В душу не лезьте судить не вам судья у нас один: в душу не лезьте судить не вам… слова песни

Разное

Содержание

в душу не лезьте судить не вам… слова песни

в душу не лезьте судить не вам… (исполнитель: Дети 90-х)

Беззаботны и глупы, но мы уже не те дети, у которых 
В авторитете, дяди в малиновых пиджаках, 
А не в форме, [bad word] было быть позорно 
И старшики шли работать не на зону, а шли этапом в зону 
Крышивали таксистов, палаток точки 
В школу мы таскали не айфоны
А кастеты, бабочки, заточки 
Развлекухи, ходить, район на район (город на микрорайон)
Качалки в подвалах, нас не пускали туда еще малых 
И мы гоняли голубей дворовых 
Возле голубятни дяди Васи
Он собирал там блатных, масти воровских
Лучше умереть братком, чем кукарекать петушком 
Объясняли нам так с корешком, 
Слушали у них из иномарок Наговицына, 
С детства слова знал наизусть, близка позиция 

В душу не лести, судить не вам
Перед Богом ответим все, по своим делам 
Судить не судьям, не операм, вольную пацанам 

В душу не лести, судить не вам
Судья у нас один БОГ и ворам, и операм 
И кто грешнее из нас узнаем там 
Но, кто стоял на учете, были в почете
Наверно с теми понятиями мне рано говорить о Боге 
Следить уж лучше за собой 
Чем лезть в чужую душу 
Среди собак я волк, а волки псов обычно душат
И если что, то я не трушу 
Не осталось, не Ростовских, не Смоленских 
Кто-то сели, спят в земле, либо осели 
Невидно тех 600-х, с тремя шестерками,
А шестерки заигрались в 90-е
Которые в то время, при любой движухе, писали в простыни 
Не дай Боже видеть вновь, как делилась страна  
Плевать на У. К., поднималась рука на брата или друга 
Земля вам пухом…
 Но в байках по телеку, романтична житуха!

В душу не лести, судить не вам
Перед Богом ответим все, по своим делам 
Судить не судьям, не операм, вольную пацанам 

В душу не лести, судить не вам
Судья у нас один БОГ и ворам, и операм 
И кто грешнее из нас узнаем там

Текст песни mk5,45 — в душу не лезьте судить не вам… перевод, слова песни, видео, клип

Беззаботны и глупы, но мы уже не те дети, у которых
В авторитете, дяди в малиновых пиджаках,
А не в форме, ментом было быть позорно
И старшики шли работать не на зону, а шли этапом в зону
Крышивали таксистов, палаток точки
В школу мы таскали не айфоны
А кастеты, бабочки, заточки
Развлекухи, ходить, район на район (город на микрорайон)
Качалки в подвалах, нас не пускали туда еще малых
И мы гоняли голубей дворовых
Возле голубятни дяди Васи
Он собирал там блатных, масти воровских
Лучше умереть братком, чем кукарекать петушком
Объясняли нам так с корешком,
Слушали у них из иномарок Наговицына,
С детства слова знал наизусть, близка позиция

В душу не лести, судить не вам
Перед Богом ответим все, по своим делам
Судить не судьям, не операм, вольную пацанам

В душу не лести, судить не вам
Судья у нас один БОГ и ворам, и операм
И кто грешнее из нас узнаем там
Но, кто стоял на учете, были в почете
Наверно с теми понятиями мне рано говорить о Боге
Следить уж лучше за собой
Чем лезть в чужую душу
Среди собак я волк, а волки псов обычно душат
И если что, то я не трушу
Не осталось, не Ростовских, не Смоленских
Кто-то сели, спят в земле, либо осели
Невидно тех 600-х, с тремя шестерками,
А шестерки заигрались в 90-е
Которые в то время, при любой движухе, писали в простыни
Не дай Боже видеть вновь, как делилась страна
Плевать на У. К., поднималась рука на брата или друга
Земля вам пухом…
Но в байках по телеку, романтична житуха!

В душу не лести, судить не вам
Перед Богом ответим все, по своим делам
Судить не судьям, не операм, вольную пацанам

В душу не лести, судить не вам
Судья у нас один БОГ и ворам, и операм
И кто грешнее из нас узнаем там

Carefree and stupid, but we are no longer the children who have
In authority, uncles in raspberry-colored jackets,
And not in shape, the cop was shameful
And the elders did not go to work in the zone, but walked in a step to the zone
Roofed taxi drivers, point tents
We didn’t carry iPhones to school
And brass knuckles, butterflies, sharpeners
Have fun, walk, district to district (city to microdistrict)
Rocking in the basement, we were not allowed to go there still small
And we drove the yard doves
Near the uncle Vasya’s dovecote
He collected thieves there, thieves suits
Better to die as a brother than to crow a cockerel
They explained to us like that with the spine,
They listened to them from foreign cars Nagovitsyna,
From childhood I knew the words by heart, the position is close

Do not flatter the soul, not you to judge
Before God, we will answer everything according to our deeds
Judge not judges, not operas, free boys

Do not flatter the soul, not you to judge
Our judge is one GOD to thieves and operas
And who will learn more sinful of us there
But those who were registered were held in high esteem.
I guess it’s too early for me to talk about God with those concepts
It’s better to watch yourself
How to climb into someone else’s soul
Among the dogs I am a wolf, and wolves of dogs usually strangle
And if that, then I do not touch
Not left, not Rostov, not Smolensky
Someone sat down, sleeping in the ground, or settled
Invisible of those 600s, with three sixes,
And the sixes played in the 90s
Which at that time, with any movement, wrote in sheets
God forbid to see again how the country was divided
Spit on UK, a hand was raised on a brother or friend
Earth you rest in peace …
 But in tales on TV, romantic life!

Do not flatter the soul, not you to judge
Before God, we will answer everything according to our deeds
Judge not judges, not operas, free boys

Do not flatter the soul, not you to judge
Our judge is one GOD to thieves and operas
And who will learn more sinful of us there

Время убивать — отзывы и рецензии — Кинопоиск

сортировать:
по рейтингу
по дате
по имени пользователя

показывать:
10255075

71—74 из 74

NaZ LemberG

Юристам нужно не просто говорить об истине, а искать ее, находить и претворять в жизнь.

… ты можешь выиграть дело — и правосудие восторжествует, можешь проиграть — правосудие тоже восторжествует… Странное дело…

«Время убивать» — фильм все же больше понравился, чем разочаровал, хотя понравился он мне частично, так как в фильме было очень много чего глупого. Фильм был снят режиссером Джоэлем Шумахером по одноимённому роману Джона Гришэма, где принимает участие очень много всем известных и хороших актеров среди которых Мэттью МакКонахи, Сандра Буллок, Сэмюэл Л. Джексон, Кевин Спейси, Оливер Плэтт, Дональд Сазерленд, Кифер Сазерленд. Джоэл Шумахер снял отличный триллер со всеми прилагающими ему качествами, но продолжительность картины складывает два с половиной часа, и за это долгое время, можно увидеть не всегда интересные сцены, или вообще можно устать от всех этих судебных разбирательств.

— Смотри, кто это?

— Еще маленькая!

— Все что научилось ползать, уже в правильной в позе!

В фильме идет речь про маленький городок Клэнтон, штат Миссисипи, в котором двое пьяных белых парня изнасиловали десятилетнюю чернокожею девочку, я не зря акцент делаю на том, кто какого цвета, потому что это еще один фильм, где можно увидеть как общество относится к проблемам или к преступлениям, которые были свершены против чернокожего населения. Пропитанный горем отец знает, что парням ничего серьезного не грозит, и решает их убить. Он расстреливает их с автомата в судебном помещении. Год назад, тоже было свершено изнасилования чернокожей девушки белыми парнями, но им за это ничего не было, вот наш главный герой Карл решает сделать самосуд этим подонкам. После его мести, все и везде переворачивается верх дном. В городе живет половина белого и половина черного населения, город разделился на две части, цветное населения требует помиловать Карла, а белое населения, которое сформировало Ку-клукс-клан, делают глупые поступки, пугая при этом адвоката Карла и все населения и требуя казнить Карла, во главе клана, брат погибшего насильника. Вот вопрос такой, как можно делать переворот и пытаться убить Карла, если все улики указывают на то, что его брат- урод изнасиловал маленькую девочку, как можно защищать такого родственника?

— Что в нас самих ищет истину? Сознание или сердце?

Я взялся за это дело, чтобы доказать, что мы все равны в глазах закона. Но глаза закона — это ваши и мои глаза. Не все должны быть равны, иначе правосудия никогда не будет. Правосудие будет лишь отражать наши предрассудки, потому наш долг перед господом — искать истину не глазами, не сознанием, не страхом, не ненавистью, а сердцем. Другого способа нет.

Фильм зацепил и понравился только исключительно игрой Мэттью МакКонахи, теперь я понял, почему в фильме ‘Линкольн для адвоката’, он сыграл главную роль, ему действительно очень хорошо удается играть адвоката. Кино немножко было скучное, но все же финальное выступления перед присяжными в зале суда адвокатом Джейком Бригенсом — это было нечто, его текст в защиту маленькой девочки и отца мстителя произвело на меня не абы какое впечатления, от этой речи у меня бегали мурашки по коже. Подводя итог скажу, фильм очень хороший, даже отличный, я и так знал, но в нем еще более тонко показано то, какие люди все же твари, какие они глупцы и жестокие создания, меня всегда тревожило и до сих пор волнует понятия расизм в мире, но в этой картине я не увидел расизма, я видел белокожих монстров, которые занимались всей этой ерундой, не потому что, нужно отомстить за двух убитых белых брата, а только из за того, чтобы черный был казнен, вот в чем состояла их задача.

7 из 10

прямая ссылка

05 апреля 2012 | 19:40

лизи

За справедливость нужно бороться…

Очень захватывающая картина, просмотр фильма идет на одном дыхание. Во время просмотра фильма в голове вертится много мыслей. Очень трудно судить, кто прав в этой ситуации, а кто нет. Одно я поняла точно, есть такая поговорка «в семье не без урода», и это действительно так. Мне кажется, во все времена были расовые конфликты. В этой картине очень хорошо передан смысл, о поступках и жизненных ценностях каждого человека. Каждый должен задать себе вопрос: «А что сделал бы я в этой ситуации?» Хороший вопрос, и в тоже время трудный, потому что ответ зависит, от того с какой стороны, ты сам посмотришь на эту ситуацию. Трудно поставить себя на место другого, и трудно представить что ты можешь оказаться на его месте. Адвокат защиты поступил так, как считал нужным, и боролся за свое дело, и не отступить, как бы не было тяжело.

Наверно, поэтому картина получилось очень удачной, не зря он собрал такие кассовые сборы. Фильм действительно стоит посмотреть, и это не будет зря потраченное время.

Поэтому, —

10 из 10

прямая ссылка

29 мая 2010 | 03:31

Хорошая криминальная драма, бережно снятая по известной книге, вобрала в себя всю напряженность непростых судебных разбирательств и очаги расовой дискриминации на юге США.

История о том, как мужчина афроамериканец в порыве эмоций, убил насильников своей маленькой дочери, и теперь его ожидает газовая камера. С этой ролью замечательно исправился Сэмюэл Л. Джексон: сначала бешенство, потом хладнокровие, потом отчаяние. Так меняется выражение его лица, и тем самым нагнетается атмосфера. За роль адвоката взялся тогда еще малоизвестный Мэттью МакКонахи, который сыграл очень убедительно, а его последний монолог в суде, останется в ваших мыслях надолго после просмотра. Так же на второстепенных ролях можно увидеть много известных актеров, таких как: Сандра Буллок и Кевин Спейси. Сюжет невероятно интересен и напряжение возрастает по мере происходящего. Ку-клукс-клан начинает угрожать жизни участников судебного заседания, и учащаются стычки в самом городе. А внутри же стен суда, происходит юридическая дуэль между молодым талантливым адвокатом, и себялюбивым прокурором, а цена — жизнь чернокожего Карла Ли Хэйли.

Потрясающая драма о правосудии и возможности честного суда для чернокожего человека на юге США, о любви и ненависти.

9 из 10

прямая ссылка

11 октября 2010 | 09:39

Недавно, глянув немного утопичных ‘Писателей свободы’, я припомнила Гришемовский роман ‘Время убивать’, который пару лет назад, будучи выпускницей, прочла затаив дыхание. Для меня стали откровением действия ку-клукс-клана с целью доказательств своей правоты. Когда я говорю об откровении, я имею ввиду шок и полную апатию. Не подумайте, я в курсе деятельности расистских группировок и прочих эстремистских организаций, но одно дело — изучать сий подкаст мерзкой половины человечества по учебнику и мало представлять все жестокости и зверства, а совсем другое — натолкнуться на правдивое, пошаговое описание. Думается, примерно также было с теми, кто читал ‘Майн Кампф’.

Сюжет утопичен, и отрицать это глупо, потому что даже первоклашка прекрасно понимает, что в среде расистов, при белом судье, белом обвинителе и белых присяжных чёрному подсудимому бессмысленно не то что рассчитывать на оправдательный приговор, но и мелочи вроде переноса в другой штат или смены присяжных. А потому, что ты чёрный, друг. Правда, в данном контексте отнюдь не друг. Тем более, преступление доказано, свидетелей масса (в том числе адвокат), есть два трупа и один калека. И несмотря на то, что убитые были редкими тварями, суд состояться должен, потому что государство правовое. Скептически хмыкаю. Ни в одной Конституции, ни в одном законе не прописано дозволение мстить за преступление. Было изнасилование, повешение и издевательство или нет — решит суд, а простому смертному (читай — бедному чёрному), соваться туда не положено, а коли взял в руки оружие — то будь добр семенить терпеливо в газовую камеру. Что? Они изнасиловали твою дочь? А это преступление с твоим никак не связано, и судим мы тут не их, а тебя. Изволь помалкивать. Да и защищаться ты вроде как не можешь, жди покорно, когда эти тёти и дяди, торопящиеся домой и заранее знающие, какой вердикт вынести, не зачитают вслух по бумажке то, что ты и так знаешь. Жестоко и несправедливо, конечно, но раз ты чёрный…

Нас, как несмышлённых полуслепых кутят, постоянно тычут в слово ‘чёрный’ как в лужу, которую мы сделали по недоразумению. ‘Ты белый, ты не сможешь понять наших законов’. ‘А ты чёрный, у нас совсем другие законы’. К финалу подобные фразы начинают набивать оскомину до тех пор, пока не начинает побаливать локтевой сустав, но мы прекрасно понимаем, что именно на таком простом и бессмысленном аргументе, как цвет кожи, и построено обвинение. Как бы ни ухмылялся герой Кевина Спейси, говоря, что он за суд справедливый, в его тактике, жестах, словах проступает ярый расист, которому несчастный отец против шерсти. И, не будь он связан по рукам и ногам лицензией и простыми правилами приличия, глядишь, присоединился бы к Сазерленду. Младшему, разумеется.

Не нравится мне, правда, история с молодой адвокатессой в исполнении Сандры Буллок. Для чего она? Чтобы наглядно продемонстрировать, как свят адвоат, не идущий на адюльтер и целиком поглощённый в трудное дело? Чтобы показать на примере её израненного худощавого тела, как жестоки бывают ку-клукс-клановцы в своей мести? Но, простите меня, её истязания — не чета истязаниям на теле десятилетней девочки, ради которй был ревендж. Но это оплошность не Шумахера, а Гришема, а потому винить фильм за этот весьма невнятный и лишний образ судить бессмысленно.

