга царского родословия, том II, 316.

ПСРЛ 3 (СПб .: Типография Эдуарда Праца, 1841), 254, левая колонка (Новгород III); ПСРЛ 6 (СПб .: Типография Эдуарда Праца, 1853), 301 (София II); ПСРЛ 34 (М.: Наука, 1978), 221 («Московская летопись», Московский летописец); Цепков Александр Иванович, изд., Новгородские летописи. Книга вторая (Рязань: «Александрия», 2002), 329 (Продолжение «Новгородской летописи благочестивых церквей».

).

Памятники литературы древней Руси. Середина xvi века. Середина xvi века] (М.: Художественная литература, 1985), 328‑329, 358‑359, 380‑381, 426‑427, 440‑441, 442‑443, 492‑493, 510‑511, 522. ‑523, 524‑525, 554‑555, 556‑557, 560‑561 (с соответствующим современным русским переводом).Предыдущее издание: Г. Моисеева, изд., Казанская история, (М. — Л.: Издательство А. Н. СССР, 1954), 112, 129, 172.

Платон Г. Васенко, «Книга степенной царского родословия» и его значение в древнерусской исторической письменности. Часть Первая (СПб .: Типография И. Н. Скороходова, 1904), 202‑203; В. Мансикка, «Житие Александра Невского.Разбор редакции и текста »в сб. Памятники древней письменности и искусства. 180 (1913 г.), 2 -й участок , 106, из Типографской библиотеки, № 346, 395, 1328 (1594). В тексте также содержится ссылка на эпитет «Грозный» (на тот момент все еще «внушающий трепет», а не «Грозный»), вероятно, относящийся к Ивану III, а не к Ивану IV, который не обсуждался у Карла Дж. Гальперина, « Превращение Ивана IV в Ивана Грозного »в Ф.Под ред. Б. Успенского, Miscellanea Slavica. Сборник статей к 70-летию Бориса Андреевича Успенского (М.: Индрик, 2008), 379–397 или Эдвард Л. Кинан, «Как Иван стал« Грозным »», в Харви Голдблатт, Нэнси Шилдс Коллманн, ред., Русское письмо Большой: язык, история, культуры. Очерки, представленные в честь Майкла С. Флиера в его шестьдесят пятый день рождения = Гарвардское украиноведение 28 (2006): 521-42. Моя искренняя признательность Дональду Островски за консультацию по тексту Мансикки.

Колобков, Митрополит Филипп и становление московского самодержавия, Опричнина Ивана Грозного, 554‑594, здесь 558.

О.А. Державина, Е.В. Колосова, ред., Сказание Аврамия Палицына (М. — Л.: Издательство А. Н. СССР, 1955), 101, 250; Андрей Лызлов, Скифская история (М.: Издательство «Наука», 1990), 61.

.

Василий Васильевич Калугин, Житие Трифона Печенгского, просветителя саамов в России и Норвегии (М.: Древнехранилище, 2009), 184, 191, 205, 525-526.

Наталья Васильевна Рамазанова, Московское царство в церковно-певческом искусстве XVI ‑ XVII веков (СПб . : Дмитрий Буланин, 2004), 125, 159.

В.И. Малышев / ред. Повесть о приходе Стефана Батория на град Псков (М. — Л.: Издательство АН СССР, 1952), 75, 77.

Ред. Р.П. Дмитриева, Повесть о Петре и Февронии Л.: Наука, Ленинградское отделение, 1979, 211, 217, 218, 219, 220.

Зимин Александр Александрович, ред., Сочинения И. Пересветова (М. — Л.: Издательство АН СССР, 1956), 162. См. Вальденберг, Древнерусское учение о пределах царской власти. 331‑333.

Дворкин, Иван Грозный как религиозный тип, 35.

Андрей Каравашкин, Литературный обычаи Древней Руси (М.: РОССПЭН, 2011), 461‑484, здесь 482‑483.

Лев Александрович Дмитриев, Дмитрий Сергеевич Лихачев, ред. Памятники литературы древней Руси: Конец xv ‑ первая половина xvi века. Конец XV — первая половина XVI века] (М.: Художественная литература, 1984), 512‑515 (оригинальный текст и современная русская версия перевода). Словарь Карпова был разъяснен по-разному; одну теорию см. Андрей Львович Юрганов, Категории русской средневековой культуры (М.: МИРОС, 1998), 65–67. Об этой монографии см. Charles J. Halperin, «Культурные категории, советы и консультации в Московии, A.I. Филюшкин, История одной мистификации. Иван Грозный и «Избранная Рада», А.Л. Юрганов, Категории русской средневековой культуры, Сергей Богатырев, Государь и его советники: ритуализированные консультации в московском обществе. — 1570-е [обзорная статья из трех книг], Критика, 3, 4 (2002): 653–664.

Шефтель, «Титул московского монарха» 66, возможно, был прав в том, что ни один мирянин никогда не называл Ивана «самодержцем», потому что это слово не входило в его титул, но было бы справедливо сказать, что Карпов был непрофессиональным автором. который намекал, что правитель Москвы был «самодержцем».

г. Моисеева, Валаамская беседа — памятник русской публицистики середины XVI века (М.- Л.: Издательство А. Н. СССР, 1958), 163. См. Вальденберг, Древнерусские учения о пределах царской власти, 303–305. Как это сделало текст выражением антиавтократических настроений бояр, пер. Василий Ключевский, Боярская дума Древней Руси, 3 -е, изд. (М.: Синодальная типография, 1902), 249, ускользает от меня.

Сергей Богатырев, Государь и его советники: ритуальные консультации в политической культуре Москвы, 1350–1570-е гг. (Саариярви: Gummerus, 2000).Об этой монографии см. Гальперин, «Культурные категории, советы и консультации в Московии», 673–683.

Джон Л.И. Феннелл, изд., Принц А. История Ивана IV Курбского (Кембридж: издательство Кембриджского университета, 1965), 82–83. Возражения против подлинности «Истории» Курбского, написанной Эдвардом Л. Кинаном-младшим, «Ставя Курбского на его место, или: Замечания и предложения относительно места истории Великого князя Московского в истории московской литературной культуры». «Forschungen zur osteuropäischen Geschichte [далее FOG] 24 (1978): 131‑161 и Брайаном Беком в книге« Свидетель или лжесвидетель? Две жизни митрополита Московского Филиппа », JbfGOE, 55, 2 (2007): 161–77 и« Сборник, приписываемый Курбскому. Семнадцатый век в России был более творческим, чем мы думаем », Критика, 13 (2012): 955–963, обзорная статья Константина Юрьевича Ерусалимского, Сборники Курбского. [Курбский сборник] Том I Исследование книжной культуры (М.: Знак, 2009) неубедительно. О Кинане см. Чарльз Дж. Гальперин, «Эдвард Кинан и переписка Курбского-Грозного в ретроспективе», JbfGOE, 46 (1998): 376‑403, здесь 396‑398. Бек утверждал, что «История» вторична по сравнению с биографией митрополита Филиппа, написанной в 1590-х годах, несмотря на то, что между двумя текстами нет прямого заимствования текста.Сходное содержание двух описаний конфликта Филиппа с Иваном гораздо легче объяснить тем фактом, что оба автора, как они утверждали, полагались на общие, но не идентичные устные источники, которые представляли события в хронологической последовательности, чем на тщательно продуманные, искусственные, запутанные и запутанные. сознательно двуличные приемы творческого письма, которые Бек приписал автору «Истории», чтобы замаскировать его заимствования, процесс, который был бы уникальным для московской литературы семнадцатого века и полностью отличался бы от банальной передачи отрывков от одного человека к другому или неправильного цитирования и неправильная атрибуция текстов, цитируемых по памяти, повсеместно распространенной в русской литературе. Другие элементы теории Бека о происхождении «Истории» Курбского также могут быть подвергнуты сомнению, но всесторонняя критика ожидает завершения Беком монографии по этому вопросу. А пока необходимо только обратить внимание на комментарий Бека о том, что Ерусалимский не проанализировал текстовые отношения между «Историей» и Гуаньини: «И снова дальнейшее изучение сборников [Курбского] [содержащих« Историю »] принесено в жертву. сохраните [традиционную] датировку и атрибуцию »(Бек,« Разное, приписываемое Курбскому », 962, курсив мой — CJH).Эта неудачная формулировка подразумевала, что Ерусалимский сознательно избегал исследования определенных вопросов, относящихся к подлинности «Истории» Курбского, потому что Ерусалимский знал, что такое исследование может поставить под сомнение его вывод. Профессор Бек заверил меня (обсуждение, 23 ноября 2013 г., Бостон), что он не осознавал, что его слова можно истолковать как клеветническое обвинение против Ерусалимского, и что он не собирался этого делать.

Джон Л.И. Феннелл, тр., Переписка князя А. Курбский и царь России Иван IV 1564‑1579 (Кембридж: Cambridge University Press, 1963), 236‑237 (со славянским текстом и современным английским переводом). Благодарю Брайана Бока за то, что обратил мое внимание на этот отрывок.

Не вижу убедительных причин сомневаться в подлинности этой работы. Гальперин, «Эдвард Кинан и переписка Курбский-Грозный в ретроспективе».

Переписка князя А.М. Курбский и царь России Иван IV 1564‑1579, 26‑27, 46‑47 (со славянским текстом и современным английским переводом). Я упростил редактирование Феннелла.

Дмитрий Сергеевич Лихачев, Яков Соломонович Лурье, изд., Послания Ивана Грозного (М. — Л.: Издательство АН СССР, 1951), 243, 259.

Несмотря на это Каравашкин, Русская средняя публика, 312, 314, 351 ссылается на отношение Курбского к концепции Ивана «самодержавие» (самодержавство), обсуждалось 131, 204, 317, 321, 403‑6.

Большинство ученых датируют так называемую «житие великого князя Дмитрия Донского» серединой. пятнадцатого века. Хотя этот текст превозносил Донского как «царя», он не использовал слово «самодержец» для Донского или любого другого упомянутого правителя, включая святого Владимира. См. Gianfranco Giraudo, «Car´, Carstvo et termes corrélatifs dans les textes russe de la deuxième moitié du xvi e siècle» в Popoli e spazio romano tra diritto e profezia (Da Roma alla terza Roma.Documenti e Studi. Studii III, 21 апреля 1983 г .: Неаполь: Edizioni Scientifiche Italiane, 1986), 545–572, здесь 560, об автономии понятия «самодержец» от понятия «царь».

Юрганов, Категория русской средневековой культуры, 216–305, утверждал, что как правитель, только Иван обладал «автономией» (волонностью); он не связывает это свойство с концепцией «самодержавия», которая не обсуждалась в этой монографии.

Neubauer, Car und Selbstherrscher, 40; Яако Лехтовирта, Иван IV как император. Имперская тема в установлении московского царства, диссертация, Университет Турку, 1999, стр. 249; Джон Эрик Майлз, «Московская правящая олигархия 1547-1564 годов: ее состав, политическое поведение и отношение к реформе», диссертация, Оксфордский университет (Бодлиан), 1987, 83, 170; Хартмут Рюсс, Херрен унд Динер. Die soziale und politische Mentalität des Russischen Adels. 9. ‑ 17. Ярхундерт (Кельн: Böhlau Verlag 1994), 465.

Этим предложением я обязан одному из анонимных рецензентов этой статьи.

Haut de page

Федор Иванович • История России

(1584–1598)

После смерти Ивана IV Грозного на престол взошел его сын Федор Иванович, спокойный в нраве, слабый и мучительный. Он не умел управлять государством и поэтому предоставил управление делами брату своего умного и хитрого Бориса Годунова.

Таким образом, Федор Иванович был царем только по имени.

Стремительный рост Годунова, не русского происхождения (предком Бориса был татарин Мурза Чет, принявший христианскую веру и поступивший на службу к московскому князю в XIV веке), не понравился большинству бояр.

Особо враждебные Годунову бояре Шуйские, Мстиславские, Воротынские были высланы в города, заключены в тюрьмы или постригены.

Митрополит Дионисий, осудивший деяния Годунова, был низложен, а на его место был предан Борису Годунову ростовским архиепископом Иовом.

Годунов обладал большой властью и правил государством без соперников, называя себя сыном «близкого великого боярина». Он заложил Архангельский пирс на Белом море, куда могли заходить иностранные торговые суда.