Фильм малость утопичен и вовсе не жесток. Ку-клукс-клановцы в своей ‘рясе’ отнюдь не пугают, потому что это стадо в колпаках не страшат внешне. Если говорить о зрительном восприятии, то я сразу вспоминаю сцену нападения скинхедов на школу в ‘Мыслить как преступник’. Вот это было действительно страшно. А что до расистов, одетых, по иронии судьбы, в белое, то страшнее поступки, а не внешность, а потому зря Шумахер так часто прибегал к демонстрированию их ‘униформы’. Но, несмотря на недочёты, я этот фильм люблю. На мой згляд, это прекрасная демонстрация американского судебного процесса, которая вряд ли оставит кого-то равнодушным, и за это (а также за действительно хороший, хоть и неправдоподобный финал) можно простить эти маленькие огрехи.

прямая ссылка

17 апреля 2012 | 14:32

Миша-35

Гарант справедливости: автомат или адвокат?

Фильм «Время убивать» вышел за рамки просто хорошей судебной драмы и стал драмой острой психологической, поднявшей ряд как социальных, так и простых человеческих вопросов.

Это и вопрос соразмерности адекватности преступления наказанию, а также увязанная с ним проблема принятия на себя миссии судьи без надежды на государство.

Это и вопрос о том, на какую жертву можно пойти ради достижения намеченной цели, пусть и высокой, но из-за которой страдают близкие тебе люди.

Это и вопрос человеческого равнодушия, нежелания принимать близко к сердцу проблемы других людей, разобраться в них. А также связанная с этим проблема выбора в пользу куда более легкого пути, при этом заглушка на совесть из предрассудков и предвзятости.

Это, наконец, давний и вечный вопрос веры и фанатизма, когда за благими целями и словами на самом деле скрываются намерения дать волю самым темным сторонам своей натуры, где нет места ни любви, ни жалости, ни состраданию.

Довольно много для судебной драмы, не так ли? При этом картина Джоэла Шумахера смотрится целостно, не грешит пафосностью и высоким слогом, она проста, человечна и говорит со всеми понятным языком.

Актерские работы все как на подбор. Кевину Спейси просто хочется посоветовать играть прокуроров, столь бесстрастным, холодно-флегматичным и жестким вышел его Руфус Бакли.

Достойным оппонентом ему стал и адвокат Джейк Бриганс в исполнении Мэттью МакКонахи. Человек, который может быть и сильным и слабым, но никогда не изменит своему чувству справедливости, не будет обманывать самого себя. Заключительная речь Джейка в суде – огромный плюс Мэттью, тут он выложился, похоже, не на 100, а на все 200 процентов. Браво! Красиво, эмоционально, искренне, убедительно и очень трогательно, равнодушным к этому остаться нельзя.

Отлично сыграл своего персонажа и Сэмюэл Ли Джексон. Карл Ли Хейли также вышел у него глубоко человечным, а не шаблонным несгибаемо-хладнокровным героем. Его разговор с Джейком в камере – еще одна из сцен, ставших подлинным украшением фильма.

Сандра Баллок хорошо сработала «на подхвате», роль у нее пусть и не главная, но получилась характерной и запоминающейся.

Одним словом, замечательное кино, на которое не жалко потратить время.

9 из 10

прямая ссылка

05 марта 2012 | 01:25

Что-то слишком часто в последнее время награды стали собирать безумно толерантные фильмы. И вот мне на глаза попалась картина Шумахера ‘Время убивать’.

У нас есть убийца, хладнокровно расстрелявший двух молодых людей, причём далеко не в целях самозащиты. Стоит вопрос о том, поджарить его на электрическом стуле или нет. Всё бы ничего, но эти самые молодые люди днём раннее надругались над его дочерью. Так, фильм ставит нам основной вопрос. Как будет максимально справедливо? К сожалению, на этот вопрос нет ответа.

Ещё больше ситуация усложняется тем, что подсудимый наш — чернокожий. Потом мы видим резонанс в городе. Беспорядки переходят в столкновения между афроамериканцами и ку-клукс-клановцами. Создатели умело показывают сущность людей, их реальные чувства и мнения. Не прошли мимо судебной и полицейской коррупции. Вы удивитесь, когда узнаете, насколько всё закручено ‘благодаря’ вещам, слабо связанных с законом.

Актёрский состав просто прекрасен. В кого не ткни — звезда кино. Мэттью Макконахи отлично показал невероятно проницательного адвоката (за что и получил награду ‘Прорыв года’). В Самюэле Л. Джексоне я не сомневался, а он оправдал ожидания. Сандра Буллок неплохо смотрелась в образе Эллен — помощницы адвоката. Чарльз С. Даттон очень понравился. Дональд Сазерленд появлялся в кадре редко, но отыграл умело. Кевин Спейси был слабее других, но также неплох.

Таким образом, ‘Время убивать’ — отличное интеллектуальное кино. Смотреть рекомендуется всем.

10 из 10

прямая ссылка

12 марта 2017 | 16:20

«Я звала тебя. Все время звала. Но ты не пришел, папа…»

Фильм «Время убивать» это один из многочисленных фильмов о суде. Кого судим? Нигера который убил двоих белых, и ранил еще одного мистера офицера! Значит нигер должен умереть!

Но! Это мнение толпы южан. Причем толпы белой, хотя нутро оказывается черное. В 1861 году, когда в Америке освобождали негров, именно южные штаты больше всех противились освобождению негров. Режиссер фильма развил действие в штате, где белого населения около семидесяти процентов. Значит даже при суде присяжных, негр обречен.

В фильме перед нами Америка, в которой нет места равноправию. Четыре белых недочеловека изнасиловали маленькую негритянку, и им ничего за это не было. Это фраза из фильма, но это не сюжетная линия. В основе же сюжета изнасилование десятилетней девочки двумя зверями. Два белых зверя, которых убил отец маленькой девочки. Расстрелял из автомата, ранив офицера полиции. И его знакомый адвокат, который больше похож на любопытствующего зеваку. Всю работу за него сделали, его товарищ, адвокат по разводам, очень талантливая студентка, и сам подзащитный. Именно он подтолкнул этого горе адвоката к речи, которую тот произнес перед присяжными.

Когда я смотрел фильм, меня искренне бесила костность и тупость юридической системы. Ее безразличные ко всему судьи, тщеславные прокуроры, бездарные адвокаты! Я сотни раз спросил себя, где же современные Плевако? Кони? (это судья такой был, один из немногочисленных честных). Почему вопрос такой возник? Да потому, что фильм о нас! Об окружающей нас системе. Все, буквально все в нем напоминает окружающую нас ситуацию. Та же костность и лень. Безграмотность и тщеславие. Ненависть и порок.

Как можно судить человека, который убил двух зверей. Разве судят за отстрел бешенных животных? Нет. А за расстрел двух зверей, которые надругались над дочерью обычного чернокожего работяги, судят.

Или вы скажете, что два этих, так сказать, человека, которые изнасиловали маленькую девочку; надругались над самым святым, что у нее есть; лишили ее возможности видеть глаза своих детей, знать, что жизнь прожита не зря, что где то в мире остается частичка тебя; на всю жизнь извратили ей душу — не звери?! Эти двое, которые на всю жизнь лишили и отца и дочь веры, лишили отца счастья смотреть на свою дочь, и видеть в глазах тот райский свет, который любимые дочери получают от беззаветно любящих их отцов. Простой вопрос: хотели бы вы, что бы изнасиловали вашу маму? сестру? дочь? подругу? жену?

Нет.

Так какая речь может идти о том, что бы судить человека, убившего бешенных зверей? Судят такого человека возможно только тогда, когда законы принимают дураки. Может быть, вы скажете, что во всем мире так. Но как везде, или как у всех, не значит правильно. Правильно это когда по совести. Нет, у людей права судить отомстившего отца. Ему только Бог судья, и не лезьте в его истерзанную душу своими грязными лапами.

Наша страна стремится в Евросоюз. Сейчас мораторий на смертную казнь. Но я считаю, что смертную казнь за педофилию, совращение малолетних, и изнасилование отменять нельзя. Это должна быть единственная, и неизменная мера наказания за эти преступления.

Я считаю, что наступила пора поумнеть, и наступило «время убивать» зверей

10 из 10

прямая ссылка

09 февраля 2008 | 15:42

Ну что, приступим к вечной проблемы всех национальностей и рас? Нет, нет, нет, в этом деле я ни за тех и ни за других. Я за третью сторону. Я зритель. Который только и делает, что пытается, оценив ситуацию, понять, как поступил бы сам.

1. Тюрьма для ‘белых’. А что тогда бы изменилось?.. . Лишь горечь в душе. Очередная семья ‘черных’, которая впитала всю жестокость ‘белых’. Испорченная детская жизнь. Церковь по воскресеньям. Подарки на день рождение. Боль в глазах. Улыбки друзей. Шоколадное мороженое по выходным. Слезы в подушку. Завтрак в кафе. Новая работа. Повторное домогательство. Свадьба. Красивый муж. Невозможность иметь своих детей. Кино в среду вечером. Ужин у родителей. Истерика. Освобождение ‘белых’. Выпивка. Кутежи. Наркотики. Ночные бабочки. Повторный срок. Вывод один. Все жизни испорчены. Абсолютно все.

2. Тюрьма для ‘черного’. А что меняется тут?.. . Все жизни людей. Абсолютно все. Сюжет фильма нет смысла пересказывать. Хотя почему? Вот какие линии в нем представлены. По одну сторону мы видим: смерть двух бездарных подонков, восстание ККК, открытие истинного лица окружного прокурора, коп-предатель, покушения на жизни, пожары, бомбы. А с другой: офицер с ампутированной ногой, но с большим сердцем, прекрасная работа в команде, любовь и забота близких, верность, стремление к поставленной цели.

Никаких ‘белых’ и ‘черных’. Просто люди. Как твой сосед по парте. Как коллега по работе моего друга. Как друг отца. Как мамин стоматолог. Как старший брат твоей тещи. Такие как я. Как ты. 2 обычных человека, которые любят своих детей. Один не сможет с этим жить. Второму просто небезразлично. Который человек, как люди вокруг нас.

В данной ситуации, я на месте Карла Ли.

9 из 10

прямая ссылка

05 мая 2015 | 22:47

_Proxx_

А как бы поступили Вы, на его месте?

В моём понимании, ‘Время убивать’ — эталон и образец для режиссеров и сценаристов, яркий пример того, как должны сниматься ленты с довольно изъезженным сценарием. Безусловно, лучший триллер из тех, что мне доводилось видеть на схожую тематику. Нет, здесь нету луж крови или динамических сцен с пальбой и погонями, нет невменяемых серийных убийц. Фильм построен на актерской игре и только на ней.

Блестящий подбор актеров! Если к творческим успехам и многочисленным призам таких людей как Сэмьюэл Л. Джэксон и Кевин Спэйси все уже давно привыкли, то невиданное доселе мастерство М. МакКонахи очень удивило. Стоит обратить внимание также на противоположные роли у Дональда и Кифера Сазерлендов, отец и сын по разную сторону баррикад — весьма нестандартно.

Картина Джоеля Шумахера была номинирована на «Греми» и «Золотой Глобус», М. МакКонахи же получил престижную премию MTV в номинации ‘Прорыв года’ — многие триллеры могут таким похвастаться?.

прямая ссылка

03 апреля 2009 | 03:56

показывать:
10255075

71—74 из 74

Полное содержание Плаха Айтматов Ч.

[9/22] :: Litra.RU

Есть что добавить?

Присылай нам свои работы, получай litr`ы и обменивай их на майки, тетради и ручки от Litra.ru!

/ Полные произведения / Айтматов Ч. / Плаха

    — Думаю, ты сам догадываешься…

     — Догадываться — одно, говорить впрямую — другое.

     Оба замолчали, пережидая, когда прогрохочет проходящий мимо состав, — каждый по-своему готовился к неизбежному теперь поединку. Авдию в ту минуту подумалось о том, как странно складываются людские отношения: даже сюда, в голую степь, где, казалось бы, все равны, где у всех одинаковые шансы, всем одинаково грозит провал и уголовная ответственность, а при удаче всех ждет одинаковый успех, люди, как свою кровь, принесли с собой неистребимые законы, согласно которым у Гришина, в частности, было некое неписаное право повелевать, потому что он был здесь хозяином.

     — Так ты велишь говорить впрямую, — прервал молчание Гришан. — Хорошо, — неопределенно протянул он и вдруг, как бы спохватившись, лукаво добавил: — Слушай, а правда, что на тебя волки нападали?

     — Да, было дело, — подтвердил Авдий.

     — А не кажется ли тебе, Авдий Каллистратов, что судьба оставила тебя в живых для того, чтобы ты ответил мне сейчас на несколько вопросов, — обнажил в улыбке осколок зуба Гришан.

     — Пусть так.

     — Тогда кончай крутить. Ты мне должен объяснить здесь, сейчас и не сходя с места: чего ты мутишь моих ребят?

     — Одна поправка, — перебил его Авдий.

     — Какая? Что за поправка к биллю?

     — Я пытаюсь наставить их на путь истинный, а значит, слово «мутить» тут никак не подходит.

     — Это ты брось, товарищ Каллистратов. Истинный, не истинный — на этот счет у каждого свое понятие. Ты эти штучки оставь. Здесь не место изощряться в словопрениях. Я хочу знать, что тебе надо понять, чего ты для себя добиваешься, святой отец?

     — Ты подразумеваешь какую-то личную выгоду?

     — Безусловно, а то что же? — широко развел руками Гришан и торжествующе-глумливо улыбнулся.

     — В таком случае — ничего, абсолютно ничего, — отрезал Авдий.

     — Прекрасно! — почти радостно вскричал Гришан. — Лучшего не придумаешь! Все совпадает. Так ты, выходит, из той сияющей породы одержимых идиотов, которые…

     — Остановись! Я знаю, что ты хочешь сказать.

     — Значит, ты подался в Моюнкумы под видом добытчика анаши, затесался к нам, стал у нас прямо как свой, и не потому, что деньгу большую возлюбил, как Христа, и не потому, что деваться было некуда после того, как тебя выперли из семинарии и тебе нигде ходу не было? Да будь я на месте этих попов, я бы в два счета пинками тебя вышиб — ведь ты такой даже им и то не нужен. Они ведь в старые игры играют, а ты все взаправду, все всерьез…

     — Да, всерьез. И ты принимай меня всерьез, — заявил Авдий.

     — Еще бы! Ты что же, считаешь, что я тебя не понимаю, а я тебя насквозь вижу, вижу, кто ты есть. Ты — чокнутый, ты — фанатик собственного идиотизма, потому ты и подался сюда, а иначе что бы тебя сюда занесло? Прибыл, стало быть, с благородной целью этаким мессией, чтобы открыть глаза нам — падшим, промышляющим добычей анаши, торгующим и спекулирующим запрещенным дурманом. Прибыл распространять извечные спасительные идеи, от которых, как мочой, за три версты несет прописными истинами. Прибыл отвратить нас от зла, чтобы мы раскаялись, изменились, чтобы приняли обожаемые тобой стандарты тотального сознания. Вот ведь и Запад утверждает, что у нас все на один манер мыслят. — Гришан неожиданно проворно для пострадавшего от ушиба человека поднялся с полотняного своего стульчика и шагнул к Авдию, вплотную приблизив свое разгоряченное лицо к его лицу. — А ты, спаситель-эмиссар, подумал прежде о том, какая сила тебе противостоит?

     — Подумал, и потому я здесь. И предупреждаю тебя: я буду добиваться своего ради вас же самих, чего бы мне это ни стоило, ты уж не удивляйся.