При Годунове была война со шведами, закончившаяся возвращением потерянных ими городов: Яма, Копорье, Ивангород.

В 1591 году крымский хан Казыл-Гирей хотел напасть на Москву, но, встретив под своими стенами большое войско, удалился.

В Сибири русские утвердили свое господство строительством крепостей (Тобольск, Пелым, Березов и др.).

В 1589 году по просьбе царя Федора Ивановича в России был основан патриархат.Первым этот высший орден получил митрополит Иов.

Важным постановлением правительства Годунова является привязанность крестьян к земле, то есть запрет крестьянам переезжать с одного места на другое, как это делалось во времена нищеты, когда крестьяне были свободными земледельцами. Крупные помещики переманивали крестьян из мелких, которые жаловались на невозможность нести военную службу, потому что их земли остались без крестьян. В Своде законов Иоанна III это право ограничено, но разрешено было выходить только один раз в год возле Св.Георгия Дня. По указу царя Федора Ивановича крестьяне должны были оставаться на земле, на которую они были захвачены.

В 1591 году был убит царевич Дмитрий, наследник бездетного Федора. Расследование этого дела ни к чему не привело. Федору сообщили, что князь в припадке эпилептической болезни сам зарезал себя ножом, но народная молва обвинила Годунова.

В 1598 году умер Федор, и династия Рюриковичей закончилась .

Тревожное время с 1598 по 1613 год.

Борис Федорович Годунов (1598-1605)

ДИМИТРИЙ МОСКОВСКИЙ, СЫН ИВАНА УГРОЗНОГО — ЖИТИЕ ДИМИТРИЯ УГЛИЧСКОГО [ЖИЗНЬ И ЧУДЕСА СВЯТОГО ДИМИТРИЯ МОСКОВСКОГО, УГЛИЧСКОГО И ВСЕЯ РОССИИ], на церковнославянском языке, ИЛЛЮМИНИРОВАННАЯ ПИСЬМА МОСКВЫ 9000 ГОДА НА МОСКОВСКОМ УНИВЕРСИТЕТЕ IV.

УЖАСНОЕ — ЖИТИЕ ДИМИТРИЯ УГЛИЧСКОГО [ЖИЗНЬ И ЧУДЕСА СВЯТОГО ДИМИТРИЯ МОСКВСКОГО, УГЛИЧСКОГО И ВСЕЯ РОССИИ], на церковнославянском языке, ОСВЕЩЕННАЯ РУКОПИСЬ НА БУМАГЕ
[Центральная Россия, середина XVII века] 9022.230 листов (включая первые и последние бланки, не считая наклеек), в основном в сборках по 8, кроме 8 6 и 27 6 ), ЗАВЕРШЕНО, подписи современными славянскими буквенными цифрами, начиная с f.8, написано 14 строк черными чернилами жирным шрифтом uncial с обычными аббревиатурами и пунктуацией, в пределах традиционных русских лиственных границ зеленого, желтого, лилового и красного цветов, с аналогичными оформленными заголовками, ЧЕТЫРЕ ЭЛАБОРАЦИОННЫХ УКРАШЕНИЯ НАЗВАНИЯ с переплетенными цветочными узорами в приглушенных тонах, выделенных золотом, каждый с аналогичным орнаментом на полях, заголовками и инициалами глав красного цвета, ДВАДЦАТЬ ВОСЕМЬ БОЛЬШИХ МИНИАТЮР и ДЕВЯТЬ ЧЕТЫРЕ МАЛЕНЬКИХ МИНИАТЮР (ф.110 с оторванным углом при более поздней реставрации, незначительное загрязнение от использования с периодическими размазываниями текста или иллюстраций). Современный красный бархат поверх деревянных досок, серебряный центральный элемент с выгравированным изображением святого Димитрия на фоне Москвы, выгравированные уголки и защелки на верхней крышке, нижняя крышка с центральными и угловыми упорами (натертые, конечности изношены, металлические детали все слегка повреждены, застежки отсутствует, слегка ослаблена, верхняя крышка снята).

ЗАМЕЧАТЕЛЬНО НАПИСАННЫЙ И ИЛЛЮСТРАЦИОННЫЙ РУКОВОДСТВО

PROVENANCE:

1.Номер сборника «133» на окончательной склейке; карандашом цифра «230» на последнем форзаце.

2. Магазин антикварных книг Могиза № 14 цена 350 рублей (наклеенная на верхнюю обложку бумажная этикетка), с карандашной надписью от июля 1939 года.

СОДЕРЖАНИЕ:

18 октября, Рождение святого и праведного богобоязненного Цесаревича и великий князь Московский и всея Руси Димитрий Чудотворец ф.10; 15 мая, Мученичество Димитрия ф.65; 3 июня, Перенос мощей Дмитрия из города Углича в столицу Москву 1606 г. ф. 68; 18 октября, Рождение и жизнь Дмитрия ф.110; Явления Дмитрия Ивановича Угличского и Московского и всея Руси ф.142; Перенос мощей Дмитрия из города Углича в столицу Москвы ф.172; Мученичество Дмитрия ф.184; Чудеса Димитрия ф.189

Исторический документ с 1583 по 1606 год, основанный на жизни Дмитрия, младшего сына царя Ивана IV Васильевича Грозного, и его седьмой (официально пятой) жены Марии Федоровны Нагая.Димитрий родился 19 октября 1583 года и получил Угличское княжество. Иван Грозный убил своего старшего сына Ивана в 1581 году; его второй сын Федор (1557 г.р.), ставший царевичем, был женат на Ирине, сестре Бориса Годунова. Иван умер 18 марта 1584 года, оставив своих детей под опекой Бориса.
Эта рукопись традиционно прослеживает царствование Федора и последующие годы, возлагая вину за «Смутное время России» ( Смутное время ) на Бориса Годунова.Во время правления Федора он сослал царицу Марию и молодого Дмитрия в Углич, где по его приказу 15 мая 1591 года царевич был убит. Последующие события, включая пожар в Москве, восстания и кровопролитие, связаны с сильным предубеждением против Бориса. По его приказу царица Мария острижена монахиней по имени Марфа, сторонники Дмитрия в Угличе казнены и сосланы. После смерти Федора 6 января 1598 года Борис сам избирается царем в Москве. Первый самозванец, Лжедимитрий, настоящее имя которого Григорий Отрепьев, вводится в монастырь, рукоположен в диаконы, а затем лишен сана.В рукописи он упоминается как лишенный сана монах Ростриг. Он сбежал в Литву, где легко заручился поддержкой непокорных литовских магнатов и поляка Юрия Мнишека. Его наступление с армией ускорило смерть Бориса 13 апреля 1605 года, что облегчило ему захват Москвы. Там лишенный сана монах венчается, женится на Марине Мнишек и обращается в католицизм. Среди его действий Лжедимитрий убил жену и сына Бориса, его дочь Ксению заставили принять чадру, а его противников преследовали и сослали.Василий Иванович Шуйский настраивает население против поляков, лишенного сана монаха и его военного помощника Петра Басманова убивают, а их тела сжигают.
Василий Шуйский избран и коронован царем, и по его соглашению с Патриархом Московским Гермогеном мощи Димитрия были доставлены в Москву митрополитом Ростовским Филаретом. Остальная часть рукописи посвящена исключительно чудесам исцеления святым больных и слепых и другим чудесным событиям.

Сюжеты больших миниатюр:

ф.109в Св. Димитрия перед Москвой ф.111 Царь Иван Васильевич и Цесаревич Федор Иванович; от Рождества Христова до царицы Марии
ф.113в Воспитание Федора в Москве; ниже воспитания Димитрия в Угличе
ф.114в Федор на молитве; внизу Федор беседует с Борисом [Годуновым]
ф.120в Предательница Василиса с матерью и царица Мария с Дмитрием; внизу вид на дворец в Угличе, где Дмитрий спускается по лестнице к своим убийцам
ф.131 Вид на пожар в Москве; внизу царь Федор принимает известие и царь у могилы преподобного Сергия Радонежского
f.140 Посланники из Углича в Москву перед царем Федором и Борисом Годуновыми; внизу царь слышит известие об убийстве в Угличе
ф. 141в Св. Димитрия перед городом
ф.144 Царица Мария остриженная, как монахиня Марфа; ниже сосланная под охраной монахиня в монастырь
ф.145в Угличцы, сосланные по приказу Бориса
ф.156 Свергнутый сана монах [Лжедимитрий] восседал на престоле в Литве; ниже его армия отправлялась в Москву
ф.157 Город Чернигов сдается лишенному сана иноку
f.160 Посланники Бориса узнают о смерти Бориса; ниже посланники отдают дань уважения лишенному сана монаху
f.162 Жена и сын Бориса задушены солдатами лишенного сана монаха
f.163 Свергнутый сана монах у ворот Москвы
f.165 Вынос гробницы Бориса из Москвы; ниже лишенного сана монаха, наблюдающего за удалением
f.166v Семья Бориса преследуется лишенным сана монахом
f.168v Брак лишенного сана монаха с Мариной
f.169v Отвергнутый сана инок отрекается от православия и становится католиком
f.171 Казнь лишенных сана монаха Гриши и Петруши Басмановых и сожжение их тел
f.171v Святой Димитрий перед городом Углич f. 173v Василий Иванович Шуйский на престоле царя
f .176 Встреча Василия и Патриарха Гермогена с митрополитом Ростовским и Угличским Филаретом
ф.183 Прибытие мощей святителя Димитрия в Москву творит чудеса
ф.183в Святой Димитрий
ф.188в Святой Димитрий
ф.189в Захоронение святителя Димитрия

Сюжеты меньших миниатюр: ф.112 Захоронение царя Ивана Васильевича [Грозного]; f.116 Царь Борис размышляет о том, как убить царевича, f.119 Борис, которому предатели советуют убить царевича, f.121v Димитрий убит Никитой Качаловым и Данилко Битяговским, f.123v Димитрия оплакивают его мать и другие , ф.125 Убийство убийц Дмитрия гражданами, ф.126 злоумышленники бегут, чтобы сообщить о своих действиях Борису, ф.129в Скорбь Федора и покаяние Бориса, ф.130 Федор и Борис у могилы Сергия Радонежского, ф.134в Борис единогласно избран наследником Федора, ф.135 Федор едет в Углич на похороны Дмитрия, ф.136 Борис платит поджигателям Москвы, ф.139 Лежа и похороны Дмитрия в Угличе, ф. 146в Смерть царя Федора Ивановича, ф.147 Борис Федорович на царском престоле, ф.147в Ссылки и казни по приказу Бориса , ф.148в Борис, слыша о чудесах св. Димитрия, ф.150 Борис запрещает рассказывать о чудесах св. Димитрия, ф.152 Явление святителя Димитрия старцу Тихону, ф.153 Гриша Отрепьев, стриженый в монахи, ф.153в Гриша Отрепьев в диаконе и в лишенном сана монахе, ф.155 Явление лишенного сана монаха в Литве, называющего себя Дмитрием , ф.158 Борис в печали слышит известие, ф.158в Смерть Бориса, ф.159 Свергнутый монах радуется смерти Бориса, ф.160в Свергнутый сана монах и его армия подходят к Москве, ф.161 Свергнутый сана монах посылает посланников в Москву, ф. 163в. Свергнутый монах, восседающий на царском престоле, ф. 164. Слученный монах знакомится с матерью, монахиней Марфой, ф.165v Царевна Ксения, вынужденная снять пелену из-за лишенного сана монаха, ф.167 Изгнанный из сана монах начинает свое правление с пролития крови, ф.174v Соглашение между царем Василием и Патриархом Гермогеном, ф. 177v Вскрытие гробницы святителя Димитрия, ф. .178 Чудеса у гроба святителя Димитрия, ф.178в Прибытие мощей святого Дмитрия в Москву, ф.179в Царь Василий радуется прибытию мощей, ф.180 Мощи святителя Димитрия, принесенные в собор, ф. 180в Мощи святителя Димитрия, принесенные в храм Архангела Михаила, ф.181 Подготовка могилы святителя Димитрия, ф.181v Похороны святого Дмитрия, ф.184v Рождение царевича Димитрия, ф.185 Смерть царя Ивана Васильевича, ф.186 Убийство царевича Дмитрия, ф.186v Похороны Цесаревич Димитрий, ф.187в Перенос мощей Святого Димитрия в Москву, ф.188 Чудеса на могиле Святого Дмитрия, ф.190в и следующие 48 небольших иллюстраций различных чудес Святого Димитрия.