     — Ради нас самих же! — скривился Гришан. — Не беспокойся, не удивляюсь, чего ради мне удивляться тому, на чем свихнулся еще тот, кого распяли, Спаситель рода человеческого… Раскинул руки в гвоздях на кресте, голову свесил, скорчил мученическую рожу и на тебе — любуйтесь, плачьте и поклоняйтесь до конца света. Недурно, понимаешь ли, придумали себе иные умники занятие на все века — спасать нас от самих же себя! И что же, кто спасен и что спасено в этом мире? Ответь мне! Все, как было до Голгофы, так оно есть и до сих пор. Человек все тот же. И в человеке ничто с тех пор не изменилось. А мы все ждем, что вот придет кто-то спасать нас, грешных. Тебя вот, Каллистратова, недоставало в этом деле. Но вот и ты явился к нам. Явился не запылился! — скорчил комическую мину Гришан. — Добро пожаловать, новый Христос!

     — Обо мне можешь позволять себе говорить что угодно, но имени Христа не упоминай всуе! — одернул его Авдий. — Ты возмущаешься и удивляешься тому, что я здесь появился, а это не удивительно — ведь мы неотвратимо должны были встретиться с тобой. Вдумайся! Неужто ты этого не понимаешь? Не я, так кто-то другой непременно должен был бы столкнуться с тобой. А я вычислил эту встречу…

     — Быть может, ты и меня вычислил?

     — И тебя. Наша встреча с тобой была неотвратима. Вот я и явился не запылился, как ты говоришь.

     — Вполне логично, черт побери, — мы же не можем обходиться друг без друга. И в этом есть, наверно, какая-то своя сволочная закономерность. Но не ликуй, спаситель Каллистратов, твоя теория на практике ничего не даст. Однако хватит философствовать, хотя ты и довольно занятный субъект. Хватит, с тобой все ясно! Вот мой добрый совет тебе, коли уж так обернулось: иди, Каллистратов, своей дорогой, спасай прежде всего свою головушку, тебя никто сейчас не тронет, а то, что собрал в степи, если хочешь, можешь раздать, сжечь, пустить по ветру — воля твоя. Но смотри, чтобы наши с тобой пути никогда больше не пересеклись! — И Гришан выразительно постучал палкой по камню.

     — Но я не могу принять твой совет. Для меня это исключается.

     — Послушай, да ты настоящий идиот! Что тебе мешает?

     — Я перед Богом и перед собой в ответе за всех вас. .. Тебе, быть может, не понять этого…

     — Нет-нет! Отчего же? — вскричал Гришан, от гнева блeднея и возвышая голос. — Я, между прочим, вырос в театральной семье, и, поверь мне, я оценил и понял твою игру. Но не слишком ли ты увлекся, ведь после любого, даже гениального, исполнения в заключение дают занавес. И сейчас занавес, товарищ Каллистратов, опустится при одном-единственном зрителе. Смирись! И не заставляй меня брать лишний грех на душу. Уходи, пока не поздно.

     — Ты о грехе толкуешь. Я понимаю, что ты имеешь в виду, но устраниться, видя злодеяние своими глазами, для меня равносильно тяжкому грехопадению. И не стоит меня отговаривать. Мне вовсе не безразлично, что будет, скажем, с малолетним Ленькой, с Петрухой да и с другими ребятами, что состоят при тебе. Да и с тобой в том числе.

     — Потрясающе! — перебил его Гришан. — С какой же стати ты берешь на себя право вмешиваться в нашу жизнь? В конце концов, каждый волен распоряжаться своей судьбой сам. Да я тебя впервые в жизни вижу, да кто ты есть такой, чтобы печься обо мне и других, будто тебе даны какие-то полномочия свыше. Уволь! И не испытывай судьбу. Если ты чокнутый, иди с богом, а мы как-нибудь обойдемся без тебя. Понял?!

     — Но я не обойдусь! Ты требуешь полномочий — так вот, мандатов мне никто не выдавал. Правота и сознание долга — вот мои полномочия, а ты волен считаться или не считаться с ними. Но я неукоснительно их выполняю. Вот ты заявил, что вправе сам решать свою судьбу. Звучит прекрасно. Но не бывает изолированных судеб, нет отделяющей судьбу от судьбы грани, кроме рождения и смерти. А между рождением и смертью мы все переплетены, как нити в пряже. Ведь ты, Гришан, и те, кто оказался под твоей властью, сейчас ради своей корысти несете из этих степей вместе с анашой несчастье и беду другим. Соблазном мимолетным вы вовлекаете людей в свой круг — круг отчаяния и падения.

     — А ты что нам за судья? Тебе ли судить, как нам жить, как поступать?

     — Да я вовсе не судья. Я один из вас, но только…

     — Что «но только»?

     — Но только я сознаю, что над нами есть Бог как высшее мерило совести и милосердия.

     — Опять Бог! И что ты хочешь этим нам еще сказать?

     — А то, что Божья благодать выражает себя в нашей воле. Он в нас, он через наше сознание воздействует на нас.

     — Слушай, к чему такие сложности? Ну и что из этого следует? Нам-то что это даст?

     — Как что! Ведь благодаря силе разума человек властвует над собой, как Бог. Ведь что такое искреннее осознание порока? По-моему, это осуждение зла в себе на уровне Бога. Человек сам определяет себе новый взгляд на собственную сущность.

     — Чем отличается твой взгляд от массового сознания? А мы от него бежим, чтобы не оказаться в плену толпы. Мы не вам чета, мы сами по себе.

     — Ошибка. Свобода лишь тогда свобода, когда она не боится закона, иначе это фикция. А твоя свобода под вечным гнетом страха и законного наказания. ..

     — Ну и что из этого? Тебе-то какая печаль — ведь это наш выбор, а не твой?

     — Да, твой, но он касается не только тебя. Пойми, есть выход из тупика. Покайтесь вот здесь, прямо в степи, под ясным небом, дайте себе слово раз и навсегда покончить с этим делом, отказаться от наживы, что сулит черный рынок, от порока и ищите примирения с собой и с тем, кто носит имя Бога и единым разумом объединяет нас…

     — И что тогда?

     — И тогда вы вновь обретете подлинную человеческую суть.

     — Красиво звучит, черт возьми! И как просто! — Гришан нахмурился, поигрывая суковатой палкой, переждал, пока пронесся скрытый за увалом еще один грузовой состав, и, когда шум поезда стих, в наступившей тишине произнес, жестко и насмешливо сверля взглядом разоткровенничавшегося Авдия: — Вот что, достопочтенный Авдий, я терпеливо выслушал твои суждения, как говорится, хотя бы любопытства ради и должен крупно тебя разочаровать: ты ошибаешься, если в своем самодовольстве полагаешь, что только тебе дано говорить с Богом в мыслях своих, что я не имею контакта с ним, что привилегия такая только у одного тебя, у праведно мыслящего, а я ее лишен. Вот ты сейчас чуть не задохнулся от удивления, слух твой резануло, что с Богом может быть в контакте и такой, как я?

     — Совсем нет. Просто слово «контакт» тут несколько непривычно. Напротив, я рад это услышать из твоих уст. Возможно, в тебе что-то переменилось?

     — Нисколько! Что за наивность. Так знай, Каллистратов, только смотри не стань заикой — у меня к Богу есть свой путь, я вхож к нему иначе, с черного хода. Не так твой Бог разборчив и недоступен, как тебе мнится…

     — И чего ты достигаешь, попав к Богу с черного года?

     — Да не меньшего, чем ты. Я помогаю людям изведать счастье, познать Бога в кайфе. Я даю им то, чего вы не можете дать им ни своими проповедями, ни своими молитвами… Своих людей я приближаю к Богу куда оперативнее, чем кто-либо.

     — Приближаешь к Богу, купленному за деньги? С помощью зелья? Через дурман? И это ты называешь счастьем познания Бога?

     — А что? Думаешь небось, святотатство, богохульство! Ну да! Я оскверняю твой слух. Конкурент твой, понимаешь ли! Дорогу тебе перебежал. Да, черт побери, да, деньги, да, наркотики! Так вот, деньги, если хочешь знать, — это все. Ты что думаешь, у денег особый Бог? А в церквах и прочих учреждениях вы что, без денег обходитесь?

     — Но это же совсем другое дело!

     — Оставь! Не заливай! На свете все продается, все покупается, и твой Бог в том числе. Но я, по крайней мере, даю людям покайфовать и испытать то, что вы сулите лишь на словах и вдобавок на том свете. Лишь кайф дает блаженство, умиротворение, раскованность в пространстве и во времени. Пусть блаженство это мимолетно, пусть призрачно, пусть оно существует лишь в галлюцинациях, но это счастье, и достижимо оно только в трансе. А вы, праведники, лишены даже этого самообмана.

     — Одно ты правильно сказал — что все это самообман.

     — А ты как хотел? Получить правду всего за пять копеек? Так не бывает, святой отец! За неимением иного счастья кайф его горький заменитель.

     — Но кто тебя просит заменять то, чего нет! Ведь это злой умысел — вот что это такое!

     — Полегче, полегче, Каллистратов! Ведь я, если разобраться, ваш помощник!

     — Как так?

     — А вот так — и ничего тут странного нет! Человеку так много насулили со дня творения, каких только чудес не наобещали униженным и оскорбленным: вот царство Божье грядет, вот демократия, вот равенство, вот братство, а вот счастье в коллективе, хочешь — живи в коммунах, а за прилежность вдобавок ко всему наобещали рай. А что на деле? Одни словеса! А я, если хочешь знать, отвлекаю неутоленных, неустроенных. Я громоотвод, я увожу людей черным ходом к несбыточному Богу.

     — Да ты куда опаснее, чем я ожидал! Какую мировую смуту ты мог бы заварить — представить страшно! В тебе, быть может, умер маленький Наполеон.

     — Бери выше! Почему не большой? Дали б мне волю, я бы мог так развернуться! Если б мы на Западе вдруг оказались, я бы еще не такими делами ворочал. И тогда ты не дерзнул бы со мною полемизировать, а смотрел бы на то, что есть добро, а что есть зло, так, как мне угодно…

     — Не сомневаюсь. Но страшного в твоих словах тоже не вижу. Все, что ты говоришь, не ново. Ты, Гришан, паразитируешь на том, что люди изверились, а это культивировать куда удобнее. Все плохо, все ложь, а раз тaк — утешься в кайфе. А ты попробуй, если клеймишь все, что было, дать людям новый взгляд на мир. Вера — это тебе не кайф, вера — продукт страданий многих поколений, над верой трудиться надо тысячелетиями и ежедневно. А ты на позорном промысле желаешь перевернуть чередование дня и ночи, извечный порядок. И, наконец, начинаешь ты за здравие, а кончить придется за упокой — ведь вслед за кайфом, так тобою превозносимым, наступает полоса безумия и окончательная деградация души. Что ж ты не договариваешь до конца? Выходит, кайф твой — провокация: ведь придя к Богу мнимому, тут же попадаешь в объятия сатаны. Как с этим быть?

     — А никак. На свете за все есть расплата. И за это тоже. Как за жизнь есть расплата смертью… Тебе не приходило это в голову? Что притих? Тебе, святоша, конечно, не по нутру моя концепция!

     — Концепция антихриста? Никогда!

     — Ха-ха! Что стоит твое христианство без антихриста? Без его вызова? Кому оно нужно? Какая в нем потребность? Вот и выходит, что я вам необходим! А иначе с кем вам бороться, как демонстрировать воинственность своих идей?

     — Ну и изворотлив ты — прямо уж! — невольно рассмеялся Авдий. — Готов играть на противоречиях. Но не витийствуй. Нам с тобой не найти общего языка. Мы антиподы, мы несовместимы — вот почему ты гонишь меня отсюда. Ты меня боишься. Но я все равно настаиваю: покайся, освободи гонцов из своей паутины. Я предлагаю тебе свою помощь.

     Гришан неожиданно промолчал. Нахмурился, стал молча ходить взад-вперед, опираясь на палку, потом приостановился.

     — Если ты думаешь, товарищ Каллистратов, что я тебя боюсь, ты очень ошибаешься. Оставайся, я тебя не гоню. Сейчас мы будем пробираться на товарняк. Устроим, так сказать, организованный набег на транспорт.

     — Скажи лучше — разбойничий, — поправил Авдий.

     — Как тебе угодно, разбойничий так разбойничий, но не с целью грабежа, а с целью нелегального проезда, а это вещи разные, ведь твое государство лишает нас свободы передвижения…

     — Государство оставь в покое. Так что ты хочешь мне предложить?

     — Ничего особенного. При разбойничьей, как ты изволил уточнить, посадке, — кивнул Гришан в сторону железнодорожных путей, — все будут в сборе, все на виду. Вот и попробуй переубеди их, малолетних Ленек и разбитных Петрух, спасай их души, спаситель! Я ничем, ни единым словом тебе не помешаю. Считай, что меня нет. И если тебе удастся повести этот народ за собой, обратить его к своему Богу, я тут же удалюсь, как и полагается удаляться при поражении. Ты понял меня? Принимаешь мой вызов?

     — Принимаю! — коротко ответил Авдий.

     — Тогда действуй! А о том, о чем мы здесь говорили, никто и знать не будет. Скажем, потолковали о том о сем.

     — Спасибо! Но мне скрывать нечего, — ответил Авдий.

     Гришан пожал плечами.

     — Ну, смотри, как сказано в Библии, «ты говоришь!».

     Был уже седьмой час вечера одного из последних дней мая. Но солнце по-прежнему ярко и горячо светило над степной равниной, и подозрительно застывшие серебристые облака, что весь день стояли как на приколе, поначалу бледные, к вечеру сгустились и темнеющей полосой нависли над самым горизонтом, поселив чувство необъяснимой тревоги в душе Авдия. Очевидно, надвигалась гроза.

     А поезда все шли в ту и в другую стороны, с севера на юг и с юга на север, и земля подрагивала и сотрясалась под их тяжелыми колесами. «Сколько земли, сколько простора и света, а человеку все равно чего-то недостает, и прежде всего — свободы, — думал Авдий, глядя на необъятные степные просторы. — И без людей человек не может жить и с людьми тяжко. Вот и сейчас — как быть? Что сделать, чтобы каждый, кто попал в сети Гришана, поступил бы, как велит ему разум, а не так, как принуждают его действовать сообщники, из страха или из стадного чувства, и прежде всего потому, что не в силах побороть влияние этого иезуита от наркомании. Нет, каков! Страшная, опаснейшая бестия. Как мне быть, что предпринять?»

     И час настал. Перед тем как остановить товарняк, гонцы, схоронясь за травами и кустарниками, рассредоточились группами по два-три человека вдоль железной дороги. Свист был условным знаком. Когда вдали показался состав, возникший, как ползучая змея, на далеком изгибе пути, все, едва раздался свист, приготовились к броску. Рюкзаки, чемоданы с анашой были под рукой. Авдий вместе с Петрухой и Ленькой втроем залегли за кучей щебня, оставшегося от ремонтных работ на железной дороге. Неподалеку от них держался Гришан с двумя другими гонцами: одного, рыжеголового, звали Колей, другого, горбоносого и ловкого, говорившего с кавказским акцентом, звали Махачом — по всей вероятности, он был из Махачкалы. Об остальных Авдий ничего не знал, но ясно было, что еще двое-трое гонцов нашли себе удобные укрытия и тоже готовились к решающему броску. Что касается тех двоих, которых Гришан послал химичить на путях, устроить иллюзию пожара на мосту и тем вынудить машиниста остановить локомотив, то они находились далеко впереди по движению поезда, возле дорожного указателя с пометкой «330 км». Здесь железная дорога проходила по небольшому мосту, перекинутому через глубокий овраг, размытый весенними паводками. Там, в этом уязвимом месте, и химичили двое, которые среди гонцов прозывались диверсами.