Нам не удалось идентифицировать эту рукопись среди рукописей, перечисленных Барсуковым в его русской агиографии, опубликованной в 1882 году, со ссылкой на различные собрания рукописей; для дальнейшего обсуждения этой агиографии см. Библиофиловский и библиографический словарь Древней Руси , Часть III (XVII век), том 1 (Санкт-Петербург, 1992), стр. 338-342.

Абсолютный ужас: Иван
Грозный


(И вы придумали свой ник
Было плохо. . .)


Аннотация

Иван IV, или Иван Грозный, был царем России с 1530 по 1584 годы.
и установил традицию абсолютного правления. После детства жестокого обращения
и репрессии он уничтожил своих соперников и претендовал на трон Царства.Он отбил последних монголов при условии большой территориальной экспансии,
и централизованная бюрократия. В то же время его кровянистые привычки
и жестокая личность сделали его печально известным в анналах истории как сумасшедший
правитель, которого даже его собственный народ называл «Грозным».

Исторический
Фон

В 1500-х годах, когда остальная часть Западной Европы открывалась в
славы Возрождения Россия все еще пыталась утвердить
собственное самосознание после выхода из монгольского ига в 1480 году. В
князья Московии традиционно были сборщиками налогов для монголов.
и только после того, как Иван I сумел накопить большое личное состояние
и побеждать окружающих соперников, укрепляя его власть и завоевывая доверие
монголов, что на Руси начал появляться какой-либо единый правитель. В 1480 г.
Ивану III удалось скупить всю прилегающую территорию вокруг Москвы.
и провозглашает себя царем и не подчиняется монгольскому правлению

Исследования
Отчет

Иван IV Васильевич (1530-1584), был первым из двух детей Василия
III и Елена Глинская.Иван появился на свет 25 августа 1530 года.
через год после этого умер отец Ивана, когда ему было всего три года. Василий имел
умер из-за маленького прыщика на бедре, который превратился в
смертельная рана. Василий у смертного одра попросил, чтобы его сын Иван
стать правителем России, когда стал мужчиной в 15 лет. Однажды умер Василий.
бояре захватили Русь, лишив Ивана права на престол. Ивана
мать тогда вместе с другими доверенными боярами взяла на себя правящую партию. Елена
смогла успешно править Россией четыре года, пока внезапно не умерла
в 1538 году, по-видимому, от отравления, оставив восьмилетнего Ивана сиротой.

При всем этом Иван остался
в изоляции, жестокое поведение Ивана в дальнейшей жизни свидетельствует о том, что он никогда не
забыв или простив детские унижения, которые он перенес.
Бояре обращали на него внимание только тогда, когда требовалось его присутствие.
на церемонии. По мере обострения соперничества во Дворце за власть России
В кровавую вражду Иван стал свидетелем ужасных вещей.Живя в бедности, он
регулярно наблюдали и слышали убийства, избиения, словесные и физические оскорбления.
Бояре то пренебрегали, то приставали к нему; Иван и его глухонемой
брат Юрий часто ходил голодным и изможденным. Неспособен нанести удар
на своих мучителей Иван вынес свои ужасные разочарования на беззащитных
животных, Он оторвал перья от птиц, проткнул им глаза и разрезал их
тела.

29 декабря 1543 г. Иван удивил
своих бояр, созвав их на собрание. Он осудил их за пренебрежение
о нем и нации и осудил их за их проступки. Принц
Андрей Шуйкский, вождь бояр, был брошен в стаю голодных
охотничьи собаки в пример другим. После этого бояре уступили
что их правление закончилось и что Иван имеет полную власть. В воскренье,
16 января 1547 года Иван был коронован царем в роскошном соборе Москвы.
предположение. Вскоре Иван женился на Анастасии Романовне-Захарьиной-Юруевой.
Анастасия родила ему шестерых детей, из которых только двое пережили младенчество.

Иногда Иван был очень преданным;
он бросался перед иконами, ударяясь головой о
этаж. В результате у него на лбу образовалась мозоль. Однажды Иван даже сделал
публичное исповедание грехов в Москве.

В начале Ивановской
царствования, административные функции правительства выполнялись двумя
братья матери Ивана, князь Юрий Глинский и князь Михаил Глинский
злоупотребляли своим положением в правительстве, плохо обращались с боярами и
граждане.Иван пообещал больше не оставлять административные обязанности в руках
других.

С 1547 по 1560 год считается Иваном
управлять с помощью группы талантливых советников, получивших название
Избранный Совет. Неизвестно, кто обладал большей властью, Иван или Совет.
В 1550 году Иван провозгласил реформированный свод законов и новую систему правосудия.
Судебник. Преступные действия теперь были четко определены, а наказания были
прописано для каждого. Кроме того, судьи, назначенные Москвой,
поделятся своими скамейками с представителями, избранными местным населением,
в попытке обуздать практику коррумпированных судей, которые продавали правосудие
те, кто мог себе это позволить.Теперь судьи, по крайней мере теоретически, принуждены были
законы одинаково, без дискриминации в отношении лиц с низким статусом.
Центральное правительство Москвы также стало более профессиональным за счет подразделения
трудовых обязанностей. Был создан министерство иностранных дел, а также
Бюро по уголовным делам, Земельное управление и Военное управление
Дела. Местные чиновники были назначены для наблюдения за восстановлением Московского государства.
крепости, а затем дали другие задания.В 1530-х годах местная полиция
были назначены чиновники, чтобы попытаться искоренить преступность, которая процветала во время
беспорядок ранних лет Ивана.

В июне 1552 г. Иван возглавил свой новоиспеченный
сформировали 100-тысячную армию вниз по Волге в сторону Казани, укрепленного
столица ханства. Иван осадил татарскую крепость в конце августа
и ждал его сдачи. После победы Ивана над Казанью он получил,
от его войск, вторая часть его имени, которая сохранилась до сих пор.Это имя, которое он получил, — Грозный, что означает »
ужасный »или« ужас », но точнее всего переводится как« ужасный ».

Победы Ивана над Казанью и
Астрахань распространила русскую нацию до Каспийского моря на юге и
к Уральским горам на востоке, добавив почти 1000000 квадратных километров
в царство Ивана.

Когда Москве нужны доходы для вторжения
Казань Иван планировал продать то, что осталось от губернской администрации
местным жителям. Это было настолько удачно, что продажа провинциальных гражданских
администрация была завершена в 1556 году для сбора средств на Астраханский поход.
Царская казна выиграла, но и русский народ выиграл, так как
Местные избранные должностные лица заменили эксплуататорских губернаторов, присланных из
Москва.

В 1556 году Иван контролировал
боярам и князьям, которые еще владели частными землями в Московии, требуя
они и их личные рабы также служили в кавалерии.Загнав их в «служебный класс», Иван отнял у русского дворянства
независимость. Огромный низший класс страны, крестьяне, также видел свои
При Иване ситуация ухудшилась. Большая часть земли передана военным
военнослужащие были государственными землями, обработанными свободными крестьянами. Система постепенно
превратили многих крестьян в крепостных, привязанных к обрабатываемой ими земле. В 1581 г.
Иван даже издал указ, запрещавший некоторым крестьянам на служебных землях
движущийся.

Глядя на дальнейшее расширение своей империи,
Иван нацелился на Ливонию, маленькое государство на побережье Балтийского моря в 1558 году. После
аннексия Волги у Московского государства было две экспансионистские альтернативы: либо
завоевать и аннексировать Крымское ханство, которое беспрерывно совершало набеги
Россия и Польша для рабов; или отвоевать славянские земли на западе
которые были аннексированы Ливонией, Литвой и Польшей. Принятие защиты
позиция по отношению к Крыму русские погрузились в войну против ливов
на западном фронте.

С монополией Ливонии на торговлю
между Россией и Западной Европой разорваны, купцы издалека
Голландия и Франция бросились в Нарву для заключения торговых соглашений с
Россияне.Иван поддерживал отношения с Англией, открыл Архангельский порт.
на британские торговые корабли и начали торговлю напрямую с Западной Европой.
Он привез в Москву самых разных мастеров, чтобы научить свой народ новому.
профессии, которые необходимы для успеха в современном мире. Он учредил
радикальные реформы в церкви и армии, а также в том, как
страна управлялась

Любимая жена Ивана Анастасия
засох из-за затяжной болезни в 1560 году. Иван перенес тяжелый
эмоциональный коллапс. Он ударился головой об пол на виду
суд и разбил его мебель. Его подозрения переросли в паранойю.
Сердитый и подавленный, когда всплывает его старая жестокость. Иван поочередно
буйные приступы гнева и чувство раскаяния.

В декабре 1564 г. Иван покинул Москву.
с некоторыми из его двора якобы для посещения различных монастырей. В действительности,
царь-параноик покинул столицу, забрав ценности и родственников
с ним.Иван вернулся в столицу в феврале 1565 года.
выпала голова и поседела борода — признаки серьезного психологического
стресс.

Вскоре после возвращения Ивана он
создали опричники, которые стали отдельным полицейским государством в России.
Они были одеты в черное, традиционные цвета смерти, и ехали черным.
лошади, с седла которых свисали две эмблемы — метлы и собачьей
голова. Метла означала миссию всадника очистить Россию от
Враги Ивана; голова собаки символизировала, что он внимательно следит за
царь.

Опричники не медлили
ворваться в церковь во время мессы, похитив священника или убив
его перед алтарем. Впоследствии Иван основал псевдомонашеский монастырь.
порядок: он был «настоятелем», а его опричники — «монахами». Якобы
они регулярно совершали кощунственные мессы, за которыми следовали расширенные
оргии секса, изнасилования и пыток. Пьяное распутство чередовалось
со страстными актами покаяния. После того, как бросился перед
жертвенник с такой страстью, что его лоб был бы окровавлен и покрыт
с синяками Иван вставал и читал проповеди о христианских добродетелях
своим пьяным слугам.

Среди убитых были головы
церкви митрополит Филипп Колычев, раскритиковавший
Опричнина. В 1570 году на основании бездоказательного обвинения в государственной измене Иван
уничтожил 60 000 новгородцев своими опричниками. Новгородский
архиепископа сначала зашили в медвежью шкуру, а затем застрелили
стая гончих. Мужчин, женщин и детей привязывали к саням, которые
затем упасть в ледяную воду реки Волхов. Масса трупов
заставил его затопить свои берега.В том же году произошли массовые публичные казни.
в Москве. Крымские татары смогли разграбить Москву в 1571 году, и большая часть
земля вокруг Москвы обезлюдели.

В 1572 году опричники распущены.
после того, как они не смогли защитить Москву. Иван отрекся от престола и поставил татарина
генерал Симеон Бекбоелатович на московском престоле, в отставке
в усадьбу. Иван регулярно бывал в столице, чтобы отдать дань уважения.
новому царю. Эта странная игра длилась год.

Иван становился все злее
и кровожадный. Настолько, что 19 ноября 1582 года его беременная невестка
Елена выглядела нескромно одетой, а Иван напал на нее, что привело к выкидышу.
Его сын Иван Иванович встал на защиту своей жены, после чего царь убил
его сын, его единственный возможный респектабельный наследник. Это оставило наследника ивана слабоумным.
сын Федор. Иван оставил безрадостную Русь 18 марта 1584 года, когда он
внезапно умер от сердечного приступа при подготовке к игре в шахматы.

Ученые считают, что Иван явился
психопатические характеристики; его быстрые смены настроения, ненадежность, эгоцентризм
и отсутствие длительных эмоций. Его первое инсценированное отречение показало, что он
был мастером в манипулировании другими людьми, убеждая их в своей
хорошие намерения. Его личная дружба была недолгой, и его
друзья обычно умирали.

Позже эксгумация его тела
показал, что страдал от отравления ртутью.Также было высказано предположение, что
Иван болел сифилисом; его сексуальная распущенность с обоими полами, его
Последняя болезнь и многие особенности его личности подтверждают такой диагноз.
Однако нельзя однозначно определить, были ли проблемы Ивана
в основном органические или психологические.