     Поезд стремительно надвигался, и Авдий понимал, что все очень нервничают, как и что у них получится, удастся ли быстро заскочить в вагоны и каким еще окажется состав, а что, если сплошь из цистерн — куда тогда пристроишься? А не ровен час еще окажется охраняемый военный эшелон, тогда и вовсе хана.

     Ленька трясущимися от волнения руками закурил сигарету. Петруха тут же гневно цыкнул на него:

     — А ну брось! Убью, падла.

     Но тот, синюшный и бледный, продолжал жадно затягиваться взахлеб, и тогда Петруха метнулся к нему зверем, ударил наотмашь по голове, сбил фуражку. Однако и Ленька не остался в долгу — ответил ударом на удар и, изловчившись, пнул Петруху ногой. Петруха и вовсе остервенел — и между ними завязалась яростная потасовка.

     Авдию пришлось привстать:

     — Прекратите, сейчас же прекратите. Петруха, не трогай Леньку. Как тебе не стыдно!

     Но Петруха со злости накинулся на Авдия:

     — А ты-то чего лезешь, поп — толоконный лоб! Что встал, чурка, тебя же за версту видно! — И изо всех сил дернул за штанину. Разгоряченные стычкой, переругиваясь и тяжело дыша, они откатились на свои места.

     А поезд был уже на подходе. Волнение гонцов невольно передалось и Авдию. Момент, что и говорить, был чрезвычайно напряженный и опасный.

     Авдий с детства любил следить за поездами: ведь он еще застал послевоенные паровозы, те романтические машины, выбрасывавшие могучие столбы дыма и клубы пара, оглашавшие гудками окрестность, — но он не представлял себе, что с таким трепетом будет ожидать поезд, ведь ему предстояло незаконно и более того — насильственно проникнуть в него.

     А тяжелый товарный состав, влекомый парой локомотивов в едином сцепе, все надвигался, его приближение было почти что осязаемым, до мурашек, до гусиной кожи. Далеко было прежним паровозам до нынешних дизелей. Их сила таилась внутри, но они тащили за собой такой длинный хвост вагонов, что казалось, ему нет конца. А бесчисленные колеса все катились и катились, из-под вагонов несся порывистый ветер, гул и дробный перестук. Авдий глядел на эту стремительно и четко движущуюся махину, и ему не верилось, что этот чудовищно тяжелый и огромный состав можно остановить.

     Вагоны — платформы, цистерны, лесовозы, грузовые и крытые контейнеры — проносились один за другим, вот уже пронеслась мимо половина состава, и Авдий подумал, что ничего не выйдет, что все это напрасная затея: невозможно остановить раскатившуюся на такой скорости махину, но вдруг скорость поезда начала падать, колеса стали крутиться все медленнее, раздался скрежет тормозов, и эшелон, судорожно дергаясь, будто спотыкаясь, постепенно сбавил ход. Авдий глазам своим не верил: состав почти остановился. Но тут раздался пронзительный свист, в ответ ему раздался такой же свист.

     — Пошли! — скомандовал Петруха. — Вперед!

     Подхватив рюкзаки и сумки, они ринулись к замедляющим ход вагонам. Все происходило быстро и стремительно, как при налете из засады. Надо было, ухватившись или зацепившись за что-нибудь, успеть вскарабкаться в любой вагон, на любую площадку — только бы вскочить, а там уже можно на ходу перебраться по крышам и устроиться поудобнее. Дальше все для Авдия шло как в кошмарном сне: он метался перед вставшей чуть не до неба глухой стеной вагонов, подсознательно удивляясь тому, как они высоки и как резок запах мазута от колес, готовых в любую секунду покатиться дальше. Но, несмотря на все это, Авдий лихорадочно карабкался, кому-то помогал, и кто-то помогал ему. Поезд раза два угрожающе дернулся, состав заскрежетал и залязгал — того и гляди попадешь под колеса. Однако все обошлось как нельзя лучше. И когда поезд еще раз дернулся и снова быстро пошел наверстывать упущенное время, Авдий огляделся и обнаружил, что находится в порожнем товарном вагоне вместе со своими неразлучными сподвижниками — Петрухой и Ленькой, был здесь и Гришан. Одному богу ведомо, как он умудрился заскочить в поезд с ушибленной ногой, при нем были еще те двое — Махач и Коля. Все были бледны и тяжело дышали, но лица их были радостны и довольны. Авдию не верилось, что все так удачно получилось и что самый сложный момент был позади. Теперь добытчики анаши уезжали в сторону Жалпак-Саза, а там уже путь лежал на большую землю, в большие города, в многолюдье…

     Ехать предстояло часов пять. Им повезло: в порожнем вагоне, который они оккупировали, оказались брошенные, должно быть, за ненадобностью после выгрузки товаров пустые деревянные ящики — гонцы приспособили их для сидения. Расположились, как велел Гришан, чтобы снаружи их не заметили. В вагоне было достаточно светло, если открыть двери только с одной стороны, к тому же оконца наверху были открыты для продува.

     При первой же остановке на каком-то разъезде они наглухо задвинули дверь и затихли, пережидали остановку в духоте и жаре, но возле состава никто не появился. Петруха осторожно выглянул и доложил, что все в порядке — никого вокруг не видно. Как только прогрохотал мимо встречный пассажирский, поезд снова тронулся, на следующем полустанке Махач успел раздобыть целую канистру холодной воды, и жизнь в вагоне возобновилась — все оживились, перекусили сухарями, консервами и уже размечтались, как здорово они поедят горячего в столовой на станции Жалпак-Саз.

     А поезд шел своим маршрутом по Чуйским степям в сторону гор…

     Тем долгим майским вечером было еще светло. Говорили о том о сем, но больше всего о еде, о деньгах. Петруха вспомнил о своей шикарной бабе, которая ждала его в Мурманске, на что Махач с чисто кавказской экспрессией заметил:

     — Слушай, Петруха, дорогой, ты, кроме Мурманска, нигдэ не можешь бабу делать? Что, в Москве уже нельзя немножко делать? Ха-ха-ха! Что, в Москве нэт баб?

     — Ты сопляк еще, Махачка, что ты понимаешь в этом деле? — обозлился Петруха. — Сколько тебе лет-то?

     — Сколько-сколько! Скольке есть, всэ мои! У нас, на Кавказе, такие, как я, уже давно детей делают! Ха-ха-ха!

     Всех развеселил этот разговор, даже Авдий невольно улыбался, поглядывая время от времени на Гришана, а тот, сидя в сторонке, снисходительно ухмылялся. Он по-прежнему примостился на своем складном стульчике и держал в руках все ту же суковатую палку. На других гонцов он походил разве что тем, что курил такие же, как и все остальные, дешевые сигареты.

     Так они ехали веселой компанией, обживая порожний товарный вагон. Ленька прикорнул в уголке вагона, другие тоже собирались поспать, хотя солнце еще не догорело на краю земли и освещало все вокруг. Покуривая, переговариваясь о чем-то незначительном, гонцы вдруг примолкли, затем, поглядывая на Гришана, стали перешептываться.

     — Слушай, Гришан, — обратился к нему Махач, — что мы тут сидим, понымаешь, на общем собрании мы решили — немного кайфанем, а? Время есть, кайфанем? У меня, дорогой тамада, есть такой смак, пех-пех, только багдадский вор такой курил!

     Гришан бросил быстрый взгляд на Авдия: ну, мол, как? И, помолчав, выждав время, бросил:

     — Валяйте!

     Все оживились, сгрудились вокруг Махача. А он достал откуда-то из куртки анашу, тот самый смак, который мог курить только багдадский вор. Скрутил большую папиросину, затянулся первым и пустил самокрутку по кругу. Каждый благоговейно вдыхал дым анаши и передавал самокрутку следующему. Когда очередь дошла до Петрухи, тот жадно затянулся, зажмурив глаза, потом протянул самокрутку Авдию:

     — Ну, Авдясь, глотни и ты малость! Что ты, лысый? На, курни! Да не жмись ты, ей-богу, ты что, девка?

     — Нет, Петр, я курить не буду, и не старайся! — наотрез отклонил Авдий предложение Петрухи. Тот сразу оскорбился:

     — Как был попом, так и останешься! Подумаешь, поп-перепоп! Тебе как лучше хочешь сделать, а ты в душу плюешь!

     — Я тебе в душу не плюю, Петр, ты не прав!

     — Да тебя разве переговоришь! — махнул рукой Петруха и, затянувшись еще раз, передал самокрутку Махачу, а тот с кавказской ловкостью протянул ее Гришану.

     — А теперь, дорогой тамада, твоя очередь! Твой тост!

     Гришан молча отвел его руку.

     — Ну, смотри, хозяин — барин! — жалеючи покачал головой Махач, и самокрутка вновь пошла по кругу. Взахлеб затянулся Ленька, за ним рыжий Коля, за ним Петруха и снова Махач. И вскоре настроение куривших начало меняться, глаза их то туманились, то поблескивали, губы расплылись в беспричинных, счастливых улыбках, и только Петруха все не мог забыть обиды, все бросал искоса недовольные взгляды на Авдия и бурчал себе под нос что-то про попов, мол, все они гады такие.

     Сидя на своем стульчике, Гришан молча, невозмутимо наблюдал из своего угла за сеансом курения с иронически-вызывающей, снисходительной ухмылкой супермена. Юркие уничтожающие взгляды, которые он кидал время от времени на Авдия, стоящего у открытых дверей, говорили о том, что он доволен происходящим и безусловно догадывается, чего это стоит праведному Авдию.

     Авдий понял, что Гришан, разрешив гонцам покайфовать в пути, устроил для него показной спектакль. Вот, мол, каково? Гляди, как я силен и как бессильны твои высокие порывы в борьбе со злом.

     И хотя Авдий делал вид, что вроде бы ему безразлично, чем они тут занимаются, в душе он возмущался, страдал от своего бессилия что-либо противопоставить Гришану, предпринять что-либо практическое, что могло бы вырвать гонцов из-под влияния Гришана. И вот тут-то Авдию изменила выдержка. Он не в силах был совладать с гневом, все больше переполнявшим его. И последней каплей опять же послужило предложение Петрухи курнуть от его бычка, от той самокрутки, которая с каждой затяжкой обслюнивалась все больше, пока не приобрела наконец зловещий желто-зеленый оттенок.

     — На, Авдясь, да не вороти морду, попик ты наш! Я ж от чистого сердца. В нем, в бычке, самая сладость, аж мозги киселем расползаются! — развязно приставал Петруха.

     — Не лезь! — раздраженно оборвал его Авдий.

     — Чего еще не лезь! Я к тебе со всей душой, а ты выпендриваешься, морду строишь!

     — Ну, дай сюда, дай! — сказал в сердцах Авдий и, протянув руку за тлеющим бычком, поднял его над головой, как бы демонстрируя Петрухе, и бросил в открытую дверь товарняка. Это произошло так быстро, что все, включая и Гришана, на некоторое время онемели от неожиданности. В наступившей тишине явственнее, гулче и грозней стал слышен стук быстро бегущих по рельсам колес. — Видел? — вызывающе обратился Авдий к Петрухе: — Все видели, что я сделал? — обвел он гневным взором добытчиков. — И так будет всегда!

     Петруха, а за ним и все остальные недоуменно и вопрошающе обернулись к Гришану: как, мол, это понимать, хозяин, это что еще за выскочка тут объявился?

[ 1 ]
[ 2 ]
[ 3 ]
[ 4 ]
[ 5 ]
[ 6 ]
[ 7 ]
[ 8 ]
[ 9 ]
[ 10 ]
[ 11 ]
[ 12 ]
[ 13 ]
[ 14 ]
[ 15 ]
[ 16 ]
[ 17 ]
[ 18 ]
[ 19 ]
[ 20 ]
[ 21 ]
[ 22 ]

/ Полные произведения / Айтматов Ч. / Плаха

Смотрите также по
произведению «Плаха»:

Апелляционная инстанция отменила оправдательный приговор алтайскому депутату

Алтайский краевой суд отменил оправдательный приговор, вынесенный в первой инстанции депутату Алтайского райсобрания Роману Бруннеру, которого обвиняли в жестоком избиении сельского жителя, повлекшем смерть потерпевшего. Соответствующая информация опубликована на сайте суда.

Ранее ему было предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4. ст. 111 УК РФ (умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего), а также ч. 1 ст. 119 УК РФ (угроза убийством, если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы). Следствие полагало, что он, являясь директором коммерческой организации в селе Алтайское, неофициально подрядил на выполнение работ несколько местных жителей и расплатился за это спиртным. Однако часть поручений так и не была выполнена, а рабочие уже принялись распивать алкоголь. Обвиняемый, по версии следственных органов, нанес бейсбольной битой несколько ударов одному из мужчин. Потерпевший через несколько часов скончался от полученных травм в медицинском учреждении.

Однако после продолжительного разбирательства судья Алтайского районного суда Дамир Кунтуев пришел к выводу, что избиение совершил совершенно другой человек, а не Роман Бруннер. Депутата признали невиновным и освободили из-под стражи в зале суда. После этого, в апреле текущего года прокурор подал апелляционную жалобу, которая и была рассмотрена в Алтайском краевом суде 28 мая. Итогом заседания стала отмена оправдательного приговора. Теперь дело, очевидно, будет рассмотрено заново.

Напомним, что в Алтайском районном суде продолжается разбирательство по другому делу об избиение депутатом жителя села. По данным следствия, в январе 2019 года в селе Алтайское народный избранник избил 34-летнего мужчину у одного из местных магазинов. Из-за полученных травм тому удалили селезенку, что повлекло тяжкий вред здоровью потерпевшего. Последнее на сегодняшний день заседание по этому делу состоялось 27 мая.

Размышления об ответственности / Православие.Ru



«Ответственность».
Вслушаемся в слово, чтобы понять
смысл.

«Ответ» слышится, как корень,
в слове
«ответственность». А ответы
даются после заданных вопросов.

Кто и о чем спрашивает человека? На какие
вопросы нужно давать ответ?

Спрашивают человека Бог, люди и совесть.

Бог спросит однажды всех, кто как жил, о чем думал и
к чему стремился? Бог спросит, исполняли ли мы Его
заповеди. Не все люди верят в
Бога, но всем придется выслушать Его
вопросы.

Люди, общество непрестанно засыпают
человека вопросами. Ты ходил на выборы?
Ты заплатил налоги? Это вы не убрали за собой после
пикника? Почему ваши дети так плохо себя
ведут?

Общество имеет право спрашивать с
отдельного человека, потому что самый плохой порядок
лучше, чем хаос. Потому что, живя среди людей,
нельзя не соотносить с ними свое поведение.

Совесть спрашивает человека: доколе ты
будешь жить, не исправляясь? Не устал ли ты
стыдиться собственной тени и носить на себе ярмо
ошибок?

Под перекрестным огнем вопросов
живет человек. С трех сторон его
спрашивают, и он должен давать ответы,
должен быть ответственным. Это трудно. Страшно
идти на урок, не зная урока. Страшно услышать
«предъявите документы», если у тебя
проблемы с законом.

А значит очень соблазнительно придумать себе теорию,
согласно которой ты никому ничего не должен, и никто не
смеет что-либо требовать от тебя.

«Не лезьте ко мне и не учите меня. Я сам все
знаю. Кому какое дело, как я себя веду? За собой
смотрите» Эти последние речи звучат в
мире все громче, но хорошо ли будет нам жить, если
звук подобных речей заглушит все остальные
звуки?

Античный мир не знал величия личности и ее
достоинства. Человека этот мир растворял
в социуме, в государстве, роде или
племени. Интересы отдельного человека целиком
подчинялись интересам общественного целого.

Христианство освободило личность.
Христианство возвестило, что личность
уникальна, не сводима на общность,
ответственна перед Богом напрямую и лично
Богом любима. Эта прививка личного
самосознания – становой хребет нашего
самоуважения и мыслей о человеческом
достоинстве. Добрый Пастырь Своих
овец зовет по имени.

Но высокие речи о достоинстве человека
работают там, где есть страх перед Великим Богом и
неумолкающий голос совести. Если вера
исчезает, если исчезает понятие религиозного долга, а
понятие о личном достоинстве сохраняется и
искусственно раздувается, это грозит
катастрофой.

Если человек уверен, что никому не
подотчетен, что он вправе делать что хочет, и
даже Бог ему не Судья, то все остальные виды
ответственности умрут неизбежно.

Умрет ответственность перед семьей и семья
рухнет. Ее заменят разные формы временного
сожительства вплоть до самых
противоестественных. И ничего не
возразишь. Ведь «я так хочу, и мне не
надо никому отчитываться». Умрет
ответственность перед Отечеством и
в силу войдет принцип «где хорошо, там и
родина». Солдат убежит с войны и судья будет
судить только за взятки. Мысленные горизонты
сузятся, все будет измеряться личной выгодой.
Это – нравственная смерть.

Основа здорового общества –
баланс между правами и обязанностями.
Основа здоровой души – чуткая
совесть, вера в Бога и уплаченные долги
всем, кому ты должен.

Мы опять приходим к мыслям о воспитании, потому что
животное все нужное для жизни берет с момента
рождения, а человек приобретает необходимые
навыки долго в процессе обучения. И уже
лошаденок, родившийся только вчера, на слабых
ногах бежит за матерью. А человека ожидают долгие
годы обучения и воспитания, пока он сможет
самостоятельно жить и ответственно
действовать.

Народ дал отстояться своему коллективному
опыту и поместил его в пословицы и
поговорки. «Не дал слово – крепись,
а дал слово – держись». Это значит, что
нельзя разбрасываться обещаниями, но если уж
пообещал – сделай. Это –
ответственность. Сказал: «Приду
в пять», так приди в пять, а не в
пол шестого.

«Взялся за гуж, не говори, что не
дюж». Это – ответственность.
Постоянство и верность нужны
человеку во всяком серьезном деле. И это
не приходит само, но воспитывается, иногда со
слезами и болью. Это нужно и для спасения, для угождения
Богу. Ведь сказано, что «положивший руку
на плуг и озирающийся вспять, не благонадежен для
Царства Небесного».

Долг выше выгоды. Если выгода
выше долга, тогда прощай мораль и
здравствуй грядущее антихристово
царство. Царство кратковременное и
проклятое, слепленное из миллионов маленьких
«хочу – не хочу» и «буду – не
буду»; состоящее из победы сиюминутного интереса над
вечными ценностями.

Тяжело быть человеком. Тяжело и страшно. Хочется
временами отступить в область бессознательного
и раствориться в природе, стать неразличимым с
нею. Такое отступление невозможно.

Можно даже сказать, что человеком нельзя
«просто быть». Человеком нужно долго
становиться, чтобы наконец стать им. И то, насколько
ты им стал, есть ответ трем непрестанно
вопрошающим голосам.

Чтобы доктор лечил, милиционер защищал, а священник
молился нужно сохранить нерастраченным некий
неприкосновенный запас нравственности.
Всякий человек будет хорошо делать свое
дело и не погубит своего имени, если от
вопросов Бога, совести и окружающих
людей он не закроет свои уши и не отвернет
лица.

Хоть и сто раз прав Экзюпери, мы в
ответе не только перед теми, кого приручили. Мы
в ответе и перед Тем, Кого нельзя приручить; и
перед Его голосом в нашей душе; и перед
множеством людей, большинство из которых мы не
знаем по имени.

Цитаты | willrogers

Вот лишь несколько цитат Уилла Роджерса

Обратите внимание, что в Интернете есть много цитат, приписываемых Уиллу Роджерсу, которые ему не принадлежат. Пожалуйста, свяжитесь с нами, если вы хотите использовать цитату Уилла Роджерса, чтобы мы могли подтвердить ее подлинность для вас.

Я родился 4 ноября, в день выборов. . . . Мой день рождения сделал больше мужчин и вернул к честной работе больше, чем любой другой день в году.

 
У всех революций есть одна общая черта (на самом деле, в этом отношении они довольно близки к войнам): никто никогда не знает, из-за чего они борются.
 
В неоправданной войне можно погибнуть так же, как и в войне, защищающей собственный дом.
 
Америка — страна возможностей, и никогда не забывайте об этом.
 
Человек учится только двум вещам: чтению и общению с более умными людьми.
 
Десять человек в деревне могут купить весь мир, а десять миллионов не могут купить достаточно еды.
 
Нам не о чем беспокоиться.Ни одна нация в истории мира никогда не сидела так красиво. Если нам что-то нужно, все, что нам нужно сделать, это пойти и купить это в кредит.
 
Это было бы прекрасное время для того, чтобы появился человек, который что-то знал.
 
У нас никогда не будет настоящей цивилизации, пока мы не научимся признавать права других.

 
Матери — единственная раса людей, говорящих на одном языке. Мать в Маньчжурии могла разговаривать с матерью в Небраске и не пропустить ни слова.
 
Мои предки не приплыли на «Мэйфлауэре», но встретили лодку.
 
Злодеи становятся такими же толстыми, как дипломы колледжа, а иногда и одного и того же парня.
 
Они хотят мира. Но им нужен пистолет, чтобы добраться до него.
 
Человек, который не любит лошадь, с ним что-то не так.
 
В жизни нет ничего, кроме удовлетворения.
 
Ни один человек не велик, если он так думает.
 
Я утверждаю, что женитьба должна стоить столько же, сколько и развод. Сделать вид, что брак стоит столько же, сколько развод, даже если это не так. Это также сделало бы проповедников финансово независимыми, как и юристов.
 
Помните, напишите своему конгрессмену.

Даже если он не умеет читать, напишите ему.

 
В этом старом мире приходится сортировать и брать.
 
Все, что нужно для успеха, это удовлетворение.
 
Я никогда не встречала мужчину, который бы мне не нравился.
 
Мы не должны избирать президента. Мы должны выбрать мага.
 
Почему бы им не принять поправку к Конституции, запрещающую кому бы то ни было учиться? Если это сработает так же хорошо, как Сухой закон, через пять лет у нас будут самые умные люди на земле.
 
Я не верю в этот «тяжелый труд, настойчивость и использование своих возможностей», о которых так любят писать в этих журналах.Успешные работают не усерднее неудачников. Они получают то, что в бейсболе называется перерывами.
 
Некоторые люди всю жизнь жонглируют словами, а не идеями в вагоне.
 
Эта страна больше, чем Уолл-Стрит.

Если они не верят, покажите им карту.

 
Что такое хорошо прожитая жизнь? Любовь и восхищение со стороны ваших ближних — это все, о чем можно просить.
 
Я всего лишь старый деревенский парень в большом городе, пытающийся ладить.Я ел довольно регулярно, и причина этого в том, что я остался старым деревенским парнем.
 
Америка может держать себя и вести себя в довольно приличной форме, но когда она останавливается, поднимает весь мир и взваливает его на свои плечи, она просто не может «сделать это».
 
Пусть эта страна проголодается, и они будут есть, что бы ни случилось с бюджетами, подоходным налогом или Уолл-Стрит. Вашингтон не должен забывать, кто правит, когда дело доходит до разборок.
 
Мы выбираем наших президентов, будь они республиканцами или демократами, а затем начинаем вызывать их, чтобы добиться успеха.
 
Чтобы быть демократом, нужна смелость, а чтобы быть республиканцем, нужны деньги.

 
Когда газеты сильно бьют человека, в нем обязательно много хорошего.
 
Должен быть принят закон, запрещающий тем, кто отправляется в Европу, пока не увидит то, что есть у нас в этой стране.
 
В газетах постоянно пишут, как предотвратить войну.В мире есть только один способ предотвратить войну: КАЖДЫЙ НАРОД ЗАНИМАЕТСЯ СВОИМ ДЕЛОМ.
 
Живите так, чтобы всякий раз, когда вы проигрываете, вы были впереди.
 
Республиканская платформа обещает стать лучше. Я не думаю, что они сделали так плохо. Все разорены, кроме них.
 
Демократы воспринимают все это как шутку. Республиканцы относятся к этому серьезно, но используют это как шутку.
 
Я признаю, что при республиканских администрациях дождей было больше.Отчасти это произошло потому, что у них было больше администрации, чем у демократов.
 
Платформа всегда будет одна и та же, обещайте все, ничего не делайте.

 
Каннибал очень похож на демократа, они вынуждены жить за счет друг друга.
 
Республиканцы заботятся о больших деньгах, ибо большие деньги заботятся о них.
 
Я не присоединился ни к какой партии. Сижу в ожидании заманчивого предложения.
 
Я вообще отдаю партии власти, будь то Республиканская или Демократическая, больше копает, потому что они вообще больше вреда стране наносят. Партия власти, получающая зарплату, должна быть выбита.
 
Я надеюсь, что кто-то из мужчин, набравших наибольшее количество голосов, будет избран.
 
Стая демократов заменит бардак республиканцев. Это ничего не значит. Они войдут, как и все остальные. Давай обещания, а выходи на алиби.
 
Республиканцы зачистили, демократы замазали, а я сейчас попробую подвести итоги. Теперь все ужасно скучно. У нас не будет более серьезной комедии, пока не соберется Конгресс.

 
Вы должны признать, что каждая партия хуже другой. Тот, что снаружи, всегда выглядит лучше.
 
Если человек хочет иметь хорошее социальное положение, он не может позволить себе быть замеченным ни с демократами, ни с республиканцами.
 
Республиканцам нужен человек, способный придать должности достоинство.Демократам нужен человек, который одолжит немного денег.
 
Республиканцы всегда были партией большого бизнеса. Демократы малого бизнеса. Так что вы просто выбираете. Демократы ориентируются на десять центов, а республиканцы на доллары.
 
Если бы благодаря какому-то божественному провидению мы могли бы избавиться от обеих сторон и нанять хороших людей, как и в любом другом хорошем бизнесе, это было бы неплохо.
 
У обеих сторон бывают хорошие и плохие времена в разное время.Хорошо, когда их нет. Плохо, когда они внутри.
 
Огайо утверждает, что им нужен президент, так как у них не было его со времен Тафта.

Посмотрите на Соединенные Штаты, у них не было такого со времен Линкольна.

 
Вы могли бы сохранить политику в чистоте, если бы придумали способ, чтобы ваше правительство никогда никого не нанимало.
 
Ни один математик в этой стране никогда не был в состоянии вычислить, сколько сотен соломенных голосов нужно, чтобы сравняться с одним законным голосом.
 
Ни одно животное в мире не голодает так, как демократ. Он скорее произнесет речь, чем доллар.
 
Вся беда республиканцев в том, что они боятся повышения подоходного налога, особенно на более высокие доходы.
 
Иногда кажется, что нам нужен не столько другой мужчина, сколько разные советники для одного и того же человека.
 
Если бы мы могли отправить ту же группу людей в Вашингтон для блага нации, а не по политическим причинам, у нас было бы самое совершенное правительство в мире.
 
Правда на выборах может навредить вам больше, чем о том, что может с вами случиться.

 
Между закатом и закатом было избрано больше мужчин, чем когда-либо между восходом и закатом.
 
Политика волнует эту страну не в десять раз меньше, чем парковочные места.
 
Политик похож на карманника. Практически невозможно заставить человека перестроиться.
 
Партийная политика — самое ограниченное занятие в мире.
 
Если вы когда-либо вводили правду в политику, у вас нет политики.
 
Разве не смешно, сколько сотен тысяч солдат мы можем завербовать смело. Но мы не можем найти одного политика на миллион с хребтом.
 
У большинства людей и актеров, появляющихся на сцене, есть писатель, который пишет материал. Конгресс достаточно хорош для меня. Они писали мой материал годами.
 
Все сенаторы много путешествуют.Все они стараются держаться подальше от дома, насколько это возможно.
 
Зачем спать дома, если можно спать в Конгрессе?
 
Быть политиком — обучение не требуется.

 
В Вашингтоне их легче одурачить, чем дома. Так почему бы не стать сенатором.
 
Залезть в шкаф; вам не придется долго оставаться.
 
Будь республиканцем, и рано или поздно ты станешь почтмейстером.
 
Вы же знаете, что такое Конгресс.Они проголосуют за что угодно, если то, за что они голосуют, обернется и проголосует за них.
 
В документах говорится: «Конгресс зашел в тупик и не может действовать». Я думаю, что это величайшее благословение, которое может случиться с этой страной.
 
Я шучу о выдающихся людях, но в душе верю им. Я думаю, что есть время, когда в официальной жизни всплывают следы «глупости», но не кривости.
 
Редко кто помнит встречу с вице-президентом.
 
[Э]лекции — это то же самое, что и браки, о вкусах не спорят.
 
Ужасно трудно заинтересовать людей коррупцией, если они не могут получить от нее часть.

 
Будет трудно поднять вопрос о коррупции. Он как бедняк, он всегда был с нами.
 
Мы ругаем законодателей. Но я заметил, что мы всегда готовы разделить любую сумму денег, которую они могут распределить.
 
В наше время все предлагают способы разбогатеть на чужие деньги.
 
Быть серьезным или хорошим парнем не имеет ничего общего с управлением этой страной. Если перерывы с вами, вы могли бы быть смеющейся гиеной и по-прежнему иметь отличное администрирование.
 
Есть люди, которые так взволнованы этими выборами, что думают, что президент как-то связан с управлением страной.
 
Если бы я был президентом и хотел чего-то, я бы заявил, что не хочу этого.Конгресс за последние 10 лет не дал ни одному президенту ничего из того, что он хотел. Будьте против чего бы то ни было, и тогда он обязательно это получит.
 
Политика — единственное спортивное мероприятие в мире, где не расплачиваются за вторые деньги; для человека быть вторым в любом другом соревновании в мире — это честь.

Но каждый раз, когда он баллотируется вторым на пост президента, это не честь. Очень жаль.

 
Президент должен занимать должность шесть лет без переизбрания. Прекратите эту штуку с президентом, который должен унижать свое достоинство и ходить повсюду, прося голосов, чтобы сохранить его еще на один срок.Шесть лет дают ему время что-то сделать. Затем платите человеку, когда он уходит, половину его жалованья пожизненно.
 
Джордж Вашингтон был политиком и джентльменом. Это редкое сочетание.
 
У Линкольна не было внешней политики. Вот почему он Линкольн.
 
Статистические данные доказали, что самый верный способ выбросить что-либо из общественного сознания и никогда больше об этом не слышать — это назначить сенатский комитет для изучения этого вопроса.
 
В этой стране в любом расследовании следует ввести правило, если человек не может сказать правду с первого раза, ему нельзя допускать повторной попытки.

 
Вы телеграфируете правительству штата или федеральному правительству, что наша корова или собака больны, и они пришлют экспертов из Вашингтона и выделят деньги для устранения причины. Вы телеграфируете им, что у вашего ребенка дифтерия или скарлатина, и смотрите, что они делают… почему мы не можем заставить правительство хотя бы сделать для защиты ребенка то, что они делают для коровы или свиньи?
 
Достаточно совершить набег на национальную казну, и вскоре вас будут называть «государственным деятелем».
 
После футбольного матча в Лиме (Перу) погибли пятеро человек. Здесь наверху мы не убиваем наших футболистов. Из умных делаем тренеров, а остальных отправляем в Законодательное собрание.
 
Американцы будут голосовать всухую до тех пор, пока они смогут прийти на избирательные участки, шатаясь.
 
Чем больше он получает образования, тем меньше у него шансов стать демократом, а если он очень образован, то увидит яблочное пюре в обеих партиях.

 
Конфуций излил больше знаний, чем U.С. Сенат озвучил за последние 50 лет.
 
Фермеры узнают, что облегчение, которое они получают от неба, превосходит то, что они получают от Вашингтона.
 
Никто из них ни от какой партии намеренно разорять страну не собирается. Все они сделают все возможное.
 
Эта страна достигла своего положения вопреки политике, а не с ее помощью.
 
Люди не меняются при правительстве. Правительства меняются.Люди остаются прежними.
 
Одним из пороков демократии является то, что вы должны мириться с избранным вами человеком, хотите вы этого или нет. Вот почему мы называем это демократией.
 
Каждый смотрит в карман и голосует.
 
Короткая память американских избирателей — вот что удерживает наших политиков у власти.
 
[O]раз человек хочет занимать государственную должность, он абсолютно не годится для честной работы.

 
Как бы плохо мы иногда не думали, что наше правительство управляется, это лучшее, что я когда-либо видел.
 
Высокий пост президента превратился в двух обычно хороших людей, которых политические пиявки подстрекают говорить вещи, которые, будь они в здравом уме, они и не подумали бы сказать.
 
В этой стране люди голосуют не за, а против.
 
Государственный деятель — это человек, который может делать то, что хотел бы политик, но не может, потому что боится быть не избранным.
 
В политике очень мало достоинства, очень мало спортивного мастерства или чего-либо еще, только получить работу и удержаться на ней.
 
Когда чиновник или тот, кого разоблачили, не может придумать, о чем выступить с речью, он всегда возвращается к старой доброй теме — АМЕРИКАНИЗМУ.
 
Ничто так не нарушит экономическое положение штата, как законодательный орган.

Лучше иметь термитов в своем доме, чем законодательный орган.

 
Никогда не обвиняйте законодательный орган в том, что он чего-то не делает. Когда они ничего не делают, они никому не причиняют вреда. Когда они что-то делают, они становятся опасными.
 
Деньги, которые мы тратим на правительство. И это правительство ничуть не лучше, чем мы получили за треть денег два года назад.
 
Слоган: Будь политиком; нет необходимости в обучении.
 
В политике есть только торговля. Вот почему политика не так хороша, как много лет назад.Там не так много старых торговцев лошадьми. Это просто любители. Они грубы со своими сделками. На самом деле никакой «изящества». Вы можете этого не понять. «Изящество» — французское слово, означающее «ускользнуть».
 
Умное государство в наши дни будет назначать всех своих разбойников из одного места. Тогда одна дорога сделает их всех.
 
Этой стране нужно больше рабочих и меньше политиков.

 
В том-то и беда жизни политика, что всегда кто-то прерывает ее выборами.
 
Представьте себе человека на государственной должности, о котором все знали, на каком он месте. Мы бы не назвали его государственным деятелем, мы бы назвали его диковинкой.
 
Должен быть налог на каждого человека, который хочет получить назначение в правительство или быть избранным на должность. Через два года один только этот налог покроет наш государственный долг.
 
Консерватор — это человек, у которого много денег и который не видит причин, по которым у него всегда должно быть много денег.Демократ — это человек, у которого никогда не было денег, но он не понимает, почему у него их не должно быть.
 
В политике свободы не больше, чем в тюрьме. Они всегда тявкают о «государственной службе». Они ищут общественную работу.
 
Я люблю животных и люблю политиков. Мне нравится смотреть, как они оба играют либо дома, в родном штате, либо после того, как их схватили и отправили в зоопарк или в Вашингтон.

 
Сенат Соединенных Штатов открывается молитвой, а закрывается расследованием.
 
Комитет путей и средств должен найти способы разделить средства.
 
Лоббист — это человек, который должен помочь политику принять решение — не только помочь ему, но и заплатить ему.
 
Самая большая похвала, которую может получить юморист, — это попасть в «Записи Конгресса». Только подумайте, мое имя будет рядом со всеми этими большими юмористами.
 
Я люблю шутить и подшучивать над сенаторами.Они являются бесконечным источником веселья, изумления и разочарования. Но негодяи, когда вы встречаете их, они очень милые ребята. Должно быть, в офисе есть что-то такое, что иногда делает их такими злыми. Когда видишь, что они делают официально, хочется их пристрелить. Но когда он смотрит на тебя и так невинно усмехается, тебе добрее хочется его поцеловать.
 
В мире нет расы людей, которая могла бы конкурировать с сенатором в разговорчивости.

Если я пойду в Сенат, я не смогу говорить достаточно быстро, чтобы ответить на перекличку.

 
Что касается того, чтобы быть сенатором США, единственное, что закон говорит, что вам должно быть 30 лет. Не еще одно требование. Они просто считают, что такому старому человеку некого винить, кроме самого себя, если его там поймают.
 
Не будет времени, пока какая-нибудь женщина дойдет до такого отчаяния в политическом отношении, что потеряет всякую информацию о том, что правильно, а что нет, и, может быть, пойдет все хуже и хуже и, наконец, окажется в сенате. Мужчины дали им право голоса, но не хотели, чтобы они относились к этому серьезно.Но, будучи женщинами, они поняли неправильное значение и сделали это.
 
Должно быть, приятно принадлежать к какому-то законодательному органу и просто собирать деньги из воздуха.
 
демократов, их не пристыдишь даже до смерти. Они будут продолжать жить только назло республиканцам.

 
Помимо дорожного движения, ничто так не сдерживало эту страну, как комитеты.
 
Кажется, все в Вашингтоне извиняются друг перед другом.В Вашингтоне просто обычно считают, что одна ненависть уравновешивает другую, и они оба равны.
 
Эти дипломы бакалавра, данные выпускникам, не дают им особого поощрения, за исключением того, что им советуют голосовать за республиканский билет.
 
Эта страна только что ввергла себя в депрессию. Если они все разойдутся по домам и пообедают со своими семьями, они не только получат свой первый за много лет хороший обед, но и удивятся, насколько умнее их собственная жена может говорить, чем «спикер дня».
 
Я люблю собаку, он ничего не делает по политическим мотивам.
 
Налоговые льготы, помощь фермам, помощь наводнениям, помощь плотинам — ни один из них не был урегулирован, но они готовят их к рассмотрению на следующей сессии Конгресса в надежде, что те, кто нуждается в помощи, возможно, тем временем умрут.

.

 
Популярность избранного президента – самая короткая из всех публичных людей. Это длится только до тех пор, пока он не выберет свой кабинет.
 
Я просмотрел и политику, и кино, и, хотя у них много общего, я считаю, что политика является наиболее распространенной, поэтому я останусь с кино.
 
Я до сих пор читал все президентские речи обеих сторон, и побеждает тот, кто достаточно умен, чтобы больше не выступать. Велик шанс для «молчаливой» третьей стороны.
 
В Америке не найдется избирателя, который через двадцать четыре часа после любой речи мог бы вспомнить из нее две фразы.
 
Проницательность в общественной жизни во всем мире всегда почитается, в то время как честность общественных деятелей обычно приписывается глупости и редко вознаграждается.
 
Чем больше я узнаю о политике… тем больше я задаюсь вопросом, ради чего вообще вообще может человек браться за нее.

Затем некоторые люди задаются вопросом, почему лучшие люди в обществе не занимают должности.

 
Наши общественные деятели относятся к себе так серьезно. Это только кажется, что они сутулые от того, что несут нашу Страну на спине.
 
Все взволнованы тем, кто победит на выборах в Чикаго. Победит сторона с наибольшим количеством пулеметов.
 
Демократы очень развлекаются, разоблачая коррупцию в предвыборной кампании республиканцев, но они бы получили гораздо больше удовольствия, если бы знали, где они сами могут достать часть этого в ноябре следующего года.
 
Читал воскресные списки пострадавших от автомобилей. Похоже, всех сбивают с ног, кроме кандидатов в президенты.В мире нет справедливости?
 
Фермеры голодают три года из четырех, но удачным годом всегда является год выборов. Действительно похоже, что Господь был в сговоре с республиканцами, но если это так, то вы почти потеряли бы веру в Него.

 
Никакая стихия, никакая партия, даже Конгресс или Сенат не могут сейчас повредить этой стране; Это слишком большое. Вот почему я никогда не могу серьезно относиться к политикам.
 
Конгресс может принять плохой закон, и как только об этом узнает старое нормальное большинство, он вычеркнет его из книги.
 
Даже когда грядет наша следующая война, мы по своей недальновидности не будем готовы, но это не будет чем-то фатальным.
 
Настоящая энергия и умы Нормального Большинства вмешаются, справятся с этим и будут бороться до успешного завершения.
 
Страна не там, где она сегодня, из-за любого человека. Именно здесь из-за здравого смысла большого Нормального Большинства.
 
На днях один джентльмен процитировал меня в зале.Другой член возразил и сказал, что возражает против того, чтобы замечания Professional Joke Maker попали в отчет Конгресса.

Они профессиональные шутники. Прочтите некоторые законопроекты, которые они приняли. Если вы не думаете, что они не создатели шуток. Я мог бы учиться всю свою жизнь и не придумать и половины того количества забавных вещей, которые они могут придумать за одну сессию Конгресса. Кроме того, мои шутки никому не вредят. Вам не нужно обращать на них внимание. Но все Шутки, которые делают эти Птицы, являются законом и причиняют кому-то вред (как правило, всем).Я против того, чтобы меня называли профессионалом. Я любитель рядом с ними.

 
В городе с самой дешевой землей и бетоном может быть самый большой стадион.
 
Единственный способ распознать слабоумного человека — это поспорить с ним об экономике.
 
На предвыборные кампании тратится столько денег, что я сомневаюсь, что любой из этих людей, какими бы хорошими они ни были, стоит того, что стоит их избрание.
 
Ни одна нация в истории мира никогда не сидела так красиво.

Если нам что-то нужно, все, что нам нужно сделать, это купить это в кредит. Так что это оставляет нас без каких-либо экономических проблем, за исключением, возможно, того, что когда-нибудь придется за них платить. Но мы, конечно, не думаем об этом так рано. Ваш для большего кредита и более длительных платежей.

 
Есть одно правило, которое работает при любом бедствии. Будь то эпидемия, война или голод, богатые становятся богаче, а бедные беднеют. Бедняки даже помогают устроить.
 
Одна вещь о помощи фермерам: она не может длиться долго, потому что фермерам больше не от чего избавляться.
 
Мы будем удостоены звания единственной нации в мировой истории, которая когда-либо ездила в богадельню на автомобиле.
 
Не вносить первый платеж ни за что. Первые платежи заставили нас думать, что мы процветаем, а остальные девятнадцать показали, что мы разорены.
 
Крупный бизнес больше не разоряется.

В ту минуту, когда это выглядит плохо для них, они объединяются с чем-то еще и выпускают больше акций.

 
Эта штука с открытыми дверями — много ерунды. Любая дверь открыта только для тех, у кого есть лучший продукт за самые дешевые деньги.
 
Экономист — это человек, который может рассказать вам все, что угодно. Его догадка может быть такой же хорошей, как и любая другая.
 
В каждой стране должны быть легализованы азартные игры. У нас есть Уолл-Стрит.
 
Если бы Уолл-Стрит платила налог за каждую «игру», которую они проводят, мы получили бы достаточно доходов, чтобы управлять государством.
 
Ни у одной нации нет монополии на хорошие вещи. У каждого есть что-то, что другие могли бы позволить себе перенять.
 
Наверное, наша страна рекордсмен по тупости. Сегодня утром Папа обратился к миру на трех языках, и мы не поняли ни одного из них. Но в ту минуту, когда он закончил, и местные станции вернулись к продаже кукурузной мази и зубной пасты от пиореи, мы снова оказались в нашем интеллектуальном переулке.

 
Когда какая-то нация хочет, чтобы мы им помогли, они используют ту же старую «шутку», что мы должны проявить наше «моральное лидерство» и, как тявканье, поверить в это, когда, по правде говоря, ни одна нация не хочет никакой помощи. другая нация, оказывающая над ними «моральное лидерство», даже если оно у них было.
 
Я вижу в газетах, что «Германия сходит с ума». Хотел бы я, чтобы вы назвали мне нацию, способную судить о безумии.
 
Я полагаю, что ни один из когда-либо придуманных людей не может переложить ответственность так же быстро, как нация.
 
В школах есть так называемые тесты интеллекта. Что ж, если бы нации держали их, я не верю, что мы были бы тем, что вы бы назвали фаворитом на победу.
 
Меня не волнует, насколько мала твоя страна, ты имеешь право управлять ею, как хочешь.
 
Когда крупные государства перестанут вмешиваться, наступит мир.

 
Есть одна вещь, в которой ни одна нация не сможет нас обвинить, — это тайная дипломатия. Наши зарубежные сделки — это открытая книга. В общем чековая книжка.
 
Одна вещь, которую мы делаем хуже, чем любая другая нация, это пытаемся управлять чужими делами.
 
Нации такие же, как люди. Одолжите им денег, и вы потеряете их дружбу.
 
Прежде чем жаловаться, подумай о Перу.
 
Ни у одного народа не было двух лучших друзей, чем у нас. Ты знаешь кто они? Атлантический и Тихий океаны.
 
Кучу американских туристов вчера освистали и закидали камнями во Франции, но только после того, как они закончили покупать.
 
Мы никогда не поймем, почему Мексика не сходит по нам с ума. Мы всегда ценили их добрую волю, нефть, кофе и полезные ископаемые.
 
Горе слабому народу, если он живет за счет сильного.
 
Вы можете взять слезливую историю и леденец и увести Америку прямо в Мертвое море.

 
У европейских народов есть одна хорошая черта: они не могут ненавидеть вас так сильно, чтобы не использовать.
 
Заголовки в газетах гласят: «Европа критикует США». Если мне не изменяет память, мы сами в последнее время не хвалили их.
 
В России нет налога на прибыль.Но дохода нет.
 
Дипломаты так же необходимы для начала войны, как и солдаты для ее окончания. Уберите из войны дипломатию, и через неделю все развалится.
 
Что ж, наконец-то они запретили нам посылать морских пехотинцев на каждую войну, о которой мы могли слышать. У них есть один в Афганистане. Дело будет кончено до того, как Конгресс сможет его огласить, не говоря уже о том, чтобы узнать, где оно находится.
 
Есть только один верный способ остановить войну: сделать так, чтобы у каждого «государственного деятеля» был такой же шанс задуматься после ее окончания, какой был у этих мальчишек, делающих «мак».

 
Разговоры о войне в Европе практически угасли из-за отсутствия международных конференций. У них не так много шансов обидеться друг на друга.
 
Наций отдадут свои жизни (даже порадуются этому). Они отдадут свои деньги, чтобы пожертвовать своей жизнью, но попросить кого-то отказаться от своего ремесла, чтобы предотвратить войну, ну, этого никогда не делали.
 
Лучшим признаком международной доброй воли является то, что конференции становятся короче.Теперь, если они уничтожат их полностью, войны не будет.
 
У меня есть план, как остановить войну. Дело в том, что ни одна нация не может вступить в войну, пока не заплатит за последнюю.
 

Войны

никогда не увенчаются успехом, пока у вас не будет судьи и пока они не объявят перед началом, для чего они нужны.
 