Исторический
Значение

Иван оставил Россию империей, спасибо
на аннексию нерусских земель в Поволжье и областях
к востоку от Волги на Урале и в Сибири.Россия станет миром
власть с освоением богатых природных ресурсов Сибири. Тем не мение,
большая часть старого центра была в руинах. Бесчисленные гектары возделываемых
земля была заброшена крестьянами во время террора опричников,
и леса начали восстанавливать землю. Что осталось от русского общества
резко изменилось во время правления Ивана. Новый этап в истории
Крепление крестьянства началось также при Иване. С расширением
служилого сословия, многие князья и другие представители элиты были вынуждены
ответ царю и больше не соперничал с ним за власть.Самое главное
однако было то, что Иван подал пример для абсолютного и всемогущего
царя, четко установив, что Россия полностью откололась от
его дни как монгольская колония. Пример Ивана, который можно было бы подражать (минус
социопатические наклонности) такими великими российскими лидерами, как Петр Великий
и Екатерина Великая.

Список литературы

Бобрик,
Бенсон. Ужасное величие: Жизнь и царствование Ивана Грозного .Нью-Йорк: Сыновья Дж. П. Патнэма,
1987 г.

Серый,
Ян. Иван Грозный . Лондон: Ходдер и Стоутон, 1964.

Платонова,
С.Ф. Иван Грозный. Gulf Breeze: Academic International Press,
1974 г.

Скрынников,
Руслан. Иван Грозный . Галф Бриз: Международная академическая пресса,
1981 г.

Троят,
Анри. Иван Грозный . Нью-Йорк: Даттон, 1984.

Интернет-ресурсы

http://www.russia.net/history/tce.html
Хорошая страница о русской культуре сегодня и в прошлом.

http://www.xs4all.nl/~kvenjb/madmonarchs/ivan4/ivan4_bio.htm
Основные сведения об Иване, а также о других «безумных монархах». Хорошие фотки.

http://members.vip.fi/~flax/history/russia/ivan4/
Хорошая общая информация.

http: // лес.bianca.com/shacklet/Mad_Ivan_the_Terrible/terrible.html
Интересное мнение об Иване из переведенного источника.

http://www.byu.edu/ipt/projects/middleages/People/IVAN.html
Краткая, но содержательная биография.

http://lcweb2.loc.gov/cgi-bin/query/r?frd/cstdy:@field(DOCID+ru0017).html
Показывает рост Царства при Иване.

http://users.utu.fi/jalehto/terrible.html
Две хорошие картины Ивана, одна из них — знаменитая картина Репина.

Сайт создан: Susan
Хаарман

Иван Грозный :: Средние века

Иван IV (25 августа 1530 — 18 марта 1584) был первым правителем России, принявшим царский титул. Он также известен как Иван Грозный (Иван Грозный). Иван Грозный сохраняет свое место в русской народной традиции просто как Иван Васильевич, сын Василия III.

Иван вступил на престол в возрасте трех лет и был коронован царем в возрасте шестнадцати лет 16 января 1547 года.Начало правления было периодом мирных реформ и модернизации. Иван пересмотрел свод законов, создал постоянную армию, учредил Земский собор, дворянский совет и подчинил церковь государству, создав систему ритуалов и правил. Во время его правления в России появился первый печатный станок (хотя первые русские печатники Иван Федоров и Петр Мстиславец были вынуждены бежать из Москвы в Великое княжество Литовское).
youtube.com/v/yVlVrYASUOE&rel=1″/>

Иван установил новые торговые связи, открыв Белое море и Архангельский порт для английских купцов.Он также присоединил Казанское и Астраханское ханства к востоку. Он построил собор Василия Блаженного в Москве в ознаменование взятия Казани. Легенда гласит, что он был настолько впечатлен строением, что ослепил архитекторов, чтобы они больше никогда не смогли спроектировать что-то столь же красивое. Другие, менее положительные аспекты этого периода включают введение первых законов, ограничивающих мобильность крестьян, что в конечном итоге привело к крепостному праву. Также проблематичным было формирование в 1564 году Опричнины (или Охраны, что означает безопасность).Опричнина была частью России, которой напрямую управлял Иван и которую охраняли его личные военнослужащие, опричники. Вся эта система опричнины была задумана как инструмент против всемогущего потомственного дворянства России (бояр), выступавшего против абсолютистского движения царя.

Вторая половина царствования Ивана была гораздо менее успешной. Иван начал победоносную войну за морскую экспансию только для того, чтобы столкнуться со шведами, литовцами, поляками и ливонскими тевтонскими рыцарями.Война длилась двадцать два года, нанеся урон российской экономике и вооруженным силам, но не выиграв ни одной территории. Лучший друг и ближайший советник Ивана, князь Андрей Курбский, перешел на сторону поляков, глубоко ранив Ивана. В это же время умерла его жена Анастасия, возможно убитая боярами от отравления ртутью. Иван тоже сильно заболел и стал инвалидом.

Поскольку он постепенно становился неуравновешенным и жестоким, опричники вскоре вышли из-под контроля и превратились в кровожадных головорезов.Они убивали дворян и крестьян и мобилизовали мужчин на войну в Ливонии. Последовали депопуляция и голод. То, что раньше было самым богатым районом России, стало самым бедным. В споре с Новгородской республикой Иван приказал опричникам убить жителей этого города. Было убито от тридцати до сорока тысяч человек. Тем не менее, в официальном списке погибших было названо 1500 новгородских больших людей (знати) и лишь примерно такое же количество людей поменьше. В 1581 году Иван Грозный в приступе ярости случайно убил своего способного сына Ивана (истинная причина смерти Ивана Ивановича сегодня оспаривается).Это событие запечатлено на знаменитой картине Ильи Репина «Иван Грозный убивает своего сына».

После смерти Ивана разоренное царство было оставлено его непригодным и бездетным сыном Федору.

Жизнь Ивана — сюжет двух известных фильмов Сергея Эйзенштейна.

Английское слово «ужасный» обычно используется для перевода русского слова «грозный» в прозвище Ивана, но современное английское слово «ужасный» с уничижительной коннотацией зла или зла не совсем точно передает предполагаемое значение. Значение «Грозный» ближе к оригинальному использованию слова «ужасный» — внушающий страх или ужас, опасный (как в древнеанглийском — «опасность») или грозный. (Сравните название города Грозный)

Ссылки по теме:

Средневековье

Черная чума

19 ноября 1581 г .: Убийство русского цесаревича Ивана Ивановича

Иван Иванович из России (28 марта 1554 — 19 ноября 1581) из Дома Рюриковичей, был цесаревичем (наследником) России.Он был сыном царя Ивана IV Грозного, убившего его в приступе ярости.