Отличие бандита от патриота в хорошем пресс-агенте.
 
У нас бывает только одна или две войны в жизни.

Но у нас трехразовое питание. Если бы вы помогли поднять уровень кулинарии, вы бы подняли единственное, что имеет значение в мире.

 
Война идет с незапамятных времен, и мы не умнее людей, которые ушли до нас. Вероятно, будет еще одна война.
 
Каждой войне предшествует мирная конференция. Это то, с чего всегда начинается следующая война.
 
Просить Европу разоружиться — все равно, что просить человека в Чикаго отказаться от страховки жизни.
 
Люди говорят о мире, но люди посвящают свою жизнь войне. Это не остановится, пока не будет столько же мозгов и научных исследований направлено на помощь миру, как и на продвижение войны.
 
Ничто так не сводит с ума нацию или отдельного человека, как если бы кто-то сказал: «На самом деле это не мое дело, я просто советую вам». Если я сплю с пистолетом под подушкой, я не хочу, чтобы кто-то с другой стороны улицы «советовал» мне, что он мне не нужен.

 
Этим людям требуется немалое чувство юмора, чтобы понять, как мы пожимаем друг другу руки одной рукой и стреляем другой.
 
Если ты попадаешь в беду за пять тысяч миль от дома, ты, должно быть, долго ее искал.
 
Проект капитала, а также мужчин. Ребята, войны не будет.
 
Дипломаты так же необходимы для начала войны, как и солдаты для ее окончания.
 
Многие в Европе недоумевали, как Америка может так быстро обучать мужчин.Ну, когда вам нужно научить их идти только одним путем, вы можете сделать это в два раза быстрее.
 
Вот и снова! Америка идет своим чередом, регулируя для них дела какой-то другой страны, как всегда делаем мы. Мы хотим добра, но, как обычно, ошибаемся.
 
Мы убили больше людей, празднующих нашу независимость, чем проиграли, сражаясь за нее. Мы бы праздновали окончание каждой из наших войн, но у нас не хватает людей, чтобы ходить.

 
Если с нами никто не хочет разоружаться, мы покажем им, что мы правы. Мы пристыдим их, если для этого нам придется утопить наш последний спасательный круг.
 
Насколько нам известно, налоги будут снижены, но только после вашей смерти.
 
Конгресс принял большой налог на наследство. Это доставит тебя, когда ты уйдешь. Я думаю, что это хороший закон. Вы использовали эти деньги при жизни, так что передайте их правительству, и они могут делать с ними какие-то чертовски глупые вещи.Может быть, так же глупо, как и дети покойного. Всего одно поколение от кирки до клюшки и еще одно от смокинга до бродяги.
 
У них такой высокий налог на наследство, что вы не заставите этих старых богатых мальчиков умирать беспорядочно, как они. Этот законопроект делает из всех патриотов. Вы обязательно умрете за свою страну, если умрете отныне.
 
Уплатить налог в день покупки не так сложно, как потребовать его в следующем году, когда вы разоритесь.

 
Старые добрые времена для большинства из нас были, когда мы не зарабатывали достаточно, чтобы платить подоходный налог.
 
Люди больше хотят справедливых налогов, чем низких. Они хотят знать, что каждый платит свою долю согласно своему богатству.
 
Когда партия не может думать ни о чем другом, она всегда прибегает к более низким налогам. Для избирателя это звучит волшебно, точно так же, как дети говорят о сказочной стране и мечтают о ней.Но ни один ребенок никогда не видел его. Ни один избиратель не дожил до того дня, когда его налоги были снижены.
 
Существует огромное движение за снижение налогов на заработанный доход. Тогда придет настоящая проблема. Кто из нас на зарплату зарабатывает наш доход?
 
Кажется, мы не в состоянии даже остановить преступность. Почему бы не легализовать его и не обложить большим налогом. Сделайте налог на грабеж настолько высоким, чтобы бандит не мог позволить себе грабить кого-либо, если у него не было много бабла.

Мы обложили налогом другие отрасли, здесь это может сработать.

 
Мысль о том, что налог на что-то удерживает кого-либо от покупки этого товара, очень вздорная. Его по всей стране поставили на бензин, и ни дня, ни ночи он не держал дома ни души. Вы можете поставить доллар за галлон, и все равно пешеход не сможет безопасно перейти улицу без брони.
 
Положите хороший налог на пиво, и это позаботится о фонде по безработице.
 
Подоходный налог сделал из американцев больше лжецов, чем гольф.
 
Это великая страна, но в ней нельзя жить даром.
 
Юмористы не улучшились. Ничего не изменилось, кроме налогов.
 
Я вижу много разговоров из Вашингтона о снижении налогов. Я надеюсь, что они опустят их достаточно низко, чтобы люди могли позволить себе платить за них.
 
Вам понадобятся налоги с продаж, как федеральные, так и государственные, подоходный налог и много других видов.

Это великая страна, но в ней нельзя жить даром.

 
Преступление налогов не в их сборе, а в том, как они тратятся.
 
Любой, кому доставляет удовольствие наблюдать за чьей-то смертью, так же бесполезен для человечества, как и человек, которого бьют током.
 
Вы должны судить о величии человека по тому, как сильно его будет не хватать.
 
Люди изумительны в своей щедрости, если они просто знают, что причина есть.
 
Хорошо быть великим, но еще лучше быть человеком.
 
Индейцы и первобытные народы были наиболее цивилизованными, потому что они были более удовлетворены, меньше зависели друг от друга и меньше брали друг от друга.
 
Ничто так не расширяет кругозор человека, как невзгоды.
 
Как только парень попадает в Торговую палату, он перестает косить собственную лужайку.
 
Я помню времена, когда человека можно было считать респектабельным, не принадлежа к гольф-клубу.

 
Важно не то, сколько вы платите мужчине, а то, сколько он вам стоит.
 
Человек в деревне думает сам. Выведи его в город, и он будет думать из вторых рук.
 
Города как джентльмены. Они рождаются, а не становятся.
 
Господь так устроил всех, что какого бы цвета вы ни были, вам требуется одинаковое количество питания.
 
Великие художники говорят, что самое прекрасное в мире — это ребенок.Ну а рядом старушка, на каждую морщинку картинка.
 
Не меньше болезней, не меньше землетрясений, не меньше прогресса, не меньше изобретений, не меньше морали, не меньше христианства ни при одном, ни при другом. Они все одинаковые. Ни для кого из вас это не будет иметь значения в 50 центов. Если только вы не настолько глупы, чтобы делать ставки на это.
 
Назовите меня «деревенщиной» и «деревенщиной», но я бы предпочел быть человеком, купившим Бруклинский мост, чем человеком, который его продал.

 
Чем больше вы знаете, тем больше вы думаете, что кто-то должен вам жить.
 
Не за горами время, когда женщина будет знать не больше мужчины.
 
Если ты живешь правильно, смерть для тебя — шутка, если ты боишься.
 
Лорд разделил знания между своими подданными примерно поровну. Так называемый невежественный счастлив. Вы думаете, что он счастлив, потому что он не знает ничего лучшего. Может быть, он счастлив, потому что он знает достаточно, чтобы быть счастливым.Умный много знает. Это делает его несчастным, потому что он не может передать это своим друзьям. Недовольство приходит пропорционально знаниям.
 
Образование никогда не помогало нравам. Самые дикие люди — самые нравственные. Чем умнее парень, тем больше негодяй.
 
Чем выше образование, тем к более дорогим напиткам они привыкают. Запрет никогда не догонит образование.
 
Ни один человек не может быть осужден за владение собакой.

Пока у него есть собака, у него есть друг, и чем беднее он становится, тем лучший у него друг.

 
То, что мы все знаем, вместе взятое ничего не значит. Ничего ничего не значит. Мы здесь для заклинания и пройти дальше. Тот, кто думает, что цивилизация продвинулась вперед, — эгоист.
 
Форды и ванны есть у тебя и чистят тебя. Но ты был таким же невежественным, когда добрался туда. Мы знаем много вещей, о которых раньше не знали, но мы не знаем, как это предотвратить.
 
Все невежественны. Только по разным предметам.
 
Когда начинается невежество, оно не знает границ.
 
Нет ничего проще доноса. Не нужно много времени, чтобы увидеть, что что-то не так, но нужно некоторое зрение, чтобы увидеть, что снова исправит ситуацию.
 
В наше время быть тупицей — такое же большое преступление, как и быть нечестным.
 
Американский народ очень щедрый народ и простит почти любую слабость, за исключением разве что глупости.

 
Ум и здравый смысл людей нельзя законодательно закрепить. Вы не можете расширить кругозор человека, если он не родился с ним.
 
Человечество еще не готово ни к настоящей истине, ни к настоящей гармонии.
 
Фанатик всегда тот, кто на противоположной стороне.
 
Человек может одурачить вас своим умом, своей Душой и своим Сердцем, но если вы пойдете по его стопам, вы почти поймете, куда он идет.
 
Ничто так не испортит жизнь большому человеку, как слишком много правды.
 
То, что бесплатно, не имеет земного значения.
 
Половину нашей жизни мы тратим на то, чтобы найти что-то, что можно сделать со временем, которое мы спешим по жизни, пытаясь сэкономить.
 
Нет ничего глупее образованного человека, если его отвлечь от того, чему он был воспитан.
 
Никто не хочет, чтобы его дело было так сильно, как он хочет говорить о нем.

 
Быть героем, главное знать, когда умирать. Продолжительная жизнь погубила больше людей, чем когда-либо сотворила.
 
Современная история доказала, что никогда не осталось завещания, которое было бы выполнено именно так, как задумал создатель денег.
 
Ничто так не делает людей похожими, как парадный костюм.
 
Фактическое знание будущего никогда не было ниже, но надежда никогда не была выше.Уверенность превзойдет прогнозы в любое время.
 
История не то, что она есть. Так хотел какой-то писатель.
 
Все, что мы слышим, это «Что случилось со страной?» — Что случилось с миром? С каждым из нас в этом мире есть только одна вещь, и это эгоизм.
 
Парень, который сидит и смотрит на вас, лучше, чем вы сами, может сказать, как у вас дела и каковы ваши перспективы.
 
Такого спроса на скорость никогда не было, по меньшей причине.

Нет ни одного из нас, который не мог бы идти туда, куда мы идем, а затем добраться туда раньше, чем у нас появятся какие-либо дела.

 
Теории великолепны, они звучат великолепно, но в ту минуту, когда вас попросят доказать одну из них в реальной жизни, все рухнет.
 
В мире полно мужчин, которые делают большие дела, но когда вы встречаете их, они не являются выдающимися личностями. Почти все почти одинаковы.
 
Вы можете посмотреть на животы половины парней в мире, и вы увидите, что они не знают, как сделать заказ для себя.
 
Я, конечно, знаю, что комик может существовать только до тех пор, пока он либо не станет относиться к себе серьезно, либо его аудитория не воспримет его серьезно, и я не хочу, чтобы ни то, ни другое не случилось со мной, пока я не умру (если тогда).
 
Я полагаю, что нет двух рас людей с худшей репутацией среди всех, чем международные банкиры и люди, которые вставляют все эти булавки в новые рубашки.

 
Я думаю, что тот же самый парень, который начал эту самодельную мужскую шутку, начал другое идиотское выражение «100-процентный американец». Каждый человек с момента отлучения от груди становится самостоятельным. А как узнать, что человек сделан абы как? Он может быть только частично закончен, когда многие парни называют его готовым.
 
Нельзя устраивать пикник, пока не придет та сторона, которая несет корзину.
 
Популярность — это самое легкое в мире, что можно завоевать, но труднее всего удержать.
 
Слухи распространяются быстрее, но они не остаются на месте, пока правда.
 
С каждым из нас в этом мире не все в порядке, и это эгоизм.
 
Всем нравится слышать это прямо от начальника, даже если вас собираются уволить.
 
Если вы хотите отправить жирный мясной скот в конце его существования, вам нужно, чтобы он был удовлетворен на пастбище.

 
Я надеюсь, что мы никогда не увидим тот день, когда все будет так плохо, как это изображают некоторые из наших газет.
 
В настоящее время по всей стране существует большая тенденция быть высокомерным. Больше людей должны работать за свой обед, а не одеваться для него.
 
Что ж, дух Рождества закончился. Каждый может вернуться к своему естественному расположению. Если бы в сердце было столько же добрых пожеланий, сколько на бумаге, дьяволу пришлось бы откапывать новых клиентов.
 
Голод не нуждается в особом поощрении. Это просто продолжает происходить естественно.
 
Футбольный сезон подходит к концу. У образования никогда не было более финансового года. Сейчас начнется школа.
 
Банковское дело и After Dinner Speaking — две самые второстепенные отрасли в нашей стране. Я готов реформироваться, если они есть.
 
Когда что-то путаешь, долго объяснять.

 
Ничто так не разрушает дома, страны и народы, как публикация мемуаров.
 
Никогда не было нации, основанной и поддерживаемой без какой-либо веры во что-то… и это религия. Неважно, какой. Но это должно быть что-то, иначе вы потерпите неудачу на финише.
 
Ни один аргумент в мире не вызывает такой ненависти, как религиозная вера. Чем более образован человек, тем меньше он уважает веру другого человека.
 
Держу пари, что любое воскресенье можно было бы сделать в церкви таким же популярным, как Пасху, если бы вы еще устроили для них показы мод.Аудитория так занята, глядя друг на друга, что проповедник точно так же читает Гунга Дин.
 
Статистика показывает, что на каждую Библию приходится двадцать пять ванн.
 
Если в церкви собираются спорить о религии, а не учить ее, неудивительно, что в цирке народу больше, чем в церкви.
 
Тот, кто написал Десять Заповедей, сделал их короткими.

Их не всегда можно сохранить, но их можно понять.

 
Меня воспитывали преимущественно в методистской среде, но я так много путешествовал, общался с таким количеством людей во всех частях мира, что сейчас даже не знаю, кто я такой. Я знаю, что никогда не был неверующим. Но я могу честно сказать вам, что я не думаю, что какая-то одна религия является религией.
 
Религия каждого человека хороша. В этом нет ничего плохого. Мы все пытаемся прийти к одному и тому же месту в соответствии со своей совестью и учениями. Неважно, по какой дороге вы пойдете.
 
Смерть не знает деноминации. Смерть не рисует цветной линии.
 
Министерство всех деноминаций — самые бедные оплачиваемые работники в мире. Они создали бы профсоюз и потребовали бы больше зарплаты, но они не получают достаточно, чтобы платить членские взносы в профсоюз, поэтому они не могут его создать.
 
Они были очень религиозными людьми, приехавшими сюда из старой страны.

Они были очень человечны. Они стреляли в пару индейцев по дороге на каждое молитвенное собрание.

 
Жена — это самое дешевое, что можно получить в долгосрочной перспективе по женской линии.
 
«За последний год число разводов в Рино увеличилось более чем на 105 процентов». Вот это и есть процветание, потому что вы не можете разориться и развестись. Вот почему бедняки должны жить друг с другом. Нет ничего, что указывало бы на процветание быстрее, чем услышать, что «такой-то и его жена не ладят».
 
Я сомневаюсь, что атакующий слон или носорог так же решителен или трудноудержим, как социально амбициозная мать.
 
Гольф — единственная игра в мире, в которой на объяснение уходит больше времени, чем на саму игру.
 
Нет ничего женственного в том гольфе, в котором играют эти женщины-чемпионы.
 
Бейсбол ждет отличный год. Это наша национальная игра и всегда будет нашей национальной игрой.

Мы стали великой нацией в бейсболе и начали проигрывать в тот момент, когда начали брать много плохих замен.

 
Футбольный сезон подходит к концу, а студенческая жизнь подошла к концу.Некоторые ученики пропустят сезон из-за танцев, а некоторые игроки могут взять пару курсов игры на волынке и торчать там до начала весенней практики, но большинство хороших уедут на зиму домой, чтобы показать вырезки.
 
Если вы сомневаетесь, расскажите анекдот, пока не увидите, что собирается сделать другой парень.
 
Заставьте каждого говорящего, как только он расскажет все, что знает, сесть. Это сократит наши речи настолько, что вы будете отсутствовать к обеду.
 
Я не думаю, что когда-либо оскорблял чувства мужчин своими маленькими приколами. Я знаю, что никогда не делал этого намеренно. Когда мне придется делать это, чтобы зарабатывать на жизнь, я уйду.
 
Ужасно иметь закон, предписывающий тебе что-то делать.

Но ты не сделаешь этого, если нет.

 
Лично я не думаю, что вы можете сделать адвоката честным актом Законодательного собрания. Вы должны работать на его совести. А отсутствие совести делает его адвокатом.
 
Если бы не Уиллс, юристам пришлось бы работать на жизненно важных должностях.
 
Только один способ победить адвоката в деле о смерти. То есть умереть ни с чем.
 
Все врачи должны получать достаточно от тех, кто может хорошо платить, чтобы иметь возможность делать всю работу для бедных бесплатно. Одна вещь, за которую бедный человек никогда не должен платить, — это медицинская помощь, и не от организованной благотворительности, а от наших лучших врачей.Ваш врачебный счет должен быть оплачен так же, как ваш подоходный налог, в зависимости от того, что у вас есть.
 
Лучший врач в мире — Ветеринар. Он не может спросить своих пациентов, в чем дело. Он просто должен знать.

 
Когда доктор вытащил тебя из колеи, почему ты всегда хранишь для него теплое место в своем сердце.
 
Ничто так не удерживает бедных людей в бедности, как оплата счетов врача.
 
Придумайте что-нибудь для своего города.Устройте парад. Американцы любят устраивать парады. Мы парадная нация. «Upluribus paraditorious» (некоторые парады).
 
Две вещи, которые щекочут воображение наших граждан, одна — позволить им действовать в комитете, а другая — пообещать, что пусть они выйдут на парад. В чем Америка нуждается, так это в большем расстоянии от наших парадов.
 
Парады должны классифицироваться как неприятность, а участники должны быть приговорены к тюремному заключению. Даже люди в них ненавидят их.
 
Если мы действительно хотели воздать должное нашим мальчикам, почему мы не позволили им сесть на смотровые трибуны и заставить людей пройти эти пятнадцать миль? Они не хотели парада, они хотели пойти домой и отдохнуть.

 
История запомнит: «Америка, нация, которая процветала с 1900 по 1942 год, придумала множество странных изобретений, чтобы куда-то добраться, но не могла придумать, чем бы заняться, когда они туда добрались».
 
Вы были бы удивлены, что можно увидеть в этой великой стране в пределах 200 миль от того места, где живет каждый из нас.Мне все равно, какой штат или какой город.
 
Проблема с американским транспортом в том, что вы можете добраться куда-то быстрее, чем вы можете придумать, зачем туда ехать. Что нам нужно сейчас, так это новый предлог, чтобы пойти куда-нибудь.

Отверженные Цитаты Виктора Гюго

«Он упал на сиденье, она рядом с ним. Больше не было слов. Звезды начали сиять. Как поют птицы, как тает снег, как раскрывается роза, как цветет май, как белеют зори за черными деревьями на дрожащих вершинах холмов?
Один поцелуй, и все.

Оба дрожали и смотрели друг на друга в темноте блестящими глазами.

Они не чувствовали ни прохладной ночи, ни холодного камня, ни сырой земли, ни мокрой травы; они смотрели друг на друга, и их сердца были полны мыслей. Они пожали друг другу руки, сами того не зная.

Она его не спрашивала; даже не подумал, где и как он ухитрился попасть в сад. Ей казалось таким естественным, что он должен быть там.

Время от времени колено Мариуса касалось колена Козетты.Прикосновение, которое взволновало.
Иногда Козетта запиналась. Душа ее трепетала на губах, как капля росы на цветке.

Постепенно они заговорили. Переполнение преуспело в безмолвии, которое есть полнота. Ночь была безмятежной и славной над их головами. Эти два существа, чистые, как духи, рассказывали друг другу все, свои мечты, свои исступления, свои восторги, свои химеры, свои уныния, как они обожали друг друга издалека, как они тосковали друг по другу, свое отчаяние, когда они перестали видеться.Они доверились друг другу в сокровенном идеале, которого уже ничто не могло увеличить, все самое сокровенное и самое таинственное в них самих. Они рассказали друг другу, с искренней верой в свои иллюзии, всю ту любовь, юность и остаток детства, которые были у них, доведенные до ума. Эти два сердца излились друг на друга, так что по прошествии часа у юноши была душа девушки, а у девушки душа юноши.Они проникали друг в друга, очаровывали, ослепляли друг друга.

Когда они кончили, когда все рассказали друг другу, она положила голову ему на плечо и спросила: «Как тебя зовут?»

Меня зовут Мариус, — сказал он. — А вас?
Меня зовут Козетта.

Виктор Гюго,

Отверженные

Высшее мастерство и мудрость, необходимые для завоевания душ, что является великим замыслом служения, проиллюстрированным в проповеди, произнесенной при рукоположении преподобного мистераДжон Спархок, на пастырское служение в церкви Христа в Салеме; восьмой день декабря 1736 года. / Натаниэль Эпплтон, пастор Церкви Христа в Кембридже. ; Вместе с обвинением, данным преподобным мистером Холиоком; и правую руку товарищества преподобного мистера Прескотта. ; [Три строки текста Писания]

Страница  [не пронумеровано]

Служители должны быть Мудрыми, если они хотят завоевывать души.

ПРИТЧИ XI. 30.

— И будь тот, кто побеждает, Мудр.

_Великий Творец и Создатель всех Вещей сначала был рад отличить Свою Благость к Человеку среди всех других Существ на Земле, сотворив и сформировав в нем Душу, наделенную такими благородными Силами и Способностями, как дал ему ранг среди существ, но немногим ниже ранга ангелов; даровав ему власть над созданиями нижнего мира и увенчав его Славой и Честью; и особенно тем, что дал ему то Знание, Правоту и Чистоту Природы, благодаря которым он стал образом и подобием самого БОГА.— Кроме того, БОГ насадил Сад и поместил его в нем, где он мог бы развлекаться самым восхитительным образом, угощая каждое чувство самыми вкусными плодами.
Страница 2
Божественной Щедрости, и развлекая его Душу самыми приятными Созерцаниями о чудесных Делах БОГА, и сладчайшим Общением и Общением с Ним. И в довершение всего было Древо Жизни, от которого, если бы он сохранил свою Невинность, он мог бы вкусить и жить вечно.

Но Дьявол, этот хитрый Змей, завидуя Счастью Человека и желая предать его в такое же Осуждение и Несчастье с самим собой, своими коварными и лживыми Внушениями втянул его в Грех, посредством чего тот тотчас же развязал себя, испортил Образ и лишился Благосклонности своего БОГА; был изгнан из Рая, лишен Древа Жизни и навеки обречен на Смерть и Разорение.

И такова была бы неизбежная Судьба человеческой Природы, если бы БОГ по Своей бесконечной Милости не вмешался для нашего Спасения и Спасения, предоставив и послав Сильнейшего, чтобы Спасать, и таким образом придя к новым Условиям в милостивом Завете. , явленный и предложенный нам в его Евангелии.

И теперь, хотя Завет, который БОГ установил с Людьми в Крови Своего собственного Сына, полон Благодати, и все в нем можно рассматривать как простую Благодать; еще увы! такая испорченность, глупость и безумие присутствуют в сердцах людей со времен первобытного отступничества, что нет ничего труднее, чем убедить людей оставить свои грехи, ведущие в чертоги смерти и разрушения, и подчиниться самые милостивые и разумные условия спасения.

Дьявол (как должно казаться) не нашел большого Трудности в том, чтобы соблазнить и склонить наших первых Родителей ко греху: И таким образом сначала уничтожить самих себя, но теперь требуется предельное Искусство и Мудрость, чтобы убедить Людей отвернуться от своих злых Путей и реальный. И всего этого будет недостаточно, если БОГ не установит
Страница 3
со своей всемогущей Милостью. Я говорю, если только БОГ не придет со своей Милостью; ибо, хотя именно Дух Божий завоевывает и приобретает себе Душу, действуя в нем как на хотение, так и на действие по его благоволению, тем не менее, по крайней мере по большей части, вступая, соглашаясь и сотрудничество с внешними средствами, которые он назначил для этой цели, такими как его слово и таинства, особенно их служение, определенным порядком людей, которые он все время использовал для этой службы.Я имею в виду служителей Евангелия, чье великое дело состоит в том, чтобы указывать людям путь к спасению и убеждать их идти по нему.

И хотя можно было бы подумать, что это самая легкая вещь в природе и что достаточно просто предложить эту вещь разумным существам, тем не менее ежедневный опыт печально убеждает в обратном, и что нет такого дела, которым люди призваны заниматься. , что требует большего Навыка или Мудрости в Управлении им; и это то, что мудрец намекает нам в моем тексте, и тот, кто завоевывает души, является мудрым.

Тот, кто побеждает или забирает Души с таким Умением и Усердием, как Ловец ловит Птицу, ибо так (как отмечают Толкователи) импортирует Слово. Но хотя это и одно и то же Слово, однако здесь есть различие как в Замысле, так и в Событии вещи. Птицевод использует свое Искусство, чтобы обмануть невинную Птицу, заманить ее и заманить в Ловушку, когда она не знает, что это делается для ее Жизни. В то время как завоевание или взятие Душ — это использование невинного и честного Искусства для разоблачения Людей. , чтобы вывести виновную Душу из Сети Дьявола и Состояния Греха и Смерти в Состояние Прощения, Благодати и вечной Жизни; и поэтому, если их схватят или поймают, то не с Коварством или во вред им, к их Смерти и Разрушению, как Птица, но к Спасению и Счастью Соответственно
Страница 4
взятая таким образом Душа завоевывается, обретается, спасается.И теперь говорит Проповедник, тот, кто таким образом берет, и побеждает, и обретает Души, Мудр. То есть либо

1 ул. Это Точка Мудрости, чтобы использовать наше Время и Силу для завоевания Душ. Это великий и благородный Замысел — завоевывать Души, приобретать и спасать драгоценные и бессмертные Души. Нет ничего, на что люди могли бы тратить свое время, свое мастерство и все свои силы для достижения лучшей цели, кроме как на завоевание потерянных душ, спасение их из рук сатаны, их великого врага, и на то, чтобы привести их к власти. ко Христу и на Путь Спасения и Счастья.Это лучшая Работа, которой могут заняться люди; и, следовательно, тот мудр, кто усердно и серьезно отдает себя этому. Или

2 дня. Если мы читаем Текст, как это делают некоторые, а именно. если мудрый завоевывает души, то, будучи мудрым, мы можем понять, будучи духовно мудрым или истинно религиозным, и таким образом сделать Смысл этого таковым, что истинно религиозный завоевывает души. И это несомненная истина, что человек выдающегося благочестия и религии много делает для завоевания и убеждения других в любви и практике этого.И таким образом некоторые делают вторую часть стиха соответствующей первой; Плод Праведника есть Древо Жизни: То есть Плоды Праведности, которые праведник производит в своей Жизни и Разговоре, подобны Древу Жизни для него самого, так как питают и сохраняют его духовное и охраняют его Вечная Жизнь: И это Древо Жизни для других, так как оно в значительной степени способствует Поддержке и Питанию духовной Жизни в них, оживляя и побуждая их к Подражанию им во всех Плодах Праведности.И тот, кто мудр, завоевывает души, то есть тот, кто таким образом праведен или духовно мудр, завоевывает других и привлекает их к Любви и Практике одних и тех же вещей.

Стр. 5Но тогда, в-третьих. Тот, кто завоевывает души, мудр, можно понимать так; Тот, кто завоевывает души, показывает себя мудрым, потому что ему необходимо быть мудрым, чтобы завоевывать и приобретать души; для этого требуется большая Мудрость. Тем, кто хочет завоевать Души, нужна Мудрость, чтобы знать, как обращаться с ними, и нет ничего, в чем их Мудрость проявилась бы более заметно.

И здесь, хотя я могу обратить внимание на два предыдущих смысла текста, поскольку они встречаются на моем пути, тем не менее, в данном случае я буду более настаивать на последнем. Соответственно, это доктрина для нашей нынешней медитации, а именно.

ДОКТ. Что для завоевания душ требуется большое умение и мудрость.

И для иллюстрации и подтверждения этого Учения я постараюсь показать,

  • I. Что мы должны понимать под завоеванием душ.
  • II. Души должны быть завоеваны, воздействованы и обращены ко Христу; и не принуждаются или принуждаются против их воли.
  • III. Хотя БОГ Своим всемогущим Духом завоевывает души, тем не менее Долг каждого человека состоит в том, чтобы использовать свои усилия, чтобы склонять друг друга ко Христу; и что он поручает это некоторым как их особому и особому делу, даже служителям Евангелия.
  • IV.Знай, что это дело, требующее большой мудрости и мастерства в управлении им.

I. Я должен показать, что мы должны понимать под завоеванием Душ; о котором говорит мой Текст и для выполнения которого требуется так много Мудрости.

И здесь я бы ответил одним Словом, что действенно убеждать людей оставить свои грехи и перейти к Вере, Любви и Практике Христианства.

Page 6Человек грехом отошел от БОГА и перешел на сторону Дьявола и собственных Похотей, к Любви и Доверию, Поклонению и Служению Творению, вместо Творца всего сущего.И этим мы потеряли и уничтожили себя. Так что завоевание Души есть выведение человека из этого состояния греха и страдания и обращение его к БОГУ, Христу и Святости. У людей преобладает покаяние во всех своих грехах, отречение от любимых похотей, обращение к БОГУ, уверование во Христа всем сердцем, принятие Его как своего Князя и Спасителя и жизнь так, как учит Его Благодать. их, вплоть до Принципов и Заповедей христианства, упорядочивая их Разговор, как подобает Евангелию Христа.

Теперь, говорю я, завоевание Душ есть склонение Людей к этому, а не принуждение их к этому вопреки их Волям; это представление аргументов, подходящих для того, чтобы двигать и убеждать их в этом. Подобно тому, как пойманная Птица (на которую ссылается Слово) ловкостью и хитростью Ловца привлекается и соблазняется, а не загоняется в Ловушку; Птица не преследуется и не гонится к месту, где ее поймали, а летит свободно и сама по себе, причем искусный Ловец заранее заложил заманчивую приманку, которую Птица не раньше обнаруживает, но спешит к ней.Таким образом, завоевать души можно, представив надлежащие аргументы и убедив их рациональным путем прийти ко Христу и подчиниться Его Евангелию, не обманывая их, как Птица, а, скорее, разоблачая их, а не уничтожая. но чтобы спасти людей.

И когда Душа таким образом эффективно проникнута, тогда она завоевана, затем обретена, затем она спасена от своего потерянного и погибающего Состояния и приведена в Состояние Милости, Благосклонности и Жизни; духовной Жизни здесь и на Пути к вечной Жизни после.И о! счастливый,
Страница  7
вечно счастливая Душа, которая таким образом завоевана и взята! О таком можно сказать, что он был мертв, но жив, пропадал и нашелся, Луки 15. 32.

II. Я приступ