Ранние годы

Иван IV Васильевич (25 августа 1530 — 28 марта 1584), широко известный на английском языке как Иван Грозный, был великим князем Москвы с 1533 по 1547 год и первым московским правителем, провозгласившим себя царем всея Руси с 1547 года. к 1584.

Иван был первым московским правителем, родившимся после обретения независимости. Сын Василия III, рюриковского правителя Великого княжества Московского, он был назначен великим князем, когда ему было три года после смерти отца.Группа реформаторов, известная как «Избранный совет», объединилась вокруг молодого Ивана, провозгласив его царем всея Руси в 1547 году в возрасте 16 лет и установив Российское царство с Москвой в качестве преобладающего государства.

Иван был вторым сыном царя Ивана IV Грозного от его первой жены Анастасии Романовны Захарьиной-Юрьевой (1530 — 7 августа 1560).

Анастасия была второй дочерью боярина Романа Юрьевича Захарьина-Юрьева и Ульяны Ивановны.Роман Юрьевич служил окольничем при великом князе Василии III. Дом Захарьина-Юрьева был второстепенной ветвью дворянского дома, который уже был при дворе, поэтому вполне возможно, что Иван познакомился с Анастасией до шоу невест, хотя записей об этом нет.

Один из ее дядей был одним из опекунов Ивана во время регентства его матери Великой княгини Елены Глинской, которая обладала всей реальной властью. Отец Анастасии происходил от боярина Федора по прозвищу Кошка, четвертого сына боярина Андрея Кобылы.Происхождение ее матери Ульяны Ивановны неизвестно.

Анастасия Романовна Захарьина-Юрьева тоже была первой русской царицей. Она была матерью Федора I, последнего прямого царя Рюриковичей в России и двоюродной бабушки Михаила I в России, первого царя из династии Романовых. Ее родителями были боярин Роман Юрьевич Захарьин, Окольничи, умерший 16 февраля 1543 года, давший свое имя династии русских монархов Романовых, и Ульяна Ивановна, умершая в 1579 году.

Брат Ивана Ивановича — Федор. Молодой Иван сопровождал своего отца во время Новгородской резни в возрасте 15 лет. В течение пяти недель он и его отец с энтузиазмом наблюдали за опричниками и удалялись в церковь для молитвы. В 27 лет Иван был по крайней мере так же начитан, как его отец, и в свободное время написал биографию об Антонии Сийском. Считается, что однажды Иван спас своего отца от покушения. Ливонский пленник по имени Быковский поднял меч против царя, но царевич быстро нанес ему удар.

Браки

В 1566 году 12-летнему Ивану было предложено жениться на Вирджинии Эриксдоттер, дочери шведского короля Эрика XIV, но этого не произошло. В семнадцать лет Иван был обручен с Евдокией Сабуровой, которую ранее выдвигали невестой царя Ивана. В самом деле, она была одной из двенадцати женщин, выставленных царем на шоу невесты, чтобы он сделал выбор.

Царь отверг Евдокию как невесту для себя, но позже она вышла замуж за сына царя.Царь хотел, чтобы его невестка очень быстро родила наследника, но этого не произошло, поэтому царь сослал ее в монастырь, а своему сыну подарил другую невесту. Этой второй женой была Прасковья Солова, которую быстро постигла участь ее предшественницы, и ее тоже отправили в монастырь. Затем царь подарил своему сыну третью жену, Елену Шереметеву, которая была беременна в октябре 1581 года. Предположительно, у этого ребенка случился выкидыш примерно в то время, когда Иван умер от руки своего отца в ноябре 1581 года.

Смерть

Считается, что Иван Иванович был убит своим отцом, Иваном Грозным.

Отношения Ивана Ивановича с отцом начали ухудшаться на поздних этапах Ливонской войны. Рассерженный на отца за его военные неудачи, Иван потребовал отдать ему часть войск для освобождения осажденного Пскова.

Их отношения еще больше ухудшились, когда 15 ноября 1581 года царь, увидев свою беременную невестку в нетрадиционной легкой одежде, напал на нее.Услышав ее крики, царевич бросился на защиту своей жены, сердито крича: «Ты послал мою первую жену в монастырь без всякой причины, ты сделал то же самое с моей второй, а теперь ты ударил третью, в результате чего погиб сын, которого она держит в утробе ».

У Елены случился выкидыш. Цесаревич выступил против своего отца по этому поводу, но тема сменилась его неповиновением в отношении Пскова. Иван-старший обвинил сына в подстрекательстве к восстанию, что отрицал Иван-младший, но категорически придерживался точки зрения освобождения Пскова.

Возмущенный отец Ивана ударил его скипетром по голове. Присутствовавший на месте происшествия Борис Годунов попытался вмешаться, но сам получил удары. Младший Иван упал, едва потеряв сознание, с кровоточащей раной на виске. Старший Иван немедленно бросился на сына, целовал его лицо и пытался остановить кровотечение, при этом неоднократно кричал: «Да будь я проклят! Я убил своего сына! Я убил своего сына! »

Младший Иван ненадолго пришел в сознание и, как говорят, сказал: «Я умру как преданный сын и покорный слуга».Следующие несколько дней старец Иван непрестанно молился о чуде, но безуспешно, и 19 ноября 1581 года царевич скончался.

Смерть Ивана имела тяжелые последствия для России, так как не оставила достойного наследника престола. После смерти царя в 1584 году его неподготовленный сын Федор I стал его преемником с Годуновым в качестве фактического правителя.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

[an error occurred while processing the directive]

Related Posts

Разное

В чем состоял монашеский обет история 6 класс: Извините, запрашиваемая страница не найдена!

Контрольная работа по истории за i полугодие 6 класса
Средняя
общеобразовательная школа с углубленным
изучением

иностранного
языка при Посольстве России в США
Контрольная
работа по истории
за
I полугодие 6 класса
2012-2013
учебный